3-й прокатный завод столицы.
Будучи предприятием тяжелой промышленности в ту эпоху, он испытывал колоссальное давление на производстве.
Даже в преддверии Нового года цеха трудились на пределе возможностей.
─ С-с-уть!..
─ Внимание, дорогие товарищи рабочие! Говорит заводской радиоузел!...
─ Сначала сообщаем вдохновляющую радостную новость: под твердым руководством заводского парткома, благодаря самоотверженному труду и сплоченности всех рабочих нашего завода, годовой план по выпуску стали успешно выполнен!... За этим стоит упорный пот каждого из вас, это великая победа сил рабочего класса!...
В девятом цехе, где занимались обработкой деталей для станков, пожилой мастер на минуту отложил инструмент и склонился к знакомому рабочему у станка.
─ Старик Чжао, нынче твоя девчонка по радио выступает, а?
─ И голос какой звонкий! Неудивительно, что ее отобрали в радиоузел!
Услышав это, сорокапяти-пятилетний токарь не прервал работы, лишь покачал головой и небрежно бросил в ответ:
─ Моя.
Старший мастер при этих словах тоже покачал головой.
В прошлом году, когда дочка старика Чжао только устроилась на радиоузел, стоило зайти разговор о трансляциях, как на лице Чжао расплывалась улыбка, которую он не мог сдержать.
Теперь же прошло совсем немного времени, а отношение изменилось кардинально.
─ Опять из-за младшего сына и его трудоустройства переживаешь?
─ Но тут... винить твою дочку тоже не дело.
...
─ Я знаю... Хунмэй девка башковитая, из временных рабочих выбилась в постоянные, а теперь еще и в радиоузел перевелась – глядишь, через пару лет и до кадров в отделе пропаганды дорастет.
─ Уступать свое место Юйфу и впрямь было бы через чур, да и дух в ней можно надломить.
─ Я с ней говорил: ее рабочее место останется за ней. Вот только Юээ всё неймется...
Старший мастер согласно кивнул: у каждого в семье свои трудности.
Дела в доме старика Чжао были ему хорошо известны: трое детей почти взрослые, а когда дело касается таких вакансий, без скандалов не обходится.
Хорошо еще, что сам старик Чжао мастер на все руки: в свои сорок пять с небольшим он уже ходил в токарях пятого разряда, а дело свое делал на совесть.
Если в начале следующего года завод устроит аттестацию, у него появится шанс дослужиться до шестого.
Там глядишь, и до звания мастера восьмого разряда недалеко.
А младший сын может дома пару лет посидеть – подождать новой волны набора на заводе не грех.
Они перебрасывались ничего не значащими фразами, как вдруг из динамиков донеслось продолжение:
─ Товарищи! Революционное производство не знает остановок! Недавно наш завод получил директиву от вышестоящих министерств: нам официально поручена почетная и ответственная государственная задача особой важности в сфере научных исследований! Это высшее проявление доверия Партии и государства к техническому мастерству наших рабочих...
─ Для выполнения задания требуются квалифицированные сталевары, токари, слесари и другие специалисты высших разрядов. Приглашаем всех рабочих подавать заявления на участие...
Чжао Шуйшэн слушал голос дочери из репродуктора без малого с полным равнодушием.
Лишь стоявший рядом Чэнь Лян вытаращил глаза и толкнул его в бок:
─ Старик Чжао! Сон в руку! Вот тебе и удача подвернулась! Слышал?
...
─ Какая еще удача?
Чжао Шуйшэн наконец закончил обрабатывать деталь, отложил резец и, выпрямившись, перевел дух.
─ Ты что, радио не слушал? Важное научное задание! Разве не хочешь записаться?
...
─ Разве в трансляции не говорили про рабочих высокой квалификации? А у меня всего пятый разряд... боюсь, не потяну.
─ К тому же, даже если удастся поучаствовать, к моей сдаче экзамена на разряд это отношения не имеет.
Чжао Шуйшэн в упор не видел той возможности, о которой толковал его товарищ Чэнь Лян.
─ Эх ты, темнота! Задание особой важности! Экзамены на разряд сдают своим горбом, а вот с работой для младшего сына вопрос решиться может!
─ Заработаешь заслугу на выполнении задания – пусть даже завод не выделит место по приказу, но если в следующем году объявят новый набор, местечко для ученика или временного рабочего тебе точно перепадет!
Чжао Шуйшэн на заводе целиком и полностью отдавался слесарному делу и производству, и прежде на всякие общественные поручения откликался по принципу «надо – значит надо», отличаясь куда меньшей чуткостью, чем Чэнь Лян.
Впрочем, услышав такое объяснение, он сообразил что к чему.
Если эта секретная научная работа действительно выгорит, он сможет выбить себе шестой разряд, да и сыну место подыскать – чем черт не шутит.
Только мысль эта, едва мелькнув, тут же сменилась сомнениями.
─ Старик Чэнь... я ведь всего лишь рабочий пятого разряда, гожусь ли?
Рабочие пятого разряда на заводе с натяжкой считались квалифицированными, но для подобных спецзадач нижняя планка наверняка была выше.
Он бы и рад поучаствовать, да кто ж его пустит.
─ По нормативам должен подойти. В любом случае сходи к столу записи, попытай счастья!
Поддавшись на уговоры Чэнь Ляна, Чжао Шуйшэн в конце концов решился, оставил работу и направился к двухэтажному корпусу завода.
По своему общему устройству 3-й прокатный завод стоял на ступень выше прежнего завода электронных ламп.
Как-никак гигант тяжелой промышленности: рабочих больше, да и административных корпусов целых два.
Поскольку технический отдел располагался как раз во втором корпусе, пункт приема заявок оборудовали прямо у входа.
Когда Чжао Шуйшэн добрался до места, очередь вытянулась длинная-предлинная.
Ему впервые довелось видеть столько высококлассных мастеров, столпившихся в одном месте для подачи заявлений.
Многие лица были знакомы: в цехах они держались с достоинством, и иному начальнику цеха приходилось с ними повозиться.
А нынче они набились сюда сплошной толпой. Чжао Шуйшэн молча встал в хвост очереди, прислушиваясь к разговорам матерых рабочих.
Когда же его взгляд скользнул к самому началу очереди, он вдруг замер от неожиданности.
Он недоверчиво потер глаза, моргнул еще раз – и изумился пуще прежнего.
Одна из фигур показалась ему странно знакомой: это был директор Ван, а стоявший рядом с ним молодой человек... казался знакомым до боли.
...
И впрямь, перед ним стоял никто иной, как Шэнь Юнцзянь.
Проект по разработке транзисторов наконец-то получил официальный статус пару дней назад.
Поскольку масштаб требовал задействовать сразу несколько ведомств, Шэнь Юнцзянь, несмотря на твердую позицию директора бюро Чжэна и уверенность в успехе, никак не ожидал, что дело затянется до сегодняшнего дня.
Сопротивление системы... он ощущал его на каждом шагу.
Именно поэтому он торопился развернуть работы и явился на 3-й прокатный завод для запуска первого этапа производства транзисторов – обжига кремниевых кристаллов.
─ Директор Ван, у меня на участке дела, мне нужно идти проверять...
...
─ Ладно! Ступай, только не забудь к полудню заглянуть к нам на встречу с товарищем Шэнем!
Инженер Ли с прокатного завода – тот самый специалист, что упрекал Шэнь Юнцзяня во время обеда на заводе электронных ламп – был здесь.
Директор Ван изначально планировал задействовать его в качестве принимающей стороны, но тот, судя по всему, попросту постеснялся из-за недавнего конфуза.
Как-никак, он же открыто шпынял Шэнь Юнцзяня за то, что тот, дескать, учился за границей, в советском оборудовании ни черта не смыслит и заводу помочь не сможет.
А теперь ему щелкнули по носу: Шэнь Юнцзянь в два счета отрегулировал и починил советские станки и даже собрал работающий радиоприемник, годный для официальных отчетов.
Даже сам инженер Ли, услышав по радио его речь, почувствовал прилив гордости и воодушевления, а в душе давно уже раскаялся в сказанном в тот день.
Проведя в роли сопровождающего меньше получадца часов, он почувствовал себя не в своей тарелке.
Видя, как активно записываются рабочие, и не имея возможности принести извинения за прошлое, он предпочел ретироваться под благовидным предлогом.
─ Товарищ Шэнь, те кремниевые транзисторы, что ты задумал делать...
─ Скажи на милость... что это вообще за штука такая?
Оставшись без инженера Ли, директор Ван не спешил уходить и вместо этого расспросил Шэнь Юнцзяня о деталях предстоящего задания.

Комментарии

Загрузка...