Чжу Мэнмэн посмотрела на то, как мужчина в машине машет ей рукой, а затем перевела взгляд на язык пламени, лижущий днище.
Этот парень казался ей странным.
Почти изжарился заживо, а всё туда же – манеры блюдет.
Игнорируя его беззвучное «уходи», она лишь поглубже надвинула капюшон, прикрывая половину лица.
Дождь лил как назло противно, успев намочить угол коробки с лапшой, что изрядно портило ей настроение.
Маленькие счеты в голове завертелись с удвоенной скоростью.
На мужчине был надет превосходно сшитый костюм из дорогой ткани, а часы на запястье отчетливо поблескивали в отсветах пожара – сразу видно, человек состоятельный.
В человеческом обществе за спасение богачей обычно полагается щедрое вознаграждение.
Но куда важнее то, что в десятке шагов на остановке оставались лежать две коробки лапши по скидке и мешок риса: если тачка рванет, ударная волна наверняка их разнесет.
Продукты портить нельзя.
Требовалось действовать быстро.
Чжу Мэнмэн шагнула вперед, и ее кроссовки со смачным чавканьем погрузились в грязь.
Асер в салоне видел, как эта пухлая девчонка не ушла, а наоборот, поперлась прямо на него сквозь бушующий ливень.
Кровь из рассеченной брови залила ему левый глаз, обзор расплывался, и сквозь пелену он различал лишь упрямо торчащий в непогоду пучок каштановых волос.
─ Уходи... ─ снова выдохнул он из последних сил.
Чжу Мэнмэн уже подошла к дверям.
Она присела на корточки, нащупав пальцами зазор между дверью и корпусом, изуродованный ударом.
Холодная вода заливала пальцы, острые края металла больно резали кожу.
Ей было всё равно.
Она глубоко вздохнула.
Опустила таз, крепко вросла ногами в скользкую жижу, чуть подогнула носки внутрь, так что в грязи образовались глубокие лунки.
Спящая в этой смертной оболочке толика демонической силы под ее скупым управлением качнулась по каналам прямо в руки.
Под широкими рукавами толстовки мышцы на руках напряглись до предела.
─ Взяли, ─ пробормотала себе под нос Чжу Мэнмэн.
─ Кх... скрип... хрусь... ─
Жуткий скрежет деформируемого железа перекрыл шум ливня.
Толстая, наглухо заклиненная дверь бронированной машины подалась под ее пальцами, словно упаковка вяленого мяса.
Она вцепилась в кромку обеими руками, мускулы на руках вздулись буграми, и она рванула ее наружу!
─ Сц-с-с... бах! ─
Тяжелая, надежная дверь бизнес-класса вместе с погнутыми петлями и частью рамы вылетела с мясом.
Не глядя, она отбросила ее назад.
Тяжелая дверь описала в воздухе дугу и с грохотом рухнула в кусты за десяток метров, переломав кусты можжевельника.
Внутри салона сидел молодой человек, уже мысленно простившийся с жизнью.
Он уставился на зияющий пустой проем, а в голове царила абсолютная пустота.
Элитарное воспитание, годами оттачиваемый в кризисных ситуациях рассудок в этот момент рухнули в тартарары.
Он даже забыл, каково это – чувствовать застилающую глаз кровь.
Чжу Мэнмэн не собиралась разбираться в буре его эмоций.
Она нырнула внутрь, и ее ударил в нос густой смрад крови и паленой кожи.
Печеный батат пахнет куда приятнее, промелькнуло у нее в голове.
─ Ногу зажало? ─ спросила она.
Асер машинально дернул кадыком, издать звук он не смог, поэтому просто кивнул.
Чжу Мэнмэн наклонилась, обхватила пальцами толстую стальную балку, прищемившую ему ногу.
Даже не напрягаясь особо, она заставила металл издать неприятный стон, и тот подался, сгибаясь дугой, словно пластилин в детских руках.
Нога пленника мгновенно освободилась.
Не дав ему опомниться, Чжу Мэнмэн просунула руки подмышки и под колени.
─ Подъем.
Асер почувствовал, как его тело потеряло опору, а в следующую секунду его подхватили на руки.
Да, именно на руки, в стиле невесты.
Девушка ростом не выше метра шестидесяти пяти, с мягкими округлыми формами, без труда подняла взрослого мужика ростом под метр восемьдесят пять и весом не меньше ста пятидесяти фунтов.
─ Постойте, я сам... ─ наконец прорезался его голос, но окончание фразы оборвалось.
─ Не дергайся, ─ бросила она на ходу, уверенно вышагивая прочь. ─ Уронику – сам виноват будешь.
Какой же хлопотный этот смертный.
Голова Асера покоилась на ее плече, в нос бил запах дешевого стирального порошка с нотками сладости и свежести дождя.
Он отчетливо ощущал, сколь тонки были подхватившие его руки, и вместе с тем – их непоколебимую гранитную твердость.
Эта абсурдная сцена заставила его оцепеневшее тело затвердеть подобно куску перемороженного тофу, руки повисли в воздухе, не зная, куда приткнуться.
Стоило ей отойти от машины шагов на двадцать, как за спиной грянул взрыв.
─ Бабах! ─
Гигантский оранжевый шар огня взметнулся к небесам, раскидывая во все стороны раскаленные осколки.
Седан окончательно обратился в факел, осветив ночное небо ярче любого прожектора.
Чжу Мэнмэн на миг замедлила шагу, бросив взгляд на бушующее пламя.
Хорошо, что успели вовремя.
Она больше не оглядывалась и, бережно неся Асера, вернулась под навес автобусной остановки.
Набившиеся туда зеваки глазели на происходящее во все глаза.
Увидев, как девчонка тащит крупного мужика, народ автоматически расступился, образуя почтительное кольцо, полное трепета.
Уж не оборотень ли эта барышня, скрывающаяся среди простых смертных?
Чжу Мэнмэн усадила Асера на сухую скамью, чуть подвинув мешок с рисом и коробки с лапшой внутрь, чтобы брызги не долетели до них.
Закончив с этим, она перевела дух и с довольным видом похлопала по рисовому мешку: чувство безопасности вернулось к ней.
─ Благодарю, ─ отдышавшись, выговорил Асер на чистейшем китайском языке.
─ Пустяки, ─ Чжу Мэнмэн полезла в карман толстовки за пакетом ирисок, который вручила Лин Сяоя, вскрыла упаковку и закинула в рот одну конфету.
Сладкий вкус растекся во рту, возвращая потраченные силенки.
Она глянула на бледное лицо Асера и, с некоторым внутренним скрипом в сердце, вытащила из пачки еще одну конфету, протянув ему.
─ Будешь? Сахаром подзаправишься, а то вырубишься тут мне.
Асер уставился на липкую ириску со следами бумажных крошек, лежащую на раскрытой ладони, помолчал пару секунд, после чего дрожащими пальцами взял конфету и отправил в рот.
Сладость оказалась густой, с отчетливым ароматом жареного арахиса и грубоватым простонародным привкусом.
─ Очень сладко, – произнес он.
─ Еще бы, ручная работа, влетела в копеечку, – Чжу Мэнмэн аккуратно запечатала остатки сладостей и водворила их в карман.
Вдалеке послышался пронзительный вой сирен.
Красно-синие спецсигналы рассекли дождевую пелену: пожарный расчет и белая карета скорой помощи замерли у перекрестка.
Экипированные медики высыпали наружу, подхватив носилки.
─ Пострадавший здесь! – заголосила тетка с остановки.
Врачи мигом окружили лавку, принявшись срезать штанину пострадавшего, накладывать жгуты и споро перекладывать его на носилки.
Но едва санитары собрались поднять конструкцию, как цепкая, узловатая рука выметнулась вперед и вцепилась в полу просторной толстовки.
Ткань натянулась.
Чжу Мэнмэн опустила глаза.
Мужчина лежал на носилках, дождевая вода смыла часть крови с его виска, но глубокие серо-голубые глаза упорно смотрели на нее.
Шум вокруг словно растворился в небытии.
Вглядываясь в нее, он задал вопрос на чистом, пусть и чуть странноватом по интонации китайском языке, разделяя каждое слово:
─ Как тебя зовут?

Комментарии

Загрузка...