Тело пирата ещё не успело упасть, а все уже смотрели на Ронана.
Не со злостью. Со страхом.
Они только что видели, как их товарищ, здоровый и не самый слабый, умер от одного удара. Без драки, без возни, без последнего вопля.
Пугать жителей — одно. Смеяться над стариками, бить детей, выламывать двери — дело нехитрое. А когда рядом появляется человек, который убивает быстрее, чем ты моргаешь, веселье сразу идёт к чёрту.
Пираты попятились. Оружие в руках держали крепче, но вперёд не лез никто.
Они были сволочами, а не самоубийцами.
Через несколько секунд все головы повернулись в одну сторону.
К капитану.
Он стоял чуть в стороне: громадный, выше двух метров, с ручищами, будто канаты под кожей. На плече лежал широкий тесак. Лезвие было вычищено до холодного блеска, зато сам капитан выглядел так, словно родился в грязи и крови.
Он смерил Ронана взглядом и ухмыльнулся.
Так смотрит зверь, который решил, что добыча никуда не денется.
Капитан поднял тесак и ткнул остриём в сторону Ронана.
— Эй, парень. Имя.
Улица стихла. Для пиратов это была не вежливость, а обряд перед убийством.
Ронан перевёл взгляд с рядовых пиратов на их главаря.
— Ронан.
Капитан моргнул и повернул голову к помощнику.
— Слышал о таком среди охотников за головами?
Помощник прищурился, оглядел Ронана с ног до головы и сплюнул.
— Нет, босс. Не из тех, кого надо опасаться. Просто парень с руками. Решил сыграть в спасителя.
Капитан расслабился. Ухмылка стала шире.
— Вот как.
Он провёл языком по губам.
— Запомни, парень: кто суёт нос не в своё дело, обычно остаётся без головы.
Потом он взмахнул тесаком и рявкнул:
— А ну, скажите ему, кто мы такие!
Пираты тут же заорали, будто им вернули смелость.
— Мы — пираты Рваного Паруса!
— За нашего капитана дают три миллиона двести тысяч белли!
— Слышал, сопляк? Три миллиона!
— Ты нашего человека убил! Теперь тебе пиздец!
— На колени, пока добрые!
Крики прокатились по площади.
Ронан стоял спокойно. Ветер шевелил край его одежды и нёс запах крови, дыма и жжёного дерева.
Слова пиратов не задевали его. Они были шумом. Пустым, грязным шумом.
Куда важнее было другое: множитель работал. Кровь шла быстрее, мышцы наливались силой, сухожилия становились туже. Тело перестраивалось прямо на ходу, как металл под молотом.
Ронан медленно вдохнул.
Он хотел проверить предел этого тела. Хотел понять, на что способен здесь, в новом мире.
А эти убийцы сами подставились под руку.
Опасность? Да плевать.
Путь бойца всегда проходит рядом со смертью. И к тому же все эти пираты, кроме капитана, казались ему слабыми. Шумными, злыми, но рыхлыми внутри.
— Тогда начнём с вас, — тихо сказал Ронан.
Он шагнул.
Бах
Мостовая треснула, каменная крошка разлетелась в стороны. Ронан рванул вперёд, палка ушла за спину, тело стало тенью.
Первый пират увидел его слишком поздно. На лице успел появиться страх, но рука с саблей даже не поднялась.
Ронан повёл плечом. Усилие прошло от пятки через спину, плечо и кисть, вошло в дерево.
Палка пробила воздух с сухим хлопком.
Хлоп
Конец палки вонзился пирату в сердце. Удар был такой силы, что ноги у того на миг оторвались от земли.
Ронан выдернул оружие.
Вжух
Кровь брызнула дугой. Пират рухнул мешком.
Ронан уже двигался дальше.
Палка закрутилась в руках. Не красиво, не для вида — смертельно. Удар сбоку, укол, короткий срыв вниз, обратный взмах. Каждый раз — горло, висок, грудь, колено.
Пираты полезли кучей и тут же пожалели.
Хрясь
Хлюп
Двое схватились за шеи. Третий с выпученными глазами упал лицом в кровь. Четвёртый успел выкрикнуть «сука», но Ронан ударил его под челюсть, и крик оборвался.
Он не метался. Не горячился. Шёл через них как опытный мастер через учебный двор: шаг, удар, поворот, вдох.
Только вместо учеников были мрази с ножами. И каждый урок заканчивался смертью.
За несколько вдохов половина пиратов легла на мостовую.
Кто-то стонал. Кто-то уже молчал. Кровь потекла между камнями тонкой тёмной струйкой.
Ронан остановился среди тел. В руке у него была всё та же палка, только теперь она почернела от крови.
И тут шевельнулась та самая тяжёлая злость, за которой он следил с начала боя.
Капитан Рваного Паруса наконец двинулся.
Он увидел, как его людей кладут одного за другим, и перестал ждать. Огромные ступни ударили по мостовой. Плечи вздулись, на руках выступили жилы.
— Ах ты ж поганый ублюдок! — взревел он. — Сдохни!
Тесак пошёл вверх, описал чёрную дугу и обрушился сверху.
Лезвие свистело так, будто рассекало не воздух, а саму улицу. Удар был грубый, но в нём хватило бы силы разрубить человека вместе с костями.
Ронан не отступил.
Раскалывающее усилие Синъи собралось в одной точке. Ронан вложил его в палку и встретил тесак снизу.
Треск
Палка не выдержала. Её переломило почти на треть от конца.
Но и тесак взвыл от удара. Клинок задрожал, рукоять дёрнулась в ладонях капитана. Тот побледнел от неожиданности и едва не выпустил оружие.
— Что за хрень? — выдавил он.
Ронана отбросило на несколько шагов. Под ногами покатились камни. Ладонь рассекло, по пальцам пошла кровь. Предплечье заныло от тупой боли.
Он посмотрел на капитана уже внимательнее.
Этот мир оказался крепче, чем казался.

Комментарии

Загрузка...