Отыскав свои матрасы и одеяла, парни бросились обратно в казарму.
Кое у кого к постельному белью намертво прилипли травинки, а к чьему-то – опавшие листья.
Лишь Ци Мэн держался особняком: его матрас явно насквозь пропитался какой-то жидкостью с заметным пятном.
Заметив, как он осторожно поднес влажный участок к самому носу и принюхался,
Цинь Фэн скривился с таким выражением крайнего брезгливости, в котором легко угадывался мем с пожилым мужчиной, разглядывающим смартфон в вагоне метро.
─ Сильно разит? Воняет? – не удержался от любопытства подбежавший Чэнь Саньси.
─ Ничем не пахнет.
─ Серьезно?
─ Не веришь – понюхай сам.
С этими словами Ци Мэн тут же ткнул влажным углом матраса прямо в нос Чэнь Саньси.
─ Тьфу ты! Врёшь, вонища невыносимая! – Чэнь Саньси зажал нос и, испуганно шарахнувшись назад, отпрыгнул на добрый шаг.
─ Ха-ха-ха, а ты ведь и впрямь поверил! – довольный удачным розыгрышем Ци Мэн залился самым счастливым смехом.
─ Ржешь, паскуда? Радостно тебе? В сортире ночевать захотел, герой хренов? –
Чжоу Пэнфэй отвесил ему увесистый пинок, и Ци Мэн тут же присмирел, схватившись за ушибленный зад.
Увидев, как Ци Мэн схлопотал за свое озорство, Чэнь Саньси не удержался и звонко захихикал.
И тут сработал классический армейский закон земляка.
Его собственный тыл украсил отпечаток сорок второго размера.
Стоило каждому получить по заслугам, как в помещении воцарилась почтительная тишина.
Чжоу Пэнфэй окинул обоих суровым взглядом и глянул на часы.
Без четверти восемь – времени в обрез, но вполне достаточно.
Он велел бойцам притащить табуреты, усесться поближе и холодно произнес:
─ Обсудим одно дело. Сейчас нам предстоит выбрать заместителя командира отделения. Кто чувствует в себе силы вытянуть эту ношу – выходите вперед, предлагайте свои кандидатуры.
Речь Чжоу Пэнфэя была предельно лаконична, без единого лишнего слова – образец подлинного армейского стиля.
Тем не менее даже это короткое заявление вызвало легкое волнение в рядах 4-го отделения.
О том, что в учебке выбирают замкома, слыхали многие.
На заре реформ в учебных подразделениях полагались и командир, и замком – причем оба из числа ветеранов.
Однако позже систему упростили, оставив лишь должность командира отделения.
Кандидатуру же заместителя теперь выбирали исключительно из новобранцев.
─ Кто-нибудь хочет попробовать свои силы и себя испытать?
Едва голос Чжоу Пэнфэя умолк, как Ли Цзяшэн подскочил на месте, словно пружина.
─ Докладываю командиру! Я хочу стать замкома. Если изберете меня, я поведу всех за собой...
Чжоу Пэнфэй вскинул руку, останавливая его. Слушать бахвальство этого паренька ему не улыбалось.
Черт побери, в каждом предложении упоминает свои богатства – тошно слушать.
─ Ли Цзяшэн – раз. Есть еще желающие?
Он перевел взгляд на Ци Мэна: ─ Ци Мэн, у тебя какие соображения?
Ци Мэн смущенно поднялся, озираясь по сторонам.
─ Я... справлюсь ли?
─ Не попробуешь – не узнаешь.
─ Э-э, пожалуй, я лучше воздержусь.
Бросив взгляд на собственный сырой матрас, Ци Мэн решил, что до этой должности он явно не дорос.
Пусть в физической подготовке он не уступит никому и готов тягаться со старослужащими,
но в вопросах наведения порядка и поддержания дисциплины он был полным нулем.
Чжоу Пэнфэй не стал давить – у каждого свои резоны.
Чэнь Саньси тоже не прочь был попытать счастья, но командир демонстративно обошел его вниманием.
─ Желающие еще есть?
Обводя бойцов взглядом, Чжоу Пэнфэй задержался на Цинь Фэне.
Взгляд его прямо-таки кричал: «Я в тебе не сомневаюсь, поднимайся давай».
И на то, чтобы выделить именно Цинь Фэна на роль заместителя, у командира имелись веские причины.
Пусть этот парень на гражданке и пользовался слишком уж буным успехом у противоположного пола, легкомыслия или суеты в нем не наблюдалось.
Напротив, он излучал редкую для его лет основательность.
В особенности это проявилось во время вчерашнего знакомства: остальные новобранцы тушевались, робели или бахвалились,
и лишь Цинь Фэн держался совершенно естественно и уверенно.
Мало того, что он остроумно парировал выпады самого Чжоу Пэнфэя, так еще и сделал это не вызывая раздражения.
Вдобавок он сумел оживить атмосферу в коллективе.
Высокий эмоциональный интеллект и легкость в общении –
так охарактеризовал Цинь Фэна командир, и неудивительно, что тот пользовался успехом у женщин.
Конечно, это было лишь во-первых.
Уровень подготовки внутренних помещений у Цинь Фэна был лучшим в отделении.
В армии ходит крылатая фраза: замком отвечает за порядок кругом.
Главная обязанность заместителя командира – отвечать за чистоту и дисциплину в отделении, помогая командиру в повседневных делах.
Поэтому, с какой стороны ни посмотри, Цинь Фэн подходил на роль замкома лучше всех остальных. Без вариантов.
Но как бы Чжоу Пэнфэй ни пытался «передать сигнал азбукой Морзе», этот парень упорно прикидывался слепым и не спешил проявлять инициативу.
Раз так, придется брать инициативу в свои руки.
─ Цинь Фэн, койку ты застилаешь отлично, не хочешь попробовать себя?
Цинь Фэн прекрасно понимал, что командир метит его в замы, но в его планы это вовсе не входило.
─ Товарищ командир, считаю, что моих нынешних навыков недостаточно для столь ответственной должности, не стоит мне брать на себя лишнего.
Чжоу Пэнфэй нахмурился – неужто парень отказывается?
Мягко убеждая, он продолжил гнуть свою линию: ─ Цинь Фэн, это же твой первый шанс в армии! Умение можно наработать со временем, все ведь начинают с нуля.
Цинь Фэн вновь ответил отказом: ─ Командир, я по-прежнему уверен, что не потяну эту ношу.
Он повернулся к Ли Цзяшэну: ─ К тому же, полагаю, товарищ Ли Цзяшэн подходит на пост замкома куда лучше – у него дома свои золотые прииски.
У Чжоу Пэнфэя нервно задергался глаз.
Ты даже отговорку искать не стал, просто ляпнул первое попавшееся.
Ли Цзяшэн такого выдвижения от Цинь Фэна явно не ожидал.
До сих пор он видел в нем едва ли не главного соперника.
В конце концов, во всем 4-м отделении лишь Цинь Фэн мог составить ему конкуренцию в деле застилания коек.
Но теперь этот парень не только самоустранился, но и проталкивает его на должность замкома.
Отлично!
Хоть ума хватило вовремя сориентироваться!
Однако Ли Цзяшэн не ведал, что Цинь Фэн не просто сошел с дистанции – ему была пресна сама эта затея.
Прежде всего, должность замкома – чисто номинальная.
Срок ее службы ограничен трехмесячным периодом учебки.
После распределения по частям на тебя никто и не глянет.
Справился хорошо – так и положено по долгу службы.
Сплоховал или допустил промах – становишься козлом отпущения.
Кроме того, замкома обязан действовать в тандеме с командиром, мастерски принимая каждый пас.
Цинь Фэн же только прибыл в часть и еще многого не понимал.
Ловить все пасы командира он пока не умел.
К тому же характер у Чжоу Пэнфэя был с двойным дном, а изощренных методик воспитания – вагон и маленькая тележка.
Это подтверждалось и тем, как он устроил цирк со сбором мисок в столовой и «дрессировкой» Ли Цзяшэна в ночной вылазке,
и выходкой с выброшенным на пол матрасом, чтобы боец не зазнавался.
Что же до причин отказа, озвученных Цинь Фэном, то в них содержалась изрядная доля правды.
С нынешним багажом знаний завоевать авторитет среди сослуживцев ему было бы непросто.
Поэтому вместо того, чтобы брать на себя неблагодарную роль заместителя,
Цинь Фэн предпочитал сосредоточиться на тренировках и проявить себя на других направлениях.
Пусть всю эту головную боль с интригами разгребает Ли Цзяшэн.
Молодым везде у нас дорога, пусть проявляют себя.
─ Командир, я считаю, Цинь Фэн абсолютно прав! – тут же приосанился Ли Цзяшэн.
─ Я в школе работал старостой класса, да и на совещаниях в отцовской фирме присутствовал не раз, опыта управления людьми у меня хоть отбавляй.
─ К тому же я проштудировал «Путь волка» и «Гуй Гуцзы», мое стратегическое мышление на голову выше, чем у остальных.
─ Если вы выберете меня замкома, я непременно помогу вам привести 4-е отделение к светлому будущему...
У Чжоу Пэнфэя задергался второй глаз – ему нестерпимо захотелось заткнуть этому хвастуну рот грязным носком.
Игнорируя Ли Цзяшэна, он в упор глянул на Цинь Фэна:
─ Цинь Фэн, ты серьезно не хочешь стать заместителем?
─ Подумай сам, многие бы душу отдали за эту возможность, это же колоссальная честь! Если тебя утвердят...
Перед лицом словоохотливого Чжоу Пэнфэя, напоминавшего страхового агента,
Цинь Фэн сохранял олимпийское спокойствие, отвечая ровным тоном:
─ Командир, я ценю ваше доверие, но моих сил пока не хватит на такую должность.
─ К тому же, раз у нас есть столь выдающийся товарищ, как Ли Цзяшэн, мне ли лезть со своим уставом в чужой монастырь.
─ В конце концов, человек читал «Путь волка», да и «Майбах» у него в семье самый настоящий.
Тут Чэнь Саньси толкнул локтем Ци Мэна и шепотом осведомился:
─ Ци Мэн, а Майбах – это что за зверь такой?
─ Деревня ты непросвещенная, даже этого не знаешь. Это марка кофе.
─ Кофе? Ты пробовал?
─ Конечно пробовал, чашка стоит за тридцать юаней, мало того что гадость редкая, так еще и стоит бешеных денег...
Твою мать!
Вы, придурки, кажется, путаете его со «Старбаксом»!
«Майбах» – это же самый элитный и роскошный седан «Мерседес-Бенц»!
Машина за несколько миллионов, а вы ее с кофе сравнили, с вас станется!
Ли Цзяшэн взвыл про себя от отчаяния, но вслух высказаться не посмел.
Чжоу Пэнфэй с досадой вздохнул.
Этот Цинь Фэн изворотлив, как угрь в масле.
Раз он уперся до такой степени, ломать его через колено не имело смысла.
То ли парень и впрямь ничего не понимал, то ли амбиции его простирались гораздо дальше и эту мелкую должность он просто презирал.
Насильно мил не будешь, а раз Цинь Фэн категорически против, заставлять его силой командир не мог.
Пришлось выбирать из того, что было – брать хоть кого-нибудь из оставшихся.
─ Ли Цзяшэн, сразу предупреждаю: твое назначение – временное. Если накосячишь, в два счета сниму с должности!
─ Не извольте сомневаться, командир, я справлюсь!
Ли Цзяшэн гордо выпятил грудь, источая уверенность.
В школе он командовал доброй сотней учеников, неужто с девятью парнями не сладит?
Не говоря о каком-то замкоме, назначь его хоть ротным, он бы и там не сплоховал.
Первый шаг в армейской карьере сделан так легко, дальше дело пойдет как по маслу.
Вот выдадут на выходных телефоны, он непременно позвонит домой и похвастается перед родными и друзьями.
Правда, в самом 4-м отделении, помимо ликующего Ли Цзяшэна, все остальные хранили ледяное молчание.
Причина была донельзя простой.
В учебных заведениях старост и классных активистов обычно не жаловали.
Будучи любимчиками учителей и знатными стукачами, они мало у кого вызывали симпатию.
И пусть армия жила по совсем другим законам, суть человеческих отношений оставалась прежней.
К тому же в век интернета многие прекрасно знали, что должность замкома новобранцев – синекура временная.
Все полномочия даются лишь с подачи командира, а сама по себе она не стоит ломаного гроша.
Есть настроение – назовут тебя замкома.
Нет настроения – кто ты такой?
Вот почему всерьез новоявленного «командира» никто из сослуживцев не воспринимал.
Зато скромность и сдержанность Цинь Фэна, его готовность уступить дорогу товарищу и благородные манеры снискали всеобщую симпатию.
С одной стороны – бахвалящийся мажор, у которого на языке лишь фамильные богатства.
С другой – скромный, компанейский парень без тени снобизма, выполняющий любую работу на совесть.
Любой здравомыслящий человек без колебаний выберет второго.
─ Ладно, строиться во дворе, на утреннюю тренировку шагом марш!
По команде Чжоу Пэнфэя бойцы в мгновение ока побросали табуреты на места.
На ходу затягивая ремни, они бросились к выходу.
Цинь Фэн уже дошел до лестничной клетки, когда его окликнули.
Обернувшись, он увидел семенящего позади Ли Цзяшэна.
─ Есть дело? – бросил он через плечо.
─ Замкома желает сказать тебе пару слов, – откашлявшись, Ли Цзяшэн попытался принять начальственный вид. ─ Кхе-кхе... Ты неплохо проявил себя в казарме, поддержав мою кандидатуру, я это ценю. Глаз у тебя наметанный.
─ Выпадет оказия – я замолвлю за тебя словечко, не сомневайся.
─ И еще: замкома рассчитывает на твою поддержку в выполнении указаний командира, давай вместе прославлять наше славное 4-е отделение...
Цинь Фэн усмехнулся.
А парень быстро входит в роль.
Видать, на гражданке у него был богатый опыт подобной показухи.
─ Хорошо, старайся. Я и командир – мы оба в тебя верим.
С этими словами Цинь Фэн непринужденно похлопал его по плечу и зашагал вниз по лестнице.
Движения его были настолько естественными, будто он был старшим по званию.
Ли Цзяшэн по инерции кивнул в ответ, но секунду спустя лицо его окаменело.
Стоп...
Это еще что за фраза: «Я и командир – мы оба в тебя верим»?
В смысле? Так кто из нас здесь начальник штаба?

Комментарии

Загрузка...