— Вы готовы?
— Всегда готова.
Люсия сжала крошечные кулачки и с серьёзным лицом кивнула.
— В процессе может явиться внутренний демон. Вам нужно будет оценить обстановку, и, если покажется, что я проигрываю ему, тогда разбудите меня.
Я растолковал Люсии, как быть защитником во время медитации, особо подчеркнув всё, что касалось внутреннего демона.
— Если я не смогу вырваться из его хватки, то погибну. Нужно либо одолеть демона, либо силой разрушить тот мир. Однако будить меня сразу, как только он появится, категорически запрещено.
Борьба с внутренним демоном — хождение по канату над пропастью между жизнью и смертью.
Если насильно разбудить человека, когда тот пытается одолеть демона, все усилия пойдут прахом. Вмешиваться следовало лишь тогда, когда станет ясно, что поражение неизбежно, а это, разумеется, задача не из лёгких.
— Хм-м... Сложно.
— Очень сложно. Именно поэтому защитник так важен. Но я уверен: вы справитесь.
Если объяснять понятиями из прошлой жизни, это напоминало страховку на жиме лёжа. Когда штанга вот-вот придавит к скамье, но ты из последних сил выжимаешь её, то ставишь личный рекорд и растишь мышцы. Если же страхующий от нервов не выдержит и тут же перехватит гриф, от этого будет только вред. Страхующий нужен именно для того, чтобы поднять вес, когда тебя уже придавило.
Разница лишь в том, что в случае с внутренним демоном «придавленный» умирает через пару секунд.
— Могу я кое-что спросить?
— Спрашивайте.
— Почему именно Солнечное кольцо? Большинство нынешних рыцарей выбирают Сердечное горнило.
Соляр обладал колоссальной разрушительной силой, но обуздать его было слишком опасно. Даже матёрые мастера меча избегали этой стихии, так зачем же я наматывал эти круги? Я не мог сказать правду — что Лунар служит нитью марионетки для Внешнего бога.
Впрочем, это была не единственная причина, по которой я создавал кольца.
— Ради аскезы.
— Аскезы?
— Я всегда повторяю своим рыцарям: истинную силу куёт опасность.
Даже столь скупого ответа Люсии хватило. Ведь именно она в будущем скуёт семь колец. Сейчас она выбрала Сердечное горнило, но вскоре непременно передумает.
— Похоже, у меня и впрямь отличный глаз на людей.
Люсия шутливо сощурилась и задрала носик. Её типичная манера вызвала у меня смешок.
— Я тоже это заметил. Раз вы так хорошо разбираетесь в людях, то и на Празднике основания выбрали именно меня.
— ......
Люсия украдкой отвела взгляд.
В то же мгновение вокруг неё заколебалась голубоватая мана. Она сгладила тряску кареты и настроила тончайшие потоки маны в воздухе, отсекая любые внешние помехи, чтобы я мог полностью сосредоточиться.
Подумать только: будущий маг восьмого круга лично выступает моим защитником. Более роскошных условий для тренировки и представить нельзя.
— Прежде чем начать, скажу: можно касаться не только спины. Если во время физического контакта вы будете нервничать, это плохо скажется и на мне, так что положите руки туда, куда вам удобно.
Люсия на секунду задумалась, после чего протянула обе руки. Шеи коснулась нежная, мягкая кожа.
— За шею тоже можно?
— Да.
Обхватить мою шею ладонями она не против, а вот прикоснуться к груди постеснялась.
Я закрыл глаза и погрузился во внутренний мир. И тут же притянул ману Соляра к сердцу, начав раскалять пульсирующее кольцо, отчего воздух внутри кареты стал постепенно нагреваться.
Лунар просачивался мягко, словно вода, естественно прокладывая себе русло. Соляр же был его полной противоположностью. Смять голыми руками кусок раскалённого железа без всякого молота, чтобы выковать круглый обод, — вот на какое безумие это походило.
Аскеза, к которой невозможно привыкнуть, сколько бы её ни повторял.
По спине струился холодный пот, ткань одежды прилипла к телу. Я тихо вдохнул, и невыносимая боль, будто в вены залили кипящую лаву, пронзила всё тело.
Соляр наотрез отказывался смирно оставаться в ядре. Он бушевал, готовый разорвать кожу и вырваться наружу, отчаянно сопротивляясь моей воле.
—!..
Сквозь стиснутые зубы вырвался сдавленный стон. Ощущение было таким, словно я голыми руками сжимал бушующий степной пожар.
Но худшее ещё даже не началось. Внутренний демон пока не явился.
Сжатие. И снова сжатие.
Чтобы выковать кольцо высокой плотности, не могло быть никаких компромиссов. Я упорно собирал воедино норовящий рассеяться жар. Даже когда я втискивал его в область сердца, пламя яростно билось, грозя взорваться.
Бушующая стихия постепенно стала принимать форму круглого обода.
Третье Солнечное кольцо.
Казалось, кости расплавились в жидкий металл, а внутренности обратились в угли. Я терпел, сцепив зубы до скрежета. До завершения оставалось совсем чуть-чуть.
И в тот самый миг, когда физическая боль пробила предел, а грань сознания истончилась сильнее всего, подступило жуткое ощущение чужеродного присутствия. Оно просочилось сквозь малейшую брешь в разуме.
Явился внутренний демон.
◇ ◇ ◇
Потоки воздуха в карете накалились до предела.
Люсия выровняла дыхание, неотрывно наблюдая за Астином. Он весь взмок от пота, вздувшиеся вены проступили под кожей, а челюсти одеревенели.
«Упрямец».
Люсия мысленно покачала головой. Пусть путь рыцаря и тернист, но она впервые видела человека, который загонял бы себя в столь чудовищные рамки.
И этого мужчину называли никчёмным повесой?
Астин, о котором судачил свет, и Астин, которого видела Люсия, были совершенно разными людьми. Оттого он и вызывал у неё ещё большую жалость. Зачем он так истязал себя?
Люсия сосредоточила всё внимание на ладонях, обнимавших его шею. Она обязана защитить его, не позволить пострадать. Задача защитника — предотвратить обратный ток Соляра и чрезмерное буйство стихии. Нужно было чувствовать биоритмы и безошибочно выбрать нужный момент.
«Ещё рано. Потоки бурные, но он их контролирует».
Она затаила дыхание, боясь потревожить его даже звуком сглатываемой слюны. Дыхание Астина, пульс, движение Соляра — пока ничто не ускользало от её восприятия.
Вскоре очертания третьего кольца закрепились — чутьё Люсии отчётливо уловило это. Но радоваться было рано: малейшее волнение подвергнет его опасности.
«Ещё немного, потерпите ещё самую малость».
Люсия крепко сжала губы. Напряжение сковало её так, словно всё это происходило с ней самой.
В этот момент крепко зажмуренные глаза Астина распахнулись. Его золотистые глаза уставились в пустоту, но взгляд был расфокусирован.
Внутренний демон.
Дыхание и пульс Астина резко участились. Люсия невольно судорожно вздохнула. Настал самый опасный момент.
«Нужно верить и ждать».
Люсия подавила нарастающую панику.
*Шурх!*
Не двигавшийся до этого Астин внезапно вытянул обе руки. Рубиновые глаза девушки дрогнули от растерянности: грубые ладони намертво вцепились в её предплечья.
Те, кто пал жертвой внутреннего демона, теряли контроль над телом, сражаясь внутри себя. Случаи, когда они двигались в реальности, были чрезвычайно редки.
«Опасно».
Такая реакция тела служила тревожным знаком. Неужели демон перехватывал власть над плотью? Потоки Соляра тоже стали нестабильными.
Помутневшие золотистые глаза были обращены к Люсии, но не видели её. Они смотрели сквозь пустоту на что-то иное. Или же на кого-то, кого являл ему демон.
Сейчас? Пора будить?
В миг, когда Люсия уже готова была решиться...
— Я не знал...
Тихий голос надломленно задрожал.
Люсия замерла.
— Что твоей вины ни в чём не было. Что во всём виноват лишь я один.
Голос, пропитанный глубоким чувством вины и раскаяния. Эта интонация показалась ей знакомой. На долю секунды перед её глазами всплыл его образ на террасе.
— ......Прости, что понял слишком поздно.
Руки, сжимавшие предплечья Люсии, мелко дрожали. Сквозь хватку передавался бурный шквал эмоций.
Пока Люсия пребывала в оцепенении, затуманенные золотые глаза вновь обрели ясный блеск. Потерянный взгляд сфокусировался.
*Шорох.*
Астин разжал пальцы и убрал руки с предплечий Люсии. Две пары глаз пристально смотрели друг на друга.
Астин сам одолел внутреннего демона и вернулся к реальности. Хоть его взгляд и прояснился, в нём всё ещё читались следы глубокого сожаления.
— Я случайно не натворил чего-нибудь странного?
Опешившая Люсия вздрогнула, расправила плечи и медленно покачала головой. Странно, но вымолвить ни слова она не смогла.
— Какое счастье.
Астин коснулся лба, тяжело переводя дух. Он провёл ладонью по лицу и опустил её к области сердца.
— Благодаря вам мне удалось сковать третье кольцо.
Было видно, что он изо всех сил притворяется невозмутимым.
Люсия через силу выдавила улыбку:
— Поздравляю вас, молодой господин.
Астин удовлетворённо улыбнулся и перевёл взгляд за окно. Профиль его лица казался удивительно безмятежным — настолько, что трудно было поверить в то, каким он был всего минуту назад.
Взгляд Люсии помрачнел. Она смотрела на Астина, но мыслями всё ещё возвращалась к недавним событиям.
Внутренний демон поднимает со дна души самое сокровенное и пожирает дух. Самые болезненные воспоминания. Желания, которые так и не удалось отпустить. Неизгладимое раскаяние.
Астин определённо смотрел не на Люсию. Тот, кого он видел, возможно, была упомянутая на Празднике основания... женщина, погибшая возлюбленная.
— ......
Она молча вглядывалась в его глаза. Этот мужчина лишь одолел внутреннего демона, но так и не смог освободиться от призраков прошлого.
Необъяснимая горечь разлилась по её телу.
«Не могу извиниться».
Мертвецы не стареют, они навечно остаются лишь воспоминаниями. Этот несчастный мужчина был скован неизменным прошлым, храня в глубине сердца невысказанные извинения.
«Во всём виноват лишь я. Прости, что понял слишком поздно».
Что чувствовал этот мужчина, произнося такие слова вслух? Сколько усилий ему потребовалось, чтобы вернуть себе рассудок?
Проглотив вертевшиеся на кончике языка вопросы, Люсия заговорила:
— Молодой господин.
Их взгляды встретились. Люсия слабо улыбнулась и через силу выдавила пустую фразу:
— Погода... чудесная, правда?
— ......Да, хорошая. И ветерок прохладный.
Люсия перевела взгляд за окно, словно пытаясь сбежать от разговора. Астин тоже смотрел наружу.
Люсия украдкой окинула взором его профиль. Этот мужчина определённо силён, Люсия никогда не встречала никого сильнее него. Но насколько же глубоко раскаяние, которое он несёт в себе?..
Ей очень хотелось, чтобы этому мужчине больше не было так больно. Такая мысль внезапно посетила её сердце.
◇ ◇ ◇
Дрожь экипажа наконец утихла, и за окном показалась резиденция великого герцога Карденоса.
Я первым спрыгнул на землю и учтиво протянул руку Люсии, выходившей следом.
— Путь был неблизким, вы, должно быть, устали.
Люсия легко улыбнулась и осторожно коснулась моих пальцев.
Сопровождая её, я подошёл к главным воротам поместья. Первым, что нас встретило, был оглушительный шум.
— Быстрее, быстрее! Телега с провизией уже прибыла! Сначала освободите склад!
— В третьем секторе не хватает палаток! Срочно запросим ещё у соседних гильдий!
Сотни слуг в полнейшей суматохе сновали туда-сюда. Я ещё ни разу не видел подобного переполоха на улице, за пределами особняка.
— Молодой господин!
Заметив меня, бледный как полотно дворецкий со всех ног бросился навстречу.
— Вы благополучно вернулись!
— Ну и суматоха. Все собрались на тренировочной площадке?
— Да. Там яблоку негде упасть из-за людей, откликнувшихся на объявление. Кажется, их уже около трёх тысяч. И они всё ещё продолжают прибывать через западные ворота...
Выслушав его, я погладил подбородок.
Четыре дня. С момента публикации объявления прошло всего четыре дня.
Учитывая время на дорогу из разных уголков страны, эти три тысячи были либо теми, кто находился неподалёку от запада, либо безумцами, что гнали коней день и ночь без сна и отдыха.
Сколько же их наберётся, когда слухи разойдутся шире и народ хлынет по-настоящему?
«Удастся ли набрать больше десяти тысяч за месяц?»
Впрочем, чем больше людей, тем лучше. Расходы на их пропитание и снаряжение я обеспечил с лихвой. Выплатить жалованье прямо сейчас не выйдет, но я чётко указал, что награда ждёт их только после завершения похода. Тогда можно будет расплатиться ресурсами, добытыми в Пепельном лесу.
— Идём. Не дело хозяину опаздывать, когда гости уже ждут.
Я повёл Люсию в сторону тренировочной площадки.
Люсия отчего-то молчала. Я думал, цифра в три тысячи её поразит, но у неё, похоже, крепкие нервы.
Издалека доносился оглушительный гул. Эхом разносились боевые кличи и лязг сталкивающегося железа.
«Что ж, пора устроить отбор».
Выживание не гарантировано. Лишь честь и слава.
Хочется верить, что среди собравшихся здесь воинов нет ничтожеств. И из них я отберу лишь тех, кто обладает истинным мастерством и безумием, способным бросить вызов самой смерти.
***
Переводил и редактировал — Afmos

Комментарии

Загрузка...