Глава 4

Глава 4. Не знаком, нет права быть знакомымВ коридоре воцарилась гробовая тишина, сменившаяся взрывом шепотков. Все были потрясены до глубины души. Что вообще происходит? Неприступная профессор Нин, всегда строго следовавшая правилам, добровольно приехала оперировать какого-то безвестного старика? Неужели этот Тан Гуан скрывает за душой нечто невероятное?Однако за все это время Нин Хань ни разу не взглянула на Тан Гуана. Повинуясь ее короткому кивку, медсестры тут же бросились выполнять указания. Авторитет профессора в медицинских кругах был непререкаем — для них она была божеством, сошедшим с небес.Суета закрутилась с бешеной скоростью, и уже через пару минут каталку с дедушкой ввезли в операционную. Двери закрылись, и над входом вспыхнуло предупреждающее зеленое табло.Тан Гуан, несмотря на всю свою выдержку и хладнокровие, почувствовал, как внутри все сжалось от тревоги. Е Ван, поколебавшись, медленно подошла и встала рядом с ним плечом к плечу. Она открыла было рот, чтобы что-то сказать, но тишину разорвал резкий звонок ее телефона. Быстро взглянув на экран, она испуганно, словно пойманная на горячем воровка, покосилась на мужа.— Хочешь ответить — отвечай, — равнодушно бросил Тан Гуан, даже не повернув головы.После долгой борьбы с собой Е Ван все же провела пальцем по экрану и прижала трубку к уху.— Ван-эр! — раздался из динамика воодушевленный голос Цинь Хао. — Я только что узнал, что сегодня вечером в Пинхае состоится закрытый концерт самой Поп-дивы! Туда пускают только элиту, но мне удалось раздобыть два VIP-билета. Ты свободна сегодня? Я помню, как сильно ты любишь ее творчество.Первым порывом Е Ван было отказаться, но перед глазами снова встала сцена, как Тан Гуан безжалостно швыряет шестьсот тысяч в окно. Поколебавшись мгновение, она тихо ответила:— Хорошо, я пойду.Упомянутая «Поп-дива» была не кем иным, как Лю Цинчэн — мировая суперзвезда с армией поклонников в сотни миллионов человек. Ее чистый, неземной голос завораживал, а за десять лет в шоу-бизнесе ее имя ни разу не было запятнано ни одним грязным скандалом.— Дорогой, пожалуйста, дай мне немного времени, — прошептала Е Ван, сбросив вызов и виновато прижавшись к Тан Гуану. — Обещаю, я полностью оборву с ним все связи.— Я сам верну ему эти шестьсот тысяч. Никуда сегодня не ходи, — нахмурившись, отрезал Тан Гуан.Е Ван застыла в недоумении, после чего тяжело вздохнула. Впервые в жизни в ее душе шевельнулось горькое разочарование в муже. Она прекрасно знала его финансовое положение: его скромная строительно-отделочная фирма приносила от силы триста-четыреста тысяч в год. Теперь же, когда дедушка тяжело заболел, бизнес фактически встал, клиенты разбежались, и компания дышала на ладан. Очевидно, что Тан Гуан надолго останется без гроша за душой. Как в таких условиях он собирается возвращать долг? Это казалось глупым упрямством.— Вы с Нин Хань знакомы? — вдруг спросила она, пытаясь перевести тему.— Нет. Она не заслужила права быть со мной знакомой, — спокойно ответил Тан Гуан.Е Ван мысленно согласилась с его первой фразой: «Действительно, откуда простому парню знать такую недосягаемую гордячку?» Она даже не подозревала, какой истинный смысл Тан Гуан вложил в свои слова.Время тянулось мучительно медленно. Внезапно двери операционной распахнулись. Из них вышла Нин Хань. В защитной маске и хирургическом костюме видны были только ее глубокие, встревоженные глаза.— Ситуация критическая, — быстро заговорила она. — Помимо опухоли мозга, у пациента обнаружена острая почечная недостаточность. Отказали обе почки. Срочно нужен совместимый донорский орган, иначе он не выживет. У нас есть максимум два часа!Не дожидаясь ответа, она стремительно вернулась в операционную, и дверь захлопнулась.Эти слова прозвучали для Тан Гуана как гром среди ясного неба. В его голове словно взорвалась бомба. Как почечная недостаточность?! Во всех предыдущих медицинских отчетах черным по белому было написано, что почки дедушки абсолютно здоровы, проблема заключалась лишь в опухоли мозга! Где, черт возьми, найти подходящую почку за два часа?!Лицо Тан Гуана потемнело от гнева, напоминая грозовую тучу. Отойдя подальше в конец коридора, он набрал номер Ли Чуньцю.— Ли Эргоу, у тебя есть ровно час, чтобы найти совместимую почку для трансплантации! — прорычал он в трубку.— Что? — искренне удивился на том конце провода Ли Чуньцю. — Но ведь донорский орган был подготовлен еще вчера вечером! Как только я передал профессору Нин медицинскую карту вашего дедушки, она сразу определила скрытую почечную недостаточность и лично распорядилась доставить почку из спецфонда. Ее должны привезти в больницу к половине десятого.Тан Гуан опешил, а затем раздраженно процедил сквозь зубы:— Вот же... Нин Хань, чертовка! — Он понял, что эта женщина просто решила поиграть с ним, заставив понервничать.Спрятав телефон, Тан Гуан медленно перевел тяжелый взгляд на доктора Дуаня, который преспокойно листал ленту новостей в смартфоне на сестринском посту.— Превосходно сработано, — ледяным тоном произнес Тан Гуан, приближаясь к нему.Толстяк вздрогнул всем телом, едва не выронив гаджет, и поспешно забормотал:— Я... я тут ни при чем! Это все устаревшее оборудование, аппараты УЗИ ошиблись...*Тем временем на больничной парковке, в салоне роскошной спортивной «Феррари», Цинь Хао, выслушав отчет по телефону, с довольной ухмылкой откинулся на кожаное сиденье.— Отлично! Просто великолепно! — расхохотался он. — Мои палки в колеса этот нищеброд как-то обошел, но сама судьба решила его прикончить. Старый хрыч загибается от отказа почек!Рядом с ним сидел Е Кунь, младший брат Е Ван. Он с вожделением поглаживал дорогую кожаную обивку салона и заискивающе заглядывал Цинь Хао в глаза:— Зять, не переживай! Я костьми лягу, но разведу сестру с этим неудачником. Как только старик откинет копыта, Тан Гуан спустит на нее всех собак за то, что она якобы опоздала с деньгами. А я вовремя подкину дровишек в огонь, и они разведутся в два счета!— Если все выгорит, эта «Феррари» твоя, — небрежно бросил Цинь Хао.— О боже! Серьезно?! — Е Кунь от счастья едва не разрыдался, судорожно сжимая руль. О такой машине он не смел мечтать даже в самых смелых фантазиях!— Постой, а это еще кто? Зачем здесь военные? — нахмурился Цинь Хао, заметив, как к главному входу клиники с визгом тормозов подкатил брутальный черный «Гелендваген» с армейскими номерами.Дверь внедорожника распахнулась, и из нее вышел высокий, широкоплечий мужчина в камуфляже. В руке он сжимал тяжелый металлический кейс, с которым стремительно направился внутрь здания.— Твою мать... Это же генерал-майор Нин Юйань! — потрясенно выдохнул Цинь Хао, подавшись вперед. — Самый молодой генерал-майор в округе, ему всего тридцать! А еще он родной брат Нин Хань. Стоит этому человеку топнуть ногой, и весь Пинхай содрогнется от ужаса!— Идем за ним, живо! — скомандовал Цинь Хао, выпрыгивая из спорткара. Е Кунь послушно засеменил следом.*Возле операционной Е Ван испуганно вжалась в стену при виде вошедшего военного. Его мужественное лицо было ей прекрасно знакомо по выпускам новостей и передовицам газет — живая легенда Пинхая, генерал-майор Нин Юйань.Генерал-майор Нин Юйань остановился у дверей. Краем глаза он уловил фигуру стоявшего неподалеку Тан Гуана. Его сердце забилось чаще, а ладони, сжимавшие кейс, предательски задрожали от волнения.Пять долгих лет! Наконец-то он снова видит этого легендарного человека, великого воина, который решил добровольно уйти в тень в этом тихом приморском городке. Однако Нин Юйань подавил порыв подойти и отдать честь — он помнил строгое напутствие Ли Эргоу: «Ни в коем случае не заговаривай с Королем Таном первым, пока он сам не соизволит обратиться к тебе».Дверь операционной вновь приоткрылась. Нин Хань забрала из рук брата тяжелый металлический кейс и бросила короткий взгляд на Тан Гуана:— Органы доставлены. Начинаем пересадку.Прошло еще несколько томительных часов, прежде чем погасло зеленое табло над дверью. Медсестры бережно выкатили каталку с дедушкой, направляясь обратно в палату интенсивной терапии.Следом вышла уставшая, но победоносно сияющая Нин Хань. Сняв защитную маску, она стерла капли пота со лба и произнесла:— Операция завершена. Все прошло успешно, но пациенту потребуется длительная реабилитация под наблюдением.— Благодарю, — негромко, но искренне ответил Тан Гуан.Е Ван стояла как громом пораженная. Происходящее решительно не укладывалось у нее в голове. Что здесь творится? Откуда взялся донорский орган за такой короткий срок? И почему сама Нин Хань, гордая и неприступная, так печется о дедушке Тан Гуана?— Каждая почка обошлась в восемьсот тысяч, итого — миллион шестьсот. Плюс моя стандартная ставка за операцию — пять миллионов. В общей сложности ты должен мне шесть миллионов шестьсот тысяч. Не забудь вернуть долг, — сухо подвела итог Нин Хань и развернулась, собираясь уходить.В этот момент из-за угла вальяжной походкой вышел Цинь Хао с дежурной приторной улыбкой на лице.— Профессор Нин, какая встреча! Давно не виделись, — заискивающе произнес он.Нин Хань окинула его ледяным взглядом с ног до головы:— А вы, собственно, кто такой?Улыбка сползла с лица Цинь Хао, дыхание перехватило от такой откровенной грубости. «Да как она смеет так разговаривать со мной? Я, черт возьми, наследник влиятельной фармацевтической династии! Мы ведь пересекались на приемах!»— Меня зовут Цинь Хао. Мой отец — Цинь Ган, а дедушка — Цинь Лун... — начал было перечислять он свои регалии.— Не знаю таких, знать не хочу и не имею ни малейшего интереса. Прочь с дороги, — безжалостно оборвала его Нин Хань. Ее холодный тон не допускал возражений.Сгорая от стыда под взглядами медсестер, Цинь Хао попытался сохранить лицо и с натянутым смешком спросил:— Ходят слухи, что вы оперируете исключительно в Девятой больнице и никогда не снисходите до обычных клиник. Почему же сегодня вы сделали исключение для Тан Гуана? Вы с ним близко знакомы?— Мы не знакомы. Он не заслужил права быть моим знакомым, — отрезала Нин Хань.Цинь Хао облегченно выдохнул. «Ну конечно! Все встало на свои места! Откуда у этого нищеброда такие связи?»— Шесть миллионов шестьсот тысяч — огромные деньги. С какой стати мне отказываться от такого гонорара? — с легкой усмешкой добавила Нин Хань. — Если кто-то в твоей семье окажется при смерти и у тебя найдутся такие деньги, я и его прооперирую.Это было оскорбление чистой воды, замаскированное под профессиональный цинизм, но Цинь Хао мог лишь натянуто улыбаться в ответ.— Но ведь Тан Гуан — нищий! — злорадно вставил он. — Он даже несчастные шестьсот тысяч на операцию не смог бы наскрести самостоятельно!

Глава 4. Не знаком, нет права быть знакомым

В коридоре воцарилась гробовая тишина, сменившаяся взрывом шепотков. Все были потрясены до глубины души. Что вообще происходит? Неприступная профессор Нин, всегда строго следовавшая правилам, добровольно приехала оперировать какого-то безвестного старика? Неужели этот Тан Гуан скрывает за душой нечто невероятное?

Однако за все это время Нин Хань ни разу не взглянула на Тан Гуана. Повинуясь ее короткому кивку, медсестры тут же бросились выполнять указания. Авторитет профессора в медицинских кругах был непререкаем — для них она была божеством, сошедшим с небес.

Суета закрутилась с бешеной скоростью, и уже через пару минут каталку с дедушкой ввезли в операционную. Двери закрылись, и над входом вспыхнуло предупреждающее зеленое табло.

Тан Гуан, несмотря на всю свою выдержку и хладнокровие, почувствовал, как внутри все сжалось от тревоги. Е Ван, поколебавшись, медленно подошла и встала рядом с ним плечом к плечу. Она открыла было рот, чтобы что-то сказать, но тишину разорвал резкий звонок ее телефона. Быстро взглянув на экран, она испуганно, словно пойманная на горячем воровка, покосилась на мужа.

— Хочешь ответить — отвечай, — равнодушно бросил Тан Гуан, даже не повернув головы.

После долгой борьбы с собой Е Ван все же провела пальцем по экрану и прижала трубку к уху.

— Ван-эр! — раздался из динамика воодушевленный голос Цинь Хао. — Я только что узнал, что сегодня вечером в Пинхае состоится закрытый концерт самой Поп-дивы! Туда пускают только элиту, но мне удалось раздобыть два VIP-билета. Ты свободна сегодня? Я помню, как сильно ты любишь ее творчество.

Первым порывом Е Ван было отказаться, но перед глазами снова встала сцена, как Тан Гуан безжалостно швыряет шестьсот тысяч в окно. Поколебавшись мгновение, она тихо ответила:

— Хорошо, я пойду.

Упомянутая «Поп-дива» была не кем иным, как Лю Цинчэн — мировая суперзвезда с армией поклонников в сотни миллионов человек. Ее чистый, неземной голос завораживал, а за десять лет в шоу-бизнесе ее имя ни разу не было запятнано ни одним грязным скандалом.

— Дорогой, пожалуйста, дай мне немного времени, — прошептала Е Ван, сбросив вызов и виновато прижавшись к Тан Гуану. — Обещаю, я полностью оборву с ним все связи.

— Я сам верну ему эти шестьсот тысяч. Никуда сегодня не ходи, — нахмурившись, отрезал Тан Гуан.

Е Ван застыла в недоумении, после чего тяжело вздохнула. Впервые в жизни в ее душе шевельнулось горькое разочарование в муже. Она прекрасно знала его финансовое положение: его скромная строительно-отделочная фирма приносила от силы триста-четыреста тысяч в год. Теперь же, когда дедушка тяжело заболел, бизнес фактически встал, клиенты разбежались, и компания дышала на ладан. Очевидно, что Тан Гуан надолго останется без гроша за душой. Как в таких условиях он собирается возвращать долг? Это казалось глупым упрямством.

— Вы с Нин Хань знакомы? — вдруг спросила она, пытаясь перевести тему.

— Нет. Она не заслужила права быть со мной знакомой, — спокойно ответил Тан Гуан.

Е Ван мысленно согласилась с его первой фразой: «Действительно, откуда простому парню знать такую недосягаемую гордячку?» Она даже не подозревала, какой истинный смысл Тан Гуан вложил в свои слова.

Время тянулось мучительно медленно. Внезапно двери операционной распахнулись. Из них вышла Нин Хань. В защитной маске и хирургическом костюме видны были только ее глубокие, встревоженные глаза.

— Ситуация критическая, — быстро заговорила она. — Помимо опухоли мозга, у пациента обнаружена острая почечная недостаточность. Отказали обе почки. Срочно нужен совместимый донорский орган, иначе он не выживет. У нас есть максимум два часа!

Не дожидаясь ответа, она стремительно вернулась в операционную, и дверь захлопнулась.

Эти слова прозвучали для Тан Гуана как гром среди ясного неба. В его голове словно взорвалась бомба. Как почечная недостаточность?! Во всех предыдущих медицинских отчетах черным по белому было написано, что почки дедушки абсолютно здоровы, проблема заключалась лишь в опухоли мозга! Где, черт возьми, найти подходящую почку за два часа?!

Лицо Тан Гуана потемнело от гнева, напоминая грозовую тучу. Отойдя подальше в конец коридора, он набрал номер Ли Чуньцю.

— Ли Эргоу, у тебя есть ровно час, чтобы найти совместимую почку для трансплантации! — прорычал он в трубку.

— Что? — искренне удивился на том конце провода Ли Чуньцю. — Но ведь донорский орган был подготовлен еще вчера вечером! Как только я передал профессору Нин медицинскую карту вашего дедушки, она сразу определила скрытую почечную недостаточность и лично распорядилась доставить почку из спецфонда. Ее должны привезти в больницу к половине десятого.

Тан Гуан опешил, а затем раздраженно процедил сквозь зубы:

— Вот же... Нин Хань, чертовка! — Он понял, что эта женщина просто решила поиграть с ним, заставив понервничать.

Спрятав телефон, Тан Гуан медленно перевел тяжелый взгляд на доктора Дуаня, который преспокойно листал ленту новостей в смартфоне на сестринском посту.

— Превосходно сработано, — ледяным тоном произнес Тан Гуан, приближаясь к нему.

Толстяк вздрогнул всем телом, едва не выронив гаджет, и поспешно забормотал:

— Я... я тут ни при чем! Это все устаревшее оборудование, аппараты УЗИ ошиблись...

*

Тем временем на больничной парковке, в салоне роскошной спортивной «Феррари», Цинь Хао, выслушав отчет по телефону, с довольной ухмылкой откинулся на кожаное сиденье.

— Отлично! Просто великолепно! — расхохотался он. — Мои палки в колеса этот нищеброд как-то обошел, но сама судьба решила его прикончить. Старый хрыч загибается от отказа почек!

Рядом с ним сидел Е Кунь, младший брат Е Ван. Он с вожделением поглаживал дорогую кожаную обивку салона и заискивающе заглядывал Цинь Хао в глаза:

— Зять, не переживай! Я костьми лягу, но разведу сестру с этим неудачником. Как только старик откинет копыта, Тан Гуан спустит на нее всех собак за то, что она якобы опоздала с деньгами. А я вовремя подкину дровишек в огонь, и они разведутся в два счета!

— Если все выгорит, эта «Феррари» твоя, — небрежно бросил Цинь Хао.

— О боже! Серьезно?! — Е Кунь от счастья едва не разрыдался, судорожно сжимая руль. О такой машине он не смел мечтать даже в самых смелых фантазиях!

— Постой, а это еще кто? Зачем здесь военные? — нахмурился Цинь Хао, заметив, как к главному входу клиники с визгом тормозов подкатил брутальный черный «Гелендваген» с армейскими номерами.

Дверь внедорожника распахнулась, и из нее вышел высокий, широкоплечий мужчина в камуфляже. В руке он сжимал тяжелый металлический кейс, с которым стремительно направился внутрь здания.

— Твою мать... Это же генерал-майор Нин Юйань! — потрясенно выдохнул Цинь Хао, подавшись вперед. — Самый молодой генерал-майор в округе, ему всего тридцать! А еще он родной брат Нин Хань. Стоит этому человеку топнуть ногой, и весь Пинхай содрогнется от ужаса!

— Идем за ним, живо! — скомандовал Цинь Хао, выпрыгивая из спорткара. Е Кунь послушно засеменил следом.

*

Возле операционной Е Ван испуганно вжалась в стену при виде вошедшего военного. Его мужественное лицо было ей прекрасно знакомо по выпускам новостей и передовицам газет — живая легенда Пинхая, генерал-майор Нин Юйань.

Генерал-майор Нин Юйань остановился у дверей. Краем глаза он уловил фигуру стоявшего неподалеку Тан Гуана. Его сердце забилось чаще, а ладони, сжимавшие кейс, предательски задрожали от волнения.

Пять долгих лет! Наконец-то он снова видит этого легендарного человека, великого воина, который решил добровольно уйти в тень в этом тихом приморском городке. Однако Нин Юйань подавил порыв подойти и отдать честь — он помнил строгое напутствие Ли Эргоу: «Ни в коем случае не заговаривай с Королем Таном первым, пока он сам не соизволит обратиться к тебе».

Дверь операционной вновь приоткрылась. Нин Хань забрала из рук брата тяжелый металлический кейс и бросила короткий взгляд на Тан Гуана:

— Органы доставлены. Начинаем пересадку.

Прошло еще несколько томительных часов, прежде чем погасло зеленое табло над дверью. Медсестры бережно выкатили каталку с дедушкой, направляясь обратно в палату интенсивной терапии.

Следом вышла уставшая, но победоносно сияющая Нин Хань. Сняв защитную маску, она стерла капли пота со лба и произнесла:

— Операция завершена. Все прошло успешно, но пациенту потребуется длительная реабилитация под наблюдением.

— Благодарю, — негромко, но искренне ответил Тан Гуан.

Е Ван стояла как громом пораженная. Происходящее решительно не укладывалось у нее в голове. Что здесь творится? Откуда взялся донорский орган за такой короткий срок? И почему сама Нин Хань, гордая и неприступная, так печется о дедушке Тан Гуана?

— Каждая почка обошлась в восемьсот тысяч, итого — миллион шестьсот. Плюс моя стандартная ставка за операцию — пять миллионов. В общей сложности ты должен мне шесть миллионов шестьсот тысяч. Не забудь вернуть долг, — сухо подвела итог Нин Хань и развернулась, собираясь уходить.

В этот момент из-за угла вальяжной походкой вышел Цинь Хао с дежурной приторной улыбкой на лице.

— Профессор Нин, какая встреча! Давно не виделись, — заискивающе произнес он.

Нин Хань окинула его ледяным взглядом с ног до головы:

— А вы, собственно, кто такой?

Улыбка сползла с лица Цинь Хао, дыхание перехватило от такой откровенной грубости. «Да как она смеет так разговаривать со мной? Я, черт возьми, наследник влиятельной фармацевтической династии! Мы ведь пересекались на приемах!»

— Меня зовут Цинь Хао. Мой отец — Цинь Ган, а дедушка — Цинь Лун... — начал было перечислять он свои регалии.

— Не знаю таких, знать не хочу и не имею ни малейшего интереса. Прочь с дороги, — безжалостно оборвала его Нин Хань. Ее холодный тон не допускал возражений.

Сгорая от стыда под взглядами медсестер, Цинь Хао попытался сохранить лицо и с натянутым смешком спросил:

— Ходят слухи, что вы оперируете исключительно в Девятой больнице и никогда не снисходите до обычных клиник. Почему же сегодня вы сделали исключение для Тан Гуана? Вы с ним близко знакомы?

— Мы не знакомы. Он не заслужил права быть моим знакомым, — отрезала Нин Хань.

Цинь Хао облегченно выдохнул. «Ну конечно! Все встало на свои места! Откуда у этого нищеброда такие связи?»

— Шесть миллионов шестьсот тысяч — огромные деньги. С какой стати мне отказываться от такого гонорара? — с легкой усмешкой добавила Нин Хань. — Если кто-то в твоей семье окажется при смерти и у тебя найдутся такие деньги, я и его прооперирую.

Это было оскорбление чистой воды, замаскированное под профессиональный цинизм, но Цинь Хао мог лишь натянуто улыбаться в ответ.

— Но ведь Тан Гуан — нищий! — злорадно вставил он. — Он даже несчастные шестьсот тысяч на операцию не смог бы наскрести самостоятельно!