— Старик Цинь! Не дрейфь! Братуха прикроет, если что. Кто только посмердит в твою сторону – гляди, как я им ребра пересчитаю!
Ню Би подошел к Цинь Тяню вплотную, свирепо выпучив бычьи глаза и с ходу засучив рукава так, чтобы стали видны бугрящиеся, словно валуны, мускулы.
Стоило Ню Би бросить тяжёлый взгляд по сторонам, как те из учеников, что еще секунду назад жаждали зрелищ, поспешно отвели глаза.
Происхождение Ню Би, его связи и личная сила – всё это было на недосягаемой высоте, а теперь он еще и пробудил боевой класс.
Обычные школьники, разумеется, не смели переходить ему дорогу.
Час пролетел незаметно, и церемония пробуждения подошла к концу.
Соотношение пробудившихся в этот раз ничем не отличалось от прошлых лет: из тысячи человек едва ли сотня получила боевые классы.
Триста человек стали вспомогательными специалистами, остальные довольствовались мирными профессиями, и лишь один-единственный Цинь Тянь получил скрытый класс.
Дурная молва летит быстро: стоило злым языкам зашептаться, как слух о том, что Цинь Тянь сменил профессию на абсолютно никчемный класс, разнесся по всему Муму, а затем и по всей провинции!
Следом за пробуждением и сменой класса следовал двухмесячный отпуск, за которым неизбежно маячили вступительные экзамены в академии.
Главным условием допуска к экзаменам для обладателей боевых классов было достижение пятого уровня за эти два месяца, а также необходимость довести свои базовые навыки до совершенства.
Разумеется, чем выше твой уровень и мастерство владения умениями, тем престижнее учебное заведение распахнет перед тобой свои двери.
От учеников вспомогательных классов требовалось достичь хотя бы третьего уровня, а к мирным профессиям и вовсе не предъявлялось никаких требований.
Профессиональные колледжи обучали мастеров мирного ремесла по особой программе. В конце концов, рост их сил напрямую зависел от мастерства в ремесле: стоило лишь набить руку до нужного уровня, и дело в шляпе.
— Старик Ню! Я же русским языком сказал: у меня в руках редчайший боевой класс! Почему ты мне не веришь?
Почувствовав на себе этот исполненный железобетонной поддержки взгляд, Цинь Тянь с тяжелым вздохом потер переносицу.
Этот непробиваемый упрямец порой доводил до белого каления.
По правде говоря, когда весь мир считает тебя последним ничтожеством, а рядом остается преданный брат, готовый идти за тобой до конца, – это дорогого стоит.
Беда была лишь в том, что воображение Ню Би работало на износ: здоровяк наверняка думал, будто друг просто хорошую мина при плохой игре держит.
— Братцы в сердце навсегда! Братуха еще покажет тебе высший пилотаж!
Ню Би звонко стукнул себя кулаком в широкую грудь и произнес это с такой невыносимой торжественностью, что у Цинь Тяня едва не завяли уши.
— До тебя дозвониться вообще реально, нет? Твою ж мать, я в отчаянии от тебя! Чего стоишь? Проваливай на арену, я живо покажу тебе, что такое по-настоящему небеса перевернуть!
Цинь Тянь сверкнул глазами на Ню Би и злобно выругался.
— Не могу! Это же значит – гнобить тебя! А я своих не гноблю!
Ню Би простодушно почесал затылок и выдал ответ с видом побитого пса.
— Ну ты и мощь ходячая!
Цинь Тянь окончательно лишился дар речи и лишь устало махнул рукой. Спорить с этим танком – только самому в танк превращаться.
— Старик Цинь, ты чего это меня по имени-отчеству величать перестал? Чужими людьми пахнуло, не находишь? Расслабься, я на тебя не смотрю свысока!
— Пошел к черту!
Не успели парни, препираясь, дойти до дверей класса, как им преградила путь школьная красавица Лю Жуянь, висшая на руке у какого-то жиробаса.
— Цинь Тянь, время и впрямь расставляет всё по местам. Между нами всё кончено!
Лю Жуянь высоко задрала подбородок, глядя на Цинь Тяня с нескрываемым, ядовитым презрением.
Школьная красавица бросает парня? Какая до боли банальная класика жанра! Что за цирк вообще происходит?!
— Эй, подруга, ты палёной водки хлебнула? С каких это пор мы с тобой вообще парой были? Старик Ню, ты хоть слышал о таком?
Цинь Тяня аж перекосило от смеха, и он с недоумением повернулся к приятелю.
— А? Вы типа встречались? Впервые слышу... Хотя погоди, эта девица вроде бы вилась вокруг тебя когда-то, хотя нет, вылетело из головы. Сам же знаешь, память у меня – решето.
Ню Би лишь покачал головой, хлопая глазами от откровенного непонимания.
От такого ответа Лю Жуянь задохнулась от ярости и обиды!
Разумеется, Цинь Тянь никогда не крутил с ней никаких шашней – всё происходящее было лишь плодом ее собственных тайных фантазий.
Люди любят обманывать сами себя. Стоит им погрузиться в грезы, как грань между вымыслом и суровой реальностью стирается окончательно.
Совсем как в случае с Лю Жуянь.
— Ха! Цинь Тянь! Раньше я была для тебя недосягаемой вершиной, а теперь я – жрица света, чьего общества ты недостоин! Ван Ба уже пробудил класс берсерка, и мы образовали идеальный союз! Тебе, никчемному обладателю мусорного класса, до нашего будущего – как до луны пешком!
Выпалив это, Лю Жуянь вцепилась в руку Ван Ба еще крепче, а ее лицо исказилось от горделивого самодовольства.
Стоявший рядом Ван Ба едва заметно поморщился в уголках рта.
От речей Лю Жуянь ему самому стало не по себе: каким бы ни был Цинь Тянь, за его спиной стояла влиятельная семья. Эта девица точно тронулась рассудком!
Цинь Тянь лишь горько усмехнулся и покачал головой.
Творец ты мой, да в какую сторону этот мир катится? С каких пор здешняя жизнь стала так подозрительно смахивать на дешевый роман о проученных заносчивых выскочках?
— Старый ублюдок, неужто перед тем, как заводить шашни, даже справки о человеке не наводишь?
Цинь Тянь в упор посмотрел на Ван Ба и не удержался от шпильки.
Ван Ба, как и Цинь Тянь с Ню Би, вырос в одном дворе.
Вот только скверный, мелочный и завистливый характер Ван Ба напрочь отбивал у остальных желание водиться с ним.
Со временем пути окончательно разошлись, оставив после себя лишь легкий осадок взаимной неприязни.
Впрочем, всё было в пределах нормы.
— Цинь Тянь, в тебе всегда было слишком много спеси. Ты даже на такую жемчужину, как сестрица Жуянь, свысока смотрел. И к чему теперь эти дешевые выпады? Зависть глаза застилает, что ли, раз самому виноград оказался не по зубам?
Желая отыграться за прошлые обиды, Ван Ба горделиво выпятил грудь и бросил на соперника вызывающий взгляд.
Каким бы простодушным ни был Ню Би, даже он отчетливо уловил ядовитый сарказм в голосе Ван Ба.
Бычьи глаза здоровяка мгновенно налились кровью. Хрустя суставами пудовых кулаков, он шагнул вперед и рявкнул на недруга:
— Ах ты старый ублюдок! Пасть разинешь на Старика Циня еще хоть раз – я из тебя котлету сделаю!
Ван Ба испуганно вжал голову в плечи и инстинктивно отпрянул на полшага, глядя на вздувшиеся жилы на руках громилы.
Ню Би со школы слыл непревзойденным буяном, а благодаря своей природной силище наводил страх на весь двор; Ван Ба в свое время тоже не раз получал от него на орехи, а потому при виде разъяренного детины тут же сник.
Пусть оба они теперь и носили гордое звание обладателей боевых классов, но эта ветвь развития требовала безупречной физической формы.
В схватке один на один Ван Ба по-прежнему светило лишь одно: быть жестоко и методично избитым.
— Оставь его, старик Ню.
Цинь Тянь похлопал друга по плечу, а затем с загадочной полуулыбкой перевел взгляд на парочку:
— Насчет того, кислый этот виноград или нет, спорить не стану – пробовать не рискую. Но вот в чем я уверен наверняка: эта ягода давно протухла.
— Ради старого знакомства скажу тебе: если невтерпеж, то хоть предохраняйся как следует. Впрочем, настоятельно советую заглянуть к врачу надобности ради. Ты ведь у своего рода Ван последний наследник, как-никак.
— Разумеется, если вы связали себя чистой, возвышенной любовью, можете считать, что я ничего не говорил.
Бросив эти слова, Цинь Тянь легко махнул рукой и зашагал прочь, оставляя за спиной ошеломленно меняющихся в лице голубков и увлекая за собой Ню Би.
Не прошло и минуты, как из-за спины донеслись яростные крики, щедро сдобренные женскими рыданиями.
Когда имя Лю Жуянь впервые всплыло в поле зрения Цинь Тяня, он испытал настоящий шок.
Кто же в здравом уме не слышал про великую императрицу Жуань!
А уж когда эта самая императрица внезапно воспылала к нему страстью, Цинь Тянь без малейших колебаний задействовал все связи клана Цинь, чтобы вывернуть прошлое этой девицы наизнанку.
Результат не заставил себя ждать: ожидаемо выяснилось, что здешняя императрица Жуань – та еще штучка с богатым багажом.
Короче говоря, мадам уже давно числилась в списках зараженных вирусом носителей. И пусть в этом мире святой свет исцелял любую заразу, но...
Эта болячка обладала удивительным свойством: подхватишь разок – и до конца дней будешь молча наслаждаться последствиями!

Комментарии

Загрузка...