─ Что?!─
Чэнь Сун в неверии вытаращил глаза.
─ Собака-император вовсе не умеет драться, как он может быть мастером высшего ранга?!─
Любой мастер высшего ранга, откуда ни возьмись, по праву считался сильнейшим бойцом в подлунном мире.
Даже если Шестой начал тренироваться прямо в утробе матери, он никак не мог достичь уровня высшего ранга к восемнадцати годам!
─ Хочешь верь, хочешь нет, ─ недовольно скривилась Су Яо. ─ Во всяком случае, у меня нет силенок убить его...─
Чэнь Сун сперва замер на мгновение, а затем испустил тяжелый вздох.
─ Не думал я, что как ни рассчитывай, а оплошаю...
─ Мало того что Цай Юн провалил дело, так еще и Святая дева оплошала...
─ Святая дева, собирай пожитки, нашей Секте Темного Бога больше нельзя оставаться в Ичжоу!
Су Яо слегка повела брови: ─ Что тут стряслось за те дни, пока я пребывала в затворе?─
─ Лян-ван послал войска вылавливать людей из цзянху, а вчера вечером один из наших наставников засек у логова Секты Темного Бога соглядатаев из Стражи в парчовых халатах...─
Чэнь Сун с досадой покачал головой.
Лян-ван Чэнь Цзин, его второй дядюшка.
Поначалу парень надеялся сперва отрастить собственные зубы и набраться веса, а уже потом сводить знакомства с Лян-ваном, чтобы вдвоем с родственником провернуть великое дело.
Но теперь выяснилось, что Лян-ван уже полностью лег под шестого братца.
А его собственные зубы отрастать никак не желали...
─ Уходим на юг, в Линнань, ─ стиснув зубы, продолжал Чэнь Сун. ─ На тамошних берегах лютуют японские пираты, пусть они пока и не сколотили единой армии, но как только мы окажемся там, у нас будет сколько угодно возможностей договориться с ними о совместных действиях!─
─ С пиратами? ─ брови Су Яо взлетели еще выше, а на лице проступило брезгливое выражение. ─ Заключать союз с заморскими разбойниками из Фусана? Хочешь – вали сам, а я с японской сволочью водиться не стану!─
─ Ты...─
Лицо Чэнь Суна окаменело, он с силой топнул ногой и вихрем выскочил за дверь.
Тот, кто вершит великие дела, разве может позволить какой-то девчонке путаться у него под ногами?
Настанет час, когда он с помощью японцев овладеет троном, – тогда-то она еще поплачется от своего упрямства!
...
Дворец Хэнъян, кабинет правителя.
Чэнь Фэн откинулся на спинку драконьего трона, а стоящая позади Линь Ваньэр нежно массировала ему плечи.
Он с любопытством разглядывал застывшего на коленях Ли Муюня.
Пыль дальних дорог, осунувшееся, заострившееся лицо.
Седые пряди, пустой взгляд.
p>На чиновничьем платье – сплошные заплаты.
Пробежав глазами по донесению Стражи в парчовых халатах,
он в пару мгновений ознакомился с биографией Ли Муюня.
Выходец из низов, пробивший дорогу на службу через экзамены.
Никаких заметных подвигов на административном поприще, но и крупных прегрешений тоже не числилось.
Типичный «серый» чиновник: без влияния, без рода-племени, без политической опоры.
В поведении – осторожность донельзя, старался вообще никому не переходить дорогу...
Чэнь Фэн опустил бумаги, уголки его рта невольно поползли вверх.
Хе-хе... А ведь этот Ли Муюнь – настоящий клад!
Тихий, послушный доброжелатель.
Отправить его надзирать за делом, где вовсю воруют, пусть себе закрывает оба глаза – разве не верный способ снова обрушить государственную казну?
─ Ли Муюнь, поднимайся, говори стоя!─
─ Ваш покорный слуга не смеет, ─ Ли Муюнь уткнулся лицом в пол. ─ Прошу Ваше Величество изволить покарать недостойного...─
─ С чего ты взял, что Я хочу тебя карать? ─ с улыбкой покачал головой Чэнь Фэн. ─ Ты неплохо показал себя в Ичжоу, к тому же... твой потрепанный балахон давно пора бы сменить на что-то посолиднее...─
─ А?!─
Ли Муюнь едва поверил собственным ушам.
Хотя во время голода он действительно старался изо всех сил,
p>но из-за противодействия местных кланов и знати его приказы почти не приносили пользы.
Удавалось лишь чуть-чуть снизить масштаб бедствия, а бедняки как пухли с голоду, так и пухли.
При таком раскладе любого наместника при любой династии
ждала либо плаха, либо высылка на соляные промыслы.
p>С чего бы вдруг ему оставаться без взысканий?
К тому же слова монарха о смене одежды
наверняка таили какой-то скрытый смысл.
В его голове мелькнула дикая, совершенно безумная догадка.
Неужто император собирается... повысить его в чине?
Поверить в такое было выше сил!
В этот момент Чэнь Фэн перевел взгляд на Линь Ваньэр:
─ Ваньфэй, ты ведь помогала Мне разбирать бумаги, подумай-ка, не найдется ли какого подходящего дельца, куда бы отправить господина Ли проявить себя?─
Линь Ваньэр моргнула, а затем лучезарно улыбнулась:
─ Зимой и весной укрепляй, летом и осенью спасай... На дворе как раз ранняя осень, в Юйчжоу у Синъяна Хуанхэ угрожает прорвать дамбы, там спешно собирают людей на борьбу с паводком, господин Ли как раз мог бы возглавить надзор!─
─ Годится! Пусть будет по словам Ваньфэй!─
Чэнь Фэн одобрительно кивнул.
─ Для чиновника третьего ранга ты уже староват, так что давай так: пожалую тебе чин чрезвычайного ревизора по водным путям ранга «два-младший» и отправлю в Юйчжоу разбираться с прорывом дамб. Как тебе такое?─
[Слепое доверие гарему, продвижение опального чиновника, бездарное самодурство, государственная удача –4000]
Ли Муюнь от этих слов замер, будто в него ударила молния.
Его всего проняло оцепенение.
Прав... правда повышение?!
Не сон ли это часом?
Вспомнив об этом, он вновь с силой ударился лбом о камни пола перед Чэнь Фэном и Линь Ваньэр.
─ Бах!─
─ Благодарю за высочайшую милость! Благодарю супругу Вань за доверие! Твой слуга с сей минуты готов сложить голову за Великий Цянь и не посрамит чести до конца дней!─
Ощущая саднящую боль в разбитом лбу,
Ли Муюнь невольно дал волю старым слезам.
Значит, всё взаправду.
До чего же мудр наш государь!
Покинув дворец Тайхэ и пройдя в Дворцовую канцелярию,
он облачился в новое чиновничье платье ранга «два-младший».
Ткань оказалась до того скользкой, что пальцы едва удерживали застежки.
Невесомая черная шапка опустилась на голову, но ему казалось, что она давит с такой силой, будто и шею не разогнуть.
Раз уж император оказал столь высокое доверие и поручил великое дело борьбы с водой, эта старая шкура разобьется в лепёшку, но не позволит пасть в грязь лицом ни государю, ни супруге Вань!
Хуанхэ грозит прорывом, значит?
Вода бушует валом, говорите?
Хе-хе... Поглядим, как этот слуга справится со свирепой стихией!
Он с усилием выпрямил спину и широким шагом вышел из Дворцовой канцелярии.
У чрезвычайных ревизоров по водным делам во все века концовка была незавидной.
Кто сходился с местными властями в расхищении средств – тех в конце концов тащили на допрос и казнили.
p>Кто стоял насмерть в праведном гневе, не склоняя головы – тех не успевшие опомниться местные богатеи и чинуши тайком отправляли на тот свет.
А кто мялся меж двух огней, выжидая – тех обычно подставляли, делая козлами отпущения для сведения счетов.
Но он – другой!
Он уже побывал одной ногой на том свете.
И за его спиной стоит сам император.
Раньше у него не было ни силы, ни опор, и он не смел перечить ворам и казнокрадам.
Но теперь...
Император – вот его опора, у кого в подлунном мире найдется опора сильнее императорской?!
...
На следующий день состоялся утренний сход.
Чэнь Фэн восседал на троне с гримасой глубокой скорби на лице,
выслушивая доклады сановников.
Ичжоу вместе с пятым принцем уже окончательно выбыли из большой игры.
Оставалось лишь уповать на свирепый Бэйман...
Тут из строя сановников внезапно выступила Чжан Мяоцзин, сжимая в руках свиток послания от северного соседа.
Дождавшись, пока в тронном зале воцарится абсолютная тишина, она развернула послание и звучным голосом прочла:
─ Бэйман и Великий Цянь живут бок о бок уже свыше ста лет, оба государства связаны неразрывными узами добрососедства, торговые и военные связи не прерывались...─
Пропустив добрый десяток ничего не значащих вводных фраз,
p>она озвучила самую суть депеши.
─ Бэйман направляет принцессу Тайпин во главе двадцати послов с визитом к престолу Великого Цянь, а в дар преподнесет тысячу голов скота, целебные травы и редкие меха, дабы стороны и впредь крепили дружбу и взаимное проникновение...─
Как только чтение смолкло, в зале поднялся невообразимый гвалт.
Столетиями они грызли друг другу глотки, и вот Бэйман впервые сам проявил инициативу отправить посольство.
Да еще и с ценными дарами.
Смысл подобного шага был более чем прозрачен.
Чэнь Фэн восседал на возвышении, мысленно поминая добрым словом всю родню северной правительницы до седьмого колена.
Послушай, барышня, ты что, человеческого языка не разумеешь?
Я и так уже сделал всё возможное, почему ты продолжаешь в том же духе?!

Комментарии

Загрузка...