─ В те годы, когда младший соученик был совсем юным, он несколько месяцев изучал под моим началом искусство меча. Младший соученик обладает поистине божественным талантом, и сегодняшних его успехов я и ждал, он меня вовсе не разочаровал.
Один старейшина из клана мечников, за плечами которого были долгие годы тренировок, принялся откровенно выдумывать небылицы, поглаживая бороду с видом полнейшего удовлетворения.
─ Угу, ─ многозначительно кивнули остальные старейшины.
Внизу, наблюдая за тем, как Чэнь Цинъюань уверенно рассекает воздух мечом, гордые дарования из различных сект до смерти перепугались и переменились в лице.
─ Чэнь Цинъюань – искусный мастер меча? Почему мы никогда прежде об этом не слышали?
Люди были поражены, осознав это впервые.
Конечно же, всеми этими навыками Чэнь Цинъюань овладел против собственной воли.
Когда-то давно он едва не сошел с ума. Почему же?
Та самая женщина в красных одеждах заставляла его изучать бесчисленное множество вещей – столько, что и не перечислить. А в один прекрасный день она внезапно нанесла удар и постепенно стерла всю его культивацию, оставив его с чувством полной безысходности.
─ Не верю!
Поставив на кон собственную основу культивации, Цинь Юйтан всё равно не смог сокрушить Чэнь Цинъюаня. Охваченный сильнейшими эмоциями, он глухо взревел.
─ Невежда, ─ с бесстрастным выражением лица произнес Чэнь Цинъюань и прямо отпустил нефритовый меч, заставляя того подчиняться его воле и источать леденящую душу ци меча.
Противники сошлись вновь, не желая отступать.
Вокруг сияла материализованная золотая пилюля, похожая на палящее солнце. Она не только постепенно усиливала мощь Цинь Юйтана, но и заставляла Чэнь Цинъюаня ощущать нешуточное давление, от которого в душе зарождалось удушающее предчувствие.
─ Вперед!
Не желая затягивать, Чэнь Цинъюань направил нефритовый меч прямо на Цинь Юйтана.
─ Цзинь, дун-лун-дун-лун...
Нефритовый меч на время завязал Цинь Юйтана боем, не давая ему приблизиться к Чэнь Цинъюаню. При этом разрушительная аура его Золотой Пилюли не оказывала на Чэнь Цинъюаня особого влияния, словно ее и вовсе не существовало.
Мало кто знал, что Чэнь Цинъюань всё это время черпал силы из запечатанной глубоко в его теле золотой кости Дао, что и позволяло ему сглаживать разницу в ступенях культивации.
На поверхности золотой кости залегали сложнейшие древние письмена. Большая часть этих рун была скрыта за пеленой белого тумана, и лишь немногие штрихи испускали золотое сияние, питая тело Чэнь Цинъюаня и делая его внутреннюю духовную энергию предельно чистой, благодаря чему и возрастала его боевая мощь.
«Если бы не это тело, я бы ни за что не справился», – пронеслось в голове у Чэнь Цинъюаня, мысленно восхищающегося преимуществами обретенной заново основы.
Хотя прежний Чэнь Цинъюань тоже считался одаренным, разрыв между ним и гордостью других земель был не столь велик, из-за чего перешагнуть через целую великую ступень в бою ему было невероятно трудно.
─ Образ Золотой Пилюли – развеять по воле ветра.
Управляя мечом при помощи разума, Чэнь Цинъюань вынудил Цинь Юйтана перейти к глухой обороне.
Следом за этим Чэнь Цинъюань задействовал ци в своем теле, мысленно читая мантру и концентрируя всю силу на кончике указательного пальца правой руки.
─ Бах!
Мгновение спустя Цинь Юйтан отбросил нефритовый меч ударом, но, заметив под ногами у Чэнь Цинъюаня густой водоворот духовной энергии, почувствовал неладное.
Опасаясь неожиданностей, Цинь Юйтан поспешил ринуться в атаку на противника.
Вместе с его приближением чудовищная аура накрыла пространство, в котором находился Чэнь Цинъюань, а земля под ними растрескалась паутиной, расползающейся на сотни ли в округе и мгновенно превратившейся в руины.
─ Без меча в руке он словно овца на заклание.
Многие наблюдавшие за схваткой сочли, что, лишившись своего сокровища, Чэнь Цинъюань больше не сможет сражаться с Цинь Юйтанем на равных.
Но как только Цинь Юйтан почти добрался до Чэнь Цинъюаня, тот внезапно поднял взгляд на висевшее в девяти небесах солнце Золотой Пилюли.
Шух!
Чэнь Цинъюань щелкнул пальцем – вспыхнул белый луч и с непостижимой для глаза скоростью обрушился прямо на солнечное воплощение Золотой Пилюли.
─ Ты думаешь, что сможешь навредить моей основе? Не мечтай!
Не заметив поначалу ничего необычного, Цинь Юйтан громко рассмеялся.
Цян...
Раздался пронзительный, режущий слух звон меча.
Не останавливаясь ни на секунду, Цинь Юйтан нацелил клинок прямо в межбровье Чэнь Цинъюаня.
─ Дзинь! ─
В самый критический момент Чэнь Цинъюань качнулся в сторону, уворачиваясь от удара, и одновременно выбросил правую руку вперед, зажав лезвие летевшего к нему меча указательным и средним пальцами.
И в тот самый момент, когда Цинь Юйтан уже собирался применить другую технику владения мечом и попытаться отрубить Чэнь Цинъюаню правую руку, произошло нечто непредвиденное.
На висевшем высоко в небе образе Золотой Пилюли неожиданно появилась трещина.
Тело Цинь Юйтана резко качнуло, он оглянулся назад, и лицо его мгновенно исказилось от ужаса: ─ Н-невозможно...
Мгновение назад палец, которым взмахнул Чэнь Цинъюань, явно был остановлен барьером иллюзии Золотой Пилюли. Как он мог повредить саму проекцию?
Цинь Юйтан просто отказывался в это верить.
На глазах у изумленной публики трещина становилась всё длиннее, от нее отходили новые разломы, охватывая всё больше участков воплощения Золотой Пилюли.
Тут Цинь Юйтан отчетливо ощутил неполадки в собственном теле и впал в панику.
─ Цзинь, ─
Чэнь Цинъюань крепко зажал клинок и легко щелкнул по нему, заставив оружие завибрировать от резонанса.
Боясь, что остаточная волна заденет его самого, Цинь Юйтан тут же выпустил рукоять из рук.
Воспользовавшись моментом, Чэнь Цинъюань ударил его левой ладонью.
Цинь Юйтан, не колеблясь ни секунды, ответил зеркальным ударом кулака.
Поначалу силы были равны, но по мере того, как трещины на образе Золотой Пилюли множились, это напрямую отразилось на основе Цинь Юйтана. Из его рта хлынула кровь, дыхание сбилось, и его отбросило назад на десятки тысяч метров, тяжело впечатав в землю.
Раздался глухой стук, образовалась глубокая воронка. Цинь Юйтан лежал на самом дне, покрытый глубокими ранами, из которых непрерывным потоком сочилась кровь.
Образ Золотой Пилюли в пустоте задрожал и стал стремительно расплываться.
Спустя всего несколько вдохов и выдохов видение исчезло.
Основа Цинь Юйтана оказалась повреждена, а лицо приобрело мертвенно-бледный оттенок.
Высоко наверху Чэнь Цинъюань швырнул захваченный клинок на землю, где тот вонзился рядом с поверженным противником. Возвышаясь над ним, он бросил на Цинь Юйтана равнодушный взгляд, излучавший такую леденящую злобу, что температура вокруг мгновенно упала.
Цинь Юйтан проиграл.
Он пал от рук Чэнь Цинъюаня, чья база культивации находилась лишь на ступени Небесного Духа, да к тому же заполучил трещины в Золотой Пилюле, подорвав собственную основу.
Толпа оцепенела, наблюдая за этой сценой.
─ Молодой господин секты проиграл... ─
Одаренные юноши из различных сект не смели верить своим глазам, их лица выражали целую гамму чувств.
─ Как такое могло произойти? ─
Многие отказывались принимать реальность. Подняв головы к парившему в облаках Чэнь Цинъюаню, они находили его фигуру до боли ослепительной и невыносимой для взора.
─ Не может быть, чтобы я проиграл, не может... ─
Потерявший всякое лицо Цинь Юйтан раз за разом повторял эти слова, не в силах вынести удар.
В прошлый раз поражение от Чэнь Цинъюаня породило в его сердце затаенную обиду. Теперь же проигрыш тому, кто уступал ему в культивации на целую ступень, превратил эту обиду в настоящий внутренний демон.
Если в будущем Цинь Юйтан не избавится от этого демона, ему вовек не сделать ни шагу вперед – его культивация навечно застрянет на нынешнем уровне.
─ Младший соученик, когда он серьезен, просто неотразим! ─
Старейшины секты Сюаньцин тоже были потрясены, не ожидая, что исход битвы окажется таковым.
Они полагали, что даже применив мощнейшие козыри, Чэнь Цинъюань в лучшем случае добьется ничьей с Цинь Юйтанем. Кто бы мог подумать, что он с самого начала и до конца будет давить противника, демонстрируя силу, далеко превосходящую рамки его ступени?
─ Кто-нибудь еще хочет испытать удачу? ─
Чэнь Цинъюань перевел взгляд на гордых учеников других сект, и везде, куда падал его взор, не находилось смельчаков, способных выдержать ответный взгляд.
Представители различных сект понуро опустили головы, подавленные аурой Чэнь Цинъюаня и хранящие молчание.

Комментарии

Загрузка...