«Итоговый сюжет займёт от пяти до восьми минут. Если его отберут, он попадёт в рубрику “Новые фермеры” нашего канала».
Цзян Линь помолчал несколько секунд. Конечно, внутри он был взволнован.
Провинциальный общественный канал охватывает всю провинцию. Он слишком хорошо понимал, что означают эти слова вместе взятые. Это уже не горячий пост на городском форуме и не простое студенческое мероприятие.
Это было официальное признание.
«Можно мне не появляться в кадре?»
Ло Си удивлённо хмыкнула.
При такой возможности другие бы головы друг другу пробили, лишь бы попасть в эти несколько минут эфира. Она никак не ожидала, что Цзян Линь откажется от съёмок.
«Можно узнать почему?»
Цзян Линь посмотрел в сторону поля. Наступило время обеда — секретарь Ли уже принёс вёдра с едой.
«Мы сами готовили, уж не обессудьте».
Управляющий Чэнь перевёл взгляд с Цзян Линя на секретаря Ли: «Секретарь Ли, вы слишком добры, право слово. Это для нас лучшая похвала». Он махнул рукой: «Ребята, на минуту остановитесь, идите есть».
Секретарь Ли помахал Цзян Линю: «Цзян Линь, иди есть».
Цзян Линь махнул в ответ, показывая, что понял.
Он продолжил в трубку: «Мне выйти и сказать, что я создал “Циншань” просто чтобы заработать денег?» — он повторил слова редактора с форума.
После той истории из-за одной фразы редактора «Циншань» начали ассоциировать лично с ним. Это было нехорошо.
К тому же он не хотел оказываться в центре внимания.
Ло Си рассмеялась: «Можете и так сказать». Она всё ещё не собиралась его отпускать.
«Господин Цзян, из всех, кого я интервьюировала, вы первый, кто добровольно отказывается от съёмок. Если главный герой не появляется, мне будет очень трудно. Понимаете, все остальные буквально умоляли нас направить на них камеру. А вы, наоборот, отталкиваете её. Наша рубрика “Новые фермеры” в первую очередь о людях. Мы рассказываем не об абстрактных моделях, а о конкретных людях — о том, как они используют новые идеи и технологии, чтобы менять себя и окружающих. Так что мне нужна более веская причина».
Цзян Линь рассмеялся: «Тогда я скажу пару высокопарных фраз и прокричу лозунги». Он посмотрел на людей, которые ели прямо под солнцем: «Я просто посредник. Несправедливо, если все тяготы лягут на крестьян, а вся слава достанется посреднику. Снимайте нашего секретаря, снимайте наших крестьян — это тоже соответствует вашей теме “Новых фермеров”. Это достаточная причина?»
Ло Си помолчала: «Господин Цзян, вы действительно... Вы создали для нас серьёзную проблему. Давайте так: в следующий понедельник мы приедем прямо в Дунфэнцунь. Раз уж вы не хотите появляться в кадре, просто будете нас сопровождать».
«Хорошо».
Цзян Линь повесил трубку и направился к полю. Третья тётя уже раздавала миски и палочки: «Сынок, иди скорее есть».
Цзян Линь взял миску с едой и подошёл к секретарю Ли: «Секретарь, в следующий понедельник в деревню приедут журналисты с провинциального телевидения».
Секретарь Ли как раз ел и от неожиданности замер: «А?» Потом закашлялся: «С-с провинциального телевидения?»
«Да, рубрика “Новые фермеры” общественного канала».
Ли Шуцзе облизнул губы, нахмурился и прошёлся туда-сюда: «Надо же подготовиться? Поле ещё в таком состоянии... Что ты там наделал? Почему сюда едут с провинциального телевидения?»
Цзян Линь улыбнулся: «Дядя Ли, не волнуйтесь. Они хотят снимать нас в обычной жизни. Как раз на этой неделе начинается обучение у строителей теплиц — пусть снимают обучение, и всё».
«Правда?» — не поверил Ли Шуцзе.
«Стану я врать? Они даже специально просили снимать вас».
«Зачем меня? Это не моя заслуга!»
«Дядя Ли, не принижайте себя. Ваша заслуга огромна. Кто организовал эти пятьдесят му? Вы — лидер Дунфэнцуня. Кого же ещё снимать, как не вас?»
«И ещё, вам нужно доложить в посёлок».
Ли Шуцзе кивнул: «Верно».
«Я пойду есть».
Цзян Линь отошёл с миской.
Ли Шуцзе не ответил, сел прямо на межу, достал сигарету и закурил. Издалека Цзян Линь видел, как у него слегка дрожат руки.
Вечером Цзян Е позвонила Цзян Линю — обсуждали подготовку к субботе.
«Я уже написала в группе “Циншань”, временно отзову несколько человек. Утром мы нарежем и заморозим часть, а на месте ты будешь раздавать лично. Хотя, судя по всему, твои “законные супруги” очень ждут, что ты сам будешь резать арбузы».
Цзян Линь рассмеялся: «Если я буду резать каждому сам, многие останутся без угощения».
Цзян Е тоже смеялась: «Университет идёт навстречу. Сколько дадим в красном конверте?»
*П.п: В современном Китае (особенно с появлением WeChat) «красные конверты» стали также формой оплаты услуг, благодарности за помощь или «отката» за содействие. Здесь речь идёт именно об этом — не о подарке, а о благодарности сотрудникам университета, которые помогают с организацией мероприятия.
«Двести».
«Поняла. Как у тебя там идёт?»
«Эффективно, треть каркасов уже установили. И хорошие новости: в следующий понедельник в деревню приедет снимать рубрика “Новые фермеры” провинциального канала».
«Отлично, товарищ Цзян Линь. Теперь ты точно станешь знаменитостью».
«Какая знаменитость, я же не появляюсь в кадре».
«А? Они же снимают “Новых фермеров”, а не пятьдесят му земли?»
«Я попросил снимать секретаря Ли и остальных. Зачем меня? Спросят, зачем я всё это затеял, я что, скажу, что коплю на свадьбу?»
«Перестань!» — рассмеялась Цзян Е.
«Говорят, эта Ло Си довольно красивая. Постарайся, может, она тобой заинтересуется».
Цзян Линь не задумываясь ответил: «А? Она красивее моей жены?»
«Хи-хи-хи-хи-хи...»
Цзян Е посмеялась, потом вернулась к делу: «А серьёзно, почему ты не хочешь появляться в кадре? Это очень помогло бы в будущем». Лицо, показанное по телевизору, уже само по себе реклама.
Цзян Линь подумал и сказал: «Нет нужды. Модель и стандарт “Циншань” уже существуют. Буду я в кадре или нет — это не имеет значения. Наоборот, если я появлюсь, всё внимание будет приковано ко мне, а не к “Циншань”. И потом... — он помедлил, — я не хочу быть интернет-звездой».
Цзян Линь слишком хорошо знал, чем заканчивается обожествление.
«Я просто хочу жить своей тихой обычной жизнью».
Он повесил трубку.
Цзян Линь сидел во дворе и повернул голову к дедушке под навесом. В темноте тлел красный огонёк трубки.
«Дедушка, на следующей неделе поедем на медосмотр».
Рука дедушки, державшая трубку, замерла.
«Хорошо».

Комментарии

Загрузка...