Вернувшись домой с задней улицы, Нин Сюй думал, что на этом всё и закончится.
Но не тут-то было: Хуан Дачжоу, доведённый до белого каления, лично отправился в охрану забрать записи с камер. На видео бегущим последним в самом хвосте оказался Цзин Вэнь, которого вычислили с первого же взгляда.
Ранним утром следующего дня его вызвали в кабинет директора.
Ли Цю даже забыл, что ненавидит Ци Хаояна, и с нервным видом подбежал к последнему ряду, где уже сбилась в кучку целая компания.
— Что делать, теперь даже директор в курсе! Он что, сдаст нас всех с потрохами? — с тревожными нотками в голосе протянул Ли Цю.
Вчера во время драки он тоже присутствовал, да ещё и заработал синяк на лице. Сегодня он попытался замести следы и одолжил у Чжоу Наня незаметный пластырь от прыщей, надеясь избежать проницательного взгляда Цянь Яна.
Ци Хаоян тут же принялся возражать:
— Меньше болтай ерунды, Брат Вэнь совсем не такой!
Ли Цю скептически хмыкнул:
— Тут не угадаешь. А вдруг он не выдержит давления и продаст нас? Нужно в любом случае придумать план на случай отступления.
— Никаких «вдруг», сукин ты сын, скажешь ещё хоть слово — я тебя, мать твою, отлупплю! — Ци Хаоян засучил рукава, явно чешась в предвкушении драки.
Ци Хаоян нахмурился:
— Чжоу Нань прав, этот тапочник наверняка выберет кого-нибудь для показательной порки, а потом устроит общешкольное собрание, чтобы другим неповадно было.
Нин Сюй шевельнул губами и не успел ничего произнести, как услышал вопрос:
— Мазь от отеков намазал?
Ци Хаоян от удивления разинул рот:
— Это в каком смысле? Он что, собирается подтягивать тебя по учебе?
После тренировки две женщины, в солнечных очках и шляпах, устроились под большими зонтами, попивая послеобеденный чай и перемывая косточки знакомым.
Ци Хаоян фыркнул:
— Трус.
— А ну иди сюда, думаешь, я тебя испугаюсь?
Договорив, он подхватил тяжелую чашку и зашагал прочь.
Выражение лица Ци Хаояна немного расслабилось:
— Да нет, вряд ли. У Брата Вэня в таких делах большой опыт, к тому же... директор знаком с его семьей. Всех деталей я рассказывать не буду, но в общем, тебе особо переживать не стоит.
Нин Сюй без особого энтузиазма заметил:
— Я не силен в командных видах спорта.
Пока что пострадал только один Цзин Вэнь, и Нин Сюй пока плохо представлял, насколько суровым будет наказание.
Ли Цю бросил на него взгляд, решительно ухватил за рукав и потащил за собой:
— Пойдём-пойдём, пора на урок.
Ци Хаоян впервые столкнулся со столь изощрённым наказанием и со вздохом погладил толстый томик «Сборника экзаменационных заданий за десять лет».
Нин Сюй с головной болью сделал жест рукой в знак остановки:
— Хватит спорить. У всех вас лица в синяках, Цянь Ян же не слепой — он во время утренней самоподготовки на вас весь извёлся.
После возвращения Цзин Вэня Ци Хаоян тут же придвинулся к нему, чтобы выяснить подробности. Они о чём-то долго шептались, а когда Цзин Вэнь отстранился и выпрямился, то заметил, что Нин Сюй пристально смотрит на него.
После собрания Ци Хаоян с горькой усмешкой бросил:
— Учинишь ещё пару таких беспорядков, и мне до конца семестра не придётся дежурить на закреплённом участке.
Нин Сюй сидел рядом с ними и думал о том, что Чжан Минминь, оказывается, родная тетя Цзин Вэня. Неужели поэтому он столкнулся с ней в прошлый раз в Гуаньхэ Шуйюэ?
Цзин Вэнь только собирался что-то сказать, как Чжан Лили приказала ему:
— А ну-ка иди сюда.
На лице Ли Цю отразился ужас:
— Черт, я на утренней самоподготовке даже голову боялся поднять. Получается, он всё знает? А теперь что, родителей вызовут? Пиздец, полный пиздец... Мама сказала, что если меня в этом семестре хоть раз вызовут в школу к директору, домой я могу не возвращаться.
Спустя несколько дней, в выходные, Ай Кэ и Чжан Лили, как и договаривались, привезли своих детей и встретились в Гольф-клубе Наньшань.
На дневном классном часу Цянь Ян ожидаемо объявил Цзин Вэню выговор с внесением в личное дело.
Нин Сюй взял стакан, чтобы набрать воды, и, проходя мимо, обронил:
— Я решал этот сборник. Если что-то будет непонятно, можешь спросить меня.
— Драка? Что за драка? — изумленно ахнула Ай Кэ, и Чжан Лили принялась в красках выкладывать ей всё.
Цзин Вэнь шлёпнул его по макушке:
— Тебе предложить такую возможность? Хочешь?
Нин Сюй посмотрел на него:
— В таком случае ему влепят взыскание?
Он прочистил горло и ответил:
— Намазал.
День стоял солнечный, зеленела сочная трава.
Взгляд Цзин Вэня скользнул по его подбородку — синяк там почти полностью сошёл и едва угадывался.
Уголки губ Цзин Вэня чуть приподнялись, но он тут же заставил себя сдержаться и наигранно безразлично бросил:
— Да кто его знает, может, совесть замучила.
— Серьёзно? — Ли Цю наполовину поверил, наполовину засомневался.
Услышав это, Нин Сюй опустил ресницы, погрузившись в какие-то свои мысли.
При этом сам директор разразился часовой пламенной речью, суть которой сводилась к тому, что они теперь ученики выпускного класса, к тому же на носу промежуточные экзамены, и он очень надеется, что школьники перестанут тратить время на драки и потасовки.
В качестве дополнительного наказания Цзин Вэню поручили в течение месяца убирать закреплённую за классом территорию.
Чжан Лили отпила глоток черного чая и пожаловалась:
— Мой сорванец на прошлой неделе опять с кем-то сцепился, его родная тетя вызывала в кабинет, отчитывала по полной. У пацана сейчас переходный возраст, сплошной бунт, я уже и не знаю, что с ним делать. Дело дошло до отца, так он пару дней назад специально примчался из Яньчжуна, чтобы поговорить с ним по душам.
Чжоу Нань тихонько вставил реплику:
— Суть слов Брата Сюя в том, что Цянь Ян, скорее всего, не станет затевать серьезное расследование. Закон не писан для толпы, раз в этом замешано столько народу, он же не может наказать абсолютно каждого.
— Брат Вэнь, да он хочет вырастить из тебя второго Янга Чжэньнина! — ехидно бросил тот.
Чжоу Нань с любопытством поинтересовался у Ци Хаояна:
— А кем приходятся друг другу директор Чжан и он?
Перед глазами у него вдруг неожиданно стемнело: Цзин Вэнь с клюшкой в руках возник прямо перед ним и поинтересовался:
— Не хочешь сделать пару ударов?
— Ага, — Цзин Вэнь не собирался продолжать беседу, отвернулся и принялся дальше доделывать домашнее задание.
Нин Сюй слегка опешил, совсем не ожидая, что тот в первую очередь обеспокоится именно этим.
— Проваливай, — бросил ему Цзин Вэнь. — Уборка на участке — ладно ещё, но он всучил мне такую толстую пачку заданий по физике и потребовал сдать до следующего месяца. Блин, он что, психический?
Нин Сюй на самом деле хотел спросить, не вынесли ли тому официального предупреждения, но, судя по беззаботному виду парня, обошлось.
Она подозвала Цзин Вэня к себе и принялась наставлять его с усердием старой наседки.
Ай Кэ поспешила сгладить углы:
— Директор же сам сказал, что в этом замешана куча учеников. Сяо Вэнь, может, тоже вынужден был защищаться, так что перестань его пилить.
— Вынужден был? По-моему, ему просто нравится околачиваться со своей шайкой бездельников, ни у одного из них нет ни капли совести! — Чжан Лили заводилась всё сильнее. — Если бы он хоть наполовину был таким же славным, как Сяо Сюй, я бы уже была счастлива.
Цзин Вэнь бросил взгляд на образцово-показательного ребенка из соседней семьи, который на деле как раз и состоял в той самой шайке бездельников, и многозначительно приподнял бровь.
Обладатель негласного клейма главного бездельника с абсолютно невозмутимым видом отпил чай, даже глазом не моргнув.
В этот момент к ним подошла Нин Жуань и, дернув брата за руку, капризно произнесла:
— Братик, я проголодалась, хочу стейк.
Увидев это, Ай Кэ тут же предложила:
— Веди Сяо Жуань и Сяо Вэня на второй этаж, перекусите там. А мы с твоей тетей Чжан еще немного поиграем.
Чжан Лили с тревожным видом напутствовала:
— Сяо Сюй, пожалуйста, проследи, чтобы Цзин Вэнь наконец сделал уроки, а то он вечно лентяйничает, и учителя его ругают.
— Ой, у ребенка редкий выходной, дай ты ему отдохнуть.
— Какой у него выходной? У него что ни день, то каникулы.
Цзин Вэнь скривил губы и послушно поплелся следом за братом и сестрой на второй этаж, в ресторан.
Нин Жуань с любопытством разглядывала Цзин Вэня. При росте всего в полтора метра ей приходилось запрокидывать голову, глядя на него снизу вверх — парень казался ей настоящим великаном, он был намного выше ее старшего брата.
Цзин Вэнь свысока бросил на нее взгляд: а пигалица-то ничего... чем-то похожа на своего брата.
Особенно глаза — точно такого же серо-бурого оттенка. Это невольно заставило его закрасться сомнения: неужели в их роду есть примесь какой-то иноземной крови?
Стоило им усесться в ресторане, как напротив замерли две бесстрастные физиономии.
Большой ИИ и маленький ИИ.
Цзин Вэню стало смешно, и он протянул меню Нин Жуань:
— Маленький ИИ, заказывай всё, что хочешь, сегодня угощает старший брат.
Нин Жуань приняла меню и настороженно уставилась на него, явно не собираясь произносить заветное слово «брат».
Цзин Вэнь издал пренебрежительное «цэ» и перевел взгляд на Нин Сюя:
— Чего это твоя сестренка молчит как партизан? Такое милое личико — и зря пропадает, я-то думал, она липнет к тебе без остановки.
Нин Сюй ничего не ответил, а Нин Жуань тихонько дернула его за полу рубашки:
— Братик, я хочу колу из автомата.
— Иди, но только полбанки, — разрешил Нин Сюй.
На ее лице расцвела довольная улыбка, она легко соскользнула со стула и убежала.
Нин Сюй отпил глоток лимонада и пояснил:
— В детстве у нее были проблемы с сердцем, ей нельзя сильно волноваться, поэтому она не привыкла сходиться с посторонними.
Цзин Вэнь остолбенел, с запозданием сообразив, что лицо у Нин Жуань и впрямь какое-то бескровное и выглядит не слишком здоровым.
Помолчав пару секунд, он закусил губу и произнес:
— Вот оно как... А я-то думал, она просто не хочет со мной общаться. А сейчас ей лучше?
Нин Сюй покачал головой:
— Полностью вылечить нельзя, возможно, через пару лет придется делать еще одну операцию.
Цзин Вэнь в молчании провел языком по губам, не зная, что и сказать.
Делая заказ, он выбрал для Нин Жуань десерт, который обычно любят девочки, и больше не пытался намеренно разговорить ее.
Нин Жуань постепенно оттаяла и перестала его опасаться: болтая в воздухе ногами, она подперла щеку рукой и принялась наблюдать, как он расправляется с пробным вариантом по математике.
— Разве тебе не задали огромную пачку задач по физике? — Нин Сюй бросил взгляд на исписанный лист.
Цзин Вэнь с напускной небрежностью бросил:
— ...Да погорит она, я пока хочу порешать математику.
В конце концов, с экзаменом по математике шутки плохи — проиграешь, придется танцевать стриптиз.
Кончик его ручки на мгновение замер, и, отложив ее в сторону, он поинтересовался:
— Ты сам-то смотришь стримы девушек-танцовщиц?
Нин Жуань подняла голову от стейка и захлопала глазами, глядя на него.
— Не смотрю, — коротко отрезал Нин Сюй.
Цзин Вэнь многозначительно протянул:
— Я тоже не смотрю. Вечно мне кажется, что те, кто крутится перед камерой в трансляциях, — люди с сомнительной репутацией... Только не смотри на меня так, я вовсе не пытаюсь выставить себя этаким праведником. Короче говоря, мерзкое зрелище.
Нин Сюй согласился:
— Есть немного.
Цзин Вэнь покачал головой:
— А когда танцуют парни-стримеры — это вообще верх похабщины. И как только такие люди находятся? Уму непостижимо.
Нин Сюй озадаченно кивнул, а Нин Жуань подозрительно покосилась на него, в ее маленькой головке явно зрели какие-то мысли.
Пользуясь тем, что они ждали еду, Цзин Вэнь не упустил случая и завалил его задачками по математике повышенной сложности.
Нин Сюй испытывал некоторое недоумение: судя по прежним представлениям о Цзин Вэне, его уровень по математике должен был балансировать где-то между нулём и шестьюдесятью баллами. Вопросы, которые он задавал, если и не были элементарными, по крайней мере не должны были относиться к категории зубодробительных.
На некоторые подпункты задач даже у самого Нин Сюя уходило время на раздумья.
Перевернув страницу бланка, он с удивлением обнаружил, что перед ним прошлогодние олимпиадные задания.
Обсуждая методы решения, Цзин Вэнь рассуждал вполне здраво и уж точно не выглядел человеком, плавающим в элементарных теоремах.
Нин Сюй в мягкой форме поинтересовался:
— У тебя довольно неплохие познания в математике.
Подтекст был очевиден: с чего бы тогда плестись в хвосте школьного рейтинга?
Цзин Вэнь отделался шуточкой и притянул листок обратно:
— Я теоретик. Как доходит до экзамена — уповаю исключительно на удату. Повезёт — напишу хорошо, не повезет — провалюсь.
Подобная отговорка идеально сошла бы для того, чтобы одурачить Ци Хаояна, но для Нин Сюя она выглядела шитой белыми нитками — пусть на бумаге и не было детального расписанного хода решения, по записям было очевидно, что он отлично знает, как подступиться к задаче.
Впрочем, лезть в чужие секреты Нин Сюй не собирался: раз тот не хочет откровенничать, докапываться до правды нет никакого смысла.
После возвращения из загородного клуба Цзин Вэнь, к большому удивлению окружающих, стал зачастившим гостем с вопросами по учебе.
Он по-прежнему частенько клевал носом на уроках, но теперь из последних сил держался хотя бы на математике. В результате учитель математики ходил как в воду опущенный от счастья, искренне полагая, что его методика преподавания совершила грандиозный прорыв, и даже собирался устроить презентацию с пауэрпойнтом для методического объединения.
Во время вечерней самоподготовки ребята сбились в кучки, шумно обсуждая последние новости.
Ли Цю сообщил:
— Слыхали? Говорят, пробный вариант для предстоящих промежуточных экзаменов составляет Цюй Хуайэнь, к тому же это будет объединенный экзамен сразу четырех школ!
Цюй Хуайэнь входил в состав национальной группы по составлению экзаменационных заданий гаокао, а его варианты славились запредельной сложностью и заставили пролить немало слез не одно поколение старшеклассников, справедливо считаясь их главным ночным кошмаром.
Стоило произнести его имя вслух, как даже трехлетние дети в страхе зажимали рты, сдерживая слезы.
Лица собравшихся заметно помрачнели.
— О боже, сам старик Цюй... На этот раз нам крышка.
— Объединенный экзамен четырех школ? Значит, и рейтинговые списки будут общими для всех? — уточнил Чжоу Нань. — Тех самых четырех учебных заведений, о которых я думаю?
— Ага, Ланьвай, Лижэнь, Имин и наша школа, только что на совещании объявили, — кивнул староста класса по математике.
Лу Сысы обреченно вздохнула:
— Нам и в родных стенах жизнь не мила, а теперь еще погонят на всеобщее посмешище. Да жить-то вообще собираются дать?
Ли Цю схватил Нин Сюя за руку, в его глазах горел фанатичный огонек:
— Божественный Сюй, твой звездный час пришел! Жду не дождусь, когда ты размажешь этих зубрил по стенке и покажешь им, кто тут настоящий небожитель!
Цзин Вэнь бросил косой взгляд на его руку и презрительно фыркнул.
Нин Сюй не стал выдергивать ладонь. Вспомнив, что он пообещал Чэлицзы поддаться на экзамене по математике целых тридцать баллов, он внутренне тяжело вздохнул.
Вот оплошность. Попытался покрасоваться перед новичком и сам же вляпался.
Чжоу Нань усмехнулся:
— Если уж на то пошло, Брат Сюй раньше вообще числился в Ланьгао и Лижэне, так что перестань подначивать человека.
Цзин Вэнь между делом поинтересовался:
— Слышь, а ты с чего вдруг столько раз менял школы?
Чжоу Нань тоже уставился на Нин Сюя: этот вопрос давно не давал ей покоя, просто спросить в лоб она не решалась.
— Личные причины, — отделался дежурной фразой Нин Сюй, на его лице не дрогнул ни один мускул.
Цзин Вэнь только собрался продолжить, как прозвенел звонок на урок.
Дежурный учитель с возвышения прикрикнул:
— Прекратите балаган, все за парты, готовимся к самоподготовке!
Ученикам пришлось разойтись по местам, и в классе воцарилась тишина.
Цзин Вэнь скользнул взглядом по профилю Нин Сюя и больше не произнес ни слова.
Экран телефона Нин Сюя внезапно ярко вспыхнул. Опустив глаза, он пробежал взглядом по сообщению, и его брови тут же сошлись на переносице.
[Жуань Жуань: Братик, у меня тут кое-какие неприятности, ты не мог бы подойти сюда один?]
Ниже шла геолокация: одна из коммерческих улиц в районе Ланьчжун.
Там же висело несколько пропущенных вызовов — телефон стоял на беззвучном режиме, и он ничего не услышал.
Нин Сюй тут же перезвонил, но в трубке шли длинные гудки — трубку никто не брал.
Сидеть на месте он больше не мог. Бросив взгляд на кафедру, он попытался незаметно шмыгнуть к выходу, пока дежурный учитель уткнулся в тетради.
Цзин Вэнь заметил странное движение рядом и вполголоса спросил:
— Что случилось?
— Ничего, — Нин Сюй явно не горел желанием втягивать его в свои дела.
Почувствовав этот холодок отчуждения, Цзин Вэнь помрачнел. Ощущая глудое раздражение, он принялся с усилием царапать что-то на полях черновика.
Дежурный преподаватель склонился над проверкой тетрадей, не поднимая головы. Выбрав подходящий момент, Нин Сюй согнулся в три погибели и тихонько выскользнул через заднюю дверь.
Услышав за спиной едва уловимый шорох, Цзин Вэнь почувствовал, как сердце кольнула острая тоска — хотя сам он толком не понимал, отчего вдруг раскис.
Он бессмысленно водил ручкой по бумаге: чернила то ложились сухими штрихами, то собирались в грязные кляксы, превращая тетрадь по китайскому языку в сплошное малярное полотно.
Исписанное место представляло собой строчку из стихотворения: Не видать Фугуаня — слёзы ручьями; завидел Фугуань — рад расхохотаться.
О чём там вообще было в этом стихотворении?
В полуоткрытое окно ворвался горячий вечерний ветерок, зашелестев страницами раскрытой тетради Нин Сюя. Глядя на пустующее рядом сиденье, он с яростью посадил на бумаге еще несколько жирных клякс.
Внезапно из-за парты донесся приглушенный голос:
— Эй, ты не знаешь, откуда лучше перемахнуть через стену?
Шурх — кончик ручки замер в воздухе.
Цзин Вэнь опустил голову и увидел, что Нин Сюй сидит на корточках прямо за его спиной, прикрываясь крышкой парты.
Парень поднял голову, и его серо-карие глаза ярко блестели в полумраке.
Цзин Вэню вдруг показалось, что он чертовски похож на хитрого маленького лисёнка: острый подбородок, чуть раскосые уголки глаз и затаившееся во взгляде неохотное, выстраданное согласие.
Цзин Вэнь улыбнулся, впервые обнажив симметричные клыки.

Комментарии

Загрузка...