][Мировой чат]
]
[Мировой чат] — именно так.
Аноним: «Продаю воду. Объёмы огромные, хватит всем. Ваши древесные дома больше никогда не останутся без ресурса! Товар уже на аукционе, ищите по ключевому слову – Чёрная Вода!»
Аноним: «Продаю воду. Объёмы огромные, хватит всем. Ваши древесные дома больше никогда не останутся без ресурса! Товар уже на аукционе, ищите по ключевому слову – Чёрная Вода!»
Сообщения в мировом чате неслись с бешеной скоростью.
Сообщения в мировом чате неслись с бешеной скоростью.
Реклама, поиски людей, бахвальство – всё смешалось в бесконечный поток.
Реклама, поиски людей, бахвальство – всё смешалось в бесконечный поток.
Однако анонимное сообщение Цинь Е, будто брошенный в кипящее масло камень, вызвало бурную реакцию и никак не желало тонуть в общей массе.
Однако анонимное сообщение Цинь Е, будто брошенный в кипящее масло камень, вызвало бурную реакцию и никак не желало тонуть в общей массе.
И всё из-за двух слов – «Чёрная Вода», которые намертво связались с недавним системным объявлением, потрясшим весь сервер!
И всё из-за двух слов – «Чёрная Вода», которые намертво связались с недавним системным объявлением, потрясшим весь сервер!
Жаль только, что Цинь Е отправил сообщение анонимно. Как бы остальные ни пытались выяснить, кто за этим стоит, им оставалось лишь бессильно таращиться в холодные экраны.
Жаль только, что Цинь Е отправил сообщение анонимно. Как бы остальные ни пытались выяснить, кто за этим стоит, им оставалось лишь бессильно таращиться в холодные экраны.
Любопытство разрасталось подобно сорнякам. Тысячи выживших хлынули на аукцион, судорожно вбивая в поиск словосочетание «Чёрная Вода».
Любопытство разрасталось подобно сорнякам. Тысячи выживших хлынули на аукцион, судорожно вбивая в поиск словосочетание «Чёрная Вода».
Всем хотелось своими глазами увидеть, что за сокровище таилось на ресурсной точке, позволившей Классу 3-К забрать первое убийство.
Всем хотелось своими глазами увидеть, что за сокровище таилось на ресурсной точке, позволившей Классу 3-К забрать первое убийство.
[Оповещение аукциона: Игрок «Отряд „Завод Удобрений“» купил ваш товар: Чёрная Вода 5. Оплата: Кости зверя бедствия 15]
[Оповещение аукциона: Игрок «Отряд „Завод Удобрений“» купил ваш товар: Чёрная Вода 5. Оплата: Кости зверя бедствия 15]
[Оповещение аукциона: Игрок «Отряд „Дом Престарелых Цзиньхай“» купил ваш товар: Чёрная Вода 5. Оплата: Кости зверя бедствия 18]
[Оповещение аукциона: Игрок «Отряд „Дом Престарелых Цзиньхай“» купил ваш товар: Чёрная Вода 5. Оплата: Кости зверя бедствия 18]
[Оповещение аукциона: Игрок «Отряд „Психиатрическая Больница Циншань“» купил ваш товар: Чёрная Вода 5. Оплата: Кости зверя бедствия 25]
[Оповещение аукциона: Игрок «Отряд „Психиатрическая Больница Циншань“» купил ваш товар: Чёрная Вода 5. Оплата: Кости зверя бедствия 25]
[Оповещение аукциона: ...]
[Оповещение аукциона: ...]
Уведомления выпрыгивали перед глазами Цинь Е одно за другим, сопровождаясь непрерывным звонким писком.
Уведомления выпрыгивали перед глазами Цинь Е одно за другим, сопровождаясь непрерывным звонким писком.
Он не стал устанавливать фиксированную цену на воду, вместо этого применив самый грубый способ разведки рынка.
Он не стал устанавливать фиксированную цену на воду, вместо этого применив самый грубый способ разведки рынка.
Постепенно завышать цену, пока спрос не упадёт – именно эта точка и станет психологическим пределом покупателей.
Постепенно завышать цену, пока спрос не упадёт – именно эта точка и станет психологическим пределом покупателей.
— Соотношение один к пяти, похоже, и есть предел, — задумчиво пробормотал Цинь Е, потирая подбородок. — Пока продадим по такой цене, а когда товар начнёт пылиться на полках, немного снизим.
— Соотношение один к пяти, похоже, и есть предел, — задумчиво пробормотал Цинь Е, потирая подбородок. — Пока продадим по такой цене, а когда товар начнёт пылиться на полках, немного снизим.
Ловким движением пальцев он расфасовал Чёрную Воду по 5 единиц, выставил ценник в 25 костей зверя бедствия и снова отправил на аукцион.
Ловким движением пальцев он расфасовал Чёрную Воду по 5 единиц, выставил ценник в 25 костей зверя бедствия и снова отправил на аукцион.
В условиях абсолютной монополии товар Цинь Е не остался бы без покупателей.
В условиях абсолютной монополии товар Цинь Е не остался бы без покупателей.
Поскольку купленные на аукционе предметы по умолчанию отправлялись на склад древесного дома, со временем кучи костей зверей бедствия начали заполнять всё свободное пространство.
Поскольку купленные на аукционе предметы по умолчанию отправлялись на склад древесного дома, со временем кучи костей зверей бедствия начали заполнять всё свободное пространство.
Тем временем на берегу Омута Чёрной Воды Лу Яо и остальные окончательно выбились из сил.
Тем временем на берегу Омута Чёрной Воды Лу Яо и остальные окончательно выбились из сил.
Девушки валились в грязь, тяжело и прерывисто дыша. Их щёки пылали от перенапряжения.
Девушки валились в грязь, тяжело и прерывисто дыша. Их щёки пылали от перенапряжения.
Лишь крепкие белые волки продолжали безропотно трудиться, собирая ресурс.
Лишь крепкие белые волки продолжали безропотно трудиться, собирая ресурс.
— Все отлично поработали. Отдохните немного, перекусите, — сказав это, Цинь Е собрал немного гнилых деревяшек и развёл костёр с помощью Алой огненной стрелы.
— Все отлично поработали. Отдохните немного, перекусите, — сказав это, Цинь Е собрал немного гнилых деревяшек и развёл костёр с помощью Алой огненной стрелы.
Этот мир был удивителен: обычный приём пищи позволял быстро восстановить выносливость.
Этот мир был удивителен: обычный приём пищи позволял быстро восстановить выносливость.
Однако вместе с падением сил возрастал и аппетит.
Однако вместе с падением сил возрастал и аппетит.
Линь Синмянь и остальные достали чёрствый хлеб и принялись жадно его грызть.
Линь Синмянь и остальные достали чёрствый хлеб и принялись жадно его грызть.
Белые волки сгрудились неподалёку, деля скромные запасы сырого мяса. Острые клыки с хрустом въедались в сочные туши.
Белые волки сгрудились неподалёку, деля скромные запасы сырого мяса. Острые клыки с хрустом въедались в сочные туши.
В этот момент к Лу Яо подошли девчонки-близняшки. Их брови были хмуро сдвинуты, а сами они о чём-то тревожно шептались:
В этот момент к Лу Яо подошли девчонки-близняшки. Их брови были хмуро сдвинуты, а сами они о чём-то тревожно шептались:
— Староста, белые волки сегодня не ходили на охоту, наши продовольственные запасы почти на нуле.
— Староста, белые волки сегодня не ходили на охоту, наши продовольственные запасы почти на нуле.
Разминая затекшую поясницу, Лу Яо озабоченно нахмурилась:
Разминая затекшую поясницу, Лу Яо озабоченно нахмурилась:
— Да, мы и белые волки слишком быстро развиваем характеристики. Расход ресурсов начинает сильно превышать их добычу, — она повернулась к Цинь Е, в её голосе послышались вопросительные нотки:
— Да, мы и белые волки слишком быстро развиваем характеристики. Расход ресурсов начинает сильно превышать их добычу, — она повернулась к Цинь Е, в её голосе послышались вопросительные нотки:
— Цинь Е, что думаешь?
— Цинь Е, что думаешь?
Цинь Е лишь хитровато ухмыльнулся:
Цинь Е лишь хитровато ухмыльнулся:
— Сидя на такой огромной сокровищнице, вы переживаете из-за еды?
— Сидя на такой огромной сокровищнице, вы переживаете из-за еды?
Не успело эхо его слов утихнуть, как он уже открыл интерфейс аукциона и изменил условия сделки для 10 порций Чёрной Воды: вместо костей зверей бедствия он запросил 100 буханок хлеба или 50 кусков сырого мяса.
Не успело эхо его слов утихнуть, как он уже открыл интерфейс аукциона и изменил условия сделки для 10 порций Чёрной Воды: вместо костей зверей бедствия он запросил 100 буханок хлеба или 50 кусков сырого мяса.
Не прошло и получаса, как склад древесного дома вновь отозвался системным сигналом.
Не прошло и получаса, как склад древесного дома вновь отозвался системным сигналом.
На этот раз вместо холодных костей там образовались горы провизии.
На этот раз вместо холодных костей там образовались горы провизии.
Проблема была мгновенно решена.
Проблема была мгновенно решена.
Насытившись и восстановив большую часть сил, отряд вернулся к работе.
Насытившись и восстановив большую часть сил, отряд вернулся к работе.
Едва Лу Яо поднялась, чтобы примкнуть к сбору, как к ней, шатаясь, приблизилась дрожащая фигура.
Едва Лу Яо поднялась, чтобы примкнуть к сбору, как к ней, шатаясь, приблизилась дрожащая фигура.
Это была Чжан Лили.
Это была Чжан Лили.
Её лицо пожелтело, губы потрескались, а в глазах застыла отчаянная мольба. Она пролепетала еле слышным, пищащим голосом:
Её лицо пожелтело, губы потрескались, а в глазах застыла отчаянная мольба. Она пролепетала еле слышным, пищащим голосом:
— Староста... я больше не могу. Начисли мне очки вклада хотя бы за полдня... Я сейчас с голоду умру...
— Староста... я больше не могу. Начисли мне очки вклада хотя бы за полдня... Я сейчас с голоду умру...
Взгляд Лу Яо мгновенно обледенел. Голос прозвучал абсолютно равнодушно:
Взгляд Лу Яо мгновенно обледенел. Голос прозвучал абсолютно равнодушно:
— Очки вклада? Я разве говорила, что сбор Чёрной Воды пойдёт в зачёт очков вклада?
— Очки вклада? Я разве говорила, что сбор Чёрной Воды пойдёт в зачёт очков вклада?
— Ч-что?! — Чжан Лили вспыхнула, словно кошка, которой наступили на хвост. Накопленная обида и злость вырвались наружу.
— Ч-что?! — Чжан Лили вспыхнула, словно кошка, которой наступили на хвост. Накопленная обида и злость вырвались наружу.
С искажённым от ярости лицом она рванулась к Лу Яо, оря во все горло:
С искажённым от ярости лицом она рванулась к Лу Яо, оря во все горло:
— Ах ты срань! Дрянь малолетняя! Ты, блядь, решила меня кинуть?!
— Ах ты срань! Дрянь малолетняя! Ты, блядь, решила меня кинуть?!
Даже не поведя брови, Лу Яо качнулась в сторону, словно призрак, легко уклонившись от выпада.
Даже не поведя брови, Лу Яо качнулась в сторону, словно призрак, легко уклонившись от выпада.
Не успев затормозить, Чжан Лили со всего маха грохнулась в грязь, подняв тучу серо-чёрных брызг.
Не успев затормозить, Чжан Лили со всего маха грохнулась в грязь, подняв тучу серо-чёрных брызг.
Этот исполненный ярости вопль, точно брошенный в тихую гладь воды камень, мгновенно привлёк внимание остальных.
Этот исполненный ярости вопль, точно брошенный в тихую гладь воды камень, мгновенно привлёк внимание остальных.
Вот только на этот раз сочувствия к ней никто не испытывал.
Вот только на этот раз сочувствия к ней никто не испытывал.
Когда они штурмовали Чёрное Болото, все сражались не на жизнь, а на смерть, и лишь Чжан Лили пряталась за чужими спинами, отсиживаясь в стороне.
Когда они штурмовали Чёрное Болото, все сражались не на жизнь, а на смерть, и лишь Чжан Лили пряталась за чужими спинами, отсиживаясь в стороне.
А теперь захотела прийти на всё готовое? Ну уж нет!
А теперь захотела прийти на всё готовое? Ну уж нет!
Во взглядах окружающих читались лишь отвращение и насмешка – так смотрят на паразита, пытающегося жить за чужой счёт.
Во взглядах окружающих читались лишь отвращение и насмешка – так смотрят на паразита, пытающегося жить за чужой счёт.
Лу Яо смотрела на неё сверху вниз. Её слова зазвучали холодно и отстранённо, вонзаясь прямо в сердце:
Лу Яо смотрела на неё сверху вниз. Её слова зазвучали холодно и отстранённо, вонзаясь прямо в сердце:
— Сбор Чёрной Воды нужен для накопления ресурсов на улучшение древесного дома. Это наша общая цель, с которой согласились все.
— Сбор Чёрной Воды нужен для накопления ресурсов на улучшение древесного дома. Это наша общая цель, с которой согласились все.
— Каждая из нас тратит здесь одинаковое количество сил. Тут нет тех, кто сделал больше или меньше. Поэтому за сбор Чёрной Воды очки вклада не начисляются.
— Каждая из нас тратит здесь одинаковое количество сил. Тут нет тех, кто сделал больше или меньше. Поэтому за сбор Чёрной Воды очки вклада не начисляются.
— Хочешь получить очки вклада? Пожалуйста, — она указала рукой в глубь серого тумана. — Бери оружие и иди убивать зверей бедствия, как делают остальные.
— Хочешь получить очки вклада? Пожалуйста, — она указала рукой в глубь серого тумана. — Бери оружие и иди убивать зверей бедствия, как делают остальные.
— Да кто ты вообще такая?! — Окончательно потеряв контроль, Чжан Лили поднялась из грязи и тыкнула пальцем прямо в лицо Лу Яо. — Всё, с меня хватит! Паршивая дрянь, вали к мамочке и соси сиську!
— Да кто ты вообще такая?! — Окончательно потеряв контроль, Чжан Лили поднялась из грязи и тыкнула пальцем прямо в лицо Лу Яо. — Всё, с меня хватит! Паршивая дрянь, вали к мамочке и соси сиську!
Выкрикнув проклятия, она развернулась, намереваясь сбежать.
Выкрикнув проклятия, она развернулась, намереваясь сбежать.
Но в следующее мгновение неведомая сила с корнем вырвала из неё что-то невероятно важное, заставив девушку споткнуться и рухнуть на землю.
Но в следующее мгновение неведомая сила с корнем вырвала из неё что-то невероятно важное, заставив девушку споткнуться и рухнуть на землю.
[Глава древесного дома инициировал голосование: Исключить ли Чжан Лили из отряда?]
[Глава древесного дома инициировал голосование: Исключить ли Чжан Лили из отряда?]
[Голосование открыто: Да / Нет]
[Голосование открыто: Да / Нет]
[Результат голосования: Единогласно!]
[Результат голосования: Единогласно!]
[Внимание! Игрок Чжан Лили исключён из отряда «Класс 3-К»!]
[Внимание! Игрок Чжан Лили исключён из отряда «Класс 3-К»!]
[Постоянный титул «Владыка Черноводья» изъят! Все связанные прибавки к характеристикам обнулены!]
[Постоянный титул «Владыка Черноводья» изъят! Все связанные прибавки к характеристикам обнулены!]
Сорок единиц характеристик испарились в одно мгновение. И без того обессиленная Чжан Лили ощутила, как её выносливость пробила самое дно.
Сорок единиц характеристик испарились в одно мгновение. И без того обессиленная Чжан Лили ощутила, как её выносливость пробила самое дно.
Она распласталась на земле, словно выброшенная на сушу рыба, судорожно хватая ртом воздух и не имея сил даже шевельнуться.
Она распласталась на земле, словно выброшенная на сушу рыба, судорожно хватая ртом воздух и не имея сил даже шевельнуться.
— Нет... не надо... — глядя на обступивших её людей, девушка смертельно побледнела. В её голосе послышались плаксивые нотки:
— Нет... не надо... — глядя на обступивших её людей, девушка смертельно побледнела. В её голосе послышались плаксивые нотки:
— Не бросайте меня... Умоляю вас, не бросайте...
— Не бросайте меня... Умоляю вас, не бросайте...
Никто не обращал на неё внимания.
Никто не обращал на неё внимания.
Тогда она перевела взгляды на двух девушек в толпе и сипло закричала:
Тогда она перевела взгляды на двух девушек в толпе и сипло закричала:
— Чжоу Фан! Лю Фэйфэй! Спасите меня! Мы ведь лучшие подруги!
— Чжоу Фан! Лю Фэйфэй! Спасите меня! Мы ведь лучшие подруги!
— У моей семьи полно денег! Когда мы вернёмся, я попрошу отца дать вам по десять миллионов!
— У моей семьи полно денег! Когда мы вернёмся, я попрошу отца дать вам по десять миллионов!
— Чжоу Фан! Твоей маме ведь нужна операция? Я найду лучших врачей! Самых высококлассных специалистов!
— Чжоу Фан! Твоей маме ведь нужна операция? Я найду лучших врачей! Самых высококлассных специалистов!
— Лю Фэйфэй! Твои родители работают в компании моего отца! Ты ведь не хочешь, чтобы их уволили?!
— Лю Фэйфэй! Твои родители работают в компании моего отца! Ты ведь не хочешь, чтобы их уволили?!
Она кричала во всё горло, цепляясь за эту последнюю соломинку:
Она кричала во всё горло, цепляясь за эту последнюю соломинку:
— Спасите меня! Я не хочу здесь умирать! Я выполню любое ваше условие! Просите всё, что угодно! Только... только не бросайте меня...
— Спасите меня! Я не хочу здесь умирать! Я выполню любое ваше условие! Просите всё, что угодно! Только... только не бросайте меня...
Стоявшая неподалёку Чжоу Фан на мгновение замялась.
Стоявшая неподалёку Чжоу Фан на мгновение замялась.
Её семья и впрямь бедствовала. Расходы на операцию матери давили на неё неподъёмным грузом, поэтому она и ходила за Чжан Лили хвостиком.
Её семья и впрямь бедствовала. Расходы на операцию матери давили на неё неподъёмным грузом, поэтому она и ходила за Чжан Лили хвостиком.
Услышав эти обещанные миллионы, Чжоу Фан бессознательно сделала полшага вперёд.
Услышав эти обещанные миллионы, Чжоу Фан бессознательно сделала полшага вперёд.
Но тут раздался чистый, прохладный голос.
Но тут раздался чистый, прохладный голос.
Это была Е Цзинхун.
Это была Е Цзинхун.
Она стояла перед толпой. В её взгляде промелькнула тень жалости, но голос прозвучал беспощадно сурово:
Она стояла перед толпой. В её взгляде промелькнула тень жалости, но голос прозвучал беспощадно сурово:
— Ты правда думаешь... что мы сможем вернуться в наш прежний мир?
— Ты правда думаешь... что мы сможем вернуться в наш прежний мир?
— Я... я не знаю... — слезы Чжоу Фан брызнули из глаз, она всхлипнула.
— Я... я не знаю... — слезы Чжоу Фан брызнули из глаз, она всхлипнула.
Е Цзинхун лишь качнула головой и не стала ничего добавлять.
Е Цзинхун лишь качнула головой и не стала ничего добавлять.
«Дура».
«Дура».
Пока Чжоу Фан заливалась слезами, из толпы внезапно донёсся робкий голосок.
Пока Чжоу Фан заливалась слезами, из толпы внезапно донёсся робкий голосок.
Это была Вэнь Жуань.
Это была Вэнь Жуань.
Эта любительница отсиживаться в стороне, готовая буквально стать невидимкой, чтобы её лишний раз не трогали, сейчас поправила несуществующие очки на переносице и тихо произнесла:
Эта любительница отсиживаться в стороне, готовая буквально стать невидимкой, чтобы её лишний раз не трогали, сейчас поправила несуществующие очки на переносице и тихо произнесла:
— Ну... если мы всё-таки сможем вернуться, я могу помочь вылечить твою маму.
— Ну... если мы всё-таки сможем вернуться, я могу помочь вылечить твою маму.
Чжоу Фан вскинула голову. В её глазах вспыхнул огонёк надежды.
Чжоу Фан вскинула голову. В её глазах вспыхнул огонёк надежды.
Задрожав от волнения, она схватила Вэнь Жуань за руку:
Задрожав от волнения, она схватила Вэнь Жуань за руку:
— Правда?! Учитель! Вы правда готовы мне помочь?!
— Правда?! Учитель! Вы правда готовы мне помочь?!
Вэнь Жуань посмотрела на неё, и на её губах медленно расплылась коварная ухмылка:
Вэнь Жуань посмотрела на неё, и на её губах медленно расплылась коварная ухмылка:
— Не-а.
— Не-а.
— Учитель! Вы... — рука Чжоу Фан застыла в воздухе, а сама она онемела от шока.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...