]Ночь дышала безмолвием.
]
Ночь дышала безмолвием — именно так.
Лишь в костре с тихим пощёлкиванием тлели поленья.
Лишь в костре с тихим пощёлкиванием тлели поленья.
— Учи... учительница, а... — замялся Цинь Е.
— Учи... учительница, а... — замялся Цинь Е.
— Я не сильно старше тебя, — перебила она. — Зови просто по имени.
— Я не сильно старше тебя, — перебила она. — Зови просто по имени.
— Ладно... Тогда... Вэнь Жуань?
— Ладно... Тогда... Вэнь Жуань?
— Угу...
— Угу...
Атмосфера становилась всё более двусмысленной, пока и вовсе не повисла загадочная тишина. Воздух буквально пропитался гормонами и вспыхнувшим влечением.
Атмосфера становилась всё более двусмысленной, пока и вовсе не повисла загадочная тишина. Воздух буквально пропитался гормонами и вспыхнувшим влечением.
Жар пламени окрашивал щёки обоих в алые тона. Чёрные чулки Вэнь Жуань и её белоснежная кожа, оттенённая тёмной тканью, выглядели невероятно соблазнительно.
Жар пламени окрашивал щёки обоих в алые тона. Чёрные чулки Вэнь Жуань и её белоснежная кожа, оттенённая тёмной тканью, выглядели невероятно соблазнительно.
У Цинь Е пересохло в горле, а сердце заколотилось чаще. Его взгляд невольно скользнул вниз, следуя вдоль безупречных изгибов её тела.
У Цинь Е пересохло в горле, а сердце заколотилось чаще. Его взгляд невольно скользнул вниз, следуя вдоль безупречных изгибов её тела.
Полено как раз прогорело, и вокруг мгновенно сгустилась непроглядная тьма. Лишь едва слышный треск угасающих углей доносился до их слуха.
Полено как раз прогорело, и вокруг мгновенно сгустилась непроглядная тьма. Лишь едва слышный треск угасающих углей доносился до их слуха.
Внезапная темнота ничуть не испугала их. Напротив, обстановка стала ещё более интимной.
Внезапная темнота ничуть не испугала их. Напротив, обстановка стала ещё более интимной.
Однако именно в этот момент...
Однако именно в этот момент...
— Гав-гав!
— Гав-гав!
Собачий лай бесцеремонно разрушил эту неловкую идиллию. Четверо Белых Клыков некстати ввалились в и без того тесное помещение.
Собачий лай бесцеремонно разрушил эту неловкую идиллию. Четверо Белых Клыков некстати ввалились в и без того тесное помещение.
Увидев их внезапное вторжение, Цинь Е и Вэнь Жуань опешили.
Увидев их внезапное вторжение, Цинь Е и Вэнь Жуань опешили.
Спустя пару секунд Цинь Е одним пинком выставил всех четверых «лампочек» за дверь.
Спустя пару секунд Цинь Е одним пинком выставил всех четверых «лампочек» за дверь.
— У-у-у~! — Обиженно заскулили Белые Клыки.
— У-у-у~! — Обиженно заскулили Белые Клыки.
Собакам было жутко обидно, ведь они желали хозяину только добра! Ночи в Мире Пепла стояли лютые, и они всего лишь хотели согреть его своей мягкой и тёплой шерстью.
Собакам было жутко обидно, ведь они желали хозяину только добра! Ночи в Мире Пепла стояли лютые, и они всего лишь хотели согреть его своей мягкой и тёплой шерстью.
Оказавшись за дверью, четверо Белых Клыков и не думали сдаваться: они слонялись у входа и жалобно скулили, пытаясь разжалобить хозяев.
Оказавшись за дверью, четверо Белых Клыков и не думали сдаваться: они слонялись у входа и жалобно скулили, пытаясь разжалобить хозяев.
— Пошли вон спать, болваны! — С сердцем выкрикнул Цинь Е. Ему страшно хотелось отлупить эти глупые пёсьи морды: явились в самый подходящий момент!
— Пошли вон спать, болваны! — С сердцем выкрикнул Цинь Е. Ему страшно хотелось отлупить эти глупые пёсьи морды: явились в самый подходящий момент!
Вэнь Жуань, глядя на это, тихонько рассмеялась:
Вэнь Жуань, глядя на это, тихонько рассмеялась:
— Ну ладно-ладно, хватит с тебя, ложись спать.
— Ну ладно-ладно, хватит с тебя, ложись спать.
С этими словами она повернулась к нему спиной, оставив перед взором Цинь Е лишь свой изящный тонкий силуэт.
С этими словами она повернулась к нему спиной, оставив перед взором Цинь Е лишь свой изящный тонкий силуэт.
В душе у Цинь Е бушевала буря эмоций. «Я уже готов был ко всему, а ты мне показываешь это?!»
В душе у Цинь Е бушевала буря эмоций. «Я уже готов был ко всему, а ты мне показываешь это?!»
— Учительница, ну так же нельзя... Как я теперь засну? — Пробормотал он.
— Учительница, ну так же нельзя... Как я теперь засну? — Пробормотал он.
— Мелкий ещё, выбрось эти глупости из головы, — едва слышно прошептала Вэнь Жуань ему на ухо. — По крайней мере... пока нельзя~
— Мелкий ещё, выбрось эти глупости из головы, — едва слышно прошептала Вэнь Жуань ему на ухо. — По крайней мере... пока нельзя~
От её тихого шёпота у Цинь Е всё перевернулось внутри. Словно маленькая кошечка мягко скребла лапкой прямо по сердцу. Это невыносимое, зудящее чувство невозможно было описать словами.
От её тихого шёпота у Цинь Е всё перевернулось внутри. Словно маленькая кошечка мягко скребла лапкой прямо по сердцу. Это невыносимое, зудящее чувство невозможно было описать словами.
Поняв, что Вэнь Жуань просто разыграла его, Цинь Е едва не завыл от досады.
Поняв, что Вэнь Жуань просто разыграла его, Цинь Е едва не завыл от досады.
Места в домике на дереве было немного, поэтому, когда он лёг, их тела неизбежно соприкоснулись. Нежный женский аромат мгновенно коснулся его ноздрей, взбудоражив воображение и окончательно прогнав сон.
Места в домике на дереве было немного, поэтому, когда он лёг, их тела неизбежно соприкоснулись. Нежный женский аромат мгновенно коснулся его ноздрей, взбудоражив воображение и окончательно прогнав сон.
Однако вскоре нахлынула накопившаяся усталость. Приятное тепло рядом неожиданно успокоило Цинь Е. Навалившаяся дрёма заставила его смежить веки.
Однако вскоре нахлынула накопившаяся усталость. Приятное тепло рядом неожиданно успокоило Цинь Е. Навалившаяся дрёма заставила его смежить веки.
Ему приснился сон. В нём он изо всех сил убегал от двух монстров, похожих на паровые булочки-маньтоу. Когда он выбился из сил, монстры приняли облик Вэнь Жуань и преградили ему путь. Она слегка приоткрыла алые губы, что-то шепча... Но сон был слишком туманным, и он ничего не смог разобрать.
Ему приснился сон. В нём он изо всех сил убегал от двух монстров, похожих на паровые булочки-маньтоу. Когда он выбился из сил, монстры приняли облик Вэнь Жуань и преградили ему путь. Она слегка приоткрыла алые губы, что-то шепча... Но сон был слишком туманным, и он ничего не смог разобрать.
...
...
На следующее утро Мир Пепла озарился скупыми лучами света.
На следующее утро Мир Пепла озарился скупыми лучами света.
Открыв мутные от сна глаза, Цинь Е почувствовал рядом нечто мягкое. Встрепенувшись, он резко сел.
Открыв мутные от сна глаза, Цинь Е почувствовал рядом нечто мягкое. Встрепенувшись, он резко сел.
— Доброе утро, — протерев заспанные глаза, проговорила Вэнь Жуань. Её голос звучал по-утреннему нежно и слабо.
— Доброе утро, — протерев заспанные глаза, проговорила Вэнь Жуань. Её голос звучал по-утреннему нежно и слабо.
— Доброе... Вэнь... Жуань?
— Доброе... Вэнь... Жуань?
Голова Цинь Е после пробуждения была как в тумане. Вчерашний пьянящий сон всё ещё не выходил из головы, и ему казалось, будто от него самого пахнет каким-то особым молочным ароматом. Впрочем, он списал это на обычную иллюзию.
Голова Цинь Е после пробуждения была как в тумане. Вчерашний пьянящий сон всё ещё не выходил из головы, и ему казалось, будто от него самого пахнет каким-то особым молочным ароматом. Впрочем, он списал это на обычную иллюзию.
— О-о-о~ Не виделись всего одну ночь, а отношения уже столь близкие! Прямо по имени зовёшь~ – донёсся голос Линь Синмянь, которая вместе с остальными уже ждала снаружи.
— О-о-о~ Не виделись всего одну ночь, а отношения уже столь близкие! Прямо по имени зовёшь~ – донёсся голос Линь Синмянь, которая вместе с остальными уже ждала снаружи.
— Вы тоже можете звать меня просто по имени, — опережая смущённые попытки Цинь Е оправдаться, мягко выручила его Вэнь Жуань. — А то «учительница» звучит слишком официально.
— Вы тоже можете звать меня просто по имени, — опережая смущённые попытки Цинь Е оправдаться, мягко выручила его Вэнь Жуань. — А то «учительница» звучит слишком официально.
— Хорошо, сестрица Вэнь Жуань! — Подхватили остальные. Им и правда казалось, что обращение «учительница» создаёт лишнюю дистанцию.
— Хорошо, сестрица Вэнь Жуань! — Подхватили остальные. Им и правда казалось, что обращение «учительница» создаёт лишнюю дистанцию.
Начался новый день, и исполинское дерево снова отправилось в путь. Костёр развели вновь, и все уселись вокруг, наслаждаясь завтраком. Из чувства такта никто не стал расспрашивать Цинь Е и Вэнь Жуань о том, что произошло между ними ночью. Лишь Линь Синмянь продолжала лукаво посматривать на них взглядом сгорающего от любопытства ребёнка.
Начался новый день, и исполинское дерево снова отправилось в путь. Костёр развели вновь, и все уселись вокруг, наслаждаясь завтраком. Из чувства такта никто не стал расспрашивать Цинь Е и Вэнь Жуань о том, что произошло между ними ночью. Лишь Линь Синмянь продолжала лукаво посматривать на них взглядом сгорающего от любопытства ребёнка.
Этот взгляд, коим смотрят на законченного мерзавца, заставлял Цинь Е чувствовать себя ужасно неловко. Сделай он хоть что-нибудь – было бы не так обидно. Но ведь он ничего не сделал! Не имея возможности оправдаться, он был вынужден сменить тему:
Этот взгляд, коим смотрят на законченного мерзавца, заставлял Цинь Е чувствовать себя ужасно неловко. Сделай он хоть что-нибудь – было бы не так обидно. Но ведь он ничего не сделал! Не имея возможности оправдаться, он был вынужден сменить тему:
— Э-э... У нас осталось не так много воды.
— Э-э... У нас осталось не так много воды.
— Каждая пройденная миля пути требует расхода одной единицы воды.
— Каждая пройденная миля пути требует расхода одной единицы воды.
— Вчера мы преодолели 60 километров. С учётом нашего питья осталось всего 89 единиц.
— Вчера мы преодолели 60 километров. С учётом нашего питья осталось всего 89 единиц.
— Это значит, что если за следующие 89 километров мы не найдём источник, придётся покупать воду у других команд по втридорога завышенным ценам.
— Это значит, что если за следующие 89 километров мы не найдём источник, придётся покупать воду у других команд по втридорога завышенным ценам.
Цинь Е успешно перевёл разговор. В Мире Пепла самым ценным ресурсом были вовсе не Кристаллы Магии и не еда, а именно вода! Без неё нельзя было ни пить, ни выращивать растения, ни поддерживать ход древесного дома.
Цинь Е успешно перевёл разговор. В Мире Пепла самым ценным ресурсом были вовсе не Кристаллы Магии и не еда, а именно вода! Без неё нельзя было ни пить, ни выращивать растения, ни поддерживать ход древесного дома.
Продвигаться дальше в поисках воды или остаться на месте и экономить ресурсы – этот вопрос требовал общего голосования.
Продвигаться дальше в поисках воды или остаться на месте и экономить ресурсы – этот вопрос требовал общего голосования.
— Остаться здесь – равносильно медленному самоубийству. Нужно идти вперёд, — первой взяла слово Лу Яо.
— Остаться здесь – равносильно медленному самоубийству. Нужно идти вперёд, — первой взяла слово Лу Яо.
Цинь Е тоже считал, что лучше продолжить путь. Как только он кивнул, Е Цзинхун и Су тут же подняли руки в знак поддержки. Линь Синмянь, видя общее согласие, без колебаний присоединилась. Двоим младшим права голоса всё равно не доставалось, им оставалось лишь подчиниться. Что касается Вэнь Жуань, её кроткому характеру было чуждо возражать: отсутствие протеста означало согласие.
Цинь Е тоже считал, что лучше продолжить путь. Как только он кивнул, Е Цзинхун и Су тут же подняли руки в знак поддержки. Линь Синмянь, видя общее согласие, без колебаний присоединилась. Двоим младшим права голоса всё равно не доставалось, им оставалось лишь подчиниться. Что касается Вэнь Жуань, её кроткому характеру было чуждо возражать: отсутствие протеста означало согласие.
После короткого обсуждения было решено двигаться дальше. Приняв решение, отряд разошёлся.
После короткого обсуждения было решено двигаться дальше. Приняв решение, отряд разошёлся.
— Дабай, Эрбай, Тайбай! За работу!
— Дабай, Эрбай, Тайбай! За работу!
Цинь Е подозвал троих псов и отправлял Белых Клыков на сбор ресурсов, не забыв строго наказывать быть осторожнее:
Цинь Е подозвал троих псов и отправлял Белых Клыков на сбор ресурсов, не забыв строго наказывать быть осторожнее:
— Если дело дрянь – не лезьте на рожон. Главное – сохранить жизнь.
— Если дело дрянь – не лезьте на рожон. Главное – сохранить жизнь.
— Гав! — Отозвался Дабай, давая понять, что всё понял.
— Гав! — Отозвался Дабай, давая понять, что всё понял.
Хоть они и были бестолковыми, но глупцами не являлись. Ресурсы важны, но собственная шкура дороже. Едва Цинь Е закончил напутствие, псы радостно умчались прочь.
Хоть они и были бестолковыми, но глупцами не являлись. Ресурсы важны, но собственная шкура дороже. Едва Цинь Е закончил напутствие, псы радостно умчались прочь.
Разделавшись с делами, он размялся и направился на склад второго этажа, чтобы продолжить великое дело скрещивания яиц. Однако не успел он соединить и пары штук, как перед глазами у всех всплыло системное уведомление:
Разделавшись с делами, он размялся и направился на склад второго этажа, чтобы продолжить великое дело скрещивания яиц. Однако не успел он соединить и пары штук, как перед глазами у всех всплыло системное уведомление:
【Обнаружена ресурсная точка 1-го уровня – Омут Чёрной Воды】
【Обнаружена ресурсная точка 1-го уровня – Омут Чёрной Воды】

Комментарии

Загрузка...