Поздняя ночь.
Завесив камеры, Сюй Минчэн лежал на кровати и пялился в потолок.
Стоило ему закрыть глаза, как в памяти всплывала улыбка Цзян Чусюэ. Он потянулся за второй подушкой и зажал голову между ними, надеясь, что хоть это остановит поток мыслей.
В голове царил хаос. Он уже сам не мог понять: те слова, что он говорил ей на лужайке — это была просто игра на камеру или его истинные чувства? Но вспышки её улыбки перед глазами и уголки губ, которые сейчас сами собой ползли вверх, давали недвусмысленный ответ. Под предлогом подыгрывания ей он говорил то, что иначе ни за что не осмелился бы произнести вслух.
— Эх... — вздохнул он и снова перевернулся на другой бок. — Я что, втрескался в неё?
Вдруг Сюй Минчэн резко сел:
— Симпатия есть симпатия, влюбился так влюбился! От чего я бегу?
Разобравшись в себе, он остался сидеть посреди ночи на кровати, хихикая: «Хе-хе-хе». Хорошо, что он догадался завесить камеры. Иначе дежурный в пультовой точно отложил бы кирпич.
У Цзян Чусюэ ситуация была похожей. Она тоже ворочалась, прокручивая в голове их разговор на лужайке. Глядя в темноту широко открытыми глазами, она прошептала:
— Я ему нравлюсь?
Прямо сейчас они оба застряли в крайне дурацком положении. Между ними явно была симпатия, но из-за недопонимания и скрытых мотивов всё свелось к деловому «сотрудничеству». А то, что не было сказано в первый раз, потом произнести вслух становится только сложнее.
На второй день съёмок все встали поздно. И вразнобой: кто в десять, кто в одиннадцать. Некоторых не было видно даже после полудня.
Сюй Минчэн, по местным меркам, поднялся рано — в начале одиннадцатого. Зайдя на кухню, он столкнулся с Хуан Ши.
Хуан Ши кивнул ему:
— Доброе.
— Угу. Доброе.
Хуан Ши как раз закончил готовить себе простенький завтрак и направился с тарелкой в столовую, жестом показав Сюй Минчэну, что будет есть там. Тот кивнул в ответ.
Сюй Минчэн открыл холодильник и достал два куска хлеба. Он уже собирался убрать пакет, но вдруг вспомнил кое о чём и вытащил ещё два куска. Затем достал пару яиц, салат-латук и соус.
Действовал он проворно. На Земле он долго жил один и привык заботиться о себе. Обедал и ужинал он обычно на работе, но завтраки всегда готовил дома.
Он пожарил яйца, положил их на хлеб, добавил латук, выдавил соус и разрезал пополам. Четыре сэндвича были готовы. Потом он подогрел молоко и отнёс всё в столовую.
Не успел он сесть, как вошла Чжуан Цин. Она поздоровалась, а заметив перед ним две тарелки с сэндвичами, бросила:
— Хороший аппетит.
Сюй Минчэн лишь улыбнулся и промолчал.
Чего он не ожидал, так это того, что просидит тут почти час. Каждый, кто заходил в столовую, видел его сидящим на одном месте. Поначалу никто не придавал этому значения, но со временем это начало казаться странным.
И вот, наконец, та, кого он ждал, проснулась.
Цзян Чусюэ ночью спала плохо и поднялась только ближе к полудню. Наскоро приведя себя в порядок, она вышла из комнаты.
Путь до столовой лежал через гостиную. Там на диванах уже сидело несколько человек. Завидев её, они поздоровались, и она всем ответила.
Войдя в столовую, она обнаружила сидящего там Сюй Минчэна.
— Доброе утро, а ты чего тут сидишь? — спросила она, подходя ближе.
Он с улыбкой пододвинул к ней тарелку с сэндвичами:
— Это для тебя. Ешь давай. — С этими словами он встал и скрылся на кухне.
Цзян Чусюэ удивлённо моргнула:
— Для меня?
С кухни донеслось «угу».
Она села, посмотрела на сэндвичи и тихо рассмеялась. А что... неплохое чувство.
Только она собралась откусить, как из кухни вышел Сюй Минчэн с кружкой горячего молока в руках.
Он поставил её на стол:
— Вот, теперь ешь.
Цзян Чусюэ смущённо взяла кружку и робко спросила:
— И долго ты ждал?
Сюй Минчэн с беспечным видом отмахнулся:
— Да нет. Совсем недолго.
Но остывшие сэндвичи в её руках красноречиво говорили о том, что он прождал прилично. Видя, как он напускает на себя лёгкость, Цзян Чусюэ улыбнулась и не стала его разоблачать.
Когда они вышли из столовой и вернулись в гостиную, атмосфера там была довольно странной. Сидевшие на диванах хотели что-то спросить, но не решались, лишь то и дело косясь на них.
Сюй Минчэн сделал завтрак и целый час просидел в столовой, чтобы дождаться Цзян Чусюэ?! У всех в головах бушевал настоящий шторм.
Как они вообще сошлись? Этот Сюй Минчэн вообще невидимка, он и двух слов не связал! У всех вертелся один и тот же вопрос.
Сев на диван, Цзян Чусюэ прямо-таки кожей ощутила, как воздух искрит от сплетен. Она прекрасно понимала, о чём все думают. И поэтому просто и прямо сказала:
— Минчэн, давай сегодня после обеда съездим за покупками вдвоём.
Сюй Минчэн не ожидал от неё такой прямоты. Он на секунду оторопел, а затем ответил:
— О, да, конечно.
Цзян Чусюэ повернулась к остальным:
— Ребята, если кому-то что-то нужно, мы привезём.
Сидевших на диванах словно громом поразило. У них на лицах было написано: «Ну ни фига себе мы сплетню поймали». Но при этом разум отчаянно отказывался верить происходящему: такое сочетание казалось абсолютно невообразимым.
Лу Сысы перевела взгляд с Цзян Чусюэ на Сюй Минчэна и дрожащим голосом спросила:
— Вы... вы двое? Это что получается?
Цзян Чусюэ с улыбкой посмотрела на Сюй Минчэна и ответила:
— Просто мы начали присматриваться друг к другу.
Мэн Вэй покачал головой и протянул:
— Брат Сюй... Кто бы мог подумать, кто бы мог подумать. Тихая вода, глубокое дно!
Сюй Минчэн с улыбкой оглядел всех и притворно нахмурился на Мэн Вэя:
— Не болтай!
И тут Сюй Минчэн поймал себя на той же мысли, что и Цзян Чусюэ недавно:
«А что... неплохое чувство».

Комментарии

Загрузка...