Все пятеро во главе с Линь Байшанем сидели в пещере в самом конце узкой тропы, стараясь держаться как можно ближе к проходу: так даже при разговоре их никто не смог бы услышать.
Тежэнь достал несколько больших кусков вяленой говядины, а Линь Байшань вытащил пять бамбуковых туесов с духовной родниковой водой — каждому по одному, — и они устроились в пещере перекусить.
— Братья, до наступления темноты остаётся примерно один шичэнь. Мы начнём действовать в час Свиньи, так что времени ещё предостаточно. Сейчас поедим, вы немного отдохнёте, а я пойду посмотрю на ту щель — как нам бесшумно проникнуть на утёс Гуйчоу, — говорил Линь Байшань на ходу, пережёвывая мясо.
— Брат Линь, предоставь проникновение мне. Я прихватил кое-что с собой, — Чэнь Чжимин достал клин и железный молоток.
— А это не переполошит патрульных? — сомневаясь, спросил Линь Байшань.
— Нет, достаточно обмотать молоток тряпкой. Нам нельзя разрушать весь каменный блок: на обратном пути эта тропа нам ещё пригодится, да и привлекать чужое внимание ни к чему.
Чэнь Чжимин и впрямь всё продумал до мелочей.
Линь Байшань кивнул.
Насытившись и утолив жажду, все принялись спокойно отдыхать на камнях.
За полчаса до наступления часа Свиньи Чэнь Чжимин приступил к делу: за три-пять ударов он выбил каменную глыбу, освободив проход.
Убедившись, что сквозь него сможет пролезть даже массивный Тежэнь, он вернул камень на место и стал ждать нужного часа.
На самом деле на вершине утёса Гуйчоу оставалось не так уж много дозорных. Наблюдая за ними какое-то время, Линь Байшань точно установил, что патрулей всего два и сменяются они раз в два часа. Поэтому их вылазку следовало уложить в один шичэнь.
Наступил час Свиньи. Дождавшись пересменки, Линь Байшань и его люди выбрались из пещерной щели, установили камень на место и бесшумно проникли на утёс Гуйчоу.
Название «утёс Гуйчоу» — «утёс Скорби Демонов» — подходило этому месту как нельзя лучше. Рельеф пещеры уходил вверх, внутри вырисовывались лишь две горные тропы. Единственной зацепкой оставался утёс Сигоу: ещё сидя в пещере, спутники проследили маршрут двух разбойников, тащивших деревянный сундук.
Поэтому Линь Байшань и остальные направились прямо по той тропе, по которой прошли те двое, абсолютно не ведая, что ждёт их впереди.
Они шли по тропе около времени горения одной ароматической палочки, как вдруг впереди послышался невнятный гомон. Линь Байшань взмахнул рукой, и все осторожно подкрались ближе.
Линь Байшань высунулся из-за укрытия и заглянул за поворот: перед входом в пещеру стояли трое мужчин. Сама пещера была заперта на массивную железную дверь.
— Ну и захолустье! Кого сюда черти занесут? А нас троих каждый день отправляют караулить. Внутри сокровищ полно, да только нам к ним даже прикоснуться нельзя. Незуха какая-то!
— Ладно тебе, брат Чжан. Ты тут от силы месяц проторчал, а я — целых три! Ни разу с горы не спускался. Лю Яньло из публичного дома Цюйхун меня, небось, уже и не помнит. Хоть плата за караул хорошая и опасности никакой, но тоска смертная!
— Точно-точно! Вот закончится наше дежурство, вместе пойдём в Цюйхун. Я тебе скажу, эта Су... — за этим последовал взрыв сального хохота.
Линь Байшань вполголоса произнёс:
— Я притворюсь доверенным лицом хозяина горы, а вы мне подигрывайте. Пойдём вразвалочку, прямо на них, и ни у кого глазом не моргнуть!
Не давая остальным времени на возражения, Линь Байшань напевал мотивчик, достал из кармана кусок вяленой говядины и, на ходу жуя, направился к троице.
Охранявшие утёс Сигоу стражники крайне изумились, увидав Линь Байшаня и его спутников. Тот же, продолжая жевать, подошёл к ним вплотную и от души влепил каждому по звонкой пощёчине.
— Мать вашу! Хозяин горы велел вам стеречь утёс Сигоу, а вы за его спиной смеете выражать недовольство его решениями?! Совсем страх потеряли?! А ну, связать этих троих и вести к хозяину горы! — Линь Байшань разыграл исступлённый гнев.
Чэнь Чжимин и Лян Юньфэй выступили вперёд и тихим голосом шепнули опешившим дозорным:
— Чего столбом встали, скорей молите о прощении! Кабы вас доставили к хозяину горы, думаете, живы бы остались?
Трое разбойников ухватились за эти слова, словно за спасительную соломинку, пали на колени и стали судорожно бить челом Линь Байшаню.
— Хм! Ну да ладно, видя, что вы оступились впервые, на первый раз пощажу. Я задам вам несколько вопросов, отвечайте без утайки. Иначе ответите за оба проступка сразу! Скажите спасибо, что пришёл я. Будь на моём месте Старик Те, от вас бы уже три трупа осталось!
— Благодетель вы наш! Спрашивайте, мы тут всё до копейки знаем!
— Сразу скажу: меня послал хозяин горы. Хотя... а, не буду ничего спрашивать! А то решите ещё, что я к вам придираюсь или подозреваю. Лучше вернусь и доложу хозяину всё как есть, — Линь Байшань развернулся, сделав вид, что уходит.
— Господин, спрашивайте, умоляем! Мы в жизни ни словом не проговоримся! — троица чуть не рыдала.
— Ладно. Задам пару простых вопросов. Как часто вы проверяете то, что здесь хранится, и что именно тут лежит? — с мрачным видом спросил Линь Байшань.
— В основном золотые и серебряные слитки, денежные билеты, золотые пески, драгоценные камни, нефриты, антиквариат, свитки с живописью и каллиграфией, фарфор... — торопливо ответил разбойник по фамилии Чжан и торжествующе взглянул на двоих других.
Те двое выглядели крайне досадно из-за того, что Чжан перехватил инициативу.
— Очень хорошо. А где ещё, кроме этого места, хранятся сокровища нашего утёса Гуйчоу? — продолжал Линь Байшань.
— Я знаю! Помимо утёса Сигоу, есть ещё соседняя пещера Хранения Сокровищ! Мы и её охраняем! — выкрикнул второй.
— Вы двое молодцы. Хоть и оступились, но рвение у вас отличное. А вот ты...
— Господин, вы можете спросить о чём угодно! Я тоже всё знаю, они просто опередили меня! — с плаксивой миной запричитал третий.
— Всё знаешь? — усомнился Линь Байшань.
— Абсолютно всё! Спрашивайте!
— Спрашивать больше не о чем. Отпирай железную дверь. Хозяин горы велел мне проверить, не пропало ли чего из сокровищ, — с небрежной непринуждённостью повелел Линь Байшань.
— Я сейчас отпру! — последний, наконец, перевёл дух и бросился отпирать замок.
Как только дверь открылась и троица вошла, Линь Байшань и четверо его спутников гуськом проследовали за ними.
Так называемый утёс Сигоу оказался вовсе не отвесной скалой, а гигантской каменной пещерой, в глубине которой находился глубокий обрыв.
Вдоль стен стояли многочисленные деревянные сундуки, доверху набитые всевозможными богатствами.
Линь Байшань сохранял хладнокровие, но стоявшие за его спиной четверо уже еле сдерживали азарт.
— Хм. Хорошо, весьма хорошо. Караулите неплохо. Так и быть, хозяин горы велел наградить вас. Стерите добро на совесть и не забивайте голову глупостями. Будто вас в город не отпустят! — Линь Байшань поднял несколько связок медных монет и пару кусочков серебра, бросив их охранникам.
Трое приходили в неистовый восторг.
— Отоприте и пещеру Хранения Сокровищ, я взгляну, — Линь Байшань уставился на самую дальнюю железную дверь.
— Господин, не испытывайте нас! Ключ от пещеры Хранения Сокровищ находится у самого хозяина горы, у нас его нет! — в один голос ответили трое.
— Отлично, просто замечательно. Вы мне приглянулись. Давайте так: вернусь к хозяину горы, замолвлю за вас словечко и переведу к себе в подчинение, идёт?
— Вот спасибо, господин! Это было бы счастьем!
Пока они радостно лепетали, Линь Байшань подал знак взглядом. Чэнь Чжимин, Сяо Дуаньюнь и Лян Юньфэй мгновенно перерезали горло каждому из троих.
— Брат Байшань, а почему ты меня не позвал убивать? — недоумённо спросил Тежэнь.

Комментарии

Загрузка...