То, что было подмешано внутрь, вовсе не являлось какой-либо парфюмерией, а скорее походило на трупный жир.
Вот это да, неужели от фабрики благовоний и свечей из мира-инстанса стоило ожидать чего-то иного, раз они используют подобное в качестве благовоний!
Взглянув на Чэн Илуаня, который тут же упал в обморок от страха, Лу Яо отчасти даже поняла его поведение.
В конце концов, осознав, чем именно испачканы его руки, даже такой злой дух, как Чэн Илуань, пожалуй, не смог бы смириться с этим в один миг.
Поздравляем игрока с получением материала: благовония.
Звуковой сигнал Системы раздался прямо в ухе, и в то же время те самые плавающие в воде благовония собрались в единый комок, упали в прозрачную бутылочку и прижались к заготовке из воска.
Лу Яо не ожидала, что ей удастся случайно раздобыть благовония, однако при одной мысли о составе этих благовоний у нее тут же начинал болеть желудок.
Воск и благовония есть, теперь остались только фитиль и форма.
Лу Яо уже наблюдала за обстановкой внутри фабрики: когда она впервые вошла туда с ведром, в цехе был лишь один огромный котел, а во второй раз там неожиданно появилась и бочка с благовониями.
Неужели для того, чтобы отыскать все материалы, ей придется входить туда еще несколько раз?
Глухие удары разнеслись по фабрике.
Казалось, еще секунда — и кто-то выбьет дверь.
Лу Яо бросила взгляд на входную дверь и оттащила Чэн Илуаня в сторону.
Чэн Илуань уже был мертв, но, возможно, из-за того, что они находились внутри инстанса, он поразительным образом походил на живого человека.
Подумав немного, Лу Яо бросила на него два талисмана, чтобы скрыть его, и лишь после этого подняла с пола железное ведро и направилась к двери.
Звуки ударов из-за двери становились все громче и громче.
Когда Лу Яо подошла ближе, талисманы на двери почти треснули от вибрации.
Лу Яо сорвала талисман, и створки тут же распахнулись от удара.
Толпа в синей рабочей спецодежде выскочила изнутри. Они уставились на Лу Яо; их черты лица были застывшими и искаженными, а кожа, виднеющаяся из-под одежды, походила на иссушенную кору дерева — морщинистую, покрытую сетью трещин.
Вид у них был такой, будто в следующее мгновение они со всех сторон набросятся на Лу Яо и разорвут ее на куски.
— Бам!
Железное ведро со стуком упало на землю.
Лу Яо, скрестив руки на груди, стояла перед дверью и смотрела на коллег, снова обратившихся в нечисть.
— Вы что, все с ума посходили? Рабочий день закончился что ли?
Работники, превратившиеся в злых духов, уже собирались напасть, как вдруг услышали от Лу Яо эти слова.
В следующее мгновение их тела судорожно задергались. В мгновение ока они снова приняли прежний человеческий облик обычных рабочих.
Такова сознательность работяг: даже превратившись в нечисть, нельзя опаздывать или уходить раньше времени!
Очкарик поправил оправу очков и прищурился, разглядывая Лу Яо.
Поскольку Лу Яо не нарушала Правила для сотрудников, Очкарик не мог просто так что-либо ей сделать.
Оглушить коллегу не считалось нарушением, запереть коллегу на фабрике — тоже.
Лу Яо прекрасно это понимала, именно поэтому она и подошла, чтобы открыть дверь.
В конце концов, ей все еще нужно было найти остальные материалы для изготовления благовоний и свечей.
— Эта работа, похоже, тебе не подходит, я планирую перевести тебя на другую позицию, — произнес Очкарик и указал на правую часть двора. — Думаю, это место подойдет тебе больше.
Лу Яо уже собиралась поднять железное ведро и войти внутрь, чтобы собирать материалы, но при этих словах замерла.
Она инстинктивно посмотрела туда, куда указывал Очкарик.
Там... столовая для сотрудников?
Через полчаса Лу Яо стояла у окошка столовой, держа в левой руке поднос, а в правой — половник, и принималась тренироваться в том, как бы подрагивать рукой более естественно.
Обед на фабрике благовоний и свечей приравнивался к ночной трапезе. До обеденного времени оставался еще целый час, но столовая уже приготовила еду.
Лу Яо окинула взглядом выставленные блюда: они были очень похожи на еду из столовых в ее воспоминаниях, за исключением того, что здесь не было никаких супов, а все вторые блюда представляли собой сухие тушеные порции в абсолютно разных вариациях.
Разумеется, питьевую воду здесь тоже не подавали, поскольку, согласно правилам, обеденное время входило в общую продолжительность рабочего дня.Лу Яо было очень любопытно, как здесь готовят еду без воды, однако ей не удалось даже ступить на порог кухни.
Понаблюдав за происходящим, Лу Яо заметила, что она — единственная девушка в столовой. Все, начиная с готовки и подготовки ингредиентов и заканчивая уборкой, были мужчинами.
Они сновали туда-сюда между кухней и обеденным залом, практически не общаясь друг с другом.
Придя в себя, Лу Яо принялась обдумывать слова, сказанные ранее Чэн Илуанем.
Женщинам нельзя сюда приходить, здесь опасно, уходите скорее...
Проведя здесь уже несколько часов, Лу Яо действительно встретила только Лю Цинцин и саму себя — двух девушек, затянутых в этот инстанс.
Словно в изначальном мире инстанса вообще не существовало женщин.
Лу Яо собиралась разбудить Чэн Илуаня и расспросить его обо всём как следует, но тот, упав в обморок, так и не проснулся, превратившись в самую настоящую лежащую тушу.
В обеденное время Лу Яо снова увидела Лю Цинцин.
Лицо девочки было усеяно следами усталости, выглядела она так, будто целый день таскала кирпичи на стройке.
Когда они получали еду, Лу Яо специально положила ей ещё одну куриную ножку, чтобы та подкрепилась.
Лю Цинцин оскалилась в улыбке, которая выглядела хуже слёз.
— Лу Яо, знаешь, куда меня перевели?
Сидя за обеденным столом, Лю Цинцин выпалила это, а затем яростно принялась заглатывать рис.
— Они заставили меня таскать грузы! Я же хрупкая девушка, а они заставили меня перетаскивать упакованные благовония и свечи.
— Ну, ты потрудилась на славу, — Лу Яо не ожидала, что Лю Цинцин действительно отправят таскать тяжести, и, говоря это, протянула ей салфетку.
Лю Цинцин сжала зубы и быстро переложила из тарелки Лу Яо кусочек мяса себе в рот:
— Я просто бездушный погрузчик, как подумаю — так зла не хватает!
Глядя на своё украденное мясо, Лу Яо молча ускорила темп еды:
— А у тебя есть какие-нибудь находки?
— Кх-кх, не то чтобы совсем никаких. Я заметила, что, кроме тебя и меня, здесь, похоже, вообще нет других девушек.
— Это я тоже заметила, поэтому планирую пойти в другие места и осмотреться, возможно, удастся что-то обнаружить.
На данный момент для изготовления благовоний и свечей удалось найти только две вещи. А как же краска для красных свечей и самый важный фитиль?
— Тогда возьми меня с собой, я больше не хочу таскать кирпичи! — Лю Цинцин резко подняла голову, и её взгляд, устремлённый на Лу Яо, заметно посветлел.
— Ты уверена, что тот Очкарик не придёт трепать тебе нервы? — Лу Яо опустила палочки.
У Лю Цинцин необъяснимо холодок пробежал по спине:
— Ладно. Но если что-нибудь найдёшь, обязательно скажи мне, здесь мы — единственные, кто может положиться друг на друга.
Лу Яо кивнула, встала и вернулась на кухню.
В зарослях полутораметровой сорной травы раздалось какое-то шуршание.
Вскоре оттуда неожиданно высунулась пара рук.
— Кх-кх, что это за место? — Чи Жуй открыл глаза, отбросил нависшую на голову траву и вздохнул.
Он потянул за рукав и взглянул на свои руки.
Вся грязь, прилипшая к ним, исчезла — то ли стёрлась сама, то ли Лу Яо из доброты помогла ему от неё избавиться.
Чи Жуй покачал головой: Лу Яо явно не была настолько добросердечной.
Он с таким трудом отыскал зацепки и захотел проникнуть в эту ещё до конца не сформировавшуюся область инстанса, чтобы во всём разобраться.
Он никак не ожидал, что, только-только подобрав подходящий сосуд для вселения, сразу же столкнётся с Лу Яо.
В тот момент, когда Лу Яо отчетливо его увидела, Чи Жуй, судя по всему, тоже сильно удивился.
Если бы не его неплохие актерские навыки и то, что тело Чэн Илуаня в тот момент находилось в окоченевшем состоянии, он бы наверняка прокололся на месте.
Чи Жуй стряхнул с себя мусор и поднялся с земли.
Хотя встреча с Лу Яо оказалась неожиданной, в дальнейшем, если просто аккуратно избегать её, никаких проблем возникнуть не должно.
У него здесь другая цель, и сейчас самое время заняться делом.

Комментарии

Загрузка...