Сяо Тянь оцепенело задрал голову, баюкая ладонью пылающую щеку. Он глядел на разъярённого Цинь Ло, затем перевёл взгляд на окруживших его людей — в их глазах застыло неприкрытое презрение и брезгливость. Вдруг ему показалось, будто его собственное тело сжалось до размеров песчинки, а люди вокруг выросли в непреодолимые глухие стены, безжалостно давящие со всех сторон.
Сяо Тянь оцепенело задрал голову, баюкая ладонью пылающую щеку. Он глядел на разъярённого Цинь Ло, затем перевёл взгляд на окруживших его людей — в их глазах застыло неприкрытое презрение и брезгливость. Вдруг ему показалось, будто его собственное тело сжалось до размеров песчинки, а люди вокруг выросли в непреодолимые глухие стены, безжалостно давящие со всех сторон.
Упрёки, презрение, ругань.
Упрёки, презрение, ругань.
До Сяо Тяня с запозданием дошло: он... действительно ошибся.
До Сяо Тяня с запозданием дошло: он... действительно ошибся.
Зачем он продолжает обманывать самого себя? Хоть он и не понимал, где именно оплошал, лечение старейшины Линя с треском провалилось. Не вмешайся Цинь Ло — старик был бы уже мёртв.
Зачем он продолжает обманывать самого себя? Хоть он и не понимал, где именно оплошал, лечение старейшины Линя с треском провалилось. Не вмешайся Цинь Ло — старик был бы уже мёртв.
Сяо Тянь держался за щёку и медленно опускал голову. Взгляд его потускнел, наливаясь беспросветной пустотой.
Сяо Тянь держался за щёку и медленно опускал голову. Взгляд его потускнел, наливаясь беспросветной пустотой.
«Я... ошибся?»
«Я... ошибся?»
Линь Ваньжун посмотрела на распростёртого на полу Сяо Тяня с глубочайшим омерзением и холодно бросила:
Линь Ваньжун посмотрела на распростёртого на полу Сяо Тяня с глубочайшим омерзением и холодно бросила:
— Ничтожество! Сегодня же вернёшься домой и подпишешь соглашение о разводе! А затем уберёшься из клана Линь раз и навсегда!
— Ничтожество! Сегодня же вернёшься домой и подпишешь соглашение о разводе! А затем уберёшься из клана Линь раз и навсегда!
Сяо Тянь шевельнул губами, но лишь горько усмехнулся, не проронив ни слова. Да, он признал свою ошибку, но это вовсе не означало, что он согласится на развод с Линь Ваньжун. Правда... отношение жены к нему рухнуло на самое дно, и вернуть её расположение казалось невозможным.
Сяо Тянь шевельнул губами, но лишь горько усмехнулся, не проронив ни слова. Да, он признал свою ошибку, но это вовсе не означало, что он согласится на развод с Линь Ваньжун. Правда... отношение жены к нему рухнуло на самое дно, и вернуть её расположение казалось невозможным.
И всё же, чего бы это ни стоило, он обязан продержаться до истечения шестилетнего срока!
И всё же, чего бы это ни стоило, он обязан продержаться до истечения шестилетнего срока!
Внезапно Сяо Тяня осенило. В глазах вспыхнул огонёк лихорадочной надежды.
Внезапно Сяо Тяня осенило. В глазах вспыхнул огонёк лихорадочной надежды.
«Точно! Как я мог забыть?! Все эти люди не уважают меня, презирают, бьют, оскорбляют и чураются лишь потому, что не ведают о моей истинной сущности! Они принимают меня за самозванца! Но стоит шестилетнему сроку подойти к концу, как оковы с моей личности падут! И тогда все узнают... Я, Сяо Тянь — истинный Повелитель Драконов! Все падут передо мной ниц в благоговении и священном трепете! А Линь Ваньжун... вновь полюбит меня!»
«Точно! Как я мог забыть?! Все эти люди не уважают меня, презирают, бьют, оскорбляют и чураются лишь потому, что не ведают о моей истинной сущности! Они принимают меня за самозванца! Но стоит шестилетнему сроку подойти к концу, как оковы с моей личности падут! И тогда все узнают... Я, Сяо Тянь — истинный Повелитель Драконов! Все падут передо мной ниц в благоговении и священном трепете! А Линь Ваньжун... вновь полюбит меня!»
От этой мысли вся горечь из сердца Сяо Тяня испарилась без следа. Он поднял голову, и на его лице вновь заиграла прежняя надменная уверенность. Покачав головой, он произнёс:
От этой мысли вся горечь из сердца Сяо Тяня испарилась без следа. Он поднял голову, и на его лице вновь заиграла прежняя надменная уверенность. Покачав головой, он произнёс:
— Ваньжун, я не стану разводиться с тобой. Когда моя истинная сущность откроется миру, ты поймёшь, каким великим счастьем было стать моей женой. Что же до клана Су... — Сяо Тянь неторопливо поднялся на ноги и с ледяным равнодушием посмотрел на Цинь Ло. — Из уважения к тому, что ты спас старейшину Линя, я всего лишь переломаю тебе руки и ноги, а затем сотру в порошок ту, что стоит за твоей спиной, вместе со всем её кланом.
— Ваньжун, я не стану разводиться с тобой. Когда моя истинная сущность откроется миру, ты поймёшь, каким великим счастьем было стать моей женой. Что же до клана Су... — Сяо Тянь неторопливо поднялся на ноги и с ледяным равнодушием посмотрел на Цинь Ло. — Из уважения к тому, что ты спас старейшину Линя, я всего лишь переломаю тебе руки и ноги, а затем сотру в порошок ту, что стоит за твоей спиной, вместе со всем её кланом.
— Сяо Тянь! Жалкий ты кусок дерьма! — Линь Ваньжун затрясло от ярости, и она в неописуемом гневе ткнула в него пальцем: — Ты... ты просто неизлечим!
— Сяо Тянь! Жалкий ты кусок дерьма! — Линь Ваньжун затрясло от ярости, и она в неописуемом гневе ткнула в него пальцем: — Ты... ты просто неизлечим!
Она ушам своим не верила: откуда в этом ничтожестве столько спеси?! Опозорился на весь свет, а всё равно продолжает хорохориться!
Она ушам своим не верила: откуда в этом ничтожестве столько спеси?! Опозорился на весь свет, а всё равно продолжает хорохориться!
Лицо Су Мувань помрачнело. Она только-только прониклась благодарностью к Цинь Ло за защиту, как слова Сяо Тяня разом сбросили её настроение на самое дно.
Лицо Су Мувань помрачнело. Она только-только прониклась благодарностью к Цинь Ло за защиту, как слова Сяо Тяня разом сбросили её настроение на самое дно.
«Да ты в своём уме?! — мысленно взвыла девушка. — Какого чёрта ты ко мне прицепился?!»
«Да ты в своём уме?! — мысленно взвыла девушка. — Какого чёрта ты ко мне прицепился?!»
Су Мувань прекрасно понимала, на кого намекал этот безумец под «той, что стоит за спиной Цинь Ло». Конечно же, на неё! Выходит, в конечном счёте вражды не на жизнь, а на смерть с Повелителем Драконов всё равно не избежать?
Су Мувань прекрасно понимала, на кого намекал этот безумец под «той, что стоит за спиной Цинь Ло». Конечно же, на неё! Выходит, в конечном счёте вражды не на жизнь, а на смерть с Повелителем Драконов всё равно не избежать?
Что ж, раз иного выхода нет... Раз дело дошло до крайности... Придётся действовать без оглядки!
Что ж, раз иного выхода нет... Раз дело дошло до крайности... Придётся действовать без оглядки!
С этой мыслью она медленно шагнула вперёд. Цинь Ло тем временем уже занёс руку, собираясь отвесить Сяо Тяню ещё одну звонкую оплеуху, как вдруг...
С этой мыслью она медленно шагнула вперёд. Цинь Ло тем временем уже занёс руку, собираясь отвесить Сяо Тяню ещё одну звонкую оплеуху, как вдруг...
— Смехотворно. Истребить мой Клан Су? — холодный, пробирающий до костей голос раздался из-за спины Цинь Ло. — Думаешь, тебе это под силу, жалкий зять-приживал?
— Смехотворно. Истребить мой Клан Су? — холодный, пробирающий до костей голос раздался из-за спины Цинь Ло. — Думаешь, тебе это под силу, жалкий зять-приживал?
Опешив, парень обернулся. Су Мувань неспешно приближалась, и от всей её хрупкой фигурки веяло замогильным холодом. Смерив Сяо Тяня ледяным взором, она плавно взмахнула тонкой ручкой.
Опешив, парень обернулся. Су Мувань неспешно приближалась, и от всей её хрупкой фигурки веяло замогильным холодом. Смерив Сяо Тяня ледяным взором, она плавно взмахнула тонкой ручкой.
Хлоп!!!
Хлоп!!!
— Кх... гха-а-а!
— Кх... гха-а-а!
Удар ладони, напитанный морозной истинной ци, с сокрушительной силой обрушился на лицо Сяо Тяня.
Удар ладони, напитанный морозной истинной ци, с сокрушительной силой обрушился на лицо Сяо Тяня.
Бум!!!
Бум!!!
Тело Сяо Тяня, словно сорвавшийся с нити бумажный змей, отлетело в дальний угол палаты и с грохотом рухнуло на пол. Мышцы его сковал паралич, не давая пошевелить даже пальцем. Изо рта хлынула кровь, а перед глазами всё поплыло. Сяо Тянь с ужасом осознал, что все меридианы в его теле будто обратились в лёд, полностью лишив его контроля над телом. Харкая кровью, он не мог вымолвить ни звука.
Тело Сяо Тяня, словно сорвавшийся с нити бумажный змей, отлетело в дальний угол палаты и с грохотом рухнуло на пол. Мышцы его сковал паралич, не давая пошевелить даже пальцем. Изо рта хлынула кровь, а перед глазами всё поплыло. Сяо Тянь с ужасом осознал, что все меридианы в его теле будто обратились в лёд, полностью лишив его контроля над телом. Харкая кровью, он не мог вымолвить ни звука.
«Как быстро... когда она успела?.. Этот удар... напрочь лишил меня сил двигаться! Старшая госпожа клана Су... скрывала такую сокрушительную мощь?.. Как она сильна... кх...»
«Как быстро... когда она успела?.. Этот удар... напрочь лишил меня сил двигаться! Старшая госпожа клана Су... скрывала такую сокрушительную мощь?.. Как она сильна... кх...»
Сознание угасло, голова безвольно запрокинулась, и он провалился в беспамятство.
Сознание угасло, голова безвольно запрокинулась, и он провалился в беспамятство.
Цинь Ло застыл на месте, а затем с внутренним трепетом покосился на стоявшую рядом девушку, чей выпад был столь стремителен.
Цинь Ло застыл на месте, а затем с внутренним трепетом покосился на стоявшую рядом девушку, чей выпад был столь стремителен.
Сглотнул.
Сглотнул.
«Твою ж дивизию! Вырубить Повелителя Драконов одной пощёчиной?! Да разве человек на такое способен?! Су Мувань и вправду главная злодейка из первоисточника! Такой силой на начальном этапе не каждый финальный босс похвастается!»
«Твою ж дивизию! Вырубить Повелителя Драконов одной пощёчиной?! Да разве человек на такое способен?! Су Мувань и вправду главная злодейка из первоисточника! Такой силой на начальном этапе не каждый финальный босс похвастается!»
Глаза Цинь Ло округлились от внезапной догадки. Он вспомнил! В оригинальной новелле боевой талант Су Мувань действительно был величайшим в поднебесной. Вот только у неё была дурная привычка: посылать своих миньонов по очереди разбираться с шайкой протагонистов. Лишь когда герои как следует прокачивались, она снисходила до личной схватки, каждый раз подавляя их абсолютной силой. Однако, словно кошка с мышкой, Су Мувань обожала дразнить и унижать команду главного героя, упиваясь своим извращённым превосходством. В итоге герои побеждали рядовых приспешников, набирались опыта, росли в силе и в конце концов объединились, чтобы прикончить её саму.
Глаза Цинь Ло округлились от внезапной догадки. Он вспомнил! В оригинальной новелле боевой талант Су Мувань действительно был величайшим в поднебесной. Вот только у неё была дурная привычка: посылать своих миньонов по очереди разбираться с шайкой протагонистов. Лишь когда герои как следует прокачивались, она снисходила до личной схватки, каждый раз подавляя их абсолютной силой. Однако, словно кошка с мышкой, Су Мувань обожала дразнить и унижать команду главного героя, упиваясь своим извращённым превосходством. В итоге герои побеждали рядовых приспешников, набирались опыта, росли в силе и в конце концов объединились, чтобы прикончить её саму.
«Охренеть! — Цинь Ло мысленно перевёл дух. — Выходит, если бы Су Мувань с самого начала лично бралась за дело, никаких проблем бы вообще не возникло? Ц-ц, нет, бред. Заставить её лично махать кулаками на постоянной основе нереально».
«Охренеть! — Цинь Ло мысленно перевёл дух. — Выходит, если бы Су Мувань с самого начала лично бралась за дело, никаких проблем бы вообще не возникло? Ц-ц, нет, бред. Заставить её лично махать кулаками на постоянной основе нереально».
Цинь Ло тихо вздохнул. Общая беда всех главных злодеев — они обожают развлекаться, когда ведут в счёте, а когда всё катится к чертям, начинают творить дичь с ещё большим азартом!
Цинь Ло тихо вздохнул. Общая беда всех главных злодеев — они обожают развлекаться, когда ведут в счёте, а когда всё катится к чертям, начинают творить дичь с ещё большим азартом!
В этот момент в голове раздался механический звон:
В этот момент в голове раздался механический звон:
[Поздравляем Хозяина с завершением задания «Спасение старейшины Линя»!]
[Поздравляем Хозяина с завершением задания «Спасение старейшины Линя»!]
[Награда: 70% семейного состояния клана Линь. Награда будет переведена позже под благовидным предлогом.]
[Награда: 70% семейного состояния клана Линь. Награда будет переведена позже под благовидным предлогом.]
Уголок губ Цинь Ло тронула довольная усмешка. Славно.
Уголок губ Цинь Ло тронула довольная усмешка. Славно.
— Пойдём, — Су Мувань опустила руку и, взглянув на Цинь Ло, невозмутимо бросила через плечо.
— Пойдём, — Су Мувань опустила руку и, взглянув на Цинь Ло, невозмутимо бросила через плечо.
Опомнившись, парень склонил голову:
Опомнившись, парень склонил голову:
— Слушаюсь, барышня.
— Слушаюсь, барышня.
Не обращая ни малейшего внимания на застывших в благоговейном шоке свидетелей, Су Мувань и Цинь Ло покинули палату.
Не обращая ни малейшего внимания на застывших в благоговейном шоке свидетелей, Су Мувань и Цинь Ло покинули палату.
Старейшина Линь с диким ужасом в глазах судорожно вцепился в простыни. Мощь, выплеснувшаяся с тем ударом...
Старейшина Линь с диким ужасом в глазах судорожно вцепился в простыни. Мощь, выплеснувшаяся с тем ударом...
«Старшая госпожа Су... уже достигла Ранга Великого Совершенства?!!! Но сколько же ей лет?! Такой гений... редчайшее явление под небесами!»
«Старшая госпожа Су... уже достигла Ранга Великого Совершенства?!!! Но сколько же ей лет?! Такой гений... редчайшее явление под небесами!»
Что же до Сяо Тяня, этого так называемого Повелителя Драконов... Старейшина Линь отвёл потрясённый взор и брезгливо покосился на бесформенную кучу мяса в углу. Тяжело вздохнув от отвращения, он распорядился:
Что же до Сяо Тяня, этого так называемого Повелителя Драконов... Старейшина Линь отвёл потрясённый взор и брезгливо покосился на бесформенную кучу мяса в углу. Тяжело вздохнув от отвращения, он распорядился:
— Унесите Сяо Тяня. Как только моё здоровье окончательно оправится, мы устроим банкет в честь моего долголетия и во всеуслышание объявим о разводе Ваньжун с этим ничтожеством!
— Унесите Сяо Тяня. Как только моё здоровье окончательно оправится, мы устроим банкет в честь моего долголетия и во всеуслышание объявим о разводе Ваньжун с этим ничтожеством!
— Спасибо, дедушка! — Линь Ваньжун прямо-таки просияла от восторга.
— Спасибо, дедушка! — Линь Ваньжун прямо-таки просияла от восторга.
«Как замечательно! Публичное объявление! Теперь весь город узнает, что я порвала с этим никчёмным отбросом. И тогда... я смогу наконец воссоединиться с моим братом Ваном!»
«Как замечательно! Публичное объявление! Теперь весь город узнает, что я порвала с этим никчёмным отбросом. И тогда... я смогу наконец воссоединиться с моим братом Ваном!»
Вру-у-ум!
Вру-у-ум!
По широкой городской магистрали мчался внушительный кортеж. Роскошный представительский минивэн со всех сторон плотным кольцом прикрывали черные седаны охраны.
По широкой городской магистрали мчался внушительный кортеж. Роскошный представительский минивэн со всех сторон плотным кольцом прикрывали черные седаны охраны.
Цинь Ло и Су Мувань сидели друг напротив друга в эксклюзивном салоне минивэна. За рулём находилась Чжулань, а просторный салон позволял с комфортом разместиться четырём пассажирам лицом к лицу. Посредине высился изысканный столик из ценных пород дерева.
Цинь Ло и Су Мувань сидели друг напротив друга в эксклюзивном салоне минивэна. За рулём находилась Чжулань, а просторный салон позволял с комфортом разместиться четырём пассажирам лицом к лицу. Посредине высился изысканный столик из ценных пород дерева.
Это была особая привилегия, дарованная Цинь Ло самой Су Мувань: раз уж парень выглядит столь преданным, стоит дать ему немного поблажек. Если всё сложится удачно, она надеялась вырастить из Цинь Ло самого надёжного и незаменимого подручного.
Это была особая привилегия, дарованная Цинь Ло самой Су Мувань: раз уж парень выглядит столь преданным, стоит дать ему немного поблажек. Если всё сложится удачно, она надеялась вырастить из Цинь Ло самого надёжного и незаменимого подручного.
Опершись о подлокотник у окна, Су Мувань задумчиво разглядывала проплывающие пейзажи, прокручивая в голове недавнюю сцену. Раз уж карты легли так, она прекрасно понимала: смертельной схватки с Повелителем Драконов Сяо Тянем ей не избежать. А раз так, к чему теперь осторожничать и связывать себе руки? Именно поэтому она и влепила ту пощёчину.
Опершись о подлокотник у окна, Су Мувань задумчиво разглядывала проплывающие пейзажи, прокручивая в голове недавнюю сцену. Раз уж карты легли так, она прекрасно понимала: смертельной схватки с Повелителем Драконов Сяо Тянем ей не избежать. А раз так, к чему теперь осторожничать и связывать себе руки? Именно поэтому она и влепила ту пощёчину.
Что и говорить... Кайф непередаваемый!
Что и говорить... Кайф непередаваемый!
Су Мувань украдкой покосилась на сидящего напротив Цинь Ло, державшего безупречную осанку. Тот тоже задумчиво глядел в окно.
Су Мувань украдкой покосилась на сидящего напротив Цинь Ло, державшего безупречную осанку. Тот тоже задумчиво глядел в окно.
«Хе-хе, неудивительно, что этот парень так любит раздавать Сяо Тяню оплеухи. Не осуждаю! Не беспокойся я о собственной жизни и безопасности клана, сама бы сейчас пошла и настучала по башке всем тем протагонистам из прошлой жизни, словно сошедшим со страниц романов! Но увы... Меня уже однажды убили. Вернувшись после перерождения, я бы ни за что не осмелилась на такое без крайней нужды. Потому что... я до смерти боюсь повторить ту участь!»
«Хе-хе, неудивительно, что этот парень так любит раздавать Сяо Тяню оплеухи. Не осуждаю! Не беспокойся я о собственной жизни и безопасности клана, сама бы сейчас пошла и настучала по башке всем тем протагонистам из прошлой жизни, словно сошедшим со страниц романов! Но увы... Меня уже однажды убили. Вернувшись после перерождения, я бы ни за что не осмелилась на такое без крайней нужды. Потому что... я до смерти боюсь повторить ту участь!»
Намертво нажить себе во враги одного Повелителя Драконов — это уже её предел. Если на шею сядет ещё больше монстров, пиши пропало.
Намертво нажить себе во враги одного Повелителя Драконов — это уже её предел. Если на шею сядет ещё больше монстров, пиши пропало.
«Ах да!» — Су Мувань будто вспомнила нечто важное. Её прекрасные глаза сверкнули, и она повернулась к Цинь Ло.
«Ах да!» — Су Мувань будто вспомнила нечто важное. Её прекрасные глаза сверкнули, и она повернулась к Цинь Ло.
— Цинь Ло, — в её голосе зазвучали нотки допроса, — где... ты научился врачеванию? И что вчера пообещал Лун Динтяню из Ассоциации Торговых рядов древностей?
— Цинь Ло, — в её голосе зазвучали нотки допроса, — где... ты научился врачеванию? И что вчера пообещал Лун Динтяню из Ассоциации Торговых рядов древностей?
Совсем недавно Лун Динтянь осыпал её дифирамбами и превозносил до небес, а ей оставалось лишь натягивать светскую улыбку, про себя недоумевая: «С каких это пор я успела стать настолько великой?»
Совсем недавно Лун Динтянь осыпал её дифирамбами и превозносил до небес, а ей оставалось лишь натягивать светскую улыбку, про себя недоумевая: «С каких это пор я успела стать настолько великой?»
Услышав этот вопрос, Цинь Ло мысленно усмехнулся: «Ну вот, чего и следовало ожидать». Впрочем, он давно заготовил правдоподобную легенду. Сделав вид, будто только что очнулся от раздумий, парень поднял на Су Мувань ясный взгляд и с лёгкой грустью в голосе затянул:
Услышав этот вопрос, Цинь Ло мысленно усмехнулся: «Ну вот, чего и следовало ожидать». Впрочем, он давно заготовил правдоподобную легенду. Сделав вид, будто только что очнулся от раздумий, парень поднял на Су Мувань ясный взгляд и с лёгкой грустью в голосе затянул:
— Барышня, признаться, я ведь сирота. В раннем детстве меня случайно взял в ученики один странствующий дедушка-мастер. Именно у него я и перенял искусство врачевания.
— Барышня, признаться, я ведь сирота. В раннем детстве меня случайно взял в ученики один странствующий дедушка-мастер. Именно у него я и перенял искусство врачевания.
«Сирота? Таинственный дедушка-наставник?!»
«Сирота? Таинственный дедушка-наставник?!»
«Погодите-ка...»
«Погодите-ка...»
Су Мувань вздрогнула всем телом, и глаза её округлились от ужаса.
Су Мувань вздрогнула всем телом, и глаза её округлились от ужаса.
«Почему мне помнится, что вся та шайка избранников небес поголовно была сиротами с дедушками-учителями?! Твою мать, ты что, хочешь сказать, что ты тоже главный герой?!»
«Почему мне помнится, что вся та шайка избранников небес поголовно была сиротами с дедушками-учителями?! Твою мать, ты что, хочешь сказать, что ты тоже главный герой?!»

Комментарии

Загрузка...