Она как раз надломила фантик наполовину, обнажая мягкую молочную конфету.
Внезапно раздался холодный голос Су Цзюци:
— У тебя довольно своеобразный вкус.
Су Янь подняла голову и заметила, что взгляд Су Цзюци скользнул по ней, а затем остановился на конфете в ее руке.
Она на мгновение замерла с сладостью наготове, после чего сделала два шага навстречу.
Протянув руку, она поднесла конфету к самым его губам:
— Хочешь попробовать?
Су Цзюци опустил взгляд на мягкую сладость.
Затем перевел его на серьезное лицо Су Янь.
Слова, уже сорравшиеся было с языка, застряли в горле.
Вместо ответа Су Янь сама запихнула конфету ему в рот.
Су Цзюци пожевал лакомство, и его рот тут же наполнился липким вкусом клубничного молока.
Стоило ему ощутить этот вкус, как в следующий миг ему захотелось выплюнуть конфету.
Приторно-сладкую.
На губах Су Янь появилась едва заметная улыбка, лицо ее посветлело, и она искренне сказала:
— Если захочешь еще, просто скажи мне.
В конце концов, я не умею читать твои мысли по одному лишь взгляду на мои конфеты.
Су Цзюци молчал.
Он полагал, что при виде нее его охватит паника.
Ведь в тот день он поцеловал ее.
Кто бы мог подумать, все осталось по-прежнему.
Так, будто ничего и не было.
В голове Су Цзюци роилось множество мыслей.
Пока он смотрел на стоявшую перед ним девушку...
Сбоку донесся пронзительный, полный боли крик и плач.
Сначала из-за расстояния звуки доносились невнятно.
Но постепенно они становились все отчетливее.
Это были не просто рыдания, а мольбы о помощи.
Прислушавшись, она поняла, что кричали женщины.
Причем не одна, а сразу несколько женских голосов.
Их плач звучал надрывно и отчаянно.
Они продолжали звать на помощь и умолять о пощаде.
Как назло, они бежали как раз в ту сторону, где стояли Су Янь и Су Цзюцы.
Взгляд Су Янь привлековали фигуры, в панике мчавшиеся к ним.
На этих женщинах было совсем мало одежды, шелка и атлас развевались на ветру, распущенные черные волосы растрепались, а босые ноги топали прямо по траве.
По мере того как они приближались, становилось заметно, что каждая из них была весьма миловидна — пусть и не ослепительные красавицы, но вполне симпатичные.
Вот только теперь их прелестные лица исказили страх и отчаяние.
Они казались... такими беззащитными.
Чем ближе они подбирались, тем отчетливее она их видела.
Трое женщин бежали босиком по траве.
поэтому их ступни уже перепачкались в грязи и крови, но они продолжали нестись вперед, не чувствуя усталости.
Приглядевшись, она заметила у них на груди странные подвески.
Это были таблички — хрупкие нефритовые жетоны с вырезанными на них номерами.
У этих троих значились номера 2, 5 и 17.
Хотя Су Янь не понимала, что это значит, она отчетливо читала ужас в их глазах.
Словно по пятам за ними гнался свирепый волк, от которого они бежали как от чумы, до смерти перепуганные.
Тут Су Янь услышала чей-то раскатистый мужской смех и брань.
— Посмотрим, куда эти шлюшки удрали!
Впереди показалась рикша, которую тащил человек, а восседавший на ней господин дико хохотал.
Следом за ним семенила целая ватага слуг и подручных, готовых исполнить любой приказ.
Один из них держал целую связку нефритовых жетонов — штук тридцать, не меньше.
Все жетоны были густо залиты кровью, так что с первого взгляда их можно было принять за кровавый нефрит.
Один из подручных заметил оставшихся трех женщин.
Он поспешно выкрикнул:
— Господин Цао, вон они! Беглецы там!

Комментарии

Загрузка...