Лязг-лязг-лязг!
В сопровождении серии звуков металлического скрежета
между предводителем разбойников и молодым господином Чу
явственно завязалась ожесточенная схватка.
В сиянии лунного света
изящный и длинный меч мяодао в руке молодого господина Чу
казался не иначе как быстрым световым росчерком.
Его плотная, подобная каплям дождя атака
стремительно и яростно обрушилась на уязвимые точки предводителя разбойников.
Заметив внезапно устремившееся на него лезвие,
предводитель разбойников на мгновение невольно прищурился,
и одновременно с этим взмахнул зажатой в руке булавой с шипами.
В одно мгновение ока,
прежде чем прошло и ста ударов,
тонкй мяодао и тяжелая булава сошлись в столкновении,
порождая волны гулких ударов.
Стоило признать:
этот внезапно объявившийся предводитель разбойников
обладал на редкость свирепой боевой мощью.
Хотя его движениям недоставало изящной техники,
но под натиском сокрушительной силы, вложенной в каждый взмах булавы,
даже молодой господин Чу с его мечом мяодао не имел ни малейшего преимущества.
Стоило молодому господину Чу оказаться связанным боем с предводителем разбойников,
как остальные бандиты уже успели захватить часть груза
и, оттаскивая его в сторону, скрылись в близлежащем лесу.
Убедившись, что добыча у них в руках,
предводитель разбойников явно не собирался затягивать бой.
Обменявшись с молодым господином Чу еще несколькими ударами,
он тоже нырнул в чащу леса.
Под покровом ночной темноты
всего за пару дыханий его след окончательно простыл.
На месте остался лишь молодой господин Чу, растерянно стоявший в одиночестве.
Когда к месту боя подоспели капитан стражи и остальные,
угнавшие груз разбойники
уже давным-давно скрылись из виду.
Все эти так называемые мастера боевых искусств
в конце концов все же потерпели поражение от рук обычных разбойников.
— Потеряли всего одну телегу с товаром?
Пока все размышляли об этом,
барышня Чжан из кареты
с ледяным выражением в глазах решительно шагнула наружу.
Бросив беглый взгляд на пропавший груз,
она на секунду невольно почувствовала легкое облегчение.
Похищенные разбойниками вещи
в основном состояли из обычного серебра и фарфора.
И хотя стоимость той единственной телеги была немалой,
по сравнению с двумя остальными
это всё же казалось мелочью.
— Ладно, раз товар пропал, так тому и быть. Согласно цзянхуским правилам, за утрату груза с вас удержат жалование, возражений нет? — холодно произнесла барышня Чжан.
Её взгляд невольно обвел собравшихся вокруг людей.
Заметив бесстрастное выражение лица Цзян Фэна,
она ощутила еще больший холод во взгляде.
С самого детства
ещё ни один слуга не смел вести себя с ней подобным образом.
Хотя она и не понимала, как именно он только что расправился с тем гигантским медведем,
но холодное отношение Цзян Фэна явно вызывало у барышни Чжан крайнее недовольство.
Заметив сдерживаемую гнев барышни Чжан,
капитан стражи невольно проследил за ее взглядом.
Увидев по-прежнему сидевшего в карете Цзян Фэна,
он тут же слегка нахмурился.
В сердце капитана стражи тоже таились кое-какие вопросы насчет присутствия этого юнца.
Если память его не подводила,
этот юноша был мастером боевых искусств, нанятым управляющим Ли на собственные средства,
так что ему, разумеется, не было нужды обращать внимание на слова барышни Чжан.
А вот остальным выжившим мастерам боевых искусств,
услышавшим столь бессердечные слова из уст барышни Чжан,
было явно не по себе.
Впрочем, если руководствоваться правилами цзянху,
всё это было вполне закономерно.
После только что перенесенной битвы
большая часть нанятых бойцов уже погибла или получила ранения.
Оглядев усеянную трупами округу,
капитан стражи невольно помрачнел.
Уже наступила глубокая ночь,
и исходивший от тел запах крови
неминуемо мог вновь привлечь каких-нибудь диких зверей.
Поколебавшись мгновение,
капитан стражи все же перебросился словом с барышней Чжан.
Собрав пожитки,
выжившие вновь тронулись в путь.
Прошагав всю ночь,
все члены отряда ваoлились с ног от усталости и сна.
Весь караван погрузился в мрачную, мертвенную тишину.
За весь вчерашний день
людям в караване толком не довелось поесть,
а после тяжелой схватки голод стал еще острее.
И хотя физически им пришлось несладко,
мысль о том, что они рисковали жизнями ради того, чтобы у них еще и урезали жалованье,
наполняла сердца воинов горькой обидой.
Стоило им подумать об этом,
как до их ноздрей внезапно донесся
аппетитный аромат вина и мяса,
приплывший откуда-то спереди.
Уловив этот необычайно соблазнительный запах,
многие мастера невольно сглотнули слюну,
а их шаги сами собой ускорили темп.
Пройдя еще несколько минут,
путешественники увидели перед собой
несколько обветшалую постоялую гостиницу.
Всмотревшись внимательнее,
они заметили, что внутри за столиком трапезничают
два старика и один тучный юноша.
Видя, как те уплетают за обе щеки рыбу и мясо,
люди невольно нахмурились:
никто никак не ожидал
отыскать подобное угощение в этой глуши.
— Эй, с каких это пор здесь открылся постоялый двор? Вы раньше его видели?
Привлеченная ароматом выпивки и еды,
тут же подала голос барышня Чжан, сидевшая в карете.
Услышав ее вопрос,
ехавший рядом на лошади молодой господин Чу придвинулся ближе
и произнес:
— Госпожа Чжан, когда я ехал здесь в прошлый раз, мне довелось остановиться на этом постоялом дворе. Хозяева показались мне немного странными, но в остальном всё прошло тихо и спокойно.
произнес молодой господин Чу тихим голосом.
Внезапно появившийся в такой глуши постоялый двор, разумеется, не мог не навести на подозрения.
Услышав слова молодого господина Чу,
барышня Чжан на мгновение слегка кивнула
и перевела взгляд на внутреннее убранство гостиницы.
Вглядевшись пристальнее,
она убедилась, что внутри находилось всего три человека.
Более того,
двое из них были седовласыми стариками.
По сравнению с их караваном, полным мастеров боевых искусств,
эти люди не представляли собой никакой угрозы.
— Капитан стражи, все устали, давайте-ка отдохнем здесь немного.
— Слушаюсь.
Услышав слова барышни Чжан,
капитан стражи негромко отозвался.
Поколебавшись еще немного,
он в конце концов повел весь отряд внутрь гостиницы.
Заметив вошедших в трактир людей,
сидевшие за столом трое мужчин слегка прищурились.
Обменявшись короткими взглядами,
они тут же торопливо вышли навстречу гостям:
— Ай-яй-яй, уважаемые гости, вы к нам отобедать или на ночлег? — с улыбкой осведомился Одноглазый старик.
Выражение его лица выглядело чрезвычайно доброжелательным,
вот только мысли, роящиеся в голове,
были далеки от столь приветливого вида.
— Уважаемый, просто приготовь нам еды. Неси всё самое лучшее, что у вас есть!
— Будьте сделано! Еда будет готова в мгновение ока, а пока располагайтесь где удобно, уважаемые гости!
С улыбкой отозвавшись,
Одноглазый старик махнул рукой назад.
Прятавшиеся в глубине старуха и Лю Цин тут же с ухмылками направились на кухню.
После долгого ожидания
рыба, плававшая у самой поверхности воды, наконец-то клюнула на приманку.

Комментарии

Загрузка...