«Система, а ну выходи!» — мысленно рявкнул Юй Чэнь.
«Система, а ну выходи!» — мысленно рявкнул Юй Чэнь.
[Слушаю вас, мой глубокоуважаемый носитель!]
[Слушаю вас, мой глубокоуважаемый носитель!]
«Что ещё за "Эликсир Истинной Любви"?»
«Что ещё за "Эликсир Истинной Любви"?»
Глядя на появившийся в инвентаре флакон сомнительного вида, Юй Чэнь нутром чуял подвох.
Глядя на появившийся в инвентаре флакон сомнительного вида, Юй Чэнь нутром чуял подвох.
[Дорогой носитель, не стоит беспокоиться! Это средство лишь заставит определенного человека воспылать к вам страстью. Можете считать это элитным афродизиаком. В конце концов, вам как главному злодею рано или поздно придётся брать своё силой!]
[Дорогой носитель, не стоит беспокоиться! Это средство лишь заставит определенного человека воспылать к вам страстью. Можете считать это элитным афродизиаком. В конце концов, вам как главному злодею рано или поздно придётся брать своё силой!]
Юй Чэнь аж задохнулся от возмущения:
Юй Чэнь аж задохнулся от возмущения:
«Что за бред ты несешь?! Я что, по-твоему, похож на насильника?! Это клевета! Я на тебя в суд подам!»
«Что за бред ты несешь?! Я что, по-твоему, похож на насильника?! Это клевета! Я на тебя в суд подам!»
[Система лишь выдаёт заслуженные награды, а за всё остальное ответственности не несёт, — безучастно отчеканил голосок. — Хотите судиться — судитесь на здоровье. Вот когда ваш адвокат сумеет доставить мне повестку, тогда и поговорим.]
[Система лишь выдаёт заслуженные награды, а за всё остальное ответственности не несёт, — безучастно отчеканил голосок. — Хотите судиться — судитесь на здоровье. Вот когда ваш адвокат сумеет доставить мне повестку, тогда и поговорим.]
«Чёрт бы тебя драл...»
«Чёрт бы тебя драл...»
Поняв, что спорить с бесплотным механизмом бесполезно, Юй Чэнь замолчал, и Система мгновенно испарилась.
Поняв, что спорить с бесплотным механизмом бесполезно, Юй Чэнь замолчал, и Система мгновенно испарилась.
В это же время Ся Синь, читая всплывшие строчки дневника, наконец осознала, насколько глубокой была душевная рана её матери. А Ся Юньжоу, пробежав глазами откровения Юй Чэня, перевела на него долгий, наполненный нежностью взгляд: «Будь он моим сыном... Он бы никогда не бросил свою семью».
В это же время Ся Синь, читая всплывшие строчки дневника, наконец осознала, насколько глубокой была душевная рана её матери. А Ся Юньжоу, пробежав глазами откровения Юй Чэня, перевела на него долгий, наполненный нежностью взгляд: «Будь он моим сыном... Он бы никогда не бросил свою семью».
Вымыв посуду, Юй Чэнь собрался незамедлительно отчалить. Король Драконов Е Сюань был невероятно силён, и хотя он только недавно вернулся в Китай, законы городских романов были непреклонны: где появлялся главный герой, там неизбежно вспыхивал конфликт. Если Е Сюань выйдет из участка раньше времени и застанет Юй Чэня под крышей своего дома с матерью и сестрой... Он же забьёт его до смерти прямо на месте!
Вымыв посуду, Юй Чэнь собрался незамедлительно отчалить. Король Драконов Е Сюань был невероятно силён, и хотя он только недавно вернулся в Китай, законы городских романов были непреклонны: где появлялся главный герой, там неизбежно вспыхивал конфликт. Если Е Сюань выйдет из участка раньше времени и застанет Юй Чэня под крышей своего дома с матерью и сестрой... Он же забьёт его до смерти прямо на месте!
Ся Юньжоу вышла провожать его к самой двери:
Ся Юньжоу вышла провожать его к самой двери:
— Тётушка Ся, не стоит провожать, возвращайтесь к Ся Синь. Простите, что так бесцеремонно нагрянул и докучал вам.
— Тётушка Ся, не стоит провожать, возвращайтесь к Ся Синь. Простите, что так бесцеремонно нагрянул и докучал вам.
Ся Юньжоу ничего не ответила. Вместо этого она вдруг сделала шаг вперед, слегка склонила голову и, приблизившись к самому уху Юй Чэня, прошептала чуть слышным, интригующим шепотом:
Ся Юньжоу ничего не ответила. Вместо этого она вдруг сделала шаг вперед, слегка склонила голову и, приблизившись к самому уху Юй Чэня, прошептала чуть слышным, интригующим шепотом:
— Малыш... Ответь мне на один вопрос: ты ведь тоже потом бросишь тётушку?
— Малыш... Ответь мне на один вопрос: ты ведь тоже потом бросишь тётушку?
Юй Чэнь от неожиданности даже не успел подумать:
Юй Чэнь от неожиданности даже не успел подумать:
— Конечно нет! Вы такая красавица, тётушка, разве я могу вас бросить?
— Конечно нет! Вы такая красавица, тётушка, разве я могу вас бросить?
Получив желанный ответ, Ся Юньжоу игриво щипнула его за щеку и подарила ему ослепительную, навек въевшуюся в память улыбку:
Получив желанный ответ, Ся Юньжоу игриво щипнула его за щеку и подарила ему ослепительную, навек въевшуюся в память улыбку:
— Смотри же, помни свои слова...
— Смотри же, помни свои слова...
После чего развернулась и ушла в глубину квартиры.
После чего развернулась и ушла в глубину квартиры.
Юй Чэнь так и остался стоять на пороге, чувствуя, как по спине пробегает холодок. До него только сейчас начало доходить: с тётушкой Ся происходило что-то неладное. В её поведении явственно проклёвывались черты настоящей яндере!
Юй Чэнь так и остался стоять на пороге, чувствуя, как по спине пробегает холодок. До него только сейчас начало доходить: с тётушкой Ся происходило что-то неладное. В её поведении явственно проклёвывались черты настоящей яндере!
«Система! Система, не притворяйся дохлой, а ну живо вылезай! Что за дичь происходит?! Разве так всё должно быть?!»
«Система! Система, не притворяйся дохлой, а ну живо вылезай! Что за дичь происходит?! Разве так всё должно быть?!»
[Напоминаю носителю: моя задача — переместить вас и следить за исполнением сюжета. Что касается личностей персонажей, Система поклясться готова, что пальцем их не трогала!]
[Напоминаю носителю: моя задача — переместить вас и следить за исполнением сюжета. Что касается личностей персонажей, Система поклясться готова, что пальцем их не трогала!]
«Да в оригинале тётушка Ся хоть и была доброй женщиной, но держала дистанцию со всеми — даже с собственным сыном!»
«Да в оригинале тётушка Ся хоть и была доброй женщиной, но держала дистанцию со всеми — даже с собственным сыном!»
[А откуда мне знать? Может, ты просто ей приглянулся!]
[А откуда мне знать? Может, ты просто ей приглянулся!]
Поняв, что полезной информации от Системы не добиться, Юй Чэнь плюнул и спустился к машине:
Поняв, что полезной информации от Системы не добиться, Юй Чэнь плюнул и спустился к машине:
— Кэкэ, ты сделала то, о чём я просил?
— Кэкэ, ты сделала то, о чём я просил?
— Всё исполнено, молодой господин, — отпортовала Хань Кэкэ.
— Всё исполнено, молодой господин, — отпортовала Хань Кэкэ.
Юй Чэнь попросил её заказать кучу элитных биологических добавок и редких фруктов с курьерской доставкой прямо на дом Ся Юньжоу. Жизнь у них была несахарная, так почему бы не помочь? К тому же он надеялся, что если Е Сюань узнает о его благодетельности, то хотя бы бить будет не так больно...
Юй Чэнь попросил её заказать кучу элитных биологических добавок и редких фруктов с курьерской доставкой прямо на дом Ся Юньжоу. Жизнь у них была несахарная, так почему бы не помочь? К тому же он надеялся, что если Е Сюань узнает о его благодетельности, то хотя бы бить будет не так больно...
На обратном пути Юй Чэнь снова достал дневник. Он уже понял, что награды даются не по дням, а за объем и смысловую наполненность записей.
На обратном пути Юй Чэнь снова достал дневник. Он уже понял, что награды даются не по дням, а за объем и смысловую наполненность записей.
«Ох, до чего же я устал... Хотя, признаться, побудь на месте главного героя — ощущение просто кайфовое! Сначала спас роковую вдовушку на рынке, потом вместо героя навестил его раскрасавицу-мать, да ещё и уплетал за обе щёки домашнюю стряпню. Я уже сам начинаю завидовать этому гаду Е Сюаню! Но халява скоро закончится. Дальше начинается моя личная сюжетная арка, и от одной мысли о ней меня начинает тошнить. Завтра мне предстоит припёрться в корпорацию Су Инсюэ и во всеуслышание сделать ей предложение. Чёрт! Кажется, с каждым разом эта процедура вызывает у меня всё большую тошноту... Позор на глазах у сотен людей, а в конце — унизительный отказ от Инсюэ. Это же просто растоптать моё достоинство и запятнать имя рода Юй! А ещё завтра я приволоку с собой целую ораву телохранителей, чтобы они защитили меня от Е Сюаня. Но толку-то? Е Сюань уже достиг уровня [Стадии Явной Силы], а мои костоломы — обычные смертные. Как они могут тягаться с мастером боевых искусств? В итоге и меня, и моих парней Е Сюань просто размажет по асфальту. Су Инсюэ бросится в его объятия, и их отношения выйдут на новый уровень. Какая же собачья доля у меня, у инструмента для продвижения сюжета! Выслуживайся перед холодными красотками, получай по морде, а под конец теряй остатки гордости... Нас, злодеев, сценаристы вообще за людей не считают!»
«Ох, до чего же я устал... Хотя, признаться, побудь на месте главного героя — ощущение просто кайфовое! Сначала спас роковую вдовушку на рынке, потом вместо героя навестил его раскрасавицу-мать, да ещё и уплетал за обе щёки домашнюю стряпню. Я уже сам начинаю завидовать этому гаду Е Сюаню! Но халява скоро закончится. Дальше начинается моя личная сюжетная арка, и от одной мысли о ней меня начинает тошнить. Завтра мне предстоит припёрться в корпорацию Су Инсюэ и во всеуслышание сделать ей предложение. Чёрт! Кажется, с каждым разом эта процедура вызывает у меня всё большую тошноту... Позор на глазах у сотен людей, а в конце — унизительный отказ от Инсюэ. Это же просто растоптать моё достоинство и запятнать имя рода Юй! А ещё завтра я приволоку с собой целую ораву телохранителей, чтобы они защитили меня от Е Сюаня. Но толку-то? Е Сюань уже достиг уровня [Стадии Явной Силы], а мои костоломы — обычные смертные. Как они могут тягаться с мастером боевых искусств? В итоге и меня, и моих парней Е Сюань просто размажет по асфальту. Су Инсюэ бросится в его объятия, и их отношения выйдут на новый уровень. Какая же собачья доля у меня, у инструмента для продвижения сюжета! Выслуживайся перед холодными красотками, получай по морде, а под конец теряй остатки гордости... Нас, злодеев, сценаристы вообще за людей не считают!»
Су Инсюэ, читавшая эти строчки, нахмурилась от отвращения к будущей сцене. Сейчас идея увидеть Юй Чэня казалась ей куда менее мерзкой, чем встреча с Е Сюанем. «Да о чём я вообще думаю?! — Инсюэ слегка похлопала себя по щекам. — Я же не хочу видеть ни того, ни другого! С каких это пор я вообще стала так снисходительна к Юй Чэню?!»
Су Инсюэ, читавшая эти строчки, нахмурилась от отвращения к будущей сцене. Сейчас идея увидеть Юй Чэня казалась ей куда менее мерзкой, чем встреча с Е Сюанем. «Да о чём я вообще думаю?! — Инсюэ слегка похлопала себя по щекам. — Я же не хочу видеть ни того, ни другого! С каких это пор я вообще стала так снисходительна к Юй Чэню?!»
А дневник тем временем пополнялся новыми мыслями:
А дневник тем временем пополнялся новыми мыслями:
«Но сейчас меня волнует другое: Е Сюань сидит за решёткой. Хоть у него и колоссальные связи, что, если он не успеет к завтрашнему спектаклю? Может, мне задействовать связи своей семьи и досрочно вытащить его из кутузки?»
«Но сейчас меня волнует другое: Е Сюань сидит за решёткой. Хоть у него и колоссальные связи, что, если он не успеет к завтрашнему спектаклю? Может, мне задействовать связи своей семьи и досрочно вытащить его из кутузки?»
Подумав об этом, Юй Чэнь тут же окликнул Хань Кэкэ:
Подумав об этом, Юй Чэнь тут же окликнул Хань Кэкэ:
— Кэкэ, залог за того охранника, который сегодня проявил героизм, уже внесён? Мы не должны оставлять честного человека в беде, поняла?
— Кэкэ, залог за того охранника, который сегодня проявил героизм, уже внесён? Мы не должны оставлять честного человека в беде, поняла?
— Поняла, молодой господин, — кивнула Кэкэ, хотя в душе была категорически несогласна. Будь её воля, она предпочла бы, чтобы Е Сюаня прибили прямо в камере.
— Поняла, молодой господин, — кивнула Кэкэ, хотя в душе была категорически несогласна. Будь её воля, она предпочла бы, чтобы Е Сюаня прибили прямо в камере.
Вернувшись домой, Юй Чэнь, удрученный мыслями о завтрашней взбучке, быстро принял душ и буквально рухнул на кровать.
Вернувшись домой, Юй Чэнь, удрученный мыслями о завтрашней взбучке, быстро принял душ и буквально рухнул на кровать.
Убедившись, что молодой господин крепко спит, Хань Кэкэ тихонько подошла к кровати, наклонилась и трепетно поцеловала его в лоб:
Убедившись, что молодой господин крепко спит, Хань Кэкэ тихонько подошла к кровати, наклонилась и трепетно поцеловала его в лоб:
— Спокойной ночи, молодой господин. Приятных вам снов.
— Спокойной ночи, молодой господин. Приятных вам снов.
Ласково поглядев на спящего юношу, она на цыпочках покинула спальню.
Ласково поглядев на спящего юношу, она на цыпочках покинула спальню.

Комментарии

Загрузка...