Чэнь Мин повесил трубку и тут же набрал академика Чжан Цзяго из Третьего авиационного института.
— Что? Ты утверждаешь, будто двадцатилетний студент создал чертежи истребителя пятого поколения?!
— Старина Чэнь, ты что, решил разыграть меня на международном уровне?
— Это у тебя глаза замылились или я окончательно ослеп? — Академик Чжан Цзяго на том конце провода устроил Чэнь Мину настоящую головомойку.
Чэнь Мину пришлось терпеливо объяснять все заново.
В трубке надолго воцарилось молчание.
— Старина Чэнь, дело это нешуточное. Ты абсолютно уверен, что это действительно чертежи истребителя пятого поколения?
— Да еще и спроектированные студентом второго курса... Звучит просто дико.
— Даже мы с тобой, да и остальные академики, не обладаем столь выдающимися способностями.
— Академик Чжан, уверенность крайне высока, — ответил Чэнь Мин. — Академик Му уже договорился о встрече.
— В таком случае я соберу людей и тоже приеду, — отозвался Чжан Цзяго. — Если этот самородок действительно так хорош, как ты говоришь, то возрождение Страны Дракона уже не за горами.
Обменявшись еще парой дежурных фраз, Чэнь Мин повесил трубку и глубоко вздохнул.
По правде говоря, общаться с Му Чэншанем ему нравилось куда больше, чем с Чжан Цзяго – у последнего характер был слишком уж взрывной.
— Ректор, ну как? Что сказали во Втором и Третьем институтах? — Профессора разом уставились на Чэнь Мина.
— Обо всем договорились, — успокоил их Чэнь Мин. — В этом году визит в научно-технический музей Второго авиационного института переносится на более ранний срок.
— Организуем поездку для двух учебных групп, и вы тоже отправляйтесь вместе с ними.
Профессора понимающе переглянулись и заулыбались.
Студенты двух групп были лишь ширмой, призванной прикрыть Цзян Чэня.
Настоящим же гвоздем программы должна была стать встреча Цзян Чэня с лидерами Второго и Третьего авиационных институтов.
Уже во второй половине дня администрация академии разослала уведомление о досрочной поездке в научно-технический музей.
Заодно в документе кратко разъяснили вчерашний инцидент в библиотеке.
Суть заявления сводилась к следующему: «Чертежи весьма недурны. И хотя они не могут быть использованы в реальных научных исследованиях, они представляют определенную справочную ценность».
После публикации этих новостей многие студенты академии облегченно вздохнули.
— Напугал же он меня! Я уж было подумал, что Цзян Чэнь действительно спроектировал чертежи, пригодные для практического применения.
— Ну, ректор же ясно выразился – они имеют лишь справочную ценность. Но в целом парень все равно чертовски хорош.
— Как думаете, может, это просто привычная тактика академии, чтобы замять шумиху и не дать слухам расползтись?
— Вряд ли. В конце концов, откуда у второкурсника возьмутся знания, чтобы создать чертежи для реального производства?
— Но даже так, благодаря одному этому заявлению Цзян Чэнь после выпуска наверняка сможет попасть в любой из пяти ведущих проектных институтов.
— Завидую белой завистью! Это же ведущие проектные институты, из всей нашей академии туда ежегодно берут от силы трех выпускников.
— Кстати, а почему экскурсию во Второй авиационный институт перенесли аж на несколько месяцев раньше?
— Да кто ж его знает. Все равно там смотреть нечего. Хоть бы мою специальность не выбрали, тоска смертная.
Спустя десять дней, ранним утром, четыре больших автобуса академии повезли студентов во Второй авиационный институт.
Спустя пять часов пути они наконец прибыли к научно-техническому музею Второго института.
Студентов дружно заселили в общежитие – двухдневная экскурсионная программа должна была начаться только завтра.
Вечером в конференц-зале на верхнем этаже административного здания, расположенного прямо за музеем, собрались более десятка экспертов в области авиастроения из Второго и Третьего авиационных институтов.
— Я попросил вас собраться сегодня, поскольку нам необходимо изучить одни чертежи, — начал заседание Му Чэншань, сидевший во главе овального стола. — Однако ввиду крайней деликатности этого вопроса...
— ...в целях безопасности прошу каждого из вас подписать соглашение о неразглашении, лежащее перед вами. После этого мы сразу перейдем к делу.
Конференц-зал был просторным. Прямо посреди стола высилось красное знамя высотой с человеческий рост.
Рядом с Му Чэншанем устроился Чжан Цзяго.
Присутствующие без лишних колебаний подписали бумаги. Для совещаний подобного уровня соглашение о неразглашении было делом вполне обыденным.
— Старина Му, соглашения мы подписали. Рассказывай уже, в чем дело!
— Вот именно. Почему мы не могли собраться в самом НИИ Второго института, зачем нужно было тащиться сюда, в музей?
— Нас созвали так внезапно, пришлось бросить всю работу и мчаться сломя голову.
— Судя по всему, дело действительно серьезное. Совместные заседания Второго и Третьего институтов – редкое зрелище.
Му Чэншань переглянулся с Чжан Цзяго. Тот ободряюще кивнул.
Тогда Му Чэншань вновь обвел взглядом присутствующих:
— Отлично, переходим к официальной части. Чэнь Мин, заводи Сяо Чэня!
Двери конференц-зала распахнулись.
Первым вошел Чэнь Мин с папкой для документов в руках, а прямо за ним следовал Цзян Чэнь.
— Цзян Чэнь, садись рядом со мной, — Му Чэншань жестом пригласил юношу, после чего повернулся к ректору:
— А ты, Чэнь Мин, присаживайся на любое свободное место.
Цзян Чэнь посмотрел на Му Чэншаня, и у него слегка защемило в груди.
Перед ним сидел дедушка Му Цин.
Ему было уже под восемьдесят, но он до сих пор трудился на передовой научных исследований.
Му Цин рано лишилась родителей, и Му Чэншань вырастил ее в одиночку. Они были самыми близкими людьми на свете.
В прошлой жизни, когда Цзян Чэнь вошел в их семью, Му Чэншань относился к нему как к родному внуку, оказывая колоссальную поддержку как в быту, так и в карьере.
Но теперь... «Надеюсь, в этой жизни я успею вовремя».
Му Чэншань, заметив странный взгляд сидевшего рядом юноши, слегка опешил и заботливо спросил:
— Сяо Чэнь, все в порядке?
— Да, все хорошо, — с улыбкой ответил Цзян Чэнь. — Просто посмотрел на вас и вспомнил собственного дедушку. Могу я называть вас дедушкой Му?
Сидевший рядом Чжан Цзяго добродушно рассмеялся:
— Ну и шустрый же ты парень! С порога дедушками обзаводишься.
Цзян Чэнь повернулся к нему:
— Вы ведь академик Чжан, верно?
— О, так ты меня знаешь? — Чжан Цзяго с живым интересом уставился на юношу. — Мы ведь видимся впервые. Откуда тебе известно мое имя?
— Перед уходом ректор предупредил меня, что сегодня здесь соберутся эксперты из Второго и Третьего институтов, — объяснил Цзян Чэнь. — А раз вы сидите прямо подле дедушки Му, то наверняка являетесь академиком Чжаном.
Чжан Цзяго весело расхохотался:
— А ты сообразительный! Мне такие по душе. Можешь тоже звать меня дедушкой Чжаном.
— Тогда сначала я должен назвать так дедушку Му, — с улыбкой парировал Цзян Чэнь. — Дедушка Му мне все-таки чуточку милее.
Му Чэншань победно рассмеялся:
— Ну что, старина Чжан, видел? Сяо Чэню я нравлюсь больше!
Присутствующие эксперты окончательно запутались в происходящем.
— Кто этот юноша? Почему его допустили на совещание такого уровня?
— На вид ровесник моего внука, небось еще в университете учится.
— Нас заставили подписать соглашение о неразглашении, прежде чем начать, а этому мальчишке даже бумаг никаких не дали.
— И судя по всему, он отлично ладит с обоими академиками. Чудеса да и только.
Один из экспертов Второго авиационного института в недоумении обратился к Чэнь Мину:
— Старина Чэнь, ты привел этого ребенка. Кто он такой?
— Это студент моей академии, — загадочно улыбнулся Чэнь Мин. — И тема сегодняшнего совещания напрямую связана с ним.
— Что?!
Эксперты округлили глаза и уставились на Чэнь Мина с полным недоверием.
— Хочешь сказать, мы собрались здесь ради этого мальчишки?
— Да сколько ему лет, чтобы ради него устраивать такое представление?
— Старина Чэнь, ты точно не шутишь?
— Скоро вы сами все поймете, — отмахнулся Чэнь Мин. — Сейчас не время разглашать детали.
Специалисты вновь перевели взгляды на Цзян Чэня, сомневаясь в глубине души. «Неужели этот сопляк действительно обладает какими-то выдающимися способностями?»
За окном постепенно сгущались сумерки, из травы доносился редкий стрекот цикад.
В конференц-зале погас свет, и на стене зажегся экран проектора.
— Итак, мы начинаем наше совещание, — официально объявил Му Чэншань. — Сегодня у нас на повестке дня лишь один вопрос. Нам необходимо всесторонне проанализировать чертежи истребителя пятого поколения.
— Прошу каждого из вас высказать свое профессиональное мнение.
Как только Му Чэншань замолчал, в зале поднялся невообразимый шум.
— Чертежи истребителя пятого поколения?! Откуда у Страны Дракона чертежи пятого поколения?!
— Академик Му, вы серьезно? У нас действительно есть чертежи пятого поколения?
— Это... это просто невероятно. Больше похоже на сон.
— Какая научная группа смогла совершить столь колоссальный прорыв? Перешагнуть через четвертое поколение и сразу спроектировать пятое!
— Старина Ли, это работа твоей команды?
— Да как это возможно! Мы только-только подступились к четвертому поколению, о пятом даже мечтать не смели.
— Если не вы, тогда кто?
Пока все вокруг бушевали от восторга, один лишь Чэнь Мин сидел с абсолютно невозмутимым видом. «Спокойнее, господа, спокойнее. Чего вы так разволновались? Подумаешь, истребитель пятого поколения».
Му Чэншань негромко постучал по столу:
— Прошу тишины. Давайте пока оставим расспросы и просто взглянем на чертежи.
Все взоры тут же устремились на экран. В глазах экспертов читалась целая гамма сложных эмоций: нетерпение, волнение, жгучее любопытство...
Слайды на проекторе начали сменяться один за другим, являя присутствующим подробные схемы и спецификации.
В конференц-зале воцарилась мертвая тишина. Стало настолько тихо, что отчетливо слышалось дыхание соседа.
Время шло, ночь становилась все глубже. За окнами раскинулась кромешная тьма, и лишь несколько ночных бабочек бились крыльями о стекло, привлеченные приглушенным светом.
Вдруг один из пожилых мужчин, одетый весьма скромно, резко поднялся со своего места. Его руки дрожали от волнения:
— Как... как вообще можно было додуматься до такой аэродинамической формы истребителя?!
— Я всю жизнь посвятил изучению планеров боевых самолетов, но столь смелое новаторское решение вижу впервые!
Его слова послужили детонатором.
— Да что там планер! Вы на двигатель посмотрите!
— Это же детальный структурный анализ F119 – лучшего авиационного двигателя современности! Если забрать эти схемы в цех, мы сможем собрать опытный образец меньше чем за месяц!
— Вы упускаете самое главное! Взгляните на чертежи ракетного вооружения!
— Ракета класса «воздух-воздух» с предельной перегрузкой в шестьдесят единиц! В мире сейчас нет ничего подобного!
— Даже в Штатах не смогли достичь таких показателей!
— Да черт с ними, с ракетами! Вы обратили внимание на технологию синтеза радиопоглощающих материалов?!
— Именно она определяет принадлежность к пятому поколению. Технологиями малозаметности сейчас обладают только Штаты.
— Если это правда, то мы станем второй страной в мире, овладевшей этой технологией! На поле боя будущего это сыграет решающую роль!
Потрясающие воображение цифры и характеристики сыпались одна за другой. Нервы экспертов уже окончательно притупились – на стандартные узлы и агрегаты, показанные позже, они реагировали вяло.
Чэнь Мин с улыбкой наблюдал за потрясенными коллегами. Ему безумно хотелось увидеть их лица, когда они наконец узнают, кто автор этого шедевра.
В зале снова зажгли свет. Пережив бурю эмоций, присутствующие постепенно начали приходить в себя.
— Академик Му, на первый взгляд в чертежах нет никаких изъянов, — взял слово один из ведущих специалистов. — Разумеется, реальные характеристики станут ясны только после серии продувок в аэродинамических трубах.
— Но уже сейчас можно сказать, что достоверность и жизнеспособность этих чертежей составляет не менее восьмидесяти процентов.
— Нам безумно интересно, какая именно команда совершила этот подвиг? Они настоящие герои нашей страны. Благодаря этой работе мы сэкономим как минимум десять лет кропотливых исследований.
Му Чэншань тепло улыбнулся и обвел взглядом присутствующих:
— Эти чертежи не принадлежат ни одному отечественному институту или научной группе.
— Их спроектировал один-единственный человек.
— Что?! — Выдохнул зал.
Один человек?!
Едва улегшиеся эмоции вспыхнули с новой силой. Людей словно закинуло на крутые американские горки.
— Невероятно... Создать столь сложный и детальный проект в одиночку... Это просто уму непостижимо.
— Конструкция боевого самолета охватывает более десятка сложнейших областей науки. Откуда у нас взялся гений такого масштаба, и почему мы о нем ничего не слышали?
— Один человек заменил собой целый научно-исследовательский институт! Спроектировать истребитель пятого поколения в одиночку... Величайший талант!
— Академик Му, кто этот выдающийся человек? Можем ли мы иметь честь встретиться с ним?
Конечно, некоторые специалисты обратили внимание на неожиданное появление Цзян Чэня, но тут же отбросили эту мысль. Юноша был слишком молод, совершить такое ему явно не под силу. Вот если бы ему было лет пятьдесят-шестьдесят, они бы первыми поверили в его авторство.
— Ладно вам гадать, — добродушно усмехнулся Му Чэншань. — Скажу прямо: создатель этих чертежей сейчас находится среди нас.
С этими словами он повернулся к сидевшему рядом юноше.
Вслед за его взглядом все присутствующие разом уставились на Цзян Чэня. Кто-то судорожно сглотнул, у кого-то округлились глаза.
«Вы ведь сейчас несерьезно? Не хотите же вы сказать, что все это нарисовал этот сопляк?! Это уже переходит все границы разумного!»

Комментарии

Загрузка...