Огромное тело лежало навзничь. На его и без того мертвенно-бледной коже сейчас проступило ещё больше чёрных трупных пятен, густо покрывших каждый участок, не скрытый одеждой.
Так же густо всё тело усеивали стальные гвозди длиной с указательный палец взрослого человека. Их вогнали в плоть так, что снаружи остались только шляпки и небольшой кусок стержня сразу под шляпкой; один только взгляд на них вызывал невольное ощущение боли.
Гигантский железный топор прорубил обитую железом голову и большую часть грудной клетки, вонзился в землю и так и застыл торчком — зрелище было не для слабонервных.
На топоре, помимо пятен ржавчины, чёрные пятна крови разошлись веером. Та же чёрная кровь вдоль рассечённой плоти расплескалась по земле, образовав абстрактную чёрную воронку. Одного взгляда хватило, чтобы желудок Линь Ци снова подкатил к горлу.
К счастью, вчерашняя рвота послужила своего рода подготовкой; не будь её, при таком близком знакомстве с кровавым кошмаром Линь Ци непременно выблевал бы два сухпайка, съеденные прошлым вечером.
Он тяжело сглотнул, с усилием подавив подступившее к горлу содержимое желудка, и, словно спасаясь бегством, отдёрнул взгляд от огромной раны, в которой были видны развороченная грудина, наполовину разорванный желудок и спутанные кишки, — и перевёл его на одежду зомби-Титана.
Одежда на зомби была изорвана в клочья, словно заветное рубище нищего, много лет скитавшегося по улицам; первоначальный цвет уже совершенно не угадывался — только грязная смесь серости и пыли.
Присмотревшись, Линь Ци смутно понял, что одежда будто распёрло изнутри: она распалась на полосы ткани, свисавшие и спутавшиеся вокруг пояса, точно древний здоровяк с голой грудью спустил её к поясу.
Когда взгляд Линь Ци уже собирался соскользнуть с верхней одежды на нижнюю, перед глазами вдруг мелькнул ослепительный отсвет.
Хм?
Металл?
Без ржавчины?
Говоря о металле, на зомби его действительно было более чем достаточно: железные листы, стальные гвозди — всё это материалы, способные отражать свет. Вот только те же листы и гвозди оказались подёрнуты ржавчиной, покрылись коррозией, так что ни о каком блеске и гладкости речи не шло.
Взгляд Линь Ци тут же прикипел к месту засветки. Он протянул к этим лохмотьям свой ржавый топор и резко подцепил их.
С треском раздираемой ткани — р-раз — перед Линь Ци оказался лоскут серо-жёлтой материи размером с ладонь.
Повернув кисть, Линь Ци кончиком топора перевернул тряпку, и его взгляду открылся бейдж, прикреплённый к ткани маленьким железным зажимом.
На железном зажиме не было ни пятнышка ржавчины, будто он только что сошёл с конвейера; в нём даже можно было разглядеть смутное отражение лица Линь Ци.
Когда Линь Ци увидел этот новенький зажим, глаза его слегка расширились, а при виде бейджа он и вовсе оцепенел.
Четвертая народная больница
Заведующий отделением психиатрии: Чжан...
Табельный No 1145...
Неровная трещина с рваными краями оторвала правую половину бейджа, оставив лишь портретное фото и три неполные строки.
На фото был изображён простодушный мужчина средних лет с редеющими волосами на макушке; он щурился, чуть улыбаясь, и в облике его сразу чувствовалось что-то мягкое и добродушное.
Хотя мысль о том, что зомби получаются из людей, которых укусили, давно уже укоренилась в голове Линь Ци, столкнувшись с этим воочию, он не сразу смог это осознать.
Некогда улыбчивый, приветливый врач превратился в такого вот омерзительного зомби,
и в итоге... его самого разрубили пополам...

Комментарии

Загрузка...