Глава 150

Учитель Апокалипсиса. (LN)
Благодать учителя подобна небу
Первое, что я увидел, — огромный баннер с коряво выведенными словами: «День учителя, спасибо вам за всё!». Вокруг него неловко теснились разноцветные воздушные шары, а под ними стояли дети.
Динь
Когда Кихён ударила по струнам гитары, Джуён захлопала в ладоши. Подстраиваясь под ритм, Хесон забавно покачивалась всем телом, а потом внезапно заголосила:
— Благодать! Нашего! Учителя!
Только когда слова песни долетели до моих ушей, реальность наконец обрушилась на меня. Ах, точно, сегодня же День учителя.
Эта песня была для меня. К пению присоединился Джину, а вскоре подхватили близнецы и Джуён.
Это была настоящая какофония. Видимо, им так и не удалось нормально порепетировать вместе — ноты и ритм разлетались в разные стороны.
Джуён и Джину пели строго по учебнику, в то время как Дабин забирала на тон выше, а Даюн — на тон ниже. А Хесон, судя по всему, напрочь забыла слова, но при этом её голос звучал громче всех.
— Смотрим вверх! На! Хм! Хм-хм! Вас!
Хесон комично вращала глазами, пытаясь подстроиться под Джуён. Джуён сердито зыркнула на неё, а Кихён продолжала играть на гитаре с напряжённым лицом, изо всех сил стараясь не рассмеяться.
— Господин, сегодня День учителя, — произнесла Хелен.
Я кивнул, не сводя глаз с детей. Когда же они начали готовиться?
Должно быть, ещё три дня назад — именно тогда дети начали меня избегать. Наверное, хотели устроить сюрприз, поэтому и помалкивали.
— Искренне! Благодарны! За! Ваше! Хм! Хм-хм! Хм-хм-хм! Наставление!
Внутри меня всколыхнулось неописуемое чувство. Глядя на этих ребят и осознавая, что сегодня День учителя и именно я — главный герой праздника, я почувствовал, как перед глазами всё расплывается. Нет, глаза просто нещадно жгло.
— Сердце нашего учителя... э-э, хм?.. Господин, вы плачете?
Джину резко оборвал песню. Остальные дети вздрогнули и тоже замолчали. Только Хесон, зажмурившись от усердия и полностью погрузившись в процесс, довела дело до конца:
— Мы! Вас! Уважаем! Господин!
Хесон с триумфом открыла глаза и встретилась со мной взглядом. Она вскрикнула от неожиданности и подбежала ко мне.
— Почему вы плачете!
Хесон крепко обхватила мои ноги. От этого эмоции захлестнули меня с новой силой.
— Фух...
Когда я выдохнул, вместе с воздухом вырвался сдавленный всхлип. Я подхватил Хесон на руки. Расстроившись из-за моих слёз, малышка тоже начала хлюпать носом.
— ...Я просто очень счастлив.
Когда я сказал это, прижимая её к себе, Хесон в замешательстве наклонила голову. Я слабо улыбнулся.
— Я так тронут, что не могу сдержать слёз.
Я поднял взгляд на детей. Все они с облегчением выдохнули: «Фу-ух...» — и обступили меня со всех сторон.
Заговорила Кихён:
— ...Спасибо, что заботитесь о нас.
Она отвернулась в смущении — типичная Кихён. Я усмехнулся и ответил:
— Вы меня правда удивили.
— И из-за этого стоило плакать? — проворчала она.
Я не нашёлся, что ответить на этот ворчливый вопрос. Стоило ли оно того? Недолго подумав, я кивнул.
— Да, стоило.
Как я мог не заплакать? Как мог не растрогаться? Учитывая, что для меня нашлось место в этот праздник, было бы странно остаться равнодушным.
«Я ведь...»
Я был учителем этих детей. Не просто опекуном, а именно учителем. От этой мысли сердце наполнилось теплом.
Даже когда я пытался заговорить, слова не шли. Я переживал, как жалко, должно быть, выгляжу — реву в таком возрасте, — но, видя вокруг обеспокоенные лица ребят, снова почувствовал, как подступают слёзы.
— Господин! Подарок!
Хесон завозилась и выудила из кармана конфету, чтобы отдать мне. На этот раз она отдавала сладость без тени сомнения.
Хесон, которая уже научилась сама разворачивать фантики, немного помучилась с обёрткой и протянула конфету мне.
— А-ам!
Глядя на её сияющую улыбку, я принял угощение. На вкус это была кола. Очень сладкая.
После моей эмоциональной вспышки атмосфера вернулась в норму. Настало время вручения подарков.
Кихён коротко бросила, что её подарком была сама песня. Джуён с гордостью объявила, что лично руководила сегодняшней готовкой. Близнецы передали Ли Сокхо выпивку Чун-бэ.
Старик посмотрел на это с таким ужасом, будто наступил конец света, но помешать детям не посмел. А Джину прошептал:
— Свой я отдам вам позже, наедине.
Его слова, подкреплённые поднятым вверх большим пальцем, вызвали у меня тревогу, но я всё равно кивнул.
Я с удивлением осознал, что все, кроме меня, готовились к этому дню вместе, но на этом всё. Я был слишком занят благодарностями, чтобы делать что-то, кроме как улыбаться.
Это был хороший день. Череда моментов, которые можно назвать только чудесными. Еда Джуён оказалась такой же вкусной, как она обещала, а настольные игры — весёлыми.
Случился инцидент, когда Хесон пыталась втихаря стащить кусок торта и получила нагоняй от Кихён, но даже это со временем станет забавным воспоминанием.
Так день подошёл к концу, и я вернулся к себе в комнату. В руках я нёс тайно упакованный сверток от Джину и шесть писем. Дети настояли, чтобы я прочитал их в одиночестве, поэтому пришлось ждать до этого момента.
«Письма...»
Они не были написаны на дорогой бумаге. Просто листки, исписанные на скорую руку и вложенные в обычные папки для документов. Тем не менее я чувствовал предвкушение.
Первым я открыл письмо Хесон:
«С Днем Господина! Поздравляю! Хесон хотела съесть много конфет, но сегодня День Господина, поэтому я терпела! Хесон молодец!»
Я невольно рассмеялся. Хесон, скорее всего, даже не понимала, что такое День учителя. Это было заметно по тому, как она весь день хихикала, радуясь просто тому, что это был особенный день. Но я всё равно был благодарен ей за письмо.
Следом шло письмо Джуён. В нём было много витиеватых фраз, но суть сводилась к одному: «Спасибо, что спасли нас». Аккуратный почерк на последней строчке согрел мне душу. Было приятно осознавать, что я смог стать для этого ребёнка кем-то важным.
Затем я вскрыл письмо близнецов. Они написали его вдвоём на одном листке. Это было больше похоже на комикс: Дабин нарисовала четыре кадра, где я бегу с бомбой, а Даюн добавила реплики. Последняя фраза гласила: «Наш крутой учитель».
Очередь дошла до письма Джину. Прочитав его, я расхохотался.
«Посмотрите журнал в одиночестве. Это тщательно отобранный шедевр. Человек же не может вечно питаться только домашней едой, верно?»
Я перевёл взгляд на подарок, который он упаковал. Когда я развернул обёртку, там действительно оказался журнал для взрослых, вполне в духе «тщательного отбора» Джину. На снимках красовались женщины в костюмах кроликов и лисиц — в бикини под меховыми шубами и в вызывающих позах.
«Его надо наказать», — подумал я, заталкивая журнал в самый дальний угол.
Осталось последнее письмо. Кихён. Оно было длиннее остальных. Эта бедная девочка страдала больше других, потому что была самой старшей. Но при этом она оставалась замечательным ребёнком. Я начал медленно читать, и чувствовал, как глаза снова краснеют.
«Дорогой Господин, мне немного неловко писать вам вот так. Я просто увидела в календаре, что сегодня День учителя, и захотела что-нибудь устроить, вот и организовала всё это. Не знаю, понравилось ли вам. Но дети очень старались, так что, пожалуйста, оцените это.
...Оглядываясь назад, я понимаю, что прошло уже полгода с нашей встречи. За это время столько всего случилось. Если подумать, что стало бы с нами, разойдись мы в тот самый первый день? От одной этой мысли мне иногда становится не по себе. Тогда мы действительно ничего не знали. Да и сейчас не особо много знаем. Я думаю, мы всё ещё живы и можем улыбаться сегодня только благодаря вам.
Спасибо. И простите, что я вечно ворчу. Мне хочется встречать вас с улыбкой, но рядом с вами из меня постоянно лезут какие-то жалобы. На самом деле я так не думаю. Считайте, что у меня просто скверный характер.
...Что-то я затянула. Буду заканчивать. И ещё одно. Спасибо, что многому нас учите и всегда помогаете. Как вы и сказали при нашей первой встрече — вы стали для меня настоящим учителем. От Кихён».
К тому моменту, как я дочитал, по моим щекам снова катились слёзы. Всё дело было в осознании, которое наконец пришло ко мне.
«Учителем нельзя стать просто потому, что ты этого хочешь».
Как когда-то в шутку говорил мой собственный наставник, стоя за кафедрой:
— Вы нужны мне, чтобы я был учителем. Так что обязательно приходите в школу.
Учителю нужны ученики. Теперь я это понял. Я мог быть учителем только в том случае, если были дети, которые видели во мне его. И пока я был с ними, я мог продолжать этот путь.
...Моя давняя мечта уже сбылась.

Комментарии

Загрузка...