Глава 76

Симбиотические отношения между кроликом и чёрной пантерой
На окраине территории пантер.
И-го-го — Ахин, остановив Джейн, посмотрел на небо, с которого исчезло солнце. Холодный ветер трепал его серебристые волосы.
— Похоже, будет дождь.
— Погода портится, и я хотел бы спросить, зачем нам догонять карету крольчонка? — недовольно спросил Иврин, остановив свою лошадь следом.
— Виви забыла книгу, которую всегда таскала с собой.
Ахин достал из-под мантии книгу. Это была та самая книга «Методы подчинения хищников».
— Таких книг в академической библиотеке пруд пруди. Могли бы просто сказать, что едете одолжить у крольчонка.
— Я и еду одолжить.
— Так зачем вы тогда вообще от неё прячетесь?
Ахин не ответил, только скривил губы.
Он пытался, ничем не выдавая своего желания держаться подальше, в одиночку справиться со своей травмой. Но стоило ему увидеть перед собой Виви, как пальцы деревенели — хоть караул кричи.
И это ещё не всё. Виви, ни о чём не подозревая, когда он засыпал, постоянно теребила его лицо или руки. Каждую зимнюю ночь он метался между разумом и страхом.
— Надо сказать причину, чтобы можно было что-то придумать. И если это дойдёт до ушей господина Лилиана, трость опять сломается.
Иврин продолжал, не замечая, как всё выше взлетают брови Ахина.
— Я, конечно, понимаю, что это наглость, но если бы я знал причину...
— Нет, Иврин. Если узнаешь причину, можешь умереть.
— Тогда, пожалуй, я лучше не буду её знать.
Иврин, мгновенно сменив мнение, замолк.
Покосившись на его бесстрастное лицо, Ахин задумчиво прикусил губу.
— ...Одних коленопреклонений будет мало?
— Если ещё и слёзы пустите, может, гнев крольчонка немного поутихнет.
Иврин, который в жизни ни у кого не просил прощения, задумался.
— Сложно. Я никогда не ссорился с возлюбленной.
— А ты вообще когда-нибудь с кем-нибудь встречался?
— Моя красота должна оставаться общественным достоянием.
Это заявление было сделано с абсолютно невозмутимым видом.
Ахин, поддавшись этой наглости, окинул Иврина взглядом с ног до головы. Действительно, в последнее время, когда пришла пора жениться, аристократы то и дело интересовались, не женат ли Иврин.
— Ты что, вообще ни с кем не хочешь встречаться?
— Не то чтобы совсем не хочу, но я жду, что любовь придёт внезапно.
— Думаешь, это так легко?
— А разве вы, господин Ахин, не заболели кроличьей болезнью тоже внезапно?
Может, и правда, как говорит Иврин, он заболел ею с того самого момента, как подобрал кролика. Усмехнувшись, Ахин вдруг замер.
«...Никакой другой кролик мне не нужен».
Его кольнуло какое-то смутное воспоминание. Он нахмурился. Какое-то очень далёкое, детское воспоминание.
— Господин Ахин?
Иврин удивлённо окликнул его, застывшего и смотрящего в пустоту.
— ...Иврин, когда именно отец купил мне того плюшевого кролика?
— Что? Это было так давно...
Услышав неожиданный вопрос, Иврин нахмурился.
— Наверное, после того как он съездил на Кроличьи территории? Примерно тогда вы, господин Ахин, и начали везде таскать этого кролика.
Озадаченно переглянувшись, они одновременно повернули головы в одну сторону. Из-за леса на них нёсся какой-то здоровенный горилла, явно настроенный агрессивно.
— Это у нас тут гориллы водятся?
— Нет, это точно территория пантер.
— Тогда что это?
— Вроде человек... А, это же господин Рилл. Значит, карета где-то рядом.
Чем ближе подбегал Рилл, тем отчётливее становилось его лицо, залитое слезами. Почуяв неладное, Ахин поспешно спрыгнул с Джейн.
— А-а-ахин!
— Что?
Подбежав к Ахину, Рилл сунул ему в руки чёрную ткань. Это был пиджак академической формы.
«Неужели». Затаив дыхание, Ахин молча ждал продолжения.
— Мы, из-за беспорядков на соседней территории, свернули в объезд через Львиные... — Рилл рассказал, как Виви бросилась за сбежавшими Шу и Вион, как они с Мэйми разошлись на поиски и встретили почтового ястреба Руна, и дрожащей рукой протянул письмо.
Ахин в мгновение ока выхватил его. Руки, разворачивающие свиток, несколько раз соскользнули.
«Верну, если Виви захочет.
— Рун Маниентс»
Рилл, мельком заглянувший в письмо, зарыдал.
Вместе с его громким плачем сердце Ахина ухнуло вниз.
***
Шу и Вион юркнули в тёмный лаз. Это был тайный ход, соединяющий особняк Маниентс с внешним миром.
«Где это я и что я, кролик, здесь делаю?» Размышляя об этом, я сложила руки рупором и крикнула вслед:
— Смотрите, ноги не переломайте!
— Виви, тебе обязательно прямо сейчас уходить? — недовольно спросил Рун, сидевший рядом на корточках.
— Я и карету нашла, и весточку отправила. Днём, конечно, опасно, но если уйти под утро, можно и от сестры твоей улизнуть.
— Они у меня очень тревожные. И Шу с Вион до утра спокойно ждать не будут.
— Да уж, наверное, Ахин Грейс сейчас уже пеной исходит.
— Ну-у...
Я неловко улыбнулась и естественно сменила тему.
— А ничего, что ты мне такой тайный ход показываешь?
— Всё равно его скоро закроют.
Рун, всё это время не сводивший с меня глаз, отряхнул руки и поднялся.
— Ну что, Виви, прыгать-то надо.
— Высота приличная, как мы туда...
— Не успела я договорить, как он, подхватив меня одной рукой, сиганул вниз.
— А-а-а, спасите!
— Когда была кроликом, летала — и ничего.
«Ах ты, бессовестный лев!»
От ощущения, что тело проваливается в бездну, я рефлекторно зажмурилась.
— Виви, теперь можно открыть глаза... Ай, голова, голова!
Услышав полный боли голос, я распахнула глаза. Оказывается, я сама не заметила, как вцепилась ему в кудри.
Я поспешно убрала руку и в полумраке встретилась с его золотистыми глазами. Зрелище было довольно сюрреалистичное.
«Наверное, в темноте его и без того рассеянный взгляд кажется ещё загадочнее». Засмотревшись, я спохватилась и поспешно спустилась на землю.
— П-простите...
— Да ничего.
Пожав плечами, Рун надел мне на голову какой-то странный металлический ободок.
— У пантер ночное зрение хорошее, чутьё острое, так что им нормально, — щёлкнув, перед моими глазами закачался маленький фонарик. Видимо, чтобы освещать путь в тёмном ходе. — А Виви — не пантера. Помнишь? На развилке всегда...
— Направо.
— Молодец. Я буду ждать у выхода.
— ...А ты со мной не пойдёшь?
— Я же говорил, я по этому ходу только в детстве лазил. Видишь, какой я теперь.
Я перевела взгляд с узкого прохода впереди на Руна, которому пришлось бы согнуться в три погибели.
И правда. Вход такой узкий, что Рун, судя по всему, даже плечами бы не протиснулся.
— Справишься? Там недалеко.
— Без проблем.
Энергично кивнув, я пригнулась и осторожно ступила в проход.
— Ах да, чуть не забыл. Говорят, там иногда привидения водятся.
«Думает, я, великая Виви, испугаюсь такой детской шутки?» Я сощурилась и обернулась. Рун, согнувшись, смотрел мне вслед.
— Ха, ну и ну. Да где ж ты видел привидения?
— Госпожа крольчиха, можно спросить кое-что?
— Ну что там ещё!
«Если сморозит глупость — лягну!» — пообещала я себе и сверкнула глазами.
— Когда я произносил имя Ахина Грейса, у тебя лицо становилось каким-то мрачным.
— ...
— Поссорились?
«Выходит, у меня всё на лице написано». На мгновение растерявшись, я беззвучно открывала и закрывала рот.
Может, потому что здесь, на чужой территории, нашёлся человек, который меня знает? Чувства, которые я так старательно подавляла, нахлынули волной.
«Из-за этого вредного хищника у меня настроение целый день скачет туда-сюда». Сглотнув, я затеребила пальцы.
— Помнишь?
Рун, не отрывая от меня взгляда, медленно заговорил.
— Как я сказал, что если приедешь на Львиные территории, обратно не выпущу.
— Неужели...
«Неужели он до сих пор, спустя столько лет, испытывает ко мне те же чувства?» Не решаясь сразу ответить, я с опозданием приоткрыла рот.
— Я думала, тот кролик, что был с тобой, — зверолюд.
— Обычный кролик. Такие совпадения, как у тебя с Ахином Грейсом, не так-то просто повторить.
Усмехнувшись, Рун протянул руку.
— Кажется, это последний шанс сбежать до церемонии.
— ...
— Львы сегодня снова не в почёте?
Не в силах ответить на это жестокое «нет», я просто повернулась к нему спиной.
Осторожно ступая, я чуть обернулась — Рун всё ещё смотрел мне вслед.
— ...Рун, слушай.
— Говори.
— Мы ведь всего несколько раз виделись, как ты можешь так долго...
«...так долго меня любить?» — вопрос застрял на языке.
— Наверное, так и бывает. Проведёшь вместе всего несколько часов, а воспоминания разрастаются, будто вы знакомы несколько дней.
Но Рун, легко догадавшись о моём вопросе, бесстрастно ответил.
— Придаёшь значение пустякам, начинаешь переживать. Чувства, оказывается, не пропорциональны количеству встреч.
Сказав это как ни в чём не бывало, он небрежно махнул рукой. Для таких слов выражение лица у него было на удивление скучающим.
— Так что, раз уж решил отпустить, лучше уходи побыстрее.
«Ты же сама говорила, что хищники все переменчивы». «Никогда не знаешь, когда у них настроение переменится». Услышав это, я припустила со всех ног.
Ход становился всё темнее, и только когда присутствие Руна окончательно исчезло, я обернулась.
«Проведёшь вместе всего несколько часов, а воспоминания разрастаются, будто вы знакомы несколько дней».
«Что-то в этом есть». Мне показалось, я понимаю.
***
Леона небрежно откинула мешающие волосы. Её розовые кудри, так похожие кудри брата, колыхнулись.
— Говорят, Рун и на этот раз отказался от брачного предложения? — её звонкий голос разнёсся по кабинету.
— Тревожно. Он, будучи сыном главы, а тут... н-недее... кхм, короче, негоже, чтобы о нём ходили такие позорные слухи.
Эзран, дед Руна, сидевший на диване, цокнул языком. Леона покосилась на крошечную чашку, которую его огромная рука грозила раздавить, и пробормотала:
— Может, в этих слухах и есть доля правды.
— Леона! Что за вздор ты говоришь о брате! Рун такой... такой...
— Какой?
— ...Я сам с ним серьёзно поговорю.
Голос Эзрана, утратившего уверенность в слухах, постепенно стих. Леона, покрутив в руке перо, добавила:
— Конечно, это пустые сплетни. У него, знаете ли, есть наивная жилка... Всё ещё, наверное, сохнет по тому кролику из дома Грейс.
— До сих пор? Брось. Весной у них свадьба, у этого старого хрыча Лилиана уже рот до ушей.
— Хм, вы, дедушка, её видели. Она правда такая замечательная?
Эзран, вздрогнув от неожиданного вопроса, вспомнил ту белую крольчиху.
Она, споткнувшись о камень, запустила им в Ахина и Руна, пользуется слепой любовью Валенс, главы территории пантер, и ещё...
— Я видел её в человеческом облике. Не хочется признавать, но взгляд у неё хороший. Сила духа необыкновенная.
— О-о...
— И силой, видать, не обделена. На днях встретил главу Валенс, так она говорила, что пинки у неё знатные.
— ...Так существуют люди, способные пнуть госпожу Валенс?
— Вот и я о том же. Даже если это был случайный удар на тренировке, это уже достижение.
Восхищённая Леона посмотрела на Эзрана, который с годами не утратил своей мощи.
Раз уж такой дед и глава Валенс её признают, может, она и правда чего-то стоит.
Размышляя так, она вдруг опустила взгляд в пол. В одном месте пол предательски, хоть и очень робко, шевелился.
«Это же...»
Золотистые глаза Леоны сузились. Это был тот самый тайный ход, по которому они в детстве играли с Руном в прятки.
— Разве этот ход не закрыли? Он же не рассчитан на взрослых...
Эзран, не скрывая гнева, уже готов был применить феромоны.
— Дедушка, для начала давайте посмотрим, кто там.
— Всё равно я его тут же...
— Тсс.
Вспомнив о его феромонах, уничтожающих всё на своём пути, Леона приложила палец к губам. Ей совсем не улыбалось, чтобы даже временную приёмную разнесли в щепки.
Пол, всё это время неуклюже трясшийся, приподнялся, и оттуда показалась белая макушка.
Леона, встретившись взглядом с незваным гостем, на мгновение задумалась.
«Слишком уж безобидное лицо для лазутчика. Может, это такая тактика — усыпить бдительность?» А болтающийся на голове фонарик делал его похожим не на шпиона, а на грабителя гробниц.
«...Сама влезла, а теперь чего боится?»
Фиолетовые глаза под фонариком были полны ужаса.
Осознав своё положение, лазутчица плавно, словно рыбка, скользнула обратно вниз. Вслед за ней показалась белая рука, пытавшаяся закрыть за собой пол, но конструкция явно не позволяла это сделать легко.
Тонкая рука беспомощно замахала в воздухе.
— Ну надо же.
Коротко вздохнув, Леона приблизилась к тайному ходу. Она решительно схватила лазутчицу за шкирку и с нечеловеческой силой вытащила наверх.
— Да кто ж ты такая, с гулькин нос?
Нахмурившись, пробормотала Леона.
От этого жестокого замечания лазутчица, болтавшаяся в воздухе, умоляюще сложила ладошки.
Кхм. Тут наконец очнулся Эзран и громко прокашлялся.
— Леона, думаю, стоит её опустить.
— Почему?
— Не знаю, почему она оттуда вылезла, но... — кончик его сбивчивого голоса дрожал, как у козла. — ...Эт-то она.
— Она?
— Та самая серая кардинальша из дома Грейс.
«К чему он вдруг вспомнил про крольчиху из дома Грейс?» Не понимая, что он имеет в виду, Леона нахмурилась.
— О чём вы?
— Ну та, про которую я рассказывал. Крольчонок.
Эзран тыкал пальцем в воздух, словно указывая на что-то.
«Какой ещё крольчонок?»
Тупо глядя на Эзрана, Леона вдруг, словно молнией, перевела взгляд на лазутчицу.
Светло-фиолетовые глаза, зубы, в которых не было и намёка на клыки. Сомнений быть не могло — крольчиха-зверолюдка.
***
Виви, против воли оказавшаяся наедине с будущим главой Львиных территорий, мысленно лила слёзы.
Сидя на иголках, она то и дело нервно ёрзала. «И как это меня угораздило оказаться в кабинете Леоны Маниентс и пить с ней чай?»
«Всё из-за этого льва!»
«Зачем он наплёл мне про этих привидений...!»
В кромешной тьме, полагаясь только на свет фонарика, она от страха припустила по коридору и оказалась... здесь.
Рун ведь говорил, что если и заблудится, то выйдет в пустую комнату. Почему же она оказалась не в пустой комнате, а в кабинете Леоны Маниентс?
Вопросы роились в голове, но льва, который мог бы на них ответить, рядом не было.
Мысленно проклиная ни в чём не повинного Руна, Виви покосилась на Леону.
Растрёпанные кудри, распахнутые глаза — такое ощущение, что перед ней сама сущность льва, воплощённая в зверолюда.
Смесь элегантности Валенс и высокомерия Ахина.
Так или иначе, от Леоны исходила аура, подобающая будущему главе целой территории. Даже Эзран, стоило ей попросить его выйти, беспрекословно подчинился.
«Того же поля ягода, что и Ахин Грейс...»
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...