Глава 94

Глава 74. Через пару лет вырастет— Цзян Инчжу, давай обойдёмся без личных оскорблений, ладно? — Ли Янь недовольно скривил губы, всем своим видом показывая, что его задели за живое. — Ещё и «гусеница»... Ты бы лучше вспомнила, как сама в детстве ко мне голой прибегала и допытывалась, почему у тебя такой нет!Услышав это, Инчжу буквально подбросило на месте. Краска стыда мгновенно залила её лицо, а глаза расширились от праведного гнева. Она запрыгала от негодования, отчаянно пытаясь переспорить его.— Я... я тогда была маленькой! Ничего не смыслила! А у тебя ещё хватает совести об этом поминать?! — Она впилась пальцами в руку Ли Яня, которой тот пытался прикрыть ей рот, и, решив идти до конца, выпалила: — Ты тогда сказал, что я просто младше, и что через пару лет у меня тоже всё вырастет! А в итоге... У-у-у!Ли Янь лишь закатил глаза, чувствуя, как внутри всё закипает от нелепости ситуации. Из-за этой детской байки деревенские пацаны потом несколько лет дразнили его «чистосердечным девственником».— Ладно-ладно, признаю, я был неправ, только замолчи уже, — пробормотал он, окончательно сдаваясь под напором её возмущения.Мэй Мэньцян, наблюдавшая за этой перепалкой со стороны, почувствовала неладное. В её душе закралось смутное подозрение, что она только что стала свидетельницей чего-то крайне неловкого.— Так этот «древесный гриб»... это на самом деле... — Она робко перевела взгляд на Инчжу, боясь, что сама стала объектом какой-то двусмысленной шутки.Инчжу решительно отпихнула руку Ли Яня и, притянув подругу к себе, зашептала ей что-то прямо на ухо.— Ой! — Мэньцян вскрикнула, её глаза округлились. Она украдкой бросила быстрый, полный смятения взгляд на Ли Яня и, схватив Инчжу за руку, буквально утащила её в дом.Ли Янь лишь тяжело вздохнул, глядя им вслед. Ещё один чистый, белоснежный цветок был безжалостно осквернён пошлыми намёками.Вернувшись в свою комнату, он привычно погрузился в медитацию, а после тренировки решил проверить статистику своего романа «Культиваторский чат». Цифры радовали глаз — показатели уверенно ползли вверх. Было стойкое ощущение, что в следующем месяце книга официально станет хитом. До «десяти тысяч подписок» оставалось ещё прилично времени, в нынешнем «Сидяне» добиться такого было непросто.К тому же, Ли Янь сейчас выпускал главы ежедневно, что немного размывало средний показатель подписок. Он придерживался графика в три главы в день. Больше — и читатели начнут «пропускать» главы, экономя деньги, меньше — и подписка покажется слишком дорогой.«Три тысячи знаков на главу — идеальная дозировка», — удовлетворённо подумал он.Пополнив запас черновиков, Ли Янь забронировал студию звукозаписи на завтра — пора было наконец записать песню. Вспомнив о деле компании «Цзецзегао», он решил погулять по сети и поискать рекламные треки других брендов. Некоторые из них были именами национального масштаба, но Ли Янь либо никогда не слышал их песен, либо не знал, что это именно реклама. В итоге он бросил это занятие.На следующий день гостиная Ли Яня превратилась в учебный штаб. На столе громоздились тарелки с фруктами, а вчерашняя группа по подготовке к экзаменам в полном составе переместилась сюда.Хуа Цзюньшу с любопытством рассматривала обстановку квартиры, а затем, заметив пустующее место, перевела взгляд на Инчжу. Та, почувствовав на себе её внимание, обернулась.— Старшая сестра, что-то не так?— А где Ли Янь?— А, он в комнате, изучает контракт, — отозвалась Инчжу и снова уткнулась в учебник.Цзюньшу молча кивнула и продолжила решать задачи.В это время Ли Янь, следуя советам адвоката Вэй в видеочате мессенджера «Фэйсинь», вносил правки в договор. Нужно было чётко прописать, что передача прав не включает авторство текста и музыки, права на запись, права на каверы и прочее. Были и ограничения на вторичное использование контента.«Если бы не Вэй, я бы и не заметил, сколько ловушек они мне расставили», — думал Ли Янь, хмурясь. — «Ничего себе, ребята. Рассчитывали, что я не замечу, и решили подзаработать на моей наивности?»Сотрудничество с Чжао Фэем начинало казаться утомительным. После того как контракт был полностью переработан, юрист со стороны заказчика проверил его, прислал свои правки, Ли Янь снова внёс изменения... И так трижды, пока наконец дело не было доведено до конца.Взглянув на часы, Ли Янь поразился — пролетело больше двух часов. Он снова обратился к экрану, где его ждала госпожа Вэй.— Спасибо большое, тетушка Вэй. Вы очень выручили.— Не за что, Ли Янь. Но послушай моего совета: тебе пора открывать свою компанию. Иначе налоги будут съедать слишком большую часть твоих доходов.— Я понимаю. Но вы же знаете мою ситуацию... Мне нужно сначала обсудить это с родителями.Поболтав ещё немного, Ли Янь перевёл ей 10 000 юаней за консультацию. Нельзя постоянно пользоваться одними лишь старыми связями, тем более что перед адвокатом Вэй у него лично никаких заслуг не было.Увидев подтверждение получения платежа, Ли Янь ещё раз пробежался глазами по финальной версии. Условий было много, но ключевых для него пунктов — всего два. Первый: 400 000 юаней за эксклюзивную лицензию на использование сроком на три года — итого 1 200 000 юаней. Второй пункт касался роялти: после того как продажи превысят определённый порог, он будет получать 0,1% от выручки.50% суммы должны были упасть на счёт сразу после публикации песни, остальное — после запуска рекламной кампании. Ли Янь прикинул цифры: в этот раз налоги не были включены в сумму. В итоге чистыми он получит около 1 008 000 юаней.Почти 200 000 юаней просто улетели в трубу налоговой! Ли Янь тяжело вздохнул. Было жалко, но не смертельно.«Да уж, всё-таки черносердечным капиталистам живётся куда прибыльнее!» — усмехнулся он про себя и набрал номер отца.— Алло, пап? Слушай, помоги мне зарегистрировать компанию.— Зачем тебе компания? У нас с матерью и так магазин отлично работает.— Это для оптимизации налогов...Ли Янь вкратце объяснил, что продал ещё одну песню. Старый Ли не очень понимал, откуда у его сына взялось столько талантов, но это не мешало ему искренне сопереживать финансовым потерям отпрыска. Услышав про налог в 200 000 юаней — сумму, которую он за большую часть жизни не держал в руках — отец едва не поперхнулся от негодования.— Оформляем! Обязательно оформим! С какой стати эти богатеи платят меньше, а мы должны отдавать всё? Сделаем всё по высшему разряду!Ли Янь не стал прерывать патриотический порыв своего «бунтующего представителя среднего класса». Когда отец немного поостыл, он напомнил:— Завтра не забудь сходить. Сегодня воскресенье, выходной.— Знаю я, знаю.— Если что-то будет непонятно, спроси у Ся-Ся, вашей официантки.После той встречи с адвокатом Вэй Ли Янь заподозрил, что Ся-Ся как-то связана с ней. И хотя девушка уже начала учёбу, она не бросила подработку. Ли Янь подумывал, что госпоже Фан стоит укрепить с ней контакт — возможно, в будущем она пригодится их семейному делу.Разобравшись с делами, Ли Янь взял учебники и вышел в гостиную. Нужно было навёрстывать упущенное и освежать знания в памяти. Впрочем, долго заниматься не пришлось — пришло время обеда.— Старшая сестра, что ты любишь? Мы сегодня готовим дома.— Давай я помогу, — предложила Хуа Цзюньшу, откладывая ручку.Ли Янь переглянулся с Ван Чжэньюем и Гань Тяньтянь. Те хранили гробовое молчание — готовить они не умели от слова «совсем».— Да не стоит, я сам справлюсь.— Нет, так не пойдёт. Если не помогу, кусок в горло не полезет.С этими словами Цзюньшу встала, ловким движением собрала волосы и затянула их в высокий конский хвост. Она решительно вошла в кухню, огляделась и, взяв стоящий на виду рис и чашу рисоварки, принялась за дело.— Рис поставишь? Ну, тоже неплохо, — кивнул Ли Янь. Он и не подозревал, что холодная красавица умеет управляться с хозяйством.Когда он достал продукты, Цзюньшу уже стояла рядом. Её взгляд скользнул по разделочной доске.— Цыплёнок гунбао, свинина с перцем и жареная свинина с крахмальной лапшой?— Ого, как ты угадала?— Видела, что вы чаще всего заказываете в столовой, — спокойно ответила она. — Вчера на обед было почти то же самое.Она сделала паузу, глядя на пакет с пухлыми шляпками грибов шиитаке, и вскинула на него глаза.— Я действительно люблю грибы. Ты очень наблюдателен.— Хе-хе, — только и смог выдавить Ли Янь.А затем он воочию убедился в кулинарном мастерстве старшей сестры. В отличие от Ли Яня, чьи навыки были отточены системными тренировками, стиль Цзюньшу был авторским: уверенным, быстрым и гармоничным. Нарезка, подготовка специй, сам процесс жарки — всё напоминало решение сложной математической задачи, где каждый шаг выверен заранее.Её движения были настолько чёткими, что Ли Янь даже не знал, куда приткнуться. Ему оставалось только стоять рядом с полотенцем и периодически промакивать капельки пота на её лбу. Но и это было неплохо — он мог вблизи любоваться её точёным профилем: высокой переносицей, глубоким взглядом и четкой линией подбородка.«Хм, а чего это она так покраснела?» — мелькнула мысль. — «Неужели у плиты настолько жарко?»Он снова потянулся с полотенцем к её лицу. Как раз в тот момент, когда очередное блюдо было готово, Ли Янь подставил тарелку.— Ты... — Цзюньшу наконец не выдержала и посмотрела на него в упор. — Иди отдохни.— Ну уж нет, — он снова взмахнул полотенцем. — Мы договаривались, что готовлю я. А в итоге всё делаешь ты.Цзюньшу на мгновение замерла. Она и сама не заметила, как увлеклась процессом. Посмотрев на последнюю порцию овощей, она протянула ему лопатку.Тут уже замолчал Ли Янь. Эх, надо было придумать другой повод, чтобы постоять рядом.

Глава 74. Через пару лет вырастет

— Цзян Инчжу, давай обойдёмся без личных оскорблений, ладно? — Ли Янь недовольно скривил губы, всем своим видом показывая, что его задели за живое. — Ещё и «гусеница»... Ты бы лучше вспомнила, как сама в детстве ко мне голой прибегала и допытывалась, почему у тебя такой нет!

Услышав это, Инчжу буквально подбросило на месте. Краска стыда мгновенно залила её лицо, а глаза расширились от праведного гнева. Она запрыгала от негодования, отчаянно пытаясь переспорить его.

— Я... я тогда была маленькой! Ничего не смыслила! А у тебя ещё хватает совести об этом поминать?! — Она впилась пальцами в руку Ли Яня, которой тот пытался прикрыть ей рот, и, решив идти до конца, выпалила: — Ты тогда сказал, что я просто младше, и что через пару лет у меня тоже всё вырастет! А в итоге... У-у-у!

Ли Янь лишь закатил глаза, чувствуя, как внутри всё закипает от нелепости ситуации. Из-за этой детской байки деревенские пацаны потом несколько лет дразнили его «чистосердечным девственником».

— Ладно-ладно, признаю, я был неправ, только замолчи уже, — пробормотал он, окончательно сдаваясь под напором её возмущения.

Мэй Мэньцян, наблюдавшая за этой перепалкой со стороны, почувствовала неладное. В её душе закралось смутное подозрение, что она только что стала свидетельницей чего-то крайне неловкого.

— Так этот «древесный гриб»... это на самом деле... — Она робко перевела взгляд на Инчжу, боясь, что сама стала объектом какой-то двусмысленной шутки.

Инчжу решительно отпихнула руку Ли Яня и, притянув подругу к себе, зашептала ей что-то прямо на ухо.

— Ой! — Мэньцян вскрикнула, её глаза округлились. Она украдкой бросила быстрый, полный смятения взгляд на Ли Яня и, схватив Инчжу за руку, буквально утащила её в дом.

Ли Янь лишь тяжело вздохнул, глядя им вслед. Ещё один чистый, белоснежный цветок был безжалостно осквернён пошлыми намёками.

Вернувшись в свою комнату, он привычно погрузился в медитацию, а после тренировки решил проверить статистику своего романа «Культиваторский чат». Цифры радовали глаз — показатели уверенно ползли вверх. Было стойкое ощущение, что в следующем месяце книга официально станет хитом. До «десяти тысяч подписок» оставалось ещё прилично времени, в нынешнем «Сидяне» добиться такого было непросто.

К тому же, Ли Янь сейчас выпускал главы ежедневно, что немного размывало средний показатель подписок. Он придерживался графика в три главы в день. Больше — и читатели начнут «пропускать» главы, экономя деньги, меньше — и подписка покажется слишком дорогой.

«Три тысячи знаков на главу — идеальная дозировка», — удовлетворённо подумал он.

Пополнив запас черновиков, Ли Янь забронировал студию звукозаписи на завтра — пора было наконец записать песню. Вспомнив о деле компании «Цзецзегао», он решил погулять по сети и поискать рекламные треки других брендов. Некоторые из них были именами национального масштаба, но Ли Янь либо никогда не слышал их песен, либо не знал, что это именно реклама. В итоге он бросил это занятие.

На следующий день гостиная Ли Яня превратилась в учебный штаб. На столе громоздились тарелки с фруктами, а вчерашняя группа по подготовке к экзаменам в полном составе переместилась сюда.

Хуа Цзюньшу с любопытством рассматривала обстановку квартиры, а затем, заметив пустующее место, перевела взгляд на Инчжу. Та, почувствовав на себе её внимание, обернулась.

— Старшая сестра, что-то не так?

— А где Ли Янь?

— А, он в комнате, изучает контракт, — отозвалась Инчжу и снова уткнулась в учебник.

Цзюньшу молча кивнула и продолжила решать задачи.

В это время Ли Янь, следуя советам адвоката Вэй в видеочате мессенджера «Фэйсинь», вносил правки в договор. Нужно было чётко прописать, что передача прав не включает авторство текста и музыки, права на запись, права на каверы и прочее. Были и ограничения на вторичное использование контента.

«Если бы не Вэй, я бы и не заметил, сколько ловушек они мне расставили», — думал Ли Янь, хмурясь. — «Ничего себе, ребята. Рассчитывали, что я не замечу, и решили подзаработать на моей наивности?»

Сотрудничество с Чжао Фэем начинало казаться утомительным. После того как контракт был полностью переработан, юрист со стороны заказчика проверил его, прислал свои правки, Ли Янь снова внёс изменения... И так трижды, пока наконец дело не было доведено до конца.

Взглянув на часы, Ли Янь поразился — пролетело больше двух часов. Он снова обратился к экрану, где его ждала госпожа Вэй.

— Спасибо большое, тетушка Вэй. Вы очень выручили.

— Не за что, Ли Янь. Но послушай моего совета: тебе пора открывать свою компанию. Иначе налоги будут съедать слишком большую часть твоих доходов.

— Я понимаю. Но вы же знаете мою ситуацию... Мне нужно сначала обсудить это с родителями.

Поболтав ещё немного, Ли Янь перевёл ей 10 000 юаней за консультацию. Нельзя постоянно пользоваться одними лишь старыми связями, тем более что перед адвокатом Вэй у него лично никаких заслуг не было.

Увидев подтверждение получения платежа, Ли Янь ещё раз пробежался глазами по финальной версии. Условий было много, но ключевых для него пунктов — всего два. Первый: 400 000 юаней за эксклюзивную лицензию на использование сроком на три года — итого 1 200 000 юаней. Второй пункт касался роялти: после того как продажи превысят определённый порог, он будет получать 0,1% от выручки.

50% суммы должны были упасть на счёт сразу после публикации песни, остальное — после запуска рекламной кампании. Ли Янь прикинул цифры: в этот раз налоги не были включены в сумму. В итоге чистыми он получит около 1 008 000 юаней.

Почти 200 000 юаней просто улетели в трубу налоговой! Ли Янь тяжело вздохнул. Было жалко, но не смертельно.

«Да уж, всё-таки черносердечным капиталистам живётся куда прибыльнее!» — усмехнулся он про себя и набрал номер отца.

— Алло, пап? Слушай, помоги мне зарегистрировать компанию.

— Зачем тебе компания? У нас с матерью и так магазин отлично работает.

— Это для оптимизации налогов...

Ли Янь вкратце объяснил, что продал ещё одну песню. Старый Ли не очень понимал, откуда у его сына взялось столько талантов, но это не мешало ему искренне сопереживать финансовым потерям отпрыска. Услышав про налог в 200 000 юаней — сумму, которую он за большую часть жизни не держал в руках — отец едва не поперхнулся от негодования.

— Оформляем! Обязательно оформим! С какой стати эти богатеи платят меньше, а мы должны отдавать всё? Сделаем всё по высшему разряду!

Ли Янь не стал прерывать патриотический порыв своего «бунтующего представителя среднего класса». Когда отец немного поостыл, он напомнил:

— Завтра не забудь сходить. Сегодня воскресенье, выходной.

— Знаю я, знаю.

— Если что-то будет непонятно, спроси у Ся-Ся, вашей официантки.

После той встречи с адвокатом Вэй Ли Янь заподозрил, что Ся-Ся как-то связана с ней. И хотя девушка уже начала учёбу, она не бросила подработку. Ли Янь подумывал, что госпоже Фан стоит укрепить с ней контакт — возможно, в будущем она пригодится их семейному делу.

Разобравшись с делами, Ли Янь взял учебники и вышел в гостиную. Нужно было навёрстывать упущенное и освежать знания в памяти. Впрочем, долго заниматься не пришлось — пришло время обеда.

— Старшая сестра, что ты любишь? Мы сегодня готовим дома.

— Давай я помогу, — предложила Хуа Цзюньшу, откладывая ручку.

Ли Янь переглянулся с Ван Чжэньюем и Гань Тяньтянь. Те хранили гробовое молчание — готовить они не умели от слова «совсем».

— Да не стоит, я сам справлюсь.

— Нет, так не пойдёт. Если не помогу, кусок в горло не полезет.

С этими словами Цзюньшу встала, ловким движением собрала волосы и затянула их в высокий конский хвост. Она решительно вошла в кухню, огляделась и, взяв стоящий на виду рис и чашу рисоварки, принялась за дело.

— Рис поставишь? Ну, тоже неплохо, — кивнул Ли Янь. Он и не подозревал, что холодная красавица умеет управляться с хозяйством.

Когда он достал продукты, Цзюньшу уже стояла рядом. Её взгляд скользнул по разделочной доске.

— Цыплёнок гунбао, свинина с перцем и жареная свинина с крахмальной лапшой?

— Ого, как ты угадала?

— Видела, что вы чаще всего заказываете в столовой, — спокойно ответила она. — Вчера на обед было почти то же самое.

Она сделала паузу, глядя на пакет с пухлыми шляпками грибов шиитаке, и вскинула на него глаза.

— Я действительно люблю грибы. Ты очень наблюдателен.

— Хе-хе, — только и смог выдавить Ли Янь.

А затем он воочию убедился в кулинарном мастерстве старшей сестры. В отличие от Ли Яня, чьи навыки были отточены системными тренировками, стиль Цзюньшу был авторским: уверенным, быстрым и гармоничным. Нарезка, подготовка специй, сам процесс жарки — всё напоминало решение сложной математической задачи, где каждый шаг выверен заранее.

Её движения были настолько чёткими, что Ли Янь даже не знал, куда приткнуться. Ему оставалось только стоять рядом с полотенцем и периодически промакивать капельки пота на её лбу. Но и это было неплохо — он мог вблизи любоваться её точёным профилем: высокой переносицей, глубоким взглядом и четкой линией подбородка.

«Хм, а чего это она так покраснела?» — мелькнула мысль. — «Неужели у плиты настолько жарко?»

Он снова потянулся с полотенцем к её лицу. Как раз в тот момент, когда очередное блюдо было готово, Ли Янь подставил тарелку.

— Ты... — Цзюньшу наконец не выдержала и посмотрела на него в упор. — Иди отдохни.

— Ну уж нет, — он снова взмахнул полотенцем. — Мы договаривались, что готовлю я. А в итоге всё делаешь ты.

Цзюньшу на мгновение замерла. Она и сама не заметила, как увлеклась процессом. Посмотрев на последнюю порцию овощей, она протянула ему лопатку.

Тут уже замолчал Ли Янь. Эх, надо было придумать другой повод, чтобы постоять рядом.