— Зять, ну-ка повтори, что ты сейчас сказал? — Ся Сяоцин не поверила своим ушам.
— Не в начальной школе, а у вас, в Цзянчэнском национальном университете, — послушно повторил Е Цюбай.
— Нет, зять, ты сейчас не шутишь? Цзянчэнский национальный — это один из лучших вузов страны! Тамошние преподаватели и профессора должны быть как минимум докторами наук. Да там даже у уборщиц есть диплом бакалавра! Зять, твой друг ведь просто пошутил над тобой, да? — Ся Сяоцин отказывалась в это верить.
— Точно не пошутил. Поначалу я и сам думал, что вряд ли потяну должность преподавателя в Цзянчэнском национальном, но за пару последних дней кое-что вспомнил. Кажется, уровень образования у меня весьма высокий, — со спокойной улыбкой ответил Е Цюбай.
— Да ладно, зять, какое у тебя может быть образование? Я просто поражаюсь: ты умудрился забыть даже то, где учился! Но посуди сам: сейчас тебе двадцать пять, на моей сестре ты женился в двадцать два. Максимум, что ты успел — получить диплом бакалавра, — рассудительно проанализировала Ся Сяоцин.
— Я и сам точно не знаю, вот завтра пойду в университет и посмотрю. Но, похоже, знаний и навыков у меня накопилось прилично.
Е Цюбай всё ещё сомневался, однако наставник не стал бы без причины отправлять его в этот университет. Раз он оставил такое распоряжение, значит, считал, что Е Цюбай для этого подходит.
— Если ты и правда станешь преподавателем в Цзянчэнском национальном, то мы сможем видеться каждый день, и я буду каждый день приходить к тебе поесть!
Хоть слова Е Цюбая и звучали абсурдно, в глубине души Ся Сяоцин очень хотелось, чтобы это оказалось правдой. Для неё это была прекрасная перспектива.
— Ой, зять, всё, больше не могу говорить, сестра зовёт! — вдруг торопливо бросила Ся Сяоцин.
— Хорошо, тогда позже спишемся.
Обменявшись ещё парой слов на прощание, они повесили трубку.
— Ся Сяоцин, ты где? Куда запропастилась на ночь глядя? — недоумевала Ся Цинсюэ, стуча в дверь сестры и не получая ответа.
— А, сестра, я тут, я тут! — поспешно отозвалась Ся Сяоцин и сразу же открыла дверь.
— Сидишь внутри, я столько времени стучу, а ты молчишь. Что ты там вытворяешь? — недовольно спросила Ся Цинсюэ.
— Э-э, да ничего! Сестрёнка, ты что-то хотела? — неловко улыбнулась Ся Сяоцин.
— Я нашла в холодильнике в гостиной готовую еду. Должно быть, Е Цюбай приготовил перед уходом. Я её разогрела. Будешь есть? — спросила Ся Цинсюэ.
— Эм... я уже поела! — смущённо ответила Ся Сяоцин.
— Поела? — Ся Цинсюэ на секунду не поняла, что она имеет в виду.
— Ну, я только что звонила зятю, и он мне всё рассказал. Я уже поела. Было холодное, но всё равно вкусно, — с извиняющимся видом объяснила Ся Сяоцин.
— Ясно. Будешь ещё? Я немного поем и поеду по делам семьи, — равнодушно предложила Ся Цинсюэ.
— Можно и ещё. Холодная еда всё-таки немного не та на вкус, — согласилась Ся Сяоцин.
Она подошла к столу в гостиной, села и принялась за еду.
— Всё-таки зять отлично готовит. Без него даже не знаю, как дальше жить. Но хорошо, что мы с ним договорились: когда он переедет на новое место, я буду ходить к нему ужинать, — уплетая еду, тараторила Ся Сяоцин.
— Ты можешь перестать его так называть? Он тебе больше не зять.
Постоянное «зять то, зять сё» жутко раздражало Ся Цинсюэ. Ей не хотелось слышать ничего, что касалось Е Цюбая, но сестра всё время поминала его добрым словом.
— Ой, ну я же привыкла, разве можно переучиться в один момент? — сухо ответила Ся Сяоцин.
— Е Цюбай говорил, что собирается делать дальше? — всё же спросила Ся Цинсюэ.
— Зять сказал, что пойдёт работать преподавателем в Цзянчэнский национальный университет. Туда, где я учусь. Кстати, ты же в магистратуре тоже там числишься? — без умолку болтала Ся Сяоцин.
Но, услышав это, Ся Цинсюэ лишь презрительно скривилась.
— Преподавателем в Цзянчэнский национальный? И ты веришь в этот бред? Будь он на такое способен, стала бы я с ним разводиться? Раньше был просто ничтожеством, а теперь ещё и хвастуном заделался, — холодно усмехнулась Ся Цинсюэ.
— Эх, ты просто не знаешь зятя. Возможно, он и сам себя до конца не знает. Время покажет, хвастался он или нет, — со вздохом заметила Ся Сяоцин.
— Ой, чем это так вкусно пахнет? Цинсюэ, это ты приготовила?
В этот момент из комнаты вышла Ма Гуйфан.
— И правда, пахнет потрясающе. Цинсюэ, что ты там наготовила? У отца аж слюнки потекли. — Вслед за ней неспешно показался и Ся Дунго.
— При чём тут сестра? Да кто у нас в семье вообще способен так вкусно готовить? Это то, что зять оставил днём. — Ся Сяоцин с недоумением посмотрела на родителей.
— Нет, ну согласитесь, этот неудачник хоть ни на что и не годен, но готовит он и впрямь отменно, — хихикнула Ма Гуйфан и, ничуть не смущаясь, уселась за стол.
— Это уж точно. Успешному человеку не с руки возиться у плиты.
— И как вам двоим только совести хватает есть то, что он приготовил? Вы же такие гордые! Будь я на вашем месте, ни крошки бы не съела, — с нескрываемым презрением бросила Ся Сяоцин.
— Ах ты ж паршивка, что ты мелешь?! Кто так с родителями разговаривает? — тут же взвилась Ма Гуйфан, услышав её слова.
— Вот именно! Совсем от рук отбилась. В нашей семье из четверых дух бунтарства вселился только в тебя, — поддакнул Ся Дунго. Впрочем, его руки не останавливались ни на секунду. Вечером они почти не ужинали: хоть готовил и сам Ся Дунго, еда вышла настолько отвратительной, что даже он сам не смог проглотить больше пары кусков.
— Пф. Сестра, раз ты не захотела быть за ним замужем, тогда я за него выйду! Всё равно этот брак в своё время устроил дедушка. Сейчас он в коме, но когда очнётся и узнает, что вы развелись, он наверняка придёт в ярость, — с самым серьёзным видом заявила Ся Сяоцин.
Эти слова чуть не заставили присутствующих подавиться.
— Пх... Ты, негодная девчонка, что ты такое несёшь?! У тебя с головой всё в порядке? Твоя сестра только-только вырвалась на свободу, а ты так спешишь загубить свою жизнь? — Ма Гуйфан смотрела на неё с искренним негодованием.
— Совершенно верно. Если бы не этот неудачник, карьера твоей сестры за эти годы взлетела бы ещё выше, — строго добавил Ся Дунго.
— Хватит обсуждать его, я не желаю слышать ничего, что с ним связано. И ты тоже, перестань молоть чепуху целыми днями. Я наелась, мне пора по делам семьи. Я ушла, — Ся Цинсюэ резко поднялась и вышла из-за стола.
— Я тоже пойду к себе, — сказала Ся Сяоцин и отложила палочки.
— Ну и дети пошли... — Ма Гуйфан лишь покачала головой, после чего они с мужем продолжили набивать животы.
Вернувшись в комнату, Ся Сяоцин достала телефон, нашла банковские реквизиты Е Цюбая и перевела ему десять тысяч юаней.
Сначала она хотела перевести пять тысяч, но потом подумала, что Е Цюбай ушёл из семьи Ся, не взяв с собой даже сменной одежды. Ему нужно было покупать абсолютно всё, а при нынешних ценах пяти тысяч могло и не хватить.
Затем Ся Сяоцин написала ему сообщение: «Зять, я перевела тебе на счёт десять тысяч юаней. Пользуйся пока, как появятся деньги — отдашь».
На старый телефон Е Цюбая невозможно было установить даже WeChat, поэтому они всегда либо созванивались, либо обменивались обычными СМС.

Комментарии

Загрузка...