— Пш-ш!
— Пш-ш!
Спустя несколько минут двери автобуса внезапно распахнулись.
Спустя несколько минут двери автобуса внезапно распахнулись.
Дэн Юйтан, вырвавшись вперед, первым шагнул в салон и тут же почувствовал, как в лицо ударил густой запах крови.
Дэн Юйтан, вырвавшись вперед, первым шагнул в салон и тут же почувствовал, как в лицо ударил густой запах крови.
Ученики в этом автобусе по большей части были ребятами не из робкого десятка.
Ученики в этом автобусе по большей части были ребятами не из робкого десятка.
Ведь только если ты зашел достаточно далеко в Логово демонов, обратный путь занимал больше времени, и ты успевал лишь на этот, самый последний автобус.
Ведь только если ты зашел достаточно далеко в Логово демонов, обратный путь занимал больше времени, и ты успевал лишь на этот, самый последний автобус.
— Поздравляю!
— Поздравляю!
— Староста Цзян, ты просто мощь!
— Староста Цзян, ты просто мощь!
— Староста У, на этот раз ты наконец-то первая! Ха-ха!
— Староста У, на этот раз ты наконец-то первая! Ха-ха!
Слушая бесконечные поздравления, У Шаньшань хоть и валилась с ног от усталости, но улыбалась во весь рот.
Слушая бесконечные поздравления, У Шаньшань хоть и валилась с ног от усталости, но улыбалась во весь рот.
Отвечая на приветствия, она пробиралась вглубь салона, пока на предпоследнем ряду не заметила знакомое лицо.
Отвечая на приветствия, она пробиралась вглубь салона, пока на предпоследнем ряду не заметила знакомое лицо.
— Мои поздравления, — Ма Тяньчуань с улыбкой кивнул, проявляя завидное благородство.
— Мои поздравления, — Ма Тяньчуань с улыбкой кивнул, проявляя завидное благородство.
— Ты мне зубы-то не заговаривай! — У Шаньшань изо всех сил пыталась поджать губы, но улыбку было не скрыть. — Терпеть не могу таких отличников!
— Ты мне зубы-то не заговаривай! — У Шаньшань изо всех сил пыталась поджать губы, но улыбку было не скрыть. — Терпеть не могу таких отличников!
— Вечно после экзамена ты ноешь, что все завалил.
— Вечно после экзамена ты ноешь, что все завалил.
— А как приходят результаты – когда это ты не был первым?
— А как приходят результаты – когда это ты не был первым?
Ма Тяньчуань покачал головой и посмотрел на идущую следом Цзян Жуи:
Ма Тяньчуань покачал головой и посмотрел на идущую следом Цзян Жуи:
— В этот раз все иначе. Действительно не первый.
— В этот раз все иначе. Действительно не первый.
Цзян Жуи едва заметно кивнула, отвечая на приветствие.
Цзян Жуи едва заметно кивнула, отвечая на приветствие.
Они знали друг друга, но близко не общались.
Они знали друг друга, но близко не общались.
Ма Тяньчуань вполоборота следил за тем, как их четверка рассаживается на последнем ряду, и прозондировал почву:
Ма Тяньчуань вполоборота следил за тем, как их четверка рассаживается на последнем ряду, и прозондировал почву:
— Судя по всему, жесткий контроль старосты Цзян и убойная мощь старосты У дали поразительные результаты в истреблении псов?
— Судя по всему, жесткий контроль старосты Цзян и убойная мощь старосты У дали поразительные результаты в истреблении псов?
Услышав это, Цзян Жуи инстинктивно покосилась на Лу Жаня, сидевшего у окна.
Услышав это, Цзян Жуи инстинктивно покосилась на Лу Жаня, сидевшего у окна.
Ма Тяньчуань поправил безъоправные очки, считав язык тела девушки.
Ма Тяньчуань поправил безъоправные очки, считав язык тела девушки.
— Хе-хе, ну, вроде того, неплохо вышло~ – У Шаньшань сияла от счастья.
— Хе-хе, ну, вроде того, неплохо вышло~ – У Шаньшань сияла от счастья.
Вечная «вторая-третья», она наконец-то получила шанс возглавить список, и юная девушка просто не могла скрыть своего восторга.
Вечная «вторая-третья», она наконец-то получила шанс возглавить список, и юная девушка просто не могла скрыть своего восторга.
Ма Тяньчуань перевел взгляд на Лу Жаня:
Ма Тяньчуань перевел взгляд на Лу Жаня:
— На тебе, одноклассник Лу, кровищи порядком. Видать, устроил в деревне псов настоящую резню?
— На тебе, одноклассник Лу, кровищи порядком. Видать, устроил в деревне псов настоящую резню?
Лу Жаню не хотелось даже рот открывать, он лишь едва заметно кивнул.
Лу Жаню не хотелось даже рот открывать, он лишь едва заметно кивнул.
И это не было попыткой набить себе цену – он был истощен до предела!
И это не было попыткой набить себе цену – он был истощен до предела!
Только сейчас Лу Жань в полной мере осознал цену чрезмерного колдовства и издевательства над собственным телом.
Только сейчас Лу Жань в полной мере осознал цену чрезмерного колдовства и издевательства над собственным телом.
Впредь нельзя так безрассудно лезть на рожон.
Впредь нельзя так безрассудно лезть на рожон.
Ему всего семнадцать, счастливая жизнь еще и не начиналась, а он уже выжат как лимон.
Ему всего семнадцать, счастливая жизнь еще и не начиналась, а он уже выжат как лимон.
— Он смертельно устал, не обижайся, — мягко пояснила за него Цзян Жуи.
— Он смертельно устал, не обижайся, — мягко пояснила за него Цзян Жуи.
Четверка, зашедшая в автобус последней, разумеется, оказалась в центре внимания.
Четверка, зашедшая в автобус последней, разумеется, оказалась в центре внимания.
Многие ученики видели, как Цзян Жуи села рядом с Лу Жанем, как она объясняла его состояние и защищала его.
Многие ученики видели, как Цзян Жуи села рядом с Лу Жанем, как она объясняла его состояние и защищала его.
В ту же секунду по салону прокатился многоголосый гул подколок:
В ту же секунду по салону прокатился многоголосый гул подколок:
— О-о-о~~~
— О-о-о~~~
— Оказывается, наш Лу Жань просто притомился~
— Оказывается, наш Лу Жань просто притомился~
— Красавица Цзян так нежно говорит, заслушаешься, хочется еще и еще...
— Красавица Цзян так нежно говорит, заслушаешься, хочется еще и еще...
— Поехали! Да заводи уже, придурок, поехали-и-и-и! — Чей-то вопль прозвучал настолько внезапно и яростно, что даже видавших виды «крутых парней» в автобусе на миг оторопь взяла.
— Поехали! Да заводи уже, придурок, поехали-и-и-и! — Чей-то вопль прозвучал настолько внезапно и яростно, что даже видавших виды «крутых парней» в автобусе на миг оторопь взяла.
Лу Жань тоже вздрогнул, не понимая, какая муха укусила пухляша на переднем сиденье.
Лу Жань тоже вздрогнул, не понимая, какая муха укусила пухляша на переднем сиденье.
Дэн Юйтан посмотрел на одноклассника и спросил:
Дэн Юйтан посмотрел на одноклассника и спросил:
— Цянь Хао, ты чего?
— Цянь Хао, ты чего?
— Поехали! — Плечи Цянь Хао мелко дрожали, он сидел, низко опустив голову, и в его голосе сквозило чистое отчаяние. — Поехали, поехали, поехали, поехали...
— Поехали! — Плечи Цянь Хао мелко дрожали, он сидел, низко опустив голову, и в его голосе сквозило чистое отчаяние. — Поехали, поехали, поехали, поехали...
Мастер Цянь, кончай причитать!
Мастер Цянь, кончай причитать!
У Лу Жаня в голове и так все гудело.
У Лу Жаня в голове и так все гудело.
Он подался вперед, уткнулся лбом в спинку кресла Цянь Хао и изможденно простонал:
Он подался вперед, уткнулся лбом в спинку кресла Цянь Хао и изможденно простонал:
— Ямэ-э-тэ...
— Ямэ-э-тэ...
Цзян Жуи замерла:...??
Цзян Жуи замерла:...??
Цянь Хао: — ...
Цянь Хао: — ...
— Я водителя прошу трогаться, а не тебя «заводиться», слышь!
— Я водителя прошу трогаться, а не тебя «заводиться», слышь!
— Ты чего это, мать твою, такой отзывчивый?
— Ты чего это, мать твою, такой отзывчивый?
Глядя на Лу Жаня, который растекся по сиденью как медуза, Ма Тяньчуань предложил:
Глядя на Лу Жаня, который растекся по сиденью как медуза, Ма Тяньчуань предложил:
— Как восстановишь силы, может, устроим спарринг?
— Как восстановишь силы, может, устроим спарринг?
— Не факт, что ты одолеешь моего брата Лу, — тут же вставил Дэн Юйтан с видом человека, который страшно гордится своим другом.
— Не факт, что ты одолеешь моего брата Лу, — тут же вставил Дэн Юйтан с видом человека, который страшно гордится своим другом.
Ма Тяньчуань лишь усмехнулся, оставив вызов без ответа.
Ма Тяньчуань лишь усмехнулся, оставив вызов без ответа.
— Это правда, отличничек. — У Шаньшань просто обожала сюжеты о свержении лидеров с пьедестала.
— Это правда, отличничек. — У Шаньшань просто обожала сюжеты о свержении лидеров с пьедестала.
Она весело продолжила:
Она весело продолжила:
— Наш Жаник уже на второй ступени Ранга Тумана.
— Наш Жаник уже на второй ступени Ранга Тумана.
— О? — Не только Ма Тяньчуань изумленно вскинул брови, но и все ученики поблизости замерли в шоке.
— О? — Не только Ма Тяньчуань изумленно вскинул брови, но и все ученики поблизости замерли в шоке.
Прошло всего несколько дней с тех пор, как они стали верующими, а он уже на второй ступени?
Прошло всего несколько дней с тех пор, как они стали верующими, а он уже на второй ступени?
Так вот каков вес того, кто привлек злого демона – Бумажного человека румян?
Так вот каков вес того, кто привлек злого демона – Бумажного человека румян?
Неудивительно, что этот отряд смог перебить столько свирепых псов!
Неудивительно, что этот отряд смог перебить столько свирепых псов!
Все думали, что это старосты Цзян и У совершили подвиг, а оказалось, в их команде прятался настоящий монстр?!
Все думали, что это старосты Цзян и У совершили подвиг, а оказалось, в их команде прятался настоящий монстр?!
— Вж-ж-ж~
— Вж-ж-ж~
Машина наконец заурчала и под моросящим дождем медленно выехала за ворота военного лагеря.
Машина наконец заурчала и под моросящим дождем медленно выехала за ворота военного лагеря.
Их забирали из школы, так что автобус вез учеников обратно к родным пенатам.
Их забирали из школы, так что автобус вез учеников обратно к родным пенатам.
У ворот Первой школы толпились родители: они ждали и молились, чтобы их дети вернулись целыми и невредимыми.
У ворот Первой школы толпились родители: они ждали и молились, чтобы их дети вернулись целыми и невредимыми.
Для любой семьи первое вхождение ребенка в статус верующего и первый бой в Логове демонов были событием вселенского масштаба.
Для любой семьи первое вхождение ребенка в статус верующего и первый бой в Логове демонов были событием вселенского масштаба.
Как и ожидалось, всех троих товарищей Лу Жаня по команде приехали встречать родные.
Как и ожидалось, всех троих товарищей Лу Жаня по команде приехали встречать родные.
Только он один, сжимая в руке клинок, тащил свое изможденное тело в сторону дома в полном одиночестве.
Только он один, сжимая в руке клинок, тащил свое изможденное тело в сторону дома в полном одиночестве.
Деньги на такси у него были, но он сильно сомневался, что хоть один водитель рискнет посадить в салон парня, с головы до ног залитого кровью.
Деньги на такси у него были, но он сильно сомневался, что хоть один водитель рискнет посадить в салон парня, с головы до ног залитого кровью.
— Брат Лу! — Вдруг донесся оклик.
— Брат Лу! — Вдруг донесся оклик.
— М-м? — Лу Жань обернулся и увидел пробирающегося сквозь толпу Дэн Юйтана.
— М-м? — Лу Жань обернулся и увидел пробирающегося сквозь толпу Дэн Юйтана.
Они разбрелись, когда каждый пошел искать своих родителей.
Они разбрелись, когда каждый пошел искать своих родителей.
Лу Жань считал, что так даже лучше – не нужно прощаться и чувствовать неловкость, но этот парень почему-то решил его разыскать.
Лу Жань считал, что так даже лучше – не нужно прощаться и чувствовать неловкость, но этот парень почему-то решил его разыскать.
— Ты где живешь? Давай подбросим? — Махнул рукой Дэн Юйтан.
— Ты где живешь? Давай подбросим? — Махнул рукой Дэн Юйтан.
Лу Жань без малейших колебаний направился к нему, на ходу бормоча дежурные фразы в духе: «Да не стоит», «Слишком много хлопот» и прочее.
Лу Жань без малейших колебаний направился к нему, на ходу бормоча дежурные фразы в духе: «Да не стоит», «Слишком много хлопот» и прочее.
Отчего Дэн Юйтан даже слегка опешил!
Отчего Дэн Юйтан даже слегка опешил!
Вскоре они подошли к черному спортивному седану.
Вскоре они подошли к черному спортивному седану.
Черный цвет выглядел неброско, но вот марка машины была еще какой заметной.
Черный цвет выглядел неброско, но вот марка машины была еще какой заметной.
— Ну и ну...
— Ну и ну...
Лу Жань усмехнулся – У Шаньшань попала в самую точку!
Лу Жань усмехнулся – У Шаньшань попала в самую точку!
Мало того что Дэн Юйтан таскал в руках брелок от «Панамеры», так и приехали за ним на такой же?
Мало того что Дэн Юйтан таскал в руках брелок от «Панамеры», так и приехали за ним на такой же?
Раздался щелчок.
Раздался щелчок.
— Щелк.
— Щелк.
Дверь водителя распахнулась, и из машины вышла длинноногая красавица.
Дверь водителя распахнулась, и из машины вышла длинноногая красавица.
Лу Жань слегка удивился. Он-то думал, за молодым господином Дэном прислали водителя, но манеры этой девушки...
Лу Жань слегка удивился. Он-то думал, за молодым господином Дэном прислали водителя, но манеры этой девушки...
Она была высокой, яркой и притягательной.
Она была высокой, яркой и притягательной.
Прозрачный блеск на губах и рубиновые серьги в ушах добавляли ее образу чувственности и изысканности.
Прозрачный блеск на губах и рубиновые серьги в ушах добавляли ее образу чувственности и изысканности.
— Ты Лу Жань?
— Ты Лу Жань?
— Здравствуйте, сестрица, — вежливо поздоровался Лу Жань.
— Здравствуйте, сестрица, — вежливо поздоровался Лу Жань.
Лицо его было перепачкано кровью, а под дождем грязь и вовсе расплылась некрасивыми пятнами.
Лицо его было перепачкано кровью, а под дождем грязь и вовсе расплылась некрасивыми пятнами.
Молодая женщина, ничуть не смутившись, с улыбкой окинула взглядом его окровавленную школьную форму:
Молодая женщина, ничуть не смутившись, с улыбкой окинула взглядом его окровавленную школьную форму:
— Садись в машину.
— Садись в машину.
Бросив это, она снова нырнула на водительское место.
Бросив это, она снова нырнула на водительское место.
— Давай меч, я в багажник закину, — Дэн Юйтан забрал у Лу Жаня Клинок Сияющей Зари и обошел машину.
— Давай меч, я в багажник закину, — Дэн Юйтан забрал у Лу Жаня Клинок Сияющей Зари и обошел машину.
Лу Жань стоял как вкопанный, продолжая бормотать:
Лу Жань стоял как вкопанный, продолжая бормотать:
— Ой, да неловко как-то... да я сам мог бы...
— Ой, да неловко как-то... да я сам мог бы...
— Я все-таки сам... э-э... — Лу Жань осекся.
— Я все-таки сам... э-э... — Лу Жань осекся.
Дэн Юйтан уже закрыл багажник и вернулся к дверце, с немым укором глядя на приятеля.
Дэн Юйтан уже закрыл багажник и вернулся к дверце, с немым укором глядя на приятеля.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...