Услышав столь прямолинейную похвалу из уст Цзюйцзы, Кэ-Кэ невольно перевела взгляд на Цзян Юйхэна, сидевшего на месте главного пилота.
— Цзюй... Цзюйцзы, такими шутками не бросаются, — Кэ-Кэ выдавила натянутую улыбку. — С чего бы ему быть таким человеком?
Цзюйцзы не ответила. Она лишь поправила очки и с едва заметной улыбкой на губах продолжила наблюдать за действиями Цзян Юйхэна. «Если получится переманить его на свою сторону, – размышляла она, – это станет огромным подспорьем для наследного принца и моего великого дела мести».
В последующее время Цзюйцзы то и дело заводила с Цзян Юйхэном разговоры. С одной стороны, она хотела узнать его получше, с другой – стремилась прощупать его истинную силу. В конце концов, ученики Академии Шрек обладали потенциалом универсальных гениев – как в качестве духовных мастеров, так и в мастерстве создания духовных инструментов.
Императорская академия духовных инженеров Солнца и Луны тоже пыталась развиваться в этом направлении, но, увы, в исследованиях боевых духов они всегда на шаг отставали от Шрека. Именно поэтому академии Шрек раз за разом отправляли приглашения на программы обмена.
Время летело незаметно. Испытания вездеходного разведывательного духовного инструмента официально завершились, и результаты можно было описать лишь одним словом – безупречно.
Будучи уроженками Империи Солнца и Луны, Цзюйцзы и Кэ-Кэ никак не могли взять в толк одну вещь. Каждый день они колесили на вездеходе по горам Цзинъян, и серебряные волки – будь то из чувства враждебности или простого раздражения – должны были постоянно им досаждать. Однако в этот раз они не встретили даже тени зверя. Не могли же они все внезапно вымереть?
Придя к этой мысли, обе девушки невольно посмотрели на Цзян Юйхэна, который сосредоточенно записывал результаты испытаний. Кроме него в их группе, казалось, никто не был способен на подобное чудо.
— Посмотрите, — Цзян Юйхэн слегка размялся и передал бумаги Цзюйцзы. — Если вы, как инспектор, не найдете изъянов, я передам этот отчет учителю Сюаню.
Она всё же была наблюдателем и представляла Императорскую академию духовных инженеров. Согласно протоколу, он, как приглашенный испытатель, обязан был сначала получить её одобрение и лишь затем отчитываться перед наставником.
Цзюйцзы приняла бумаги и внимательно изучила записи с первого до последнего дня. — Кратко, ясно и по существу. Среди всех испытателей, что я видела, ты входишь в тройку лучших.
В ответ на похвалу Цзян Юйхэн лишь символически кивнул. Против обыкновения, он не поспешил сразу в палатку, а обернулся в сторону Академии Шрек. Было бы ложью сказать, что за этот месяц он ни капли не соскучился.
«Если бы только она не питала такого отвращения к духовным инструментам, я бы в любом случае притащил её с собой», – подумал юноша.
— Захотелось вернуться в Шрек? — Цзюйцзы подошла незаметно; на её лице играла мягкая улыбка, а голос звучал ласково.
Заметив её приближение, Цзян Юйхэн мгновенно растерял всю мягкость во взгляде. Его лицо заледенело. Сухо бросив:
— Хм, — он развернулся и ушел в палатку собирать вещи.
— Вот видишь, видишь? Снова тебя осадили! — Кэ-Кэ всплеснула руками. — Я же говорила: не связывайся с этим типом. Он просто непрошибаемый мерзавец. Ни доброго слова не понимает, ни худого!
За время совместной работы отношение Кэ-Кэ к Цзян Юйхэну несколько изменилось, но проявлялось это лишь тогда, когда у неё было хорошее настроение.
Цзюйцзы, напротив, ничуть не обиделась. Она даже встала на его защиту:
— В нашей академии полно духовных инженеров, которые ведут себя куда заносчивее. Не забывай: если человек гений, у него обязательно будет свой особенный характер. Только так можно подчеркнуть свою исключительность.
Лицо Кэ-Кэ вытянулось от недоумения. — Погоди, Цзюйцзы, с чего ты вдруг так за него вступаешься? Только не говори, что он тебе приглянулся!
Цзюйцзы не стала отнекиваться. — Скорее не «приглянулся», а вызвал восхищение. Его талант поистине редок. Было бы замечательно, если бы он смог послужить нашей Империи Солнца и Луны.
...
Вернувшись в академию и изучив отчет, переданный Цзюйцзы, Сюань Цзывэнь расплылся в редкой для него улыбке. Он взволнованно похлопал Цзян Юйхэна по плечу.
— Хорошо! Я знал, что не ошибся в тебе! Те предложения, что ты внес, не только существенно экономят расход духовной силы мастера, но и позволяют снизить вес вездехода. Скорость стала выше – это почти идеал. Можешь быть спокоен: я немедленно внесу правки согласно твоим замечаниям. Когда повторные испытания закончатся, я лично доложу в Зал Миндэ, чтобы тебе обеспечили лучшее обучение. О награде тоже не беспокойся, твоя доля заслуг будет учтена!
Цзян Юйхэн покачал головой. — На самом деле это лишь основы. Всё, что я действительно хотел сказать, изложено на последней странице. Я дополнил её только что.
Сюань Цзывэнь замер. Он поспешно перелистнул отчет, и его лицо внезапно помрачнело. — Цзян Юйхэн, ты хоть понимаешь, к каким последствиям могут привести подобные слова?
— Знаю, — ответил юноша. — Но как испытатель я имею право высказывать учителю своё личное мнение.
Сюань Цзывэнь тяжело вздохнул и жестом пригласил Цзян Юйхэна пройти в самую дальнюю комнату. — Здесь установлен духовный инструмент подавления сигналов, так что мы в безопасности. Теперь я могу говорить с тобой открыто. Твои идеи мне по душе лишь потому, что ты рассматриваешь это устройство не как орудие войны, а как полезный инструмент, способный служить на благо народа. Это полностью совпадает с мыслями прежнего императора. Ведь духовные инструменты изначально создавались для облегчения жизни людей, а не для войн. И именно верность этому принципу привела к тому, что случилось позже...
Сюань Цзывэнь с сожалением прервался. — Я говорю это не ради поддержки твоих идей, а чтобы предостеречь: держи язык за зубами. Не навлекай на себя беду.
— Учитель Сюань, я всё понимаю, — Цзян Юйхэн слегка поклонился. Он знал, что наставник искренне пытается его защитить.
Обменявшись еще парой фраз, Цзян Юйхэн покинул кабинет Сюань Цзывэня и направился в свою спальню, мечтая лишь о том, чтобы как следует выспаться. Последние полмесяца выдались изматывающими: приходилось постоянно быть начеку из-за людей, опасаться духовных зверей и вдобавок ко всему тайком выбираться по ночам в горы за редкими металлами. Он едва не забыл, что такое нормальный распорядок дня.
Но результат того стоил. По крайней мере, он убедился, что Сюань Цзывэнь не разделяет взглядов нынешней императорской семьи, а значит, его можно попытаться привлечь на свою сторону.
Однако стоило ему выйти из учебного корпуса, как дорогу ему преградил бледный, явно долго ожидавший его Ван Шаоцзе в сопровождении шестерых зрелых мужчин в военной форме.
— Наконец-то я тебя дождался! Это он, хватайте его!
Старший из мужчин шагнул к Цзян Юйхэну и предъявил жетон. — Императорский следственный отряд. Цзян Юйхэн, вы подозреваетесь в нападении на члена императорской семьи. Пройдёмте с нами для разбирательства!
Не давая юноше вставить ни слова, он уже достал золотые наручники. В то же время колебания духовной силы конвоиров резко усилились – это было недвусмысленное предупреждение: любая попытка сопротивления приведет к немедленной атаке шестерых мастеров.

Комментарии

Загрузка...