— Эй? Ты кто такой?
Вернувшись с пробежки, Го Дань обнаружил у входа в свой дворик незнакомого слугу в зелёных одеждах.
Юноша поклонился:
— Отвечаю молодому господину: меня зовут Сяо Ань. Старшая госпожа решила, что в последнее время вы слишком много трудитесь на благо агентства, и боится, как бы вы не подорвали здоровье. Поэтому она прислала меня сюда, чтобы я бегал для вас по мелким поручениям.
Ух ты! Как быстро она действует! Настоящая хватка генерального директора! Но, увы, мы, биржевые аналитики, всегда завершаем свои сделки до того, как руководство успеет сделать ход. Го Дань довольно улыбнулся и кивнул. Но, едва ступив во двор, он внезапно передумал: «А почему бы не ворваться в её покои прямо сейчас?! Идеальный момент!»
Ни сказав ни слова, он резко развернулся и зашагал к дворику Коу Ваньши.
Сяо Ань опешил, но поспешно бросился следом.
— Доброе утро, молодой господин, — поклонилась Си-ну, дежурившая у дверей Ваньши.
— Уйди с дороги!
— У господина какое-то дело к старшей госпоже?
— Чушь собачья, — фыркнул Го Дань. — Не к тебе же я пришёл! И вообще, у меня уже есть Си-эр, так что даже не надейся.
Си-ну уставилась на него с открытым ртом. Неужели это их тихий господин?!
— Дай пройти!
— Прошу прощения, молодой господин, но я не могу. Это личные покои старшей госпожи, посторонним вход воспрещён.
— Я её муж! Мне сам бог велел туда входить! А ну брысь, своей тощей фигурой ты меня всё равно не остановишь! — свирепо прикрикнул Го Дань.
В этот момент подоспевший Сяо Ань молча встал прямо перед ним, загораживая путь.
Ай-яй-яй! Их уже двое! А вот с двумя я могу и не справиться... Го Дань с болью в голосе ткнул пальцем в Сяо Аня:
— Сяо Ань! Ты же сам только что сказал, что прислан бегать по моим поручениям!
Сяо Ань смущённо опустил голову, не проронив ни слова.
— Ты... — театрально схватился за сердце Го Дань. — Как же ты меня разочаровал!
— В чём дело? — раздался голос изнутри, и на пороге появилась Коу Ваньша.
— Н-наконец-то ты вышла! — Го Дань ткнул в неё пальцем, а затем разразился гневом: — Как ты могла пасть так низко?! Приставила ко мне соглядатая!
Коу Ваньша подошла ближе и спокойным, ровным тоном ответила:
— Муж мой, ты, верно, всё не так понял. Я лишь боялась, что ты переутомишься, поэтому и прислала Сяо Аня тебе в помощь. Ни о какой слежке и речи не шло.
Го Дань всплеснул руками:
— Супруга, да ты врёшь и не краснеешь!
Коу Ваньша парировала:
— А ты, муж мой, словно слепой, бросаешься пустыми обвинениями.
— Ты... — скрипнул зубами Го Дань. — Думаешь, такими дешёвыми трюками заставишь меня отказаться от моей мечты? Мечтай! Я тебе вот что скажу: я... я никогда не сдамся!
С этими словами он резко развернулся, чтобы уйти.
— Подожди, — окликнула его Коу Ваньша.
Го Дань обернулся:
— Если ты извинишься прямо сейчас, я, так и быть, прощу тебя.
Коу Ваньша ответила:
— Я могу извиниться. Но главное — мы должны всё выяснить до возвращения моего отца, чтобы не расстраивать его.
Го Дань вспылил:
— Я уже всё предельно ясно объяснил! Ты просто отказываешься верить!
Коу Ваньша покачала головой:
— В твои россказни, муж мой, не поверит ни один человек в здравом уме.
Го Дань разочарованно вздохнул:
— И почему ты в себя не веришь? Ты умна, красива, обладаешь великолепными манерами и прекрасной фигурой. А в придачу — огромное состояние и умение зарабатывать деньги! Таких женщин, как ты, в мире единицы! В древности цари ради улыбки красавицы зажигали сигнальные огни, рискуя государством! А я, Го Дань, ради тебя терплю насмешки окружающих. Да, это не так масштабно, но таких примеров в истории полно! Почему ты не можешь в это поверить?
Только закончив свою пламенную речь, Го Дань вспомнил: «Чёрт, это же был Чжоу Ю-ван... Как неловко».
Коу Ваньша тихо вздохнула:
— Я вижу, ты не собираешься говорить искренне. Раз так — не обессудь, если я не проявлю снисхождения.
— Ты со мной только из снисхождения и разговариваешь! Эту лицемерную маску давно пора было сбросить! Как говорится: не разрушишь — не построишь. До встречи!
Го Дань развернулся и зашагал к своему двору. В глазах его мелькнула искра досады. «План "Ворваться в девичью спальню" провалился», — мысленно констатировал он.
Сяо Ань вопросительно взглянул на Коу Ваньшу, та едва заметно кивнула, и слуга поспешил за Го Данем.
Вернувшись, Го Дань принял ванну, переоделся в лёгкие одежды и с комфортом устроился в шезлонге под деревом. Он попивал вино, заедал его сладостями, а рядом хлопотала Си-эр.
— Молодой господин, а почему Сяо Ань здесь? — шёпотом спросила девушка.
— Всё из-за тебя, — тяжело вздохнул Го Дань.
— Из-за меня?!
— Ага, — кивнул он. — Сяо Ань давно тайно в тебя влюблён, но всё никак не решался признаться. Пришёл ко мне, умолял помочь. Ну, я и устроил его охранником у моего двора, чтобы ему было проще к тебе подкатить.
Щёки Си-эр вспыхнули румянцем:
— Неправда всё это! А я... я слышала, что вы сегодня жутко разругались со старшей госпожой!
— Мелочи жизни, мелочи жизни, — отмахнулся Го Дань. — Привыкнете со временем.
Си-эр не унималась:
— Но молодой господин, старшая госпожа ведь такой хороший человек! Она нас почти никогда не ругает. Зачем вы с ней ссоритесь?
Го Дань щёлкнул веером:
— Умеешь читать?
— Нет, — покачала головой Си-эр.
— Надо же, ты даже хуже молодого господина бо, тот хотя бы эти четыре иероглифа знает. Эх, придётся тебя учить. Эти слова читаются как «Яйца от скуки болят».
— «Яйца от скуки болят»? Это как? — удивилась Си-эр.
Го Дань засмеялся:
— Это значит, что мне скучно. Просто невыносимо скучно! А когда ругаешься с женой — это и отношения укрепляет, и от хандры спасает. Одни плюсы!
...
Хотя законы династии Мин защищали зятьёв-приживалок чуть больше, их статус всё равно оставался презренным. Коу Ваньша вполне могла бы вышвырнуть Го Даня на улицу.
Но для этого требовалось согласие Коу Шоусиня, а Коу Ваньша не хотела втягивать больного отца в эти дрязги. К тому же, она опасалась идти на открытый конфликт с Го Данем, надеясь разойтись миром. Пока она ломала голову над решением, оставалось лишь следить за ним.
Прошло два дня.
Всё это время Го Дань не выходил со двора, а Коу Ваньша размышляла над новым раундом переговоров.
Агентство!
— Госпожа! Хозяин вернулся! — запыхавшись, вбежала Си-ну.
— Отец?! — Коу Ваньша вскочила, секунду помедлила и тут же выбежала через чёрный ход.
А тем временем Го Дань лежал в шезлонге, мурлыкал под нос песенку и наслаждался своей растительной жизнью.
— Дорогой зять! Ты там?! — вдруг раздался снаружи дрожащий от эмоций голос.
«Спаситель прибыл!» — глаза Го Даня радостно вспыхнули. Он торопливо вскочил, и не успел даже ответить, как во двор, опираясь на старого слугу, вошёл Коу Шоусинь. Го Дань изобразил крайнее изумление:
— Тесть! Когда вы успели вернуться?!
— Зятёк мой дорогой... — Коу Шоусинь бросился к нему и крепко вцепился в его плечи. В его глазах стояли слёзы, а губы дрожали. С трудом сдерживая рыдания, он выдавил: — Дорогой зять... с тобой так обошлись несправедливо!
— Т-тесть... о чём вы? — изобразил недоумение Го Дань.
— Зятёк, не нужно больше скрывать! — сквозь слёзы произнёс Коу Шоусинь. — Чэнь Фанъюань мне всё рассказал!
Го Дань картинно содрогнулся и с паникой в голосе воскликнул:
— Что?! Что вам рассказал дядюшка Чэнь?!
— Всё! И то, как ты помог ему продать Павильон Чэнь Павильону Золота и Яшмы! — выпалил Коу Шоусинь.
— Ах, дядюшка Чэнь... — Го Дань сокрушённо ударил себя кулаком по бедру. — Зря я ему доверился!
Коу Шоусинь торопливо заговорил:
— Зятёк, не вини его! Он просто выпил лишнего, на радостях язык и развязался! И вообще, — старик с досадой хлопнул себя по лбу, — это я старый дурак! Я ведь дружил с твоим отцом столько лет! Как я мог поверить, что его сын — бездарь?! Виноват я, только я!
Го Дань поспешил ответить:
— Что вы, тесть, как вы можете себя винить! Эх... во всём виноват я сам! Это я утаил правду. Знаете, каждый раз, видя ваше разочарование, моё сердце кровью обливалось. Я не хотел вам лгать, но...
Коу Шоусинь, разрываясь между чувством вины и радостью, пробормотал:
— Чем моя дочь заслужила такое отношение с твоей стороны?
В глазах Го Даня заблестели слёзы:
— Не буду от вас скрывать, тесть. Я влюбился в Ваньшу с первого взгляда. Для меня главное, чтобы над её головой всегда светило солнце. Если она счастлива, счастлив и я!
Сказав это, он слегка приподнял голову, устремив взгляд в пронзительно-синее небо. «Жаль, сегодня не пасмурно, — мысленно посетовал он, — было бы куда драматичнее».
— Отец! Не слушай его лживые речи! — раздался голос от входа. Это была подоспевшая Коу Ваньша.
Коу Шоусинь обернулся к ней:
— Что ты несёшь, дочка?
— Отец, этот человек живёт в нашем доме больше трёх лет, и за всё это время не сказал ни слова правды! Разве такому можно верить?!
Коу Шоусинь вздрогнул:
— Ты... ты уже знала?
Коу Ваньша кивнула:
— Я тоже недавно узнала.
Го Дань посмотрел на неё с разбитым сердцем и горько произнёс:
— Супруга, я много думал последние дни. Я согласен на твоё требование. Мы расторгнем брак.
— Что?! — Коу Шоусинь побледнел. — Зятёк, что ты такое говоришь?! Кто хочет расторгнуть брак?!
Го Дань покосился на Коу Ваньшу.
Коу Шоусинь тоже уставился на дочь.
Коу Ваньша кивнула:
— Это моя инициатива, отец.
— Да зачем тебе это?! — Коу Шоусинь сначала опешил, а потом злобно прищурился: — Признавайся, это Чэнь Фанъюань тебе что-то наплёл?
Коу Ваньша растерялась:
— А при чём тут Чэнь Фанъюань?
Коу Шоусинь гневно фыркнул:
— Этот старый проныра давно положил глаз на моего зятя! Спит и видит, как бы выдать за него свою внучку! Спорю на что угодно, это он сеет между вами раздор! Если это так, я сейчас же пойду и разнесу его лавочку! Какая наглость!
— Чэнь Фанъюань тут ни при чём, я с ним даже не виделась! — Коу Ваньша окончательно запуталась. — Отец, я просто хотела, чтобы он честно ответил, зачем он женился на мне и зачем годами притворялся идиотом! С его талантами в этом не было никакой нужды! Но он продолжал врать мне в лицо. Поэтому я и потребовала развода.
Коу Шоусинь снова перевёл взгляд на Го Даня:
— Зятёк, так ты ей ничего не объяснил?
Го Дань покраснел, опустил глаза и скромно промолчал.
— Понимаю, тебе трудно говорить о таком! Ничего, я сам всё объясню! — Коу Шоусинь успокаивающе похлопал Го Даня по плечу, а затем строго посмотрел на дочь:
— Дочка! Зять делал всё это только ради тебя и нашей семьи! Он знал, как ты любишь управлять делами в агентстве. Если бы он показал свои истинные таланты, я бы, конечно, передал все дела ему. Но он боялся, что ты расстроишься, поэтому и притворялся дурачком! Сама подумай: зачем человеку с его способностями унижаться в нашей семье? Знаешь ли ты, что за одну консультацию графу Синъаню или Чэнь Фанъюаню ему платят целую тысячу лянов серебром?! Ради тебя он отказался от гор золота!
Тысяча лянов?!
Обычно хладнокровная Коу Ваньша невольно вздрогнула. Сумма оказалась куда масштабнее её предположений. Но вспомнив, как этот мерзавец торговался с ней за копейки на карманные расходы, она лишь убедилась в его лживости.
— Отец! Разве можно верить такому бреду?! Если бы он... если бы он действительно так меня любил, он бы не пропадал в борделях!
— А в этом только ты виновата! — рявкнул на неё Коу Шоусинь.
— Я?! — Коу Ваньша почувствовала жгучую обиду и недоумение. Твой зять шляется по борделям, а виновата дочь?! Я вообще родная?!
Коу Шоусинь обличительно указал на неё пальцем:
— А ну-ка вспомни, как ты обращалась с мужем со дня вашей свадьбы?! Ты хоть раз исполнила супружеский долг?! Все слуги это видят! Он молчит, но думаешь, ему не больно?! И ходит он туда редко! Да будь я на его месте, я бы вообще переехал жить в бордель!
Го Дань потрясённо уставился на тестя. Он и подумать не мог, что в этом старике скрывается такая мощь! «С этого дня вы мой кумир, тесть!» — мысленно возопил он.
Коу Ваньша стояла как громом поражённая, не находя слов для ответа. Ведь она действительно ни разу не исполнила свой супружеский долг.
— Эх... Это всё моя вина. Я тебя избаловал, вот ты и творишь, что вздумается! — отрезал Коу Шоусинь. — Я всё решил! С сегодняшнего дня ты переезжаешь жить в этот дворик, к своему мужу!
«Тесть, вы просто божественны! Я вас обожаю!» — Го Дань был готов броситься ему на шею.
В глазах Коу Ваньши мелькнул панический страх. Она поспешно воскликнула:
— Отец, я никогда на это не соглашусь!
Го Дань фальшиво вздохнул:
— Тесть, прошу, не принуждайте её. Видимо... нам просто не суждено быть вместе.
Коу Ваньша одарила его испепеляющим взглядом.
Но Коу Шоусинь упрямо стоял на своём:
— Зятёк, нельзя ей больше потакать! Ты посмотри на неё! Разве так должна вести себя добродетельная жена?!
— Отец! Неужели вы и правда так обо мне думаете?! — голос Коу Ваньши дрогнул. С самого детства отец ни разу не сказал ей грубого слова. Хоть он и был прав, слушать это было невыносимо.
Коу Шоусинь не отступал:
— А разве я не прав? Заповеди о трёх послушаниях и четырёх добродетелях — что из этого ты соблюдаешь?! Не хочу с тобой спорить. С сегодняшнего дня ты живёшь здесь, и точка.
Глаза Коу Ваньши наполнились слезами, но она упрямо вздёрнула подбородок:
— Я ни за что не соглашусь.
— Ты... ах! — Коу Шоусинь вдруг схватился за сердце, и его тело зашаталось.
— Тесть! Тесть! — Го Дань мгновенно подхватил его, в ужасе думая: «Мой кумир, только не вздумайте отбросить коньки в такой ответственный момент!»
Вдруг он почувствовал, как Коу Шоусинь крепко стиснул его руку. Го Дань на секунду замер, а затем до него дошло. «Ах, так тесть у нас тоже выпускник театрального! Чуть сам не поверил! Кумир, вы гениальны!»
— Отец!!! — лицо Коу Ваньши побелело от ужаса. Она бросилась к нему, поддерживая с другой стороны. — Отец! Очнитесь! Чего вы стоите как истуканы?! Скорее за лекарем!!!
• • •

Комментарии

Загрузка...