Мелкий дождь барабанил по железной решетке тюремной камеры, уныло накрапывая.
Мелкий дождь барабанил по железной решетке тюремной камеры, уныло накрапывая.
Ансу, словно в тумане, открыл глаза.
Ансу, словно в тумане, открыл глаза.
Он опустил голову и замер, увидев в отражении лужи лицо незнакомого юноши.
Он опустил голову и замер, увидев в отражении лужи лицо незнакомого юноши.
Это было не его лицо.
Это было не его лицо.
Черты юноши были на удивление изящны, на вид ему было не больше четырнадцати. В серо-голубых глазах застыл холодный блеск, а кожа была бледной, почти прозрачной.
Черты юноши были на удивление изящны, на вид ему было не больше четырнадцати. В серо-голубых глазах застыл холодный блеск, а кожа была бледной, почти прозрачной.
Он был одет в роскошное дворянское одеяние. Длинная мантия вместе со светлыми, с сединой, волосами волочилась по земле, скрывая босые ноги.
Он был одет в роскошное дворянское одеяние. Длинная мантия вместе со светлыми, с сединой, волосами волочилась по земле, скрывая босые ноги.
Болезненный на вид юный аристократ и эта мрачная, сырая темница — казалось, они были нарисованы в совершенно разных стилях.
Болезненный на вид юный аристократ и эта мрачная, сырая темница — казалось, они были нарисованы в совершенно разных стилях.
— Тс-с...
— Тс-с...
Голову Ансу пронзила острая боль.
Голову Ансу пронзила острая боль.
Бесчисленные воспоминания из прошлой жизни хлынули, подобно приливу.
Бесчисленные воспоминания из прошлой жизни хлынули, подобно приливу.
В той жизни он был всемирно известным стримером, специалистом по скоростным прохождениям игр, и как раз в тот момент пытался побить рекорд в западном фэнтези под названием «Нараку».
В той жизни он был всемирно известным стримером, специалистом по скоростным прохождениям игр, и как раз в тот момент пытался побить рекорд в западном фэнтези под названием «Нараку».
Это было его седьмое прохождение. Он собирался установить новый мировой рекорд, который, к слову, принадлежал ему же — после шестого прохождения.
Это было его седьмое прохождение. Он собирался установить новый мировой рекорд, который, к слову, принадлежал ему же — после шестого прохождения.
Он гриндил всю ночь напролет, как вдруг у него потемнело в глазах, и мир вокруг изменился.
Он гриндил всю ночь напролет, как вдруг у него потемнело в глазах, и мир вокруг изменился.
Он переродился в мире «Нараку».
Он переродился в мире «Нараку».
По мере слияния воспоминаний лицо Ансу становилось все мрачнее.
По мере слияния воспоминаний лицо Ансу становилось все мрачнее.
— Похоже... моя игра закончится, не успев начаться.
— Похоже... моя игра закончится, не успев начаться.
Кажется... он переродился в персонажа, которого приносят в жертву в самом начале сюжета.
Кажется... он переродился в персонажа, которого приносят в жертву в самом начале сюжета.
В самом что ни на есть буквальном смысле — приносят в жертву культисты.
В самом что ни на есть буквальном смысле — приносят в жертву культисты.
Тело, в котором он очутился, принадлежало Ансу Морнингстару, наследнику одного из богатейших родов — рода Утренней Звезды. Семья его купалась в золоте, но самому Ансу не была уготована судьба главного героя.
Тело, в котором он очутился, принадлежало Ансу Морнингстару, наследнику одного из богатейших родов — рода Утренней Звезды. Семья его купалась в золоте, но самому Ансу не была уготована судьба главного героя.
Во-первых, его дар к магии тьмы был из тех, что рождаются раз в столетие, а вот предрасположенность к свету была настолько ничтожной, что вызывала лишь горькую усмешку. С самого рождения его клеймили «Проклятым дитя», и если бы не прогрессивные взгляды его отца, его бы давно утопили в какой-нибудь бочке.
Во-первых, его дар к магии тьмы был из тех, что рождаются раз в столетие, а вот предрасположенность к свету была настолько ничтожной, что вызывала лишь горькую усмешку. С самого рождения его клеймили «Проклятым дитя», и если бы не прогрессивные взгляды его отца, его бы давно утопили в какой-нибудь бочке.
Во-вторых, рожденный в знатной семье, он обладал прескверным характером, с детства был нелюдимым и странным, а его главным талантом были побеги из дома.
Во-вторых, рожденный в знатной семье, он обладал прескверным характером, с детства был нелюдимым и странным, а его главным талантом были побеги из дома.
Эти две особенности и стали главной причиной, по которой Ансу похитили культисты.
Эти две особенности и стали главной причиной, по которой Ансу похитили культисты.
Проклятое дитя с высоким сродством к тьме — один из лучших даров для злого бога.
Проклятое дитя с высоким сродством к тьме — один из лучших даров для злого бога.
Богиня-Мать Жизни особенно любила такие деликатесы: дети с высоким талантом к тьме или, наоборот, к святому свету. Один — соленый, другой — пресный, идеальное сочетание: сытно, но не приторно.
Богиня-Мать Жизни особенно любила такие деликатесы: дети с высоким талантом к тьме или, наоборот, к святому свету. Один — соленый, другой — пресный, идеальное сочетание: сытно, но не приторно.
А ребенок, который вечно сбегает из дома, — самая легкая добыча для похитителей-культистов.
А ребенок, который вечно сбегает из дома, — самая легкая добыча для похитителей-культистов.
Судя по воспоминаниям Ансу из прошлой жизни, сейчас он находился в самом начале игры, на этапе вступительного ролика.
Судя по воспоминаниям Ансу из прошлой жизни, сейчас он находился в самом начале игры, на этапе вступительного ролика.
На этот раз культисты похитили двоих детей.
На этот раз культисты похитили двоих детей.
Первым был он, а второй — одна из главных героинь, будущая Святая Дева Церкви, гений своего поколения, ненавидящая зло — Лока Фаст.
Первым был он, а второй — одна из главных героинь, будущая Святая Дева Церкви, гений своего поколения, ненавидящая зло — Лока Фаст.
Как известно, начало игры всегда служит для того, чтобы подготовить почву для появления главного героя, и Ансу, к несчастью, был той самой ступенькой, по которой герой должен был взойти на сцену.
Как известно, начало игры всегда служит для того, чтобы подготовить почву для появления главного героя, и Ансу, к несчастью, был той самой ступенькой, по которой герой должен был взойти на сцену.
Согласно оригинальному сюжету, культисты приносили в жертву обоих по очереди. Ансу тут же отдавал концы, и его забирал злой бог.
Согласно оригинальному сюжету, культисты приносили в жертву обоих по очереди. Ансу тут же отдавал концы, и его забирал злой бог.
Смерть Ансу, в свою очередь, становилась катализатором для героини Локи, которая от горя пробуждала в себе потенциал Святой Девы и в ответ вырезала всех культистов.
Смерть Ансу, в свою очередь, становилась катализатором для героини Локи, которая от горя пробуждала в себе потенциал Святой Девы и в ответ вырезала всех культистов.
Если так подумать, то сначала нужно подлизаться к юной Святой Деве, ухватиться за ногу главного героя и, используя свои знания о прохождении игры, как-то активировать ее силы. Это поможет спасти свою шкуру.
Если так подумать, то сначала нужно подлизаться к юной Святой Деве, ухватиться за ногу главного героя и, используя свои знания о прохождении игры, как-то активировать ее силы. Это поможет спасти свою шкуру.
Держаться за главного героя.
Держаться за главного героя.
— Это стандартное и верное решение.
— Это стандартное и верное решение.
В такой ситуации любой нормальный человек знал бы, что делать.
В такой ситуации любой нормальный человек знал бы, что делать.
Никаких подводных камней.
Никаких подводных камней.
Размышляя, Ансу обнаружил, что его мысли на удивление ясны, а сам он неестественно спокоен.
Размышляя, Ансу обнаружил, что его мысли на удивление ясны, а сам он неестественно спокоен.
Он поднялся и подошел к соседней камере, чтобы взглянуть на девушку.
Он поднялся и подошел к соседней камере, чтобы взглянуть на девушку.
Она была всего на год старше его.
Она была всего на год старше его.
Лока сидела, опустив глаза. Ее серебристые ресницы, будто покрытые инеем, скрывали сияющие золотые глаза, в которых отражался холодный свет.
Лока сидела, опустив глаза. Ее серебристые ресницы, будто покрытые инеем, скрывали сияющие золотые глаза, в которых отражался холодный свет.
Одетая в застиранную добела рясу послушницы, она сидела в углу, обхватив колени бледными руками.
Одетая в застиранную добела рясу послушницы, она сидела в углу, обхватив колени бледными руками.
Тусклый свет факела плясал на ее щеках, плечи мелко дрожали, словно у напуганного котенка.
Тусклый свет факела плясал на ее щеках, плечи мелко дрожали, словно у напуганного котенка.
Заметив, что Ансу смотрит на нее, она подняла голову, но, помедлив мгновение, снова опустила ее и отвернулась.
Заметив, что Ансу смотрит на нее, она подняла голову, но, помедлив мгновение, снова опустила ее и отвернулась.
— Господь защитит нас, — внезапно проговорила Лока.
— Господь защитит нас, — внезапно проговорила Лока.
Непонятно, кого она пыталась утешить — Ансу или саму себя.
Непонятно, кого она пыталась утешить — Ансу или саму себя.
— Меня зовут Ансу. А тебя? — вежливо спросил он.
— Меня зовут Ансу. А тебя? — вежливо спросил он.
— Лока.
— Лока.
— Лока, слушай меня, — Ансу назвал ее по имени и серьезно произнес: — У меня есть план, как нас спасти, и ты — самая важная, ключевая его часть.
— Лока, слушай меня, — Ансу назвал ее по имени и серьезно произнес: — У меня есть план, как нас спасти, и ты — самая важная, ключевая его часть.
Самая важная... ключевая?
Самая важная... ключевая?
Лока подняла голову, их взгляды встретились.
Лока подняла голову, их взгляды встретились.
Почему-то она необъяснимо прониклась доверием к этому юному аристократу.
Почему-то она необъяснимо прониклась доверием к этому юному аристократу.
Возможно, все дело было в его солнечной улыбке.
Возможно, все дело было в его солнечной улыбке.
В конце концов, он был чертовски красив.
В конце концов, он был чертовски красив.
— Что я должна делать? — спросила Лока.
— Что я должна делать? — спросила Лока.
Ансу, глядя ей прямо в глаза, медленно произнес:
Ансу, глядя ей прямо в глаза, медленно произнес:
— Поклянись Богине Контрактов, что, когда мы выберемся, ты на меня не донесешь...
— Поклянись Богине Контрактов, что, когда мы выберемся, ты на меня не донесешь...
— ...? — Лока впала в ступор. Она склонила голову набок, и серебристые волосы упали на плечо. — Что?
— ...? — Лока впала в ступор. Она склонила голову набок, и серебристые волосы упали на плечо. — Что?
— И еще, — добавил юноша, — что никогда меня не ударишь.
— И еще, — добавил юноша, — что никогда меня не ударишь.
Много лет спустя, уже став Святой Девой Церкви, Лока, глядя на своего Папу, часто будет вспоминать тот мрачный и сырой осенний день. Вспоминать невинную улыбку юноши, заставившего ее поклясться Богине Контрактов, — и ощущать искреннее раскаяние.
Много лет спустя, уже став Святой Девой Церкви, Лока, глядя на своего Папу, часто будет вспоминать тот мрачный и сырой осенний день. Вспоминать невинную улыбку юноши, заставившего ее поклясться Богине Контрактов, — и ощущать искреннее раскаяние.
Время медленно текло. Осенний дождь за окном наконец прекратился.
Время медленно текло. Осенний дождь за окном наконец прекратился.
Ансу так и не раскрыл Локе свой план. Он просто прислонился к стене и молча ждал.
Ансу так и не раскрыл Локе свой план. Он просто прислонился к стене и молча ждал.
Подготовка к ритуалу культистов была завершена.
Подготовка к ритуалу культистов была завершена.
Жрец в золотой маске в виде солнца открыл клетку, снял с рук Ансу кандалы и вытолкнул его наружу.
Жрец в золотой маске в виде солнца открыл клетку, снял с рук Ансу кандалы и вытолкнул его наружу.
Золотая маска.
Золотая маска.
Отличительный знак культистов Богини-Матери Жизни. Все как в игре.
Отличительный знак культистов Богини-Матери Жизни. Все как в игре.
«Нараку» была игрой с высокой степенью свободы, и Культ Богини-Матери был одним из восьми тайных культов, к которым мог присоединиться игрок. Они поклонялись изначальной богине — Матери Жизни.
«Нараку» была игрой с высокой степенью свободы, и Культ Богини-Матери был одним из восьми тайных культов, к которым мог присоединиться игрок. Они поклонялись изначальной богине — Матери Жизни.
Больше всего они любили приносить жертвы. Поднося в дар темных созданий или последователей праведных богов, они добивались расположения своей богини и в конечном итоге получали ее благословение.
Больше всего они любили приносить жертвы. Поднося в дар темных созданий или последователей праведных богов, они добивались расположения своей богини и в конечном итоге получали ее благословение.
Как самый опытный игрок, Ансу досконально знал все ритуалы жертвоприношения Культа Богини-Матери.
Как самый опытный игрок, Ансу досконально знал все ритуалы жертвоприношения Культа Богини-Матери.
Ведь в своем шестом прохождении он выбрал путь верховного жреца этого культа и провел бесчисленное множество ритуалов.
Ведь в своем шестом прохождении он выбрал путь верховного жреца этого культа и провел бесчисленное множество ритуалов.
За решеткой темницы его ждал алтарь.
За решеткой темницы его ждал алтарь.
На полу уже был начертан ртутью и кровью призывной символ.
На полу уже был начертан ртутью и кровью призывной символ.
Вокруг алтаря валялись искаженные конечности, беспорядочно разросшиеся куски плоти и груды истлевших костей.
Вокруг алтаря валялись искаженные конечности, беспорядочно разросшиеся куски плоти и груды истлевших костей.
Ансу узнавал каждый из этих материалов: «Искаженная плоть», «Ложе мертвеца», «Колыбель из костей»... Все это были редчайшие компоненты, которые нельзя было достать законным путем или купить за деньги.
Ансу узнавал каждый из этих материалов: «Искаженная плоть», «Ложе мертвеца», «Колыбель из костей»... Все это были редчайшие компоненты, которые нельзя было достать законным путем или купить за деньги.
«Похоже, культисты очень серьезно отнеслись к этому жертвоприношению...» — подумал Ансу.
«Похоже, культисты очень серьезно отнеслись к этому жертвоприношению...» — подумал Ансу.
Еще бы, ведь в жертву приносили Проклятое дитя и будущую Святую Деву.
Еще бы, ведь в жертву приносили Проклятое дитя и будущую Святую Деву.
У алтаря ниц лежали двадцать фигур в золотых масках — верующие, которые сегодня должны были получить благословение богини.
У алтаря ниц лежали двадцать фигур в золотых масках — верующие, которые сегодня должны были получить благословение богини.
Все как на подбор.
Все как на подбор.
По ритуалу, на алтарь должны были поочередно привести ребенка с темным даром или послушницу Церкви. Верховный жрец должен был прочесть воззвание, установить якорь и призвать имя богини.
По ритуалу, на алтарь должны были поочередно привести ребенка с темным даром или послушницу Церкви. Верховный жрец должен был прочесть воззвание, установить якорь и призвать имя богини.
Чем подробнее и четче было воззвание, тем выше была вероятность, что богиня его услышит.
Чем подробнее и четче было воззвание, тем выше была вероятность, что богиня его услышит.
Богиня забирала жертву и в ответ даровала благословение своим последователям.
Богиня забирала жертву и в ответ даровала благословение своим последователям.
Чем больше удовольствия получала богиня во время ритуала, тем щедрее была ее награда.
Чем больше удовольствия получала богиня во время ритуала, тем щедрее была ее награда.
Первым в жертву приносили Ансу.
Первым в жертву приносили Ансу.
Лока стояла у подножия алтаря. От вида разбросанных костей ее лицо побелело, губы дрожали, но она не сдавалась. Ледяным взглядом она смотрела на культистов, крепко стиснув зубы.
Лока стояла у подножия алтаря. От вида разбросанных костей ее лицо побелело, губы дрожали, но она не сдавалась. Ледяным взглядом она смотрела на культистов, крепко стиснув зубы.
Затем она перевела взгляд на Ансу, стоявшего на алтаре, с какой-то надеждой, хотя и понимала, что это лишь иллюзия.
Затем она перевела взгляд на Ансу, стоявшего на алтаре, с какой-то надеждой, хотя и понимала, что это лишь иллюзия.
Мальчик на алтаре босиком стоял в луже крови. Его серо-голубые глаза были пусты, он походил на испуганного олененка.
Мальчик на алтаре босиком стоял в луже крови. Его серо-голубые глаза были пусты, он походил на испуганного олененка.
Как может невинный ребенок победить злобных культистов?
Как может невинный ребенок победить злобных культистов?
Ей хотелось спасти Ансу даже больше, чем себя.
Ей хотелось спасти Ансу даже больше, чем себя.
В ее сердце что-то дрогнуло.
В ее сердце что-то дрогнуло.
Ансу тоже посмотрел на Локу. Он знал: этой Святой Деве оставался всего один шаг до пробуждения.
Ансу тоже посмотрел на Локу. Он знал: этой Святой Деве оставался всего один шаг до пробуждения.
Стандартное решение — держаться за главного героя.
Стандартное решение — держаться за главного героя.
...Но он-то был игроком, идущим по Пути Зла.
...Но он-то был игроком, идущим по Пути Зла.
Ансу верил лишь в одно: спасение утопающих — дело рук самих утопающих!
Ансу верил лишь в одно: спасение утопающих — дело рук самих утопающих!
Стоявший рядом жрец уже начал читать воззвание. Его голос был низким, хриплым и походил на мучительный стон:
Стоявший рядом жрец уже начал читать воззвание. Его голос был низким, хриплым и походил на мучительный стон:
— О Матерь Желаний... о Великая Родительница Жизни... твои последователи взывают к тебе, дабы принести в дар дитя тьмы, что на этом алтаре...
— О Матерь Желаний... о Великая Родительница Жизни... твои последователи взывают к тебе, дабы принести в дар дитя тьмы, что на этом алтаре...
Ну, разумеется...
Ну, разумеется...
Как опытный игрок, Ансу мог найти в этой молитве как минимум три грамматические ошибки.
Как опытный игрок, Ансу мог найти в этой молитве как минимум три грамматические ошибки.
В конце концов, это была самая первая сцена в игре. А к тому времени, как Ансу дошел до седьмого прохождения, игра обновилась до версии 3.0, и в описание Культа Богини-Матери внесли немало исправлений. Молитва, конечно, тоже была обновлена.
В конце концов, это была самая первая сцена в игре. А к тому времени, как Ансу дошел до седьмого прохождения, игра обновилась до версии 3.0, и в описание Культа Богини-Матери внесли немало исправлений. Молитва, конечно, тоже была обновлена.
Например, «Родительницу Жизни» следовало заменить на «Родительницу Всего Сущего»... и так далее.
Например, «Родительницу Жизни» следовало заменить на «Родительницу Всего Сущего»... и так далее.
Эта версия воззвания хоть и могла призвать злого бога, но была из разряда тех, что бог едва слышит.
Эта версия воззвания хоть и могла призвать злого бога, но была из разряда тех, что бог едва слышит.
Приходилось повторять ее снова и снова, тратя уйму времени.
Приходилось повторять ее снова и снова, тратя уйму времени.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...