У дверей палаты повышенного комфорта на третьем этаже больницы замерли более десяти надзирателей.
У дверей палаты повышенного комфорта на третьем этаже больницы замерли более десяти надзирателей.
У Пэн и Ли Пубинь подвели Тан Лин и её спутников к самому входу. У Пэн посмотрел на капитана:
У Пэн и Ли Пубинь подвели Тан Лин и её спутников к самому входу. У Пэн посмотрел на капитана:
一 Капитан Тан, мы внутрь не пойдём.
一 Капитан Тан, мы внутрь не пойдём.
一 Хорошо, 一 Тан Лин кивнула им и жестом велела своим людям следовать за ней.
一 Хорошо, 一 Тан Лин кивнула им и жестом велела своим людям следовать за ней.
В палате на койках лежали два тела, накрытые белыми простынями. Едва переступив порог, молодой человек из группы Тан Лин ускорил шаг и бросился к тому телу, что было поменьше.
В палате на койках лежали два тела, накрытые белыми простынями. Едва переступив порог, молодой человек из группы Тан Лин ускорил шаг и бросился к тому телу, что было поменьше.
Когда он уже собирался отбросить ткань, на его плечо легла рука. Тан Лин, вставшая за его спиной, произнесла мягко:
Когда он уже собирался отбросить ткань, на его плечо легла рука. Тан Лин, вставшая за его спиной, произнесла мягко:
一 Ван Ци, успокойся.
一 Ван Ци, успокойся.
一 Капитан, я в порядке, не волнуйтесь, 一 голос Ван Ци дрожал. Он медленно потянул за край простыни.
一 Капитан, я в порядке, не волнуйтесь, 一 голос Ван Ци дрожал. Он медленно потянул за край простыни.
Перед ним предстало тело Ван Сяое. Оно было буквально испещрено следами швов, а на лице застыло выражение безмятежного милосердия. Сочетание этой кроткой улыбки и грубых швов по всему телу вызывало шокирующее, пугающее чувство.
Перед ним предстало тело Ван Сяое. Оно было буквально испещрено следами швов, а на лице застыло выражение безмятежного милосердия. Сочетание этой кроткой улыбки и грубых швов по всему телу вызывало шокирующее, пугающее чувство.
Глядя на мёртвую сестру, Ван Ци ощутил, как глаза наливаются кровью, а тело пробивает дрожь:
Глядя на мёртвую сестру, Ван Ци ощутил, как глаза наливаются кровью, а тело пробивает дрожь:
一 Почему всё так закончилось? Ведь это же было самое простое задание!
一 Почему всё так закончилось? Ведь это же было самое простое задание!
Слёзы застилали ему взор, реальность начала расплываться, и всё вокруг будто исчезло.
Слёзы застилали ему взор, реальность начала расплываться, и всё вокруг будто исчезло.
Ему показалось, что ничего не произошло. Он снова стоял у дверей старого многоквартирного дома с улыбкой на лице.
Ему показалось, что ничего не произошло. Он снова стоял у дверей старого многоквартирного дома с улыбкой на лице.
Впереди бежала Ван Сяое в белом платье, она радостно кричала:
Впереди бежала Ван Сяое в белом платье, она радостно кричала:
一 Брат! Я пробудилась! Теперь я смогу сражаться плечом к плечу с тобой!
一 Брат! Я пробудилась! Теперь я смогу сражаться плечом к плечу с тобой!
一 Пф! Подумаешь, пробудила способность к выслеживанию. Тебе всё равно не обойтись без защиты брата! 一 Ван Ци ворчал для вида, но сияющее лицо выдавало его истинные чувства.
一 Пф! Подумаешь, пробудила способность к выслеживанию. Тебе всё равно не обойтись без защиты брата! 一 Ван Ци ворчал для вида, но сияющее лицо выдавало его истинные чувства.
一 Сяое, брат тебя защитит... Брат обязательно тебя защитит! 一 в реальности Ван Ци, обливаясь слезами, в бреду повторял эти слова снова и снова.
一 Сяое, брат тебя защитит... Брат обязательно тебя защитит! 一 в реальности Ван Ци, обливаясь слезами, в бреду повторял эти слова снова и снова.
Позади него Тан Лин наблюдала за этой сценой. Она перевела взгляд на два трупа, и в её глазах вспыхнула такая жажда убийства, которую было почти невозможно сдержать.
Позади него Тан Лин наблюдала за этой сценой. Она перевела взгляд на два трупа, и в её глазах вспыхнула такая жажда убийства, которую было почти невозможно сдержать.
Спустя мгновение Ван Ци резко развернулся и с искажённым от ярости лицом направился к выходу.
Спустя мгновение Ван Ци резко развернулся и с искажённым от ярости лицом направился к выходу.
一 Ван Ци! Ты куда собрался?! 一 прикрикнула Тан Лин.
一 Ван Ци! Ты куда собрался?! 一 прикрикнула Тан Лин.
Тот замер и обернулся. Его глаза были красными, как у зверя:
Тот замер и обернулся. Его глаза были красными, как у зверя:
一 Капитан, я пойду и убью его. Я отомщу за Сяое прямо сейчас!
一 Капитан, я пойду и убью его. Я отомщу за Сяое прямо сейчас!
Тан Лин подошла вплотную и посмотрела ему прямо в глаза:
Тан Лин подошла вплотную и посмотрела ему прямо в глаза:
一 Ты хоть знаешь, где он? И даже если найдёшь, думаешь, сможешь одолеть его в одиночку?
一 Ты хоть знаешь, где он? И даже если найдёшь, думаешь, сможешь одолеть его в одиночку?
Она указала на тело Юань Куэя и ледяным тоном добавила:
Она указала на тело Юань Куэя и ледяным тоном добавила:
一 Даже такой ветеран, как Юань Куэй, погиб от его рук.
一 Даже такой ветеран, как Юань Куэй, погиб от его рук.
一 Капитан! 一 Ван Ци хотел возразить, но Тан Лин крепко сжала его плечо.
一 Капитан! 一 Ван Ци хотел возразить, но Тан Лин крепко сжала его плечо.
一 Успокойся. Это не только твоя месть. Даже если он сбежит на край света, я, Тан Лин, найду его. Я лично принесу его голову, чтобы почтить память Юань Куэя и Сяое!
一 Успокойся. Это не только твоя месть. Даже если он сбежит на край света, я, Тан Лин, найду его. Я лично принесу его голову, чтобы почтить память Юань Куэя и Сяое!
Услышав её слова, Ван Ци перестал рваться к выходу.
Услышав её слова, Ван Ци перестал рваться к выходу.
Пока они говорили, третий член их группы – коротко стриженный юноша – стоял подле тела Юань Куэя. Сосредоточенно хмурясь, он коснулся рукой мертвеца.
Пока они говорили, третий член их группы – коротко стриженный юноша – стоял подле тела Юань Куэя. Сосредоточенно хмурясь, он коснулся рукой мертвеца.
В месте контакта вспыхнуло алое сияние. Он пытался считать последний фрагмент памяти Юань Куэя перед смертью.
В месте контакта вспыхнуло алое сияние. Он пытался считать последний фрагмент памяти Юань Куэя перед смертью.
Вж-жух! Внезапно красный свет усилился, залив всю палату кровавым отблеском.
Вж-жух! Внезапно красный свет усилился, залив всю палату кровавым отблеском.
В следующее мгновение свет погас. Сознание юноши перенеслось на улицу перед закусочной.
В следующее мгновение свет погас. Сознание юноши перенеслось на улицу перед закусочной.
«Старина Куэй, дай-ка я посмотрю, с чем же ты столкнулся перед смертью», – глаза юноши азартно блеснули. Камер наблюдения на месте не было, так что теперь всё зависело только от него.
«Старина Куэй, дай-ка я посмотрю, с чем же ты столкнулся перед смертью», – глаза юноши азартно блеснули. Камер наблюдения на месте не было, так что теперь всё зависело только от него.
Оба погибших сохранили на лицах безмятежные улыбки. Такое он видел впервые, и ему было до смерти любопытно узнать, что заставило их так преобразиться.
Оба погибших сохранили на лицах безмятежные улыбки. Такое он видел впервые, и ему было до смерти любопытно узнать, что заставило их так преобразиться.
Картинка пришла в движение. Он видел, как Юань Куэй врывается в лавку и одним ударом Кулака отбрасывает Цзян Яня.
Картинка пришла в движение. Он видел, как Юань Куэй врывается в лавку и одним ударом Кулака отбрасывает Цзян Яня.
Однако в этих кадрах не было звука – лишь абсолютная тишина. В этом и заключался главный изъян считывания памяти мертвецов: звуки сохранялись только у живых.
Однако в этих кадрах не было звука – лишь абсолютная тишина. В этом и заключался главный изъян считывания памяти мертвецов: звуки сохранялись только у живых.
Всё шло своим чередом, пока Юань Куэй снова не замахнулся для удара. В этот момент он внезапно застыл.
Всё шло своим чередом, пока Юань Куэй снова не замахнулся для удара. В этот момент он внезапно застыл.
Изображение начало дергаться из стороны в сторону – Юань Куэй лихорадочно озирался по сторонам.
Изображение начало дергаться из стороны в сторону – Юань Куэй лихорадочно озирался по сторонам.
Глаза юноши загорелись: «Началось? Ну же, покажи мне, что там такое!»
Глаза юноши загорелись: «Началось? Ну же, покажи мне, что там такое!»
Вскоре в кадре возникла высокая, иссиня-чёрная фигура, излучавшая нечто зловещее. Она стояла прямо рядом с Юань Куэем.
Вскоре в кадре возникла высокая, иссиня-чёрная фигура, излучавшая нечто зловещее. Она стояла прямо рядом с Юань Куэем.
«Как это возможно... Почему это Будда?!» 一 при виде этой фигуры лицо юноши исказилось, он был потрясен до глубины души.
«Как это возможно... Почему это Будда?!» 一 при виде этой фигуры лицо юноши исказилось, он был потрясен до глубины души.
Облик был в точности как в кино, за исключением того, что золотой цвет сменился непроглядной чернотой.
Облик был в точности как в кино, за исключением того, что золотой цвет сменился непроглядной чернотой.
Он видел, как Будда сложил ладони вместе. Его губы шевелились, словно он читал сутры. В этот момент картинка внезапно замерла.
Он видел, как Будда сложил ладони вместе. Его губы шевелились, словно он читал сутры. В этот момент картинка внезапно замерла.
Это вызвало у юноши недоумение: 一 Странно. Почему дальше не идет? Неужели Юань Куэй погиб именно от этой чертовщины?
Это вызвало у юноши недоумение: 一 Странно. Почему дальше не идет? Неужели Юань Куэй погиб именно от этой чертовщины?
Пока он сомневался, видение внезапно ожило.
Пока он сомневался, видение внезапно ожило.
一 Амитабха! 一 странный, пустой и потусторонний голос ворвался в уши юноши.
一 Амитабха! 一 странный, пустой и потусторонний голос ворвался в уши юноши.
一 Плохо дело! 一 его лицо резко побледнело. Реакция была мгновенной: услышав звук, он попытался немедленно оборвать связь и покинуть видение.
一 Плохо дело! 一 его лицо резко побледнело. Реакция была мгновенной: услышав звук, он попытался немедленно оборвать связь и покинуть видение.
Однако всё пошло не так, как он планировал.
Однако всё пошло не так, как он планировал.
На его глазах чёрный Будда с выражением бесконечного милосердия медленно повернул голову. Черные, лишенные эмоций глаза впились прямо в него.
На его глазах чёрный Будда с выражением бесконечного милосердия медленно повернул голову. Черные, лишенные эмоций глаза впились прямо в него.
一 Будь ты проклят! Да что ты за тварь такая?! 一 взревел юноша. Его тело вспыхнуло яростным алым светом, который начал буквально разрывать окружающее видение.
一 Будь ты проклят! Да что ты за тварь такая?! 一 взревел юноша. Его тело вспыхнуло яростным алым светом, который начал буквально разрывать окружающее видение.
Декорации закусочной рушились, всё погружалось во тьму. Но к его ужасу, в этой наступившей темноте Будда продолжал стоять на прежнем месте.
Декорации закусочной рушились, всё погружалось во тьму. Но к его ужасу, в этой наступившей темноте Будда продолжал стоять на прежнем месте.
Его ладони сомкнулись, и в бескрайнем мраке зазвучал монотонный рокот молитвы.
Его ладони сомкнулись, и в бескрайнем мраке зазвучал монотонный рокот молитвы.
...
...
В больничной палате успокоившиеся Ван Ци и Тан Лин напряжённо ждали результата, глядя в спину товарища.
В больничной палате успокоившиеся Ван Ци и Тан Лин напряжённо ждали результата, глядя в спину товарища.
Внезапно юноша заговорил нараспев, словно читая сутру:
Внезапно юноша заговорил нараспев, словно читая сутру:
一 Амитабха... Нет образа, нет меня... Все сущее – лишь пыль.
一 Амитабха... Нет образа, нет меня... Все сущее – лишь пыль.
Этот внезапный выпад заставил всех вздрогнуть. Тан Лин, изменившись в лице, мгновенно оказалась за его спиной. Схватив его за плечо, она рявкнула:
Этот внезапный выпад заставил всех вздрогнуть. Тан Лин, изменившись в лице, мгновенно оказалась за его спиной. Схватив его за плечо, она рявкнула:
一 Хуан Хао, приди в себя!
一 Хуан Хао, приди в себя!
В её голосе была особая сила. Хуан Хао, только что бормотавший молитвы, резко распахнул глаза. Смертельно напуганный, он дернулся, пытаясь убежать:
В её голосе была особая сила. Хуан Хао, только что бормотавший молитвы, резко распахнул глаза. Смертельно напуганный, он дернулся, пытаясь убежать:
一 Капитан, там призрак!
一 Капитан, там призрак!
Хлесть!
Хлесть!
Тан Лин, не раздумывая, влепила ему звонкую пощечину.
Тан Лин, не раздумывая, влепила ему звонкую пощечину.
Удар мгновенно привёл Хуан Хао в чувства, хотя в его глазах всё ещё читался ужас человека, едва избежавшего гибели.
Удар мгновенно привёл Хуан Хао в чувства, хотя в его глазах всё ещё читался ужас человека, едва избежавшего гибели.
一 Что там случилось? 一 Тан Лин нахмурилась.
一 Что там случилось? 一 Тан Лин нахмурилась.
Стоящий позади Ван Ци тоже смотрел на него с недоумением.
Стоящий позади Ван Ци тоже смотрел на него с недоумением.
Хуан Хао начал сбивчиво пересказывать всё, что увидел в памяти: и странную сцену, и того зловещего Будду.
Хуан Хао начал сбивчиво пересказывать всё, что увидел в памяти: и странную сцену, и того зловещего Будду.
Слушая его, Тан Лин становилась всё мрачнее. Спустя минуту она посмотрела на подчиненного:
Слушая его, Тан Лин становилась всё мрачнее. Спустя минуту она посмотрела на подчиненного:
一 Этот Цзян Янь, должно быть, Пробужденный ментального типа. Скорее всего, тебя атаковал остаточный след его силы.
一 Этот Цзян Янь, должно быть, Пробужденный ментального типа. Скорее всего, тебя атаковал остаточный след его силы.
Она погрузилась в раздумья. Информации было слишком много.
Она погрузилась в раздумья. Информации было слишком много.
К счастью, она сама была ментальным Пробужденным, иначе группа могла потерять еще одного человека.
К счастью, она сама была ментальным Пробужденным, иначе группа могла потерять еще одного человека.
В то же время у неё сложилось примерное представление о силе Цзян Яня. Минимум третий ранг. Только на третьем ранге можно оставить ментальную ловушку в мозгу мертвеца, которая сработает даже после его гибели.
В то же время у неё сложилось примерное представление о силе Цзян Яня. Минимум третий ранг. Только на третьем ранге можно оставить ментальную ловушку в мозгу мертвеца, которая сработает даже после его гибели.
В этом мире Пробужденные делились на боевых и вспомогательных.
В этом мире Пробужденные делились на боевых и вспомогательных.
Первый ранг – это новички. Боевой тип на этом уровне способен голыми руками забить шестерых-семерых взрослых мужчин. Вспомогательный тип просто физически крепче обычного человека.
Первый ранг – это новички. Боевой тип на этом уровне способен голыми руками забить шестерых-семерых взрослых мужчин. Вспомогательный тип просто физически крепче обычного человека.
Второй ранг уже уверенно владеет способностями. Такие люди неуязвимы для мелкокалиберного оружия и могут легко расправиться с десятками вооруженных обывателей.
Второй ранг уже уверенно владеет способностями. Такие люди неуязвимы для мелкокалиберного оружия и могут легко расправиться с десятками вооруженных обывателей.
Пробужденный третьего ранга способен разрушать здания в локальном масштабе и в одиночку разгромить роту из ста человек с тяжелым вооружением. Они обычно занимают важные государственные посты.
Пробужденный третьего ранга способен разрушать здания в локальном масштабе и в одиночку разгромить роту из ста человек с тяжелым вооружением. Они обычно занимают важные государственные посты.
Четвертый ранг – это уже великие деятели, чьи имена гремят на уровне штатов страны Наньу.
Четвертый ранг – это уже великие деятели, чьи имена гремят на уровне штатов страны Наньу.
Пятый ранг по праву называют мобильным стратегическим оружием!
Пятый ранг по праву называют мобильным стратегическим оружием!
Что же касается тех, кто стоит выше... об этом простой капитан вроде неё даже не имела права знать.
Что же касается тех, кто стоит выше... об этом простой капитан вроде неё даже не имела права знать.

Комментарии

Загрузка...