— Хоть по тёплому и уютному Маленькому Дзимпию я и безумно скучаю, но если Маленький Дзимпий умрёт, это всё-таки даме —
Кэндзи Хагивара протянул гласные, и по одному его виду казалось, что он готов тут же затянуть похоронный плач.
Я вообще-то жив, — подумал Дзимпэй Мацуда, если, конечно, в выпитом им у Миёи Сангацу саке не было яда.
Он смутно помнил, что делал перед этим, так что неужели это и вправду сон?
Дзимпэй Мацуда снова ущипнул Кэндзи Хагивару за щеку.
— Маленький Дзимпию так нравятся лица тех, кто на хайпе? — Кэндзи Хагивара тотчас ухватился за возможность и липко придвинулся ближе.
Раньше, когда люди из сна и люди из реальности контактировали друг с другом, не было никаких ощущений, даже объятия казались попыткой обнять пустой воздух.
Теперь же Кэндзи Хагивара с чувством полного удовлетворения прижался к Дзимпэю Мацуде. Хотя Дзимпэй Мацуда был и во сне, тот, маленький Дзимпэй, совершенно не осознавал, что это сон.
Они ладили точно так же, как в годы учёбы в Полицейской академии, и этот день никогда не сменялся следующим.
Тот Дзимпэй Мацуда не был подделкой или галлюцинацией. Если выражаться точнее, он был неполноценным.
Словно мобильный телефон без доступа к сети.
— Больно? — Дзимпэй Мацуда приложил усилие и крепко ущипнул Кэндзи Хагивару за щеку.
— Ужасно больно! — Кэндзи Хагивара закрыл руками раскрасневшееся от щипков лицо закадычного друга, а в его глазах уже стояли неподдельные слёзы.
— Значит, не сон? — Во сне не бывает больно, сделал вывод Дзимпэй Мацуда.
— Нет, это всё-таки сон, — выражение лица Кэндзи Хагивары стало серьёзным. С предельной искренностью он подчеркнул: — Маленький Дзимпий, тебе ни в коем случае нельзя здесь оставаться, просыпайся как можно скорее.
Кэндзи Хагивара, циркулировавший в этом мире уже семь лет, смутно уловил некоторые правила, но одно было ясно абсолютно чётко: оставаться здесь — значит не иметь никакого будущего.
— Даже если ты так говоришь... — с сомнением произнёс Дзимпэй Мацуда. Сейчас его осязание и обоняние ничем не отличались от реальных. — Кажется, я сейчас не могу «проснуться».
Раньше ему доводилось слышать о некоем готовящемся к выходу погружном VR-игровом проекте под названием «Кокон», интересно, что круче — он или этот «сон».
Голова у Дзимпэя Мацуды, по правде говоря, всё ещё немного болела, а Кэндзи Хагивара тем временем причитал: «Семь лет отучился в Полицейской академии».
На этот раз даже Дзимпэй Мацуда невольно проникся сочувствием, однако...
— Разве не здорово, что ты никогда не останешься без работы? — Дзимпэй Мацуда вспомнил причину, по которой Кэндзи Хагивара решил стать полицейским.
— Но Гендзи-тян хочет работать вместе с Маленьким Дзимпием! А Маленький Дзимпий вечно твердит: «Подожди, пока Хаги выпустится, тогда и поговорим».
Выпуститься...
Кэндзи Хагивара погиб в тот самый год, когда выпустился.
Дзимпэй Мацуда пошарил в кармане пиджака чёрного костюма — в пустом плоском кармане не оказалось сигарет. Испытав глухое раздражение, он цыкнул и оттолкнул без спросу прилипшего закадычного друга.
Хотя во время своего прошлого визита во сне он уже успел отметелить Кэндзи Хагивару, разве тогда его удары не были абсолютно безболезненными?
Судя по словам Кэндзи Хагивары, это выглядело так, будто его «избивает воздух». Избивает воздух — это как вообще? Сильным ветром лицо обдувает, что ли?!
Сейчас как раз представился отличный случай всё исправить.
Дзимпэй Мацуда размял запястья и суставы пальцев, издав зловещий хруст.
Кэндзи Хагивара с первого взгляда раскусил намерения Дзимпэя Мацуды, который решил отбросить все сомнения и отвесить ему порцию «дружеской заботы закадычного товарища». Чвствуя неладное, Кэндзи Хагивара поспешно перевёл тему:
— Маленький Дзимпий, как ты сюда попал? Просто заснул? Если найдёшь способ, то, наверное, сможешь проснуться.
Дзимпэй Мацуда помолчал секунду, рассудив, что в этом нет ничего секретного, и назвал имя:
— Выпил вино, которое протянул Миёи.
— А? — Кэндзи Хагивара на мгновение замер, словно выуживая это имя из самых далёких глубин памяти.
— Тогда дело плохо, — Кэндзи Хагивара сдулся, как проколотый мяч. — Миёи-тян здесь нет.
— Нет Миёи Сангацу? — переспросил Дзимпэй Мацуда.
— Ага, всё уже обыскал, её нигде нет.
Словно её никогда и не существовало, не осталось ни единого следа.
В этом мире Миёи Сангацу не существовало.
— Есть какие-нибудь зацепки? — спросил Дзимпэй Мацуда. Каждый раз, когда он предавался «осознанным сновидениям», он садился в лужу именно из-за Миёи Сангацу. Добавим к этому снотворное, подсунутое вместе с саке — в то, что Миёи Сангацу не имеет к этому никакого отношения, он не верил ни на йоту.
— Исходя из привычек Миёи, я всё же выделил пару зацепок: например, те, кто любуется цветущей сакурой в сакуровом лесу, автоматически открывающийся посреди ночи компьютер в архиве и загадочная фигура в ночной забегаловке, — сообщил Кэндзи Хагивара, дав понять, что не сидел эти семь лет сложа руки.
— Сакуровый лес, архив, ночная забегаловка. — Дзимпэй Мацуда кивнул, а затем сделал вывод: — Звучит прямо как какие-то школьные страшные истории?
— Это и есть школьные страшные истории, — утвердительно кивнул Кэндзи Хагивара. — Но когда Гендзи-тян и Маленький Дзимпий отправлялись на поиски, мы вообще с ними не сталкивались.
— Ой, то есть тот маленький Дзимпий из сна, — Кэндзи Хагивара не забыл сделать уточнение, чтобы Дзимпэй Мацуда ничего не перепутал.
Маленький Дзимпий из сна.
Дзимпэй Мацуда помнил, что они уже обсуждали эту тему в прошлый раз: судя по предположениям, «бодрствующий» Дзимпэй Мацуда напрямую вытесняет местного «Дзимпэя Мацуду» или же сливается с ним.
После того как Дзимпэй Мацуда уходил, Кэндзи Хагивара спрашивал у Дзимпэя Мацуды «из сна», и у того не было провалов в памяти, однако восприятие этого мира у него оказывалось нарочно затуманенным.
Например, хотя Дзимпэй Мацуда из сна помнил Миёи Сангацу, он упорно не замечал, что Миёи Сангацу в этом мире вообще не существует.
И не находил ничего странного в том, что сакура цветёт круглый год.
Цветение сакуры ещё можно было списать на особый сорт, но люди во сне совершенно не считали странным то, что они одновременно работают и продолжают учиться в Полицейской академии.
Здесь обязательно стоит упомянуть двух товарищей, которые числились тайными агентами в разведке Общественной безопасности, но при этом всё ещё учились в Полицейской академии.
Когда Кэндзи Хагивара впервые обнаружил, что Рэй Фуруя и Хиромицу Морофуси вот так бегают на два фронта, у него буквально расширились зрачки — ему казалось, что все его жизненные устои перевернулись и выстроились заново.
И что это такое?
Понедельник, среда, пятница — в Чёрной организации, вторник, четверг, суббота — учёба в Полицейской академии, а воскресенье — выходной, что ли?
Позже Кэндзи Хагивара окончательно понял, что всё в этом мире нельзя оценивать с помощью обычного здравого смысла.
Иначе Рэй Фурую, который прямо перед носом Чёрной организации выполнял работу Общественной безопасности, он бы назвал сильнейшим из всех.
Согласно информации, которой обменялись Дзимпэй Мацуда и Кэндзи Хагивара, некоторые события в этом сне соотносились с реальностью.
Взять, к примеру, инцидент с бомбой на колесе обозрения трёхлетней давности.
В реальности Дзимпэй Мацуда столкнулся с белой вороной с чёрно-белыми волосами, которая прокатила его на тарзанке с огромной высоты, а внизу находился ещё более жестокий бомбист, грозивший в случае неприятностей с Дзимпэем Мацудой взорвать заложенные по всему Токио бомбы и сравнять город с землей. Он даже объявил на чёрном рынке награду за голову Дзимпэя Мацуды — конечно же, за «голову», чтобы спасти её.
Во сне же всё было иначе: Кэндзи Хагивара мёртвой хваткой вцепился в Дзимпэя Мацуду.
Та бомба была элементарной, и, по оценкам Кэндзи Хагивары, Дзимпэй Мацуда справился бы с ней за три минуты.
Но тогда им обоим почему-то казалось: если позволить Дзимпэю Мацуде подняться туда, он больше никогда не увидит своего дорогого закадычного друга.
Нельзя позволить ему идти наверх! Абсолютно нельзя!
Словно одержимый какими-то злыми духами, Кэндзи Хагивара вовсе не сомневался в профессиональных навыках Дзимпэя Мацуды, просто в тот момент у него было предчувствие, что из-за столь примитивной бомбы Дзимпэй Мацуда расстанется с жизнью.
Они препирались и тянули друг друга за руки прямо у подножия колеса обозрения, привлекая недоумённые взгляды коллег.
К слову, в тот момент Дзимпэй Мацуда уже перевёлся в Первый отдел уголовного розыска, в то время как Кэндзи Хагивара всё ещё числился курсантом подготовительного отделения Мобильного отряда обезвреживания взрывных устройств Полицейской академии, дожидаясь выпуска, чтобы немедленно приступить к службе.
Так что... на тот момент было действительно трудно решить, кто же из них должен подняться наверх.
Но если рассуждать по опыту, Дзимпэй Мацуда, уже имевший за плечами службу в отряде обезвреживания, был гораздо опытнее.
Правда, Кэндзи Хагивара страшно злился на упрямого друга, которого никак не удавалось ни уговорить, ни урезонить.
Он даже в бешенстве назвал Дзимпэя Мацуды по полному имени:
— Дзимпэй Мацуда! Что ты будешь делать, если сдохнешь там наверху?
— Да кто умрёт из-за бомбы такого уровня?! — взбешённо рявкнул в ответ Дзимпэй Мацуда.
Сам Дзимпэй Мацуда почему-то тоже с трудом контролировал свои эмоции.
Словно то, к чему он так долго стремился, было готово раскрыть свою тайну всего в одном шаге, но этот самый последний шаг ему преградили.
И преградившим путь человеком оказался Кэндзи Хагивара.
Его лучший друг с самого детства.
Короче говоря, в тот момент оба были раздражены до предела и едва не подрались прямо перед взрывным устройством.
Однако им очень скоро расхотелось ожесточённо загораживать дверь кабинки колеса обозрения и спорить до хрипоты о том, кому подниматься.
Потому что колесо обозрения взорвалось, и колесо обозрения остановилось.
На этот раз фейерверком взорвался вовсе не Кэндзи Хагивара и не Дзимпэй Мацуда, а безымянный мертвец.
На самой вершине колеса обозрения.
Неузнаваемый, лишённый человеческого облика.
Взрыв заставил колесо обозрения остановиться, и та самая 72-я кабинка с бомбой замерла ровно напротив земли.
Кэндзи Хагивара и Дзимпэй Мацуда переглянулись. Дзимпэй Мацуда первым расцепил их переплетённые впопыхах руки и предложил:
— Обезвредим вместе?
Кэндзи Хагивара кивнул, всё ещё находясь в некотором ступоре.
Они вдвоём окинули взглядом примитивную бомбу. Тогда они ещё не знали, что на вершине колеса обозрения кто-то погиб, им было известно лишь то, что наверху прогремел взрыв, из-за которого остановилось колесо.
Под руками двух асов из отряда обезвреживания корпус бомбы не продержался и минуты, бесславно пав в бою.
При этом стоило сделать скидку на время, потраченное двумя рослыми офицерами полиции, которые мешали друг другу и толкались в слишком тесном пространстве во время работы.
Но как только в процессе разборки они добрались до ртутного столбика, оба подсознательно замедлили движения.
Потому что малейшая, едва уловимая вибрация могла запустить бомбу, находившуюся прямо перед ними.
Кэндзи Хагивара был готов подскочить, схватить Дзимпэя Мацуду за воротник и приняться трясти:
— Маленький Дзимпий, я же говорил, что если сунуться наверх, нам точно придёт конец!
— Для такого уровня это ещё не повод... — нахмурившись, возразил Дзимпэй Мацуда.
Однако в следующую секунду Дзимпэй Мацуда получил виртуальную пощёчину в виде надписи, выскочившей на дисплее:
【Этот офицер полиции поистине заслуживает восхищения, я просто обязан отдать должное его мужеству... за 3 секунды до взрыва...】
Кэндзи Хагивара: «...»
Дзимпэй Мацуда: «...»
Они синхронно прекратили движения и уставились друг на друга.
Дзимпэй Мацуда посмотрел в глаза Кэндзи Хагиваре с лёгким чувством вины, а Кэндзи Хагивара смотрел на Дзимпэя Мацуду, в то время как в его голове непрерывно роился хаос из самых безумных мыслей.
Нет... погодите-ка. Это были не его мысли.
Будто под воздействием чего-то постороннего, Кэндзи Хагивара в тот самый миг словно увидел сто восемь способов гибели Дзимпэя Мацуды — и, возможно, не только его одного.
Кэндзи Хагивара точно так же был мертвецом.
Кэндзи Хагивара потряс головой, пытаясь унять те «несуществующие воспоминания», которые буйным потоком метались в его голове, вызывая спазмы в сердце.
К счастью, вселившийся «злой дух» вовсе не собирался сводить Кэндзи Хагивару с ума, и эти «несуществующие воспоминания» быстро испарились из его головы, не оставив после себя ни единого следа.
Забыв, что именно он только что видел, Кэндзи Хагивара растерянно моргнул на секунду, а затем встретился взглядом с выглядевшим слегка виноватым закадычным другом.
Его мозг лихорадочно анализировал информацию.
Если бы только что тот взрыв не остановил 72-ю кабинку у самой земли, человек, полезший внутрь для обезвреживания, оказался бы заперт на огромной высоте.
А за три секунды даже Дзимпэй Мацуда не успел бы справиться с этой бомбой.
Если бы попытался кого-то спасти...
【Не нужно никого спасать.】
Словно чей-то голос прозвучал у него в голове.
— Кто здесь?
— В чём дело? — спросил Дзимпэй Мацуда, глядя на внезапно ставшего подозрительным друга.
— Кто-то только что говорил? — Кэндзи Хагивара был абсолютно уверен, что только что что-то расслышал, и это был вовсе не его собственный голос.
— Никто больше не говорил, что ты расслышал? — Дзимпэй Мацуда не уловил никаких посторонних звуков, но он ни за что не поверил бы, что Кэндзи Хагивара шутит в такой момент.
— Он сказал... — Кэндзи Хагивара нахмурился.
— Двое господ офицеров, раз уж вы не успели надеть защитные костюмы полностью, по крайней мере защитите свои головы, верно? — Слова Кэндзи Хагивары были неожиданно прерваны.
Незнакомый полицейский держал в руках два шлема от противовзрывного комплекта и нахлобучил их им обоим на головы.
Кэндзи Хагивара потрогал шлем, чувствуя, что этот голос кажется ему смутно знакомым, и поднял глаза на незнакомого офицера полиции, однако наткнулся на лицо с совершенно пустыми чертами.

Комментарии

Загрузка...