— И не надейтесь сбежать! — Пронзительный крик Мэй Вань эхом разнесся над тропой.
— И не надейтесь сбежать! — Пронзительный крик Мэй Вань эхом разнесся над тропой.
Она преследовала беглецов по пятам, не давая ни секунды передышки. Мофэй, на ходу отдавая приказы воинам армии Фэнмин преградить путь преследователям, потащила Ху Цяна в самую гущу леса, где под сенью деревьев было проще запутать следы.
Она преследовала беглецов по пятам, не давая ни секунды передышки. Мофэй, на ходу отдавая приказы воинам армии Фэнмин преградить путь преследователям, потащила Ху Цяна в самую гущу леса, где под сенью деревьев было проще запутать следы.
— Будь вы прокляты! Упустила-таки добычу... — Мэй Вань в ярости топнула ногой, глядя на пустую чащу. — Я вас из-под земли достану! В погоню!
— Будь вы прокляты! Упустила-таки добычу... — Мэй Вань в ярости топнула ногой, глядя на пустую чащу. — Я вас из-под земли достану! В погоню!
Минули сутки. В одном из безымянных уездных городков на главной улице показались двое путников. А-Цзе, тяжело дыша, поддерживал под руку едва ковыляющего Хайсина.
Минули сутки. В одном из безымянных уездных городков на главной улице показались двое путников. А-Цзе, тяжело дыша, поддерживал под руку едва ковыляющего Хайсина.
— Господин Су... — Хайсин прижал ладонь к губам, едва сдерживая рыдания. — Мы наконец-то выбрались... Но наследник... Наследник остался там! Жив он или мертв – одному небу известно!
— Господин Су... — Хайсин прижал ладонь к губам, едва сдерживая рыдания. — Мы наконец-то выбрались... Но наследник... Наследник остался там! Жив он или мертв – одному небу известно!
— Эх, и сильна же ваша привязанность, — вздохнул А-Цзе, вытирая пот со лба. — Но послушайте, та женщина-генерал была невероятно сильна. Уверен, наследнику суждено выжить, такие люди под покровительством самих звезд.
— Эх, и сильна же ваша привязанность, — вздохнул А-Цзе, вытирая пот со лба. — Но послушайте, та женщина-генерал была невероятно сильна. Уверен, наследнику суждено выжить, такие люди под покровительством самих звезд.
— Нам нужно немедленно возвращаться в город Солнечной Равнины! — Лицо Хайсина исказилось от ярости. — Я должен увидеть герцога! Пусть армия Чжэньго сотрет в порошок всю эту нечисть!
— Нам нужно немедленно возвращаться в город Солнечной Равнины! — Лицо Хайсина исказилось от ярости. — Я должен увидеть герцога! Пусть армия Чжэньго сотрет в порошок всю эту нечисть!
А-Цзе невольно вздрогнул. Не зря говорят, что с мужчинами и ничтожными людьми труднее всего иметь дело. Упаси боги обидеть такого злопамятного человека! Хотя, с такими узкими глазками, как у Хайсина, только и остается, что быть «узколобым».
А-Цзе невольно вздрогнул. Не зря говорят, что с мужчинами и ничтожными людьми труднее всего иметь дело. Упаси боги обидеть такого злопамятного человека! Хотя, с такими узкими глазками, как у Хайсина, только и остается, что быть «узколобым».
— Но, брат Тан, мне ведь нужно ехать в столицу на экзамены, так что... — попытался было возразить А-Цзе.
— Но, брат Тан, мне ведь нужно ехать в столицу на экзамены, так что... — попытался было возразить А-Цзе.
— Я знал, что ты согласишься! — Хайсин сжал его запястье с неожиданной силой. — Будь спокоен: как только наследник окажется в безопасности, ты станешь главным героем. Я лично прослежу, чтобы герцог наградил тебя по достоинству. Подберем тебе достойную партию, женишься, прославишь свой род!
— Я знал, что ты согласишься! — Хайсин сжал его запястье с неожиданной силой. — Будь спокоен: как только наследник окажется в безопасности, ты станешь главным героем. Я лично прослежу, чтобы герцог наградил тебя по достоинству. Подберем тебе достойную партию, женишься, прославишь свой род!
— А я разве соглашался? — с каменным лицом уточнил А-Цзе.
— А я разве соглашался? — с каменным лицом уточнил А-Цзе.
— Пойми, если с наследником что-то случится, нас с тобой, как свидетелей, ждет мучительная смерть, — добавил Хайсин ледяным тоном.
— Пойми, если с наследником что-то случится, нас с тобой, как свидетелей, ждет мучительная смерть, — добавил Хайсин ледяным тоном.
— Спасать! Обязательно нужно спасать! — Тут же закивал А-Цзе. — Хоть мы и виделись с наследником всего раз, я сразу почувствовал в нем родную душу! Как говорится, видишь несправедливость – кричи, обнажай меч и рискуй жизнью! Мудрецы учили: спасти одну жизнь важнее, чем воздвигнуть семиярусную пагоду!
— Спасать! Обязательно нужно спасать! — Тут же закивал А-Цзе. — Хоть мы и виделись с наследником всего раз, я сразу почувствовал в нем родную душу! Как говорится, видишь несправедливость – кричи, обнажай меч и рискуй жизнью! Мудрецы учили: спасти одну жизнь важнее, чем воздвигнуть семиярусную пагоду!
— Какая-то у тебя каша из учений в голове, — подозрительно покосился на него Хайсин.
— Какая-то у тебя каша из учений в голове, — подозрительно покосился на него Хайсин.
— Некогда рассуждать, поспешим в резиденцию герцога! — Заторопил его А-Цзе. — «Пропади всё пропадом, если с наследником что случится, нас в могилу за ним уложат... Ну и деспотична же власть в эти древние времена», — подумал он про себя.
— Некогда рассуждать, поспешим в резиденцию герцога! — Заторопил его А-Цзе. — «Пропади всё пропадом, если с наследником что случится, нас в могилу за ним уложат... Ну и деспотична же власть в эти древние времена», — подумал он про себя.
Только они собрались двинуться в путь, как дорогу им преградили две женщины в черных одеждах.
Только они собрались двинуться в путь, как дорогу им преградили две женщины в черных одеждах.
— Господа! Наш господин желает вас видеть! — Отчеканила одна из них.
— Господа! Наш господин желает вас видеть! — Отчеканила одна из них.
— Это еще кто? — Хайсин мгновенно насторожился.
— Это еще кто? — Хайсин мгновенно насторожился.
— Придете – узнаете, — холодно отозвалась та, что стояла справа.
— Придете – узнаете, — холодно отозвалась та, что стояла справа.
— А если мы откажемся? — Осторожно поинтересовался А-Цзе.
— А если мы откажемся? — Осторожно поинтересовался А-Цзе.
Раздался резкий лязг: вторая женщина наполовину обнажила меч, блеск которого неприятно полоснул их по глазам.
Раздался резкий лязг: вторая женщина наполовину обнажила меч, блеск которого неприятно полоснул их по глазам.
— Идем, конечно, идем! Разве можно отказываться, это ведь проявление крайнего неуважения, верно, господин Су? — Хайсин моментально сменил тон на предельно вежливый.
— Идем, конечно, идем! Разве можно отказываться, это ведь проявление крайнего неуважения, верно, господин Су? — Хайсин моментально сменил тон на предельно вежливый.
— Брат Тан истину глаголет. Когда друзья приглашают, отказываться негоже. Отказ – это нарушение приличий и не путь благородного мужа, — закивал А-Цзе, изображая на лице смирение.
— Брат Тан истину глаголет. Когда друзья приглашают, отказываться негоже. Отказ – это нарушение приличий и не путь благородного мужа, — закивал А-Цзе, изображая на лице смирение.
— Вот и славно, — женщина едва заметно улыбнулась.
— Вот и славно, — женщина едва заметно улыбнулась.
Хайсин и А-Цзе натянуто улыбались в ответ, хотя на душе у них скребли кошки. Только-только выбрались из логова тигра, неужели теперь угодили в волчью яму?
Хайсин и А-Цзе натянуто улыбались в ответ, хотя на душе у них скребли кошки. Только-только выбрались из логова тигра, неужели теперь угодили в волчью яму?
Вскоре они поднялись на второй этаж богатого трактира. Пленники покорно шли за одной из провожатых, пока вторая замыкала шествие, отрезая путь к отступлению. Дверь в отдельный кабинет со скрипом отворилась, и женщина приглашающим жестом указала внутрь.
Вскоре они поднялись на второй этаж богатого трактира. Пленники покорно шли за одной из провожатых, пока вторая замыкала шествие, отрезая путь к отступлению. Дверь в отдельный кабинет со скрипом отворилась, и женщина приглашающим жестом указала внутрь.
Комната была обставлена с изысканной простотой: старинная мебель, изящные украшения, а из курильницы медленно поднимался сизый дым, наполняя воздух пленительным ароматом. За ширмой в массивном кресле восседала женщина. Ее лоб украшала черная повязка, а одета она была в «одеяние летящей рыбы», – форму парчовой стражи. Взгляд ее был острым и проницательным, а в каждом движении чувствовалась выучка.
Комната была обставлена с изысканной простотой: старинная мебель, изящные украшения, а из курильницы медленно поднимался сизый дым, наполняя воздух пленительным ароматом. За ширмой в массивном кресле восседала женщина. Ее лоб украшала черная повязка, а одета она была в «одеяние летящей рыбы», – форму парчовой стражи. Взгляд ее был острым и проницательным, а в каждом движении чувствовалась выучка.
Незнакомка неспешно подняла чашку, обмахнула пар крышкой и сделала крошечный глоток. А-Цзе и Хайсин замерли, боясь даже вздохнуть.
Незнакомка неспешно подняла чашку, обмахнула пар крышкой и сделала крошечный глоток. А-Цзе и Хайсин замерли, боясь даже вздохнуть.
— Не стоит бояться, я не причиню вам вреда, — заговорила она. — Позвольте представиться. Я – главный тайный агент Цзиньи отряда Фэн Династии Мириад зверей по фамилии Ша, имени Юань и прозванию Лэлэ.
— Не стоит бояться, я не причиню вам вреда, — заговорила она. — Позвольте представиться. Я – главный тайный агент Цзиньи отряда Фэн Династии Мириад зверей по фамилии Ша, имени Юань и прозванию Лэлэ.
А-Цзе вдруг начал мелко дрожать.
А-Цзе вдруг начал мелко дрожать.
— Ты чего трясешься? — Шепнул ему Хайсин. — Это же государев человек, бояться нечего.
— Ты чего трясешься? — Шепнул ему Хайсин. — Это же государев человек, бояться нечего.
— Я боюсь... круглого... — пробормотал А-Цзе.
— Я боюсь... круглого... — пробормотал А-Цзе.
В следующее мгновение Лэлэ словно растворилась в воздухе и возникла прямо перед ними.
В следующее мгновение Лэлэ словно растворилась в воздухе и возникла прямо перед ними.
— Как вы это сделали? Телепортация? — Хайсин в изумлении разинул рот.
— Как вы это сделали? Телепортация? — Хайсин в изумлении разинул рот.
— Нет, просто хорошее владение техникой легкости, — Лэлэ подошла к А-Цзе и, положив ладонь на рукоять длинного меча, слегка подтолкнула его вверх. Ножны уперлись А-Цзе в подбородок, заставляя его задрать голову. — Ты меня боишься? М-м?
— Нет, просто хорошее владение техникой легкости, — Лэлэ подошла к А-Цзе и, положив ладонь на рукоять длинного меча, слегка подтолкнула его вверх. Ножны уперлись А-Цзе в подбородок, заставляя его задрать голову. — Ты меня боишься? М-м?
Глаза Лэлэ сощурились, превратившись в два полумесяца, в которых плясали искорки любопытства.
Глаза Лэлэ сощурились, превратившись в два полумесяца, в которых плясали искорки любопытства.
— Ч-что вы... госпожа офицер... вовсе... вовсе нет... — заикаясь, выдавил А-Цзе.
— Ч-что вы... госпожа офицер... вовсе... вовсе нет... — заикаясь, выдавил А-Цзе.
— Успокойся, я не серый волк, людей не ем, — она ловким движением крутанула меч, и он с щелчком вернулся на место. — Я здесь по тайному указу Императора. Наша служба узнала, что мятежники готовят заговор против наследника герцога Чжэньго. К сожалению, мы опоздали на шаг. Кто же знал, что они затаились так надолго... Сейчас генерал Мофэй и наследник пропали без вести. Живы ли они – загадка.
— Успокойся, я не серый волк, людей не ем, — она ловким движением крутанула меч, и он с щелчком вернулся на место. — Я здесь по тайному указу Императора. Наша служба узнала, что мятежники готовят заговор против наследника герцога Чжэньго. К сожалению, мы опоздали на шаг. Кто же знал, что они затаились так надолго... Сейчас генерал Мофэй и наследник пропали без вести. Живы ли они – загадка.
— Вы уже всё знаете? — Хайсин поник. — Тогда от нас толку мало. Лучше отправьте нас в резиденцию. Когда я доложу обо всем старому герцогу, он поднимет армию на поиски.
— Вы уже всё знаете? — Хайсин поник. — Тогда от нас толку мало. Лучше отправьте нас в резиденцию. Когда я доложу обо всем старому герцогу, он поднимет армию на поиски.
— Герцог уже в курсе, — покачала головой Лэлэ. — Но он ставит интересы государства превыше всего. Армию Чжэньго нельзя приводить в движение без веской причины.
— Герцог уже в курсе, — покачала головой Лэлэ. — Но он ставит интересы государства превыше всего. Армию Чжэньго нельзя приводить в движение без веской причины.
— И что же делать? Неужели бросить наследника на произвол судьбы? — Возмутился Хайсин.
— И что же делать? Неужели бросить наследника на произвол судьбы? — Возмутился Хайсин.
— Выход есть! — Лэлэ коварно улыбнулась. — Мы разыграем классическую комбинацию: подменим принца, чтобы выманить змею из норы!
— Выход есть! — Лэлэ коварно улыбнулась. — Мы разыграем классическую комбинацию: подменим принца, чтобы выманить змею из норы!
Хайсин и А-Цзе переглянулись. Они ровным счетом ничего не поняли, но звучало это многообещающе.
Хайсин и А-Цзе переглянулись. Они ровным счетом ничего не поняли, но звучало это многообещающе.
— Ты – личный слуга наследника, — Лэлэ указала на Хайсина, а затем перевела взгляд на А-Цзе. — А ты... телосложением и цветом кожи очень на него похож. Если мы сейчас с большой помпой отправим «наследника» в столицу, как ты думаешь, что предпримут мятежники?
— Ты – личный слуга наследника, — Лэлэ указала на Хайсина, а затем перевела взгляд на А-Цзе. — А ты... телосложением и цветом кожи очень на него похож. Если мы сейчас с большой помпой отправим «наследника» в столицу, как ты думаешь, что предпримут мятежники?
— Но у нас нет наследника! Постойте... Вы хотите, чтобы господин Су его изобразил? — Хайсин ткнул пальцем в товарища.
— Но у нас нет наследника! Постойте... Вы хотите, чтобы господин Су его изобразил? — Хайсин ткнул пальцем в товарища.
— А? Я? Нет-нет-нет! — А-Цзе замахал руками. — Я обычный скромный господин, я не справлюсь!
— А? Я? Нет-нет-нет! — А-Цзе замахал руками. — Я обычный скромный господин, я не справлюсь!
— Верно, к тому же, а если настоящий наследник уже у них в руках? — Добавил Хайсин.
— Верно, к тому же, а если настоящий наследник уже у них в руках? — Добавил Хайсин.
— Мой план – это проверка, — холодный блеск отразился в глазах Лэлэ. — Если путь пройдет спокойно, значит, наследник действительно схвачен. Но если они клюнут и нападут, это подтвердит, что наследник всё еще на свободе. И тогда мы прихлопнем их всех разом, сбив с них спесь!
— Мой план – это проверка, — холодный блеск отразился в глазах Лэлэ. — Если путь пройдет спокойно, значит, наследник действительно схвачен. Но если они клюнут и нападут, это подтвердит, что наследник всё еще на свободе. И тогда мы прихлопнем их всех разом, сбив с них спесь!
Мощная аура вырвалась из ее тела, заставив собеседников синхронно сглотнуть. Эта агентша казалась пугающе сильной.
Мощная аура вырвалась из ее тела, заставив собеседников синхронно сглотнуть. Эта агентша казалась пугающе сильной.
— Не волнуйтесь, я обеспечу вашу безопасность. Нужно лишь сыграть роль. Что скажете?
— Не волнуйтесь, я обеспечу вашу безопасность. Нужно лишь сыграть роль. Что скажете?
— Госпожа, на самом деле я... — начал было А-Цзе.
— Госпожа, на самом деле я... — начал было А-Цзе.
— Согласны! Мы согласны! — Перебил его Хайсин, яростно закивав. — Ради спасения наследника – на всё!
— Согласны! Мы согласны! — Перебил его Хайсин, яростно закивав. — Ради спасения наследника – на всё!
А-Цзе лишь беззвучно открыл рот, глядя на него в упор. «Брат Тан... Ты только что... продал меня с потрохами...»
А-Цзе лишь беззвучно открыл рот, глядя на него в упор. «Брат Тан... Ты только что... продал меня с потрохами...»
Хайсин в ответ лишь выразительно подмигнул: «Господин Су, это всё во благо! Поверь, награда будет щедрой. Ты же не хочешь... отправиться в могилу вслед за ним?»
Хайсин в ответ лишь выразительно подмигнул: «Господин Су, это всё во благо! Поверь, награда будет щедрой. Ты же не хочешь... отправиться в могилу вслед за ним?»
Уголок рта А-Цзе дернулся. Он обреченно кивнул, чувствуя, как влипает в очередную историю.
Уголок рта А-Цзе дернулся. Он обреченно кивнул, чувствуя, как влипает в очередную историю.
«Ну и ну... И зачем я только тогда заблудился?»
«Ну и ну... И зачем я только тогда заблудился?»
Хайсин: «Ты же говорил, что знаешь дорогу как свои пять пальцев?»
Хайсин: «Ты же говорил, что знаешь дорогу как свои пять пальцев?»
А-Цзе: «Конечно, я по ней туда-сюда трижды прошел, как тут не запомнить?»
А-Цзе: «Конечно, я по ней туда-сюда трижды прошел, как тут не запомнить?»
Хайсин: «...»
Хайсин: «...»

Комментарии

Загрузка...