Вскоре после прихода Лэлэ и Жоюй в комнату, волоча ноги от усталости, вошли Сяобай и А-Цзе.
Вскоре после прихода Лэлэ и Жоюй в комнату, волоча ноги от усталости, вошли Сяобай и А-Цзе.
— Наконец-то вы добрались! — Воскликнул Ху Цян. — Эй, официант, подавайте блюда.
— Наконец-то вы добрались! — Воскликнул Ху Цян. — Эй, официант, подавайте блюда.
— Что с вами обоими? — Мофэй почуяла неладное. — Выглядите так, будто жизнь вам не мила. Вчера же, когда мы болтали, вы были полны энтузиазма.
— Что с вами обоими? — Мофэй почуяла неладное. — Выглядите так, будто жизнь вам не мила. Вчера же, когда мы болтали, вы были полны энтузиазма.
— Все в порядке, это просто радость сквозь слезы! — Сяобай выдавил из себя подобие улыбки. — Я ведь теперь главный креативщик. Начальство в отделе меня ценит, доверили крупный проект. Только закончил дела и сразу сюда.
— Все в порядке, это просто радость сквозь слезы! — Сяобай выдавил из себя подобие улыбки. — Я ведь теперь главный креативщик. Начальство в отделе меня ценит, доверили крупный проект. Только закончил дела и сразу сюда.
— А-Цзе со мной согласен, верно? — Сяобай пихнул коллегу пяткой.
— А-Цзе со мной согласен, верно? — Сяобай пихнул коллегу пяткой.
— А... да-да! — Кивнул тот. — Я как раз корпел над макетом в офисе.
— А... да-да! — Кивнул тот. — Я как раз корпел над макетом в офисе.
— Ну, господа начальники, присаживайтесь. Знаю, что вы люди занятые! — Рассмеялся Ху Цян. Он обвел коллег взглядом и с чувством добавил:
— Ну, господа начальники, присаживайтесь. Знаю, что вы люди занятые! — Рассмеялся Ху Цян. Он обвел коллег взглядом и с чувством добавил:
— Приятно видеть, как вы преуспели. Сердце вашего старого руководителя радуется.
— Приятно видеть, как вы преуспели. Сердце вашего старого руководителя радуется.
Четверка выдала лишь пару натянутых смешков.
Четверка выдала лишь пару натянутых смешков.
— Лэлэ, как тебе в Отделе продаж? Успела привыкнуть? — Поинтересовался Лао Ху.
— Лэлэ, как тебе в Отделе продаж? Успела привыкнуть? — Поинтересовался Лао Ху.
— Очень... очень хорошо! — Закивала девушка. — Коллеги там чудесные: люди честные, немногословные. Часто помогают мне разобраться в делах во внеурочное время. Я так быстро всему учусь! Хи-хи!
— Очень... очень хорошо! — Закивала девушка. — Коллеги там чудесные: люди честные, немногословные. Часто помогают мне разобраться в делах во внеурочное время. Я так быстро всему учусь! Хи-хи!
Жоюй подумала: «Ну-ну, позвольте мне перевести. Коллеги там перегибают с дружелюбием, люди они старые, а правды от них не дождешься. И вечно докучают Лэлэ в нерабочее время...»
Жоюй подумала: «Ну-ну, позвольте мне перевести. Коллеги там перегибают с дружелюбием, люди они старые, а правды от них не дождешься. И вечно докучают Лэлэ в нерабочее время...»
— О, это славно, — кивнул Ху Цян. — Секретарь Цзинь, а что скажешь ты? Офис президента – это ведь «голова» всей компании. Работа, должно быть, бросает серьезные вызовы?
— О, это славно, — кивнул Ху Цян. — Секретарь Цзинь, а что скажешь ты? Офис президента – это ведь «голова» всей компании. Работа, должно быть, бросает серьезные вызовы?
— Ох, и не говорите, вызовы на каждом шагу! — Жоюй улыбнулась. — Сплетен столько, что голова кругом. Как раз по моей части, но уж больно выматывает!
— Ох, и не говорите, вызовы на каждом шагу! — Жоюй улыбнулась. — Сплетен столько, что голова кругом. Как раз по моей части, но уж больно выматывает!
Лэлэ мысленно перевела: «Сплетни-то там есть, да только всё это – секретная информация. В одно ухо влетает, а из рта вылететь не может. Учитель Жоюй скоро лопнет от того, что ей приходится всё держать в себе. Там каждый шаг – как по минному полю, не только тело устает, но и душа!»
Лэлэ мысленно перевела: «Сплетни-то там есть, да только всё это – секретная информация. В одно ухо влетает, а из рта вылететь не может. Учитель Жоюй скоро лопнет от того, что ей приходится всё держать в себе. Там каждый шаг – как по минному полю, не только тело устает, но и душа!»
— Усталость – это нормально, всё-таки ключевые посты, — попытался утешить её Ху Цян. — Это вам не наш Отдел особых поручений.
— Усталость – это нормально, всё-таки ключевые посты, — попытался утешить её Ху Цян. — Это вам не наш Отдел особых поручений.
— Это мы-то в Отделе особых поручений не устаем? — Тут же парировала Мофэй.
— Это мы-то в Отделе особых поручений не устаем? — Тут же парировала Мофэй.
Ху Цян уставился на неё. Вечно эта Мофэй любит вставлять палки в колеса его речам! К его удивлению, остальные четверо дружно закивали.
Ху Цян уставился на неё. Вечно эта Мофэй любит вставлять палки в колеса его речам! К его удивлению, остальные четверо дружно закивали.
Жоюй: «Видеть больше не могу эти сплетни! Мое чрево забито секретами, о которых нельзя болтать! Я сейчас с ума сойду! Мне нужна разрядка!»
Жоюй: «Видеть больше не могу эти сплетни! Мое чрево забито секретами, о которых нельзя болтать! Я сейчас с ума сойду! Мне нужна разрядка!»
Лэлэ: «По сравнению с Учителем Чжицяо наш прежний отдел – просто рай... У-у-у, хочу обратно!»
Лэлэ: «По сравнению с Учителем Чжицяо наш прежний отдел – просто рай... У-у-у, хочу обратно!»
Сяобай: «Я каждый день хожу по краю бездны. С радостью бы пахал сверхурочно целый месяц, лишь бы не это!»
Сяобай: «Я каждый день хожу по краю бездны. С радостью бы пахал сверхурочно целый месяц, лишь бы не это!»
А-Цзе: «А я бы и год пахал! В этом новом офисе у меня уже в глазах двоится – скоро все квадратные вещи станут круглыми!»
А-Цзе: «А я бы и год пахал! В этом новом офисе у меня уже в глазах двоится – скоро все квадратные вещи станут круглыми!»
— Сяобай, а как там в Седьмой бизнес-группе? Там же одни красотки! Разве это не отличный шанс устроить личную жизнь? — Ху Цян подмигнул и ехидно усмехнулся.
— Сяобай, а как там в Седьмой бизнес-группе? Там же одни красотки! Разве это не отличный шанс устроить личную жизнь? — Ху Цян подмигнул и ехидно усмехнулся.
— Да... точно! — Сяобай сжался на стуле и нервно потер руки. — Каждый день ко мне приходят симпатичные девушки, сервис по высшему разряду. Я просто счастлив.
— Да... точно! — Сяобай сжался на стуле и нервно потер руки. — Каждый день ко мне приходят симпатичные девушки, сервис по высшему разряду. Я просто счастлив.
А-Цзе вспомнил, что этот бедолага ныл ему по дороге: «Процесс у этого „главного креативщика“ ничем не отличается от нашей прежней работы! Совещание! Получение задачи! Первая версия! Заказчик недоволен! Правки! Итоговая версия! Снова недоволен! Мозговой штурм! Очередные правки! Опять не то! В итоге... принимают самый первый вариант!»
А-Цзе вспомнил, что этот бедолага ныл ему по дороге: «Процесс у этого „главного креативщика“ ничем не отличается от нашей прежней работы! Совещание! Получение задачи! Первая версия! Заказчик недоволен! Правки! Итоговая версия! Снова недоволен! Мозговой штурм! Очередные правки! Опять не то! В итоге... принимают самый первый вариант!»
— А-Цзе, а у тебя как? Во Второй бизнес-группе ведь особая атмосфера? Говорят, там сплошь современные художники.
— А-Цзе, а у тебя как? Во Второй бизнес-группе ведь особая атмосфера? Говорят, там сплошь современные художники.
— Менеджер Ху, люди там действительно творческие. Эти несколько дней я был очень счастлив, — с каменным лицом произнес А-Цзе.
— Менеджер Ху, люди там действительно творческие. Эти несколько дней я был очень счастлив, — с каменным лицом произнес А-Цзе.
Сяобай подумал: «Правда в том, что там одни психопаты от искусства! Говорят как абстракционисты, ведут себя как импрессионисты – психи среди психов! Но главное – они люто презирают дизайнеров!»
Сяобай подумал: «Правда в том, что там одни психопаты от искусства! Говорят как абстракционисты, ведут себя как импрессионисты – психи среди психов! Но главное – они люто презирают дизайнеров!»
— Вот как? И ты... правда счастлив? — Ху Цян внимательно всмотрелся в лицо А-Цзе.
— Вот как? И ты... правда счастлив? — Ху Цян внимательно всмотрелся в лицо А-Цзе.
— Да бросьте, менеджер Ху, у А-Цзе всегда была мимика как у кирпича, — выручил друга Сяобай.
— Да бросьте, менеджер Ху, у А-Цзе всегда была мимика как у кирпича, — выручил друга Сяобай.
— Угу, — подтвердил А-Цзе.
— Угу, — подтвердил А-Цзе.
— Ладно... Всё уже подали! Давайте сначала поедим, хватит о делах! — Стоило Ху Цяну это сказать, как все набросились на еду. Ужин проходил в довольно странной атмосфере.
— Ладно... Всё уже подали! Давайте сначала поедим, хватит о делах! — Стоило Ху Цяну это сказать, как все набросились на еду. Ужин проходил в довольно странной атмосфере.
Когда всё закончилось, менеджер Ху проводил Сяобая и А-Цзе до такси.
Когда всё закончилось, менеджер Ху проводил Сяобая и А-Цзе до такси.
— Пока! Счастливо! — Махал он им вслед.
— Пока! Счастливо! — Махал он им вслед.
В салоне автомобиля А-Цзе повернулся к Сяобаю:
В салоне автомобиля А-Цзе повернулся к Сяобаю:
— Почему мы не сказали менеджеру Ху правду?
— Почему мы не сказали менеджеру Ху правду?
— Глупый вопрос. Когда идешь на встречу с бывшей вместе с нынешней, разве ты скажешь, что жизнь пошла под откос? — Сяобай скривил губы и фыркнул.
— Глупый вопрос. Когда идешь на встречу с бывшей вместе с нынешней, разве ты скажешь, что жизнь пошла под откос? — Сяобай скривил губы и фыркнул.
А-Цзе промолчал, продолжая сверлить его взглядом.
А-Цзе промолчал, продолжая сверлить его взглядом.
— Ладно-ладно, не стоило обсуждать такое с убежденным холостяком.
— Ладно-ладно, не стоило обсуждать такое с убежденным холостяком.
— Будто ты не такой же, — возразил А-Цзе.
— Будто ты не такой же, — возразил А-Цзе.
— Если серьезно, какой смысл жаловаться Лао Ху? — Вздохнул Сяобай. — Разве он может решить наши проблемы? Только лишних тревог ему добавим. Это был наш выбор, и нам нести за него ответственность. Пусть всё остается как есть. Сами справимся, нечего Лао Ху беспокоить.
— Если серьезно, какой смысл жаловаться Лао Ху? — Вздохнул Сяобай. — Разве он может решить наши проблемы? Только лишних тревог ему добавим. Это был наш выбор, и нам нести за него ответственность. Пусть всё остается как есть. Сами справимся, нечего Лао Ху беспокоить.
А-Цзе ничего не ответил. Он лишь кивнул и бессильно откинулся на спинку сиденья.
А-Цзе ничего не ответил. Он лишь кивнул и бессильно откинулся на спинку сиденья.
Когда же это кончится?
Когда же это кончится?
— А ты? Тебе вызвать машину? — Спросил Ху Цян у Мофэй.
— А ты? Тебе вызвать машину? — Спросил Ху Цян у Мофэй.
— Не нужно, я уже вызвала, — она помахала смартфоном.
— Не нужно, я уже вызвала, — она помахала смартфоном.
— Послушай, Мофэй... тебе не показалось, что все сегодня вели себя странно? Думаешь, они что-то от нас скрывают?
— Послушай, Мофэй... тебе не показалось, что все сегодня вели себя странно? Думаешь, они что-то от нас скрывают?
— О? Поверить не могу, ты всё-таки заметил? — Мофэй посмотрела на него с нескрываемым удивлением.
— О? Поверить не могу, ты всё-таки заметил? — Мофэй посмотрела на него с нескрываемым удивлением.
— Это еще что значит? — Ху Цян прищурился. — Реакция у меня, может, и замедленная, но я не слепой! Лэлэ отвечала как-то путано, секретарь Цзинь постоянно отводила взгляд, Сяобай делал хорошую мину при плохой игре. А А-Цзе... Его каменное лицо и стало главной уликой! В Отделе особых поручений он начал оттаивать, и если бы он был действительно счастлив, то не выглядел бы сейчас как привидение. К тому же, когда Сяобай назвал его «паралитиком», тот даже не возразил!
— Это еще что значит? — Ху Цян прищурился. — Реакция у меня, может, и замедленная, но я не слепой! Лэлэ отвечала как-то путано, секретарь Цзинь постоянно отводила взгляд, Сяобай делал хорошую мину при плохой игре. А А-Цзе... Его каменное лицо и стало главной уликой! В Отделе особых поручений он начал оттаивать, и если бы он был действительно счастлив, то не выглядел бы сейчас как привидение. К тому же, когда Сяобай назвал его «паралитиком», тот даже не возразил!
— Лао Ху, ну ты даешь! Неужели записался на курсы по анализу микровыражений?
— Лао Ху, ну ты даешь! Неужели записался на курсы по анализу микровыражений?
— Не язви, я серьезно!
— Не язви, я серьезно!
— Серьезно? — Мофэй перестала подкалывать его, но её слова ударили в самое больное место. — Позволь напомнить: А-Цзе и остальные больше не в Отделе особых поручений. Они тебе не подчиняются. Даже если у них проблемы, что ты можешь сделать?
— Серьезно? — Мофэй перестала подкалывать его, но её слова ударили в самое больное место. — Позволь напомнить: А-Цзе и остальные больше не в Отделе особых поручений. Они тебе не подчиняются. Даже если у них проблемы, что ты можешь сделать?
— Бывших сотрудников нашего отдела не бывает, — твердо произнес Ху Цян. — Раз они когда-то были моими людьми, то остаются ими навсегда. Если что-то случилось, я обязан вмешаться.
— Бывших сотрудников нашего отдела не бывает, — твердо произнес Ху Цян. — Раз они когда-то были моими людьми, то остаются ими навсегда. Если что-то случилось, я обязан вмешаться.
Мофэй скрестила руки на груди, глядя на него.
Мофэй скрестила руки на груди, глядя на него.
— Ты это всерьез?
— Ты это всерьез?
— Нельзя же бросать их в беде, — ответил Лао Ху.
— Нельзя же бросать их в беде, — ответил Лао Ху.
— Что ж... Тогда первым делом нам нужно выяснить, во что именно они вляпались! — Задумчиво произнесла Мофэй.
— Что ж... Тогда первым делом нам нужно выяснить, во что именно они вляпались! — Задумчиво произнесла Мофэй.

Комментарии

Загрузка...