Вернувшись из роскошного особняка Цзян Юнь в свою двадцатиметровую конуру, Ван Шифэн в полной мере ощутил социальное неравенство. Особенно когда проверил баланс на карте.
Две тысячи тридцать один юань и сорок фэней. Все его сбережения.
Хорошо хоть Цзян Юнь пообещала, что компания предоставит жильё, — можно сэкономить приличную сумму. Если затянуть пояса, на первое время этих копеек хватит.
Но сегодня нужно кровь из носу заставить технарей включить донаты!
Быстро покидав вещи в сумку, Шифэн снова погрузился в изучение истории этого мира. Он просидел в сети до девяти вечера, пока не пришло время собираться на работу.
График у ночных ведущих был специфическим, перевёрнутым с ног на голову: с десяти вечера до шести утра. Вчерашний уход со смены в два часа ночи стал исключением из правил.
Благодаря навыку «Фотографическая память» за день он успел усвоить практически всю хронологию Планеты Лазурь. В целом история развивалась так же, как на Земле, за одним ключевым исключением. Последняя императорская династия здесь отреклась от престола под давлением внешних сил. Затем последовали вторжения, сопротивление, период затишья — и Ся вновь вошла в число мировых держав.
Но из-за того, что смена власти прошла относительно мирно, страна не пережила культурную революцию. Почти все феодальные пережитки уцелели. Общество до сих пор опиралось на конфуцианскую мораль, догмы о патриархате, женской покорности и строгой сыновней почтительности.
Эти невидимые цепи намертво сковали развитие социальной мысли в Великой Ся. Даже открытые границы и годы глобализации не смогли проветрить душную атмосферу. Стране отчаянно не хватало энергии и свободы самовыражения.
Были у такой зажатости и плюсы: высочайший уровень индустриализации и приличный средний доход. Люди с детства учились только сдавать экзамены и пахать на работе, превращаясь в идеальные винтики экономического механизма.
Но расплачиваться за это приходилось массовой депрессией. По статистике Федерации планеты Лазурь, Великая Ся входила в топ самых несчастных государств.
Пока такси везло его к офису, Шифэн окончательно выстроил план, как именно будет использовать Систему Исцеления для карьерного роста.
***
— Это тот самый Ван Шифэн? Какой красавчик!
— Красота — лишь один из талантов учителя Вана. Его главное оружие — глубина мысли.
— Учитель Ван? Да он выглядит так, словно вчера школу закончил. Совсем зелёный.
— Талант от возраста не зависит. За два часа эфира он одной харизмой собрал десятки тысяч фанатов. Такого ещё никто не делал.
— Это да, я слушала запись ночного эфира, живот надорвала от смеха. Кстати, слышали? Генеральный директор Цзян сегодня вызывала Бая Кая на ковёр.
— Так ему и надо! Возомнил о себе невесть что, испугался, что новенький будет пиариться за его счёт, и специально не пришёл на смену. Теперь локти кусает. Босс ему эту выходку точно не простит.
— А ещё я видела на подземной парковке новенькую чёрную Ferrari 488! Почти шесть миллионов стоит. Угадайте, чья?
— Тут и гадать нечего, Цзян Юнь, конечно. Мы пашем, как проклятые, а босс покупает Ferrari. Классика.
— Завидую...
Стоило Ван Шифэну переступить порог офиса, как он тут же ощутил на себе взгляды коллег. Несколько молодых ведущих и стримеров даже подошли познакомиться и обменяться контактами.
Правду говорят: как только ты начинаешь представлять ценность, мир вокруг вдруг становится удивительно дружелюбным.
— Шифэн, ты чего так рано? — навстречу с улыбкой вышел режиссёр Хэ Ли, и толпа сотрудников вокруг тут же рассосалась.
— Режиссёр Хэ. А вы вчера ушли по-английски, даже не попрощавшись, — усмехнулся Шифэн.
— Младший директор Ся сказала, что вы с генеральным директором отлично проводите время за выпивкой, вот мы и решили не мешать.
— Младший директор Ся? — приподнял бровь Шифэн.
— А, ну да, Ся Мэнъяо. Она не только артистка нашего агентства, но и вице-президент. Правда, госпожа Цзян не подпускает её ни к каким реальным делам, — пояснил Хэ Ли. — До скольки вы в итоге гуляли? Госпожа Цзян приехала ещё в обед, а ты только сейчас проснулся?
— Я вообще не пил. Это всё она, — покачал головой Шифэн. — Что у нас сегодня по плану в эфире?
— Сначала нужно зайти в кабинет директора. — Хэ Ли махнул рукой в сторону лифта.
Кабинет Цзян Юнь на верхнем этаже поражал воображение. Просторный, квадратов на четыреста, без лишних деталей в интерьере, но с гигантским панорамным окном, через которое ночной Цзинхуа был виден как на ладони.
Внутри помимо самой Цзян Юнь находились ещё пять человек. Сюй Цин стояла неподалёку, а за спиной начальницы замерли две секретарши в строгих костюмах, чёрных колготках и туфлях на высоком каблуке.
На диване расположились двое мужчин. В одном Шифэн узнал вчерашнего агента, отпрашивавшего Бая Кая с эфира. А второй — лысеющий, слегка комичного вида мужичок лет тридцати с небольшим — судя по всему, и был той самой главной звездой агентства «Синхэ», Баем Каем.
Заметив вошедшего, Бай Кай вскочил с места и, расплывшись в подобострастной улыбке, засеменил навстречу.
— Братишка Шифэн! Наконец-то! Выручай, умоляю! Замолви за меня словечко, а то генеральный директор меня уволит!
Шифэн мгновенно считал тактику. Не бей того, кто улыбается. Этот Бай Кай был тёртым калачом с высочайшим эмоциональным интеллектом. С порога попытался взять новичка на слабо лестью и показательной уязвимостью.
— Ну что вы, брат Кай. Если вы уйдёте, «Синхэ» же в трубу вылетит, — парировал Шифэн, не поддаваясь на манипуляцию.
Улыбка на лице Бая Кая дрогнула, но он быстро взял себя в руки.
— Брось, брат, не зарывай меня ещё глубже. Ты злишься из-за вчерашнего? Честное слово, у меня ребёнок неожиданно с температурой слёг! Пока отвёз в больницу, пока то да сё... Мчался обратно как на пожар, а вы уже закончили эфир. Виноват, каюсь!
Он сам извинился и выкатил железобетонное оправдание. Продолжи Шифэн давить — выставит себя бесчеловечным ублюдком.
Этот парень умел прятать нож за улыбкой.
Ван Шифэн всё прекрасно понял, но лицо сохранил приветливым:
— Да что вы такое говорите! Здоровье ребёнка — это святое. А эфир можно провести когда угодно. Болезни откладывать нельзя. К тому же вчерашний формат изначально был так себе.
Услышав это, Бай Кай разулыбался ещё шире.
— Я так и знал, что ты мировой парень и всё поймёшь! Не переживай, брат, сегодня я выложусь на полную! Раскачаем стрим как надо. Я уже кинул клич своим фанатам, все придут нас поддержать. Возьмём планку в пятьсот тысяч зрителей!
Так вот к чему был весь этот спектакль.
Шифэн слегка прищурился.
Всё встало на свои места. Вчера Ван Шифэн был ноунеймом, и Бай Кай боялся, что новичок будет выезжать на его славе. А сегодня, когда Шифэн неожиданно выстрелил, этот гусь прибежал погреться в чужих лучах.
Воистину, наглость — второе счастье.
Надо отдать должное: такие люди не становятся топ-стримерами просто так.
Шифэн промолчал и перевёл взгляд на Цзян Юнь.
— Бай Кай вызвался загладить вчерашнюю вину. Сегодня он отменяет свой эфир и будет твоим соведущим, — сухо произнесла генеральный директор.
— Ха! — Сюй Цин презрительно фыркнула, не сказав ни слова, но в этом звуке было больше издевки, чем в любой фразе.
Бай Кай сделал вид, что оглох.
— Да бросьте, директор Цзян, не сгущайте краски, — елейно запел он. — Я просто задолжал брату Шифэну помощь в эфире. Перебьюсь разок без своего стрима, не страшно.
— Но ведь сегодняшняя тема совершенно не в вашем стиле, брат Кай, — вмешался режиссёр Хэ Ли, пытаясь технично слить гостя. — Может, лучше завтра, когда напишем новый сценарий?
— Ничего страшного. Я же просто на подхвате. Постою рядом, нагоню трафика, буду подыгрывать братишке, — легко отмахнулся Бай Кай.
Будь Шифэн неопытным юнцом, он бы точно купился на эту лапшу.
Но все присутствующие в кабинете прекрасно понимали расстановку сил. Как бы ярко ни сверкнул вчера Ван Шифэн, он оставался новичком. Ни по фанбазе, ни по опыту тягаться с матёрым волком Баем Каем он не мог. Окажись они в одном кадре, Бай Кай неминуемо перетянул бы одеяло на себя.
И тогда Ван Шифэн превратился бы в обычную декорацию, генерирующую инфоповоды для чужого успеха.
Цзян Юнь слегка нахмурилась и едва заметно покачала головой, давая Шифэну знак отказаться.
Но тот расплылся в самой безобидной улыбке:
— Если брат Кай готов мне помочь, то для меня это огромная честь.
Улыбка Бая Кая стала ещё ослепительнее.
После обмена дежурными любезностями звезда стримов вместе с агентом покинули кабинет.
— Брат Кай, я же говорил! Сопляк сопляком, обвели вокруг пальца на раз-два! — возбуждённо зашептал агент, едва за ними закрылась дверь.
— Заткнись, придурок, — улыбка мигом слетела с лица Бая Кая, сменившись ледяным презрением. — Этот пацан вообще ничего не решает. Главное — позиция Цзян Юнь. Вот уж воистину, эти боссы все как один твари неблагодарные. Забыла, сука, кто вытащил её контору из дерьма. А теперь деньгами обросла и решила, что пора избавиться от старой гвардии? Хрен ей.
— Это точно. Дрянь мелкая, — поддакнул агент. — Да если бы не ты, эта «Синхэ» загнулась бы ещё пару лет назад! Никакой благодарности, ещё и трафик нам резать вздумала.
— Не так всё просто. В «Синхэ» не она одна командует парадом, — хмыкнул Бай Кай.
— Твоя правда! Малолетняя соплячка решила нам на шею сесть. Совсем берега попутала, — осклабился агент. — Но, брат Кай, этот парнишка Ван вчера реально неплохо зажёг.
— Я в курсе. Иначе хер бы я к нему сунулся, — презрительно бросил стример. — Фанаты как раз начали уставать от моего формата. Используем пацана как батарейку, заодно залетим в тренды и соберём сливки.
В узких поросячьих глазках Бая Кая сверкнул холодный расчёт.
Ван Шифэн для него был не более чем удобным инструментом.

Комментарии

Загрузка...