На следующее утро У Цзинчжун вызвал Юй Цзэчэна к себе в кабинет:
— Цзэчэн, вчера ты принёс домой ту партию товаров, так твоя Сестрица Мэй была просто на седьмом неба от счастья! И вот сегодня она упрямо требует, чтобы я пригласил тебя к нам на ужин.
Юй Цзэчэн попытался отказаться:
— Начальник, я просто делал то, что должен, ужинать совсем не обязательно.
У Цзинчжун улыбнулся:
— Цзэчэн, сколько лет мы уже знакомы?
Юй Цзэчэн поднял глаза на потолок и бормотал про себя:
— Ой, я поступил на ускоренные курсы в Цинпу в двадцать шестом году по китайскому календарю, с тех пор прошло уже двенадцать лет.
У Цзинчжун кивнул и заговорил сам с собой:
— Много ли у человека в жизни таких двенадцатилетий! К тому же потом мы вместе служили в Тяньцзине, а теперь вот вместе приехали на Тайвань. В этом незнакомом месте мы должны держаться друг за друга изо всех сил, только так мы сможем прочно закрепиться на этой земле!
Юй Цзэчэн не понимал, к чему У Цзинчжун предался таким сантиментам, но кивнул:
— Да, вы правы, поэтому в моём сердце начальник тоже стал родным человеком.
У Цзинчжун улыбнулся:
— Раз мы родные люди, вечером просто приходи к нам поужинать.
Услышав это, Юй Цзэчэн с улыбкой согласился:
— Как скажете, начальник. Только вот побеспокою Сестрицу Мэй.
У Цзинчжун махнул рукой:
— Возвращайся к работе.
Вернувшись в кабинет, Юй Цзэчэн ослабил галстук и покрутил шеей из стороны в сторону. В словах У Цзинчжуна и впрямь чувствовалась доля искренности, особенно фраза про то, сколько у человека бывает двенадцатилетий, заставила Юй Цзэчэна вздрогнуть изнутри.
Как бы то ни было, поддерживать хорошие отношения с начальником не только полезно для получения новых разведданных — по крайней мере, если что-то случится, найдётся тот, кто замолвит за тебя словечко, а это всегда хорошо.
Подумав об этом, Юй Цзэчэн вышел: ему нужно было купить какие-нибудь подарки, чтобы вечером захватить с собой к начальнику домой — это элементарные правила приличия в человеческих отношениях.
Выйдя за дверь, Юй Цзэчэн обошёл квартал и, завернув к входу в универмаг «Минсюань», заметил выставленные у дверей два горшка с цветами. Он сделал пару шагов вперёд, как вдруг какая-то девушка на велосипеде с громким криком на всех парах понеслась прямо на него. Юй Цзэчэн не успел увернуться, и девушка с размаху сбила его с ног.
Девушка рассердилась, скривилась, поднимаясь с земли, и тыкнула пальцем в Юй Цзэчэна, который как раз пытался встать:
— Ты что же за человек такой, почему уворачиваться не умеешь?!
Юй Цзэчэна ни за что ни прочто сбили с ног, да еще эта девчонка отчитала его. Он вытаращил глаза и уже хотел ответить ей тем же, но девушка уже подняла велосипед и хромая зашагала прочь.
Юй Цзэчэн поднялся на ноги и проворчал:
— И что за народ пошел!
Вдруг он вспомнил, что судя по произношению, эта девчонка была родом с материкового Севера. Он невольно замер, а обернувшись, увидел, что её и след уже простыл.
После окончания рабочего дня Юй Цзэчэн в машине У Цзинчжуна поехал прямо к нему домой. Едва он переступил порог, как Сестрица Мэй бросилась ему навстречу:
— Ой, Цзэчэн, ты пришёл! Быстро, садись скорее.
Юй Цзэчэн поставил купленные фрукты на стол и, подняв голову, как раз увидел вбегающую в комнату девушку. Та замерла, заметив Юй Цзэчэна:
— Это ты! Ну надо же, какая узкая дорожка.
Сестрица Мэй спросила:
— Что, вы уже знакомы?
Юй Цзэчэн повернул голову и улыбнулся:
— Столкнулись на улице, можно сказать, виделись один раз.
Мэй Сюэмао презрительно глянула на Юй Цзэчэна:
— С чего это мы знакомы!
Сестрица Мэй строго посмотрела на Мэй Сюэмао:
— Эта девчонка совсем взрослая, а ума не наберется.
За столом Сестрица Мэй была чрезвычайно любезна с Юй Цзэчэном, а Мэй Сюэмао не обращала на него никакого внимания и продолжала молча уплетать еду.
У Цзинчжун попросил Юй Цзэчэна проводить Мэй Сюэмао домой, и тому пришлось согласиться. Едва они вышли за ворота, Мэй Сюэмао подняла на него взгляд:
— Не думай, что раз моя тетушка от тебя без ума, то и я буду в тебя влюблена. Я не женщина старой эпохи, которая станет следовать родительскому приказу или словам свахи — если человек мне не по нраву, я скорее умру, чем подчинюсь!
Сказав это, она вскочила на велосипед и уехала.
Юй Цзэчэн так и остался стоять на месте и лишь спустя долгое время покачал головой:
— И к чему это всё?! Не разрешает провожать — и лучше, пойду домой отдыхать.
Только он занёс ногу, чтобы шагнуть вперёд, как услышал впереди возглас: «Ой!». Это был голос Мэй Сюэмао. Юй Цзэчэн бросился туда и, увидев, что она пытается подняться, спросил:
— Ты как? Не ушиблась?
Мэй Сюэмао разозлилась еще сильнее:
— Сам не видишь разве, разве это называется не ушиблась? Какая фальшь!
Юй Цзэчэн больше ничего не сказал и протянул руку, чтобы поднять её, но Мэй Сюэмао из вредности бросила:
— Убери свои окровавленные руки, противно пачкаться.
Юй Цзэчэн нахмурился и вытаращил глаза:
— Ты что же за человек такой! Я из лучших побуждений хочу помочь, а ты меня ругаешь!
Мэй Сюэмао холодно фыркнула:
— Хватит притворяться! Думаешь, мне твоя помощь нужна?
С этими словами она отряхнула руки, подняла велосипед и покатила его дальше.
Юй Цзэчэн остался стоять на месте:
— Не умеешь кататься — так не хорохорись! Пешком идти тоже можно, а если бы снова упала, было бы только хуже!
Мэй Сюэмао огрызнулась:
— Не твоего ума дело!
Юй Цзэчэн стоял там, тяжело вздохнул и повернул назад. Фонари светили тускло, прохожих на улице почти не было, лишь возле магазинов изредка попадались люди с пожитками в руках.
Подумав о том, что дома плиту не разжигают, а в общежитии нужно иметь хоть какой-то запас еды — на случай, если среди ночи проснёшься от голода, а съесть нечего, — Юй Цзэчэн направился к магазину на краю улицы.
Приближаясь к дверям магазина, он заметил промелькнувшую сбоку фигуру. Лица разглядеть было нельзя, но сама походка казалась очень знакомой. Юй Цзэчэн опешил, остановился, и его мозг за работал на пределе: это был Му Ляньчэн! Юй Цзэчэн сделал несколько быстрых шагов, пытаясь догнать его, но, к сожалению, Му Ляньчэн свернул за угол, и его след окончательно пропал, так что пришлось возвращаться назад.
Это же Тайвань, откуда здесь взяться Му Ляньчэну? Разве он не уехал в Японию? Вопросы один за другим проносились в голове Юй Цзэчэна.
В течение нескольких последующих дней Юй Цзэчэн, уходя с работы, неизменно бродил по этому району, но, к сожалению, Му Ляньчэну он больше не встретил.
Приближался Новый год, и люди в управлении тоже выглядели несколько расслабленными, все в душе мечтали лишь о том, чтобы хорошо встретить праздник. Юй Цзэчэн сидел в кабинете один, взял в руки газету и, заметив там статью под названием «Демократия и свобода», из любопытства принялся внимательно её читать. Статья была написана неплохо: логика ясна, доводы убедительны. Юй Цзэчэн не удержался и бросил взгляд на имя автора — Мэй Сюэмао. Юй Цзэчэн поразился: неужели она?
В этот момент зазвонил телефон, раздался голос начальника:
— Цзэчэн, зайди на минутку.
Положив трубку, Юй Цзэчэн торопливо сложил газету, убрал её в ящик стола и быстро вышел.
Дверь в кабинет начальника была приоткрыта. Когда Юй Цзэчэн вошел, Янь Чжэнминь и Гун Шисюнь уже находились там. Едва Юй Цзэчэн переступил порог, начальник с мрачным лицом бросил:
— Закри дверь.
Юй Цзэчэн послушно исполнил приказание, перевел взгляд на Янь Чжэнминя и Гун Шисюня, а затем посмотрел на У Цзинчжуна:
— Начальник, что-то случилось?
У Цзинчжун с мрачным выражением лица поднял голову и бросил косой взгляд на Янь Чжэнминя:
— Начальник Янь, доложите.
Янь Чжэнминь опустил глаза на папку с документами в своих руках и отчеканил:
— Наши товарищи, оставшиеся на материке, арестованы Компартией, мы понесли почти полное уничтожение сил!
Юй Цзэчэн вытаращил глаза, остолбенев от потрясения настолько, что долго не мог вымолвить ни слова. Он перевел взгляд на У Цзинчжуна, затем снова посмотрел на Янь Чжэнминя, вытянул шею и переспросил:
— Полное уничтожение? Что значит полное уничтожение? Это... как вообще такое возможно?

Комментарии

Загрузка...