— Вали отсюда, идиот!
— Вали отсюда, идиот!
Лю Я, сгорая от смущения и злости, схватила со стола папку с документом и изо всех сил запулила её в Цинь Юня.
Лю Я, сгорая от смущения и злости, схватила со стола папку с документом и изо всех сил запулила её в Цинь Юня.
Цинь Юнь с наглой ухмылкой увернулся изящным финтом, и папка с громким хлопком шлепнулась на пол прямо перед его ногами. Взгляд его случайно зацепился за крупный заголовок на титульном листе.
Цинь Юнь с наглой ухмылкой увернулся изящным финтом, и папка с громким хлопком шлепнулась на пол прямо перед его ногами. Взгляд его случайно зацепился за крупный заголовок на титульном листе.
«Саммит Ассоциации Венчурных Инвестиций».
«Саммит Ассоциации Венчурных Инвестиций».
Дата проведения — прямо сегодня.
Дата проведения — прямо сегодня.
— Ого? — Цинь Юнь поднял папку и изумленно перечитал текст. — Этот саммит венчурных инвесторов... Это же та самая контора, о которой ты говорила? Ну, те ребята, что хотели влить бабло в твою компанию? Сегодня у них тусовка, а ты почему до сих пор торчишь тут? До начала же всего полчаса осталось!
— Ого? — Цинь Юнь поднял папку и изумленно перечитал текст. — Этот саммит венчурных инвесторов... Это же та самая контора, о которой ты говорила? Ну, те ребята, что хотели влить бабло в твою компанию? Сегодня у них тусовка, а ты почему до сих пор торчишь тут? До начала же всего полчаса осталось!
Цинь Юнь искренне недоумевал. У этой девчонки был пробивной характер настоящей бизнес-вумен, так почему же сейчас, когда перед ней маячила такая шикарная возможность, она сидела сложа руки?! Разве не должна она была уже лететь на всех парах на своем авто на этот саммит?
Цинь Юнь искренне недоумевал. У этой девчонки был пробивной характер настоящей бизнес-вумен, так почему же сейчас, когда перед ней маячила такая шикарная возможность, она сидела сложа руки?! Разве не должна она была уже лететь на всех парах на своем авто на этот саммит?
Услышав его вопрос, Лю Я поджала губы, и в её глазах вспыхнула горечь:
Услышав его вопрос, Лю Я поджала губы, и в её глазах вспыхнула горечь:
— Это не просто «тусовка». Это крупнейшая инвестиционная ярмарка, которую венчурные фонды устраивают в Цзяннани. Все компании, ищущие финансовые вливания, отправляют туда своих представителей, чтобы презентовать проекты. Это их способ отсеять шелуху и поближе познакомиться с новичками.
— Это не просто «тусовка». Это крупнейшая инвестиционная ярмарка, которую венчурные фонды устраивают в Цзяннани. Все компании, ищущие финансовые вливания, отправляют туда своих представителей, чтобы презентовать проекты. Это их способ отсеять шелуху и поближе познакомиться с новичками.
Цинь Юнь почесал затылок:
Цинь Юнь почесал затылок:
— Ну и в чем проблема? Почему не едешь? Не хочешь?
— Ну и в чем проблема? Почему не едешь? Не хочешь?
Лю Я сжала кулаки, тяжело вздохнула и ответила:
Лю Я сжала кулаки, тяжело вздохнула и ответила:
— Да кто сказал, что не хочу?! Просто... я сейчас не в том... Ай, да ну тебя, забудь! Забей!
— Да кто сказал, что не хочу?! Просто... я сейчас не в том... Ай, да ну тебя, забудь! Забей!
— Ты чего киснешь?! — Цинь Юнь подскочил к ней, подхватил документ и ухватил девушку за руку. — Погнали, погнали! Время поджимает, я сам тебя отвезу! В конце концов, я твой личный водитель, а ни разу тебя толком не катался! Чего стесняться-то? Подумаешь, предательство пару шестерок! Для твоей компании это шанс выйти на новый уровень!
— Ты чего киснешь?! — Цинь Юнь подскочил к ней, подхватил документ и ухватил девушку за руку. — Погнали, погнали! Время поджимает, я сам тебя отвезу! В конце концов, я твой личный водитель, а ни разу тебя толком не катался! Чего стесняться-то? Подумаешь, предательство пару шестерок! Для твоей компании это шанс выйти на новый уровень!
С этими словами Цинь Юнь настойчиво потащил Лю Я к выходу. Он искренне не хотел, чтобы Цюйхуа ломалась из-за какой-то мелкой подставы со стороны бывшего компаньона.
С этими словами Цинь Юнь настойчиво потащил Лю Я к выходу. Он искренне не хотел, чтобы Цюйхуа ломалась из-за какой-то мелкой подставы со стороны бывшего компаньона.
За пять лет службы в армии он навидался столько предательств и ударов в спину, что уже давно перестал делать из этого драму. Правило тут одно: если ты сам достаточно силен, то никакая шваль тебе не страшна!
За пять лет службы в армии он навидался столько предательств и ударов в спину, что уже давно перестал делать из этого драму. Правило тут одно: если ты сам достаточно силен, то никакая шваль тебе не страшна!
Лю Я пыталась сопротивляться, но сила Цинь Юня была нечеловеческой. Не успела она опомниться, как уже сидела на пассажирском сиденье, а её спину впечатало в кресло от мощнейшего ускорения.
Лю Я пыталась сопротивляться, но сила Цинь Юня была нечеловеческой. Не успела она опомниться, как уже сидела на пассажирском сиденье, а её спину впечатало в кресло от мощнейшего ускорения.
«Эх, ладно... Раз уж села, так поеду! В конце концов...» — она бросила беглый взгляд на профиль Цинь Юня и смущенно опустила глаза.
«Эх, ладно... Раз уж села, так поеду! В конце концов...» — она бросила беглый взгляд на профиль Цинь Юня и смущенно опустила глаза.
*
*
Вскоре Цинь Юнь утопил педаль газа в пол и доставил Лю Я к элитному комплексу в самом центре города.
Вскоре Цинь Юнь утопил педаль газа в пол и доставил Лю Я к элитному комплексу в самом центре города.
Отель «Тэнлун» — закрытая площадка, обслуживающая исключительно крупный бизнес Цзяннани. Здесь регулярно проходили ярмарки вакансий, международные форумы и светские рауты, так что место буквально кишело сливками местного общества.
Отель «Тэнлун» — закрытая площадка, обслуживающая исключительно крупный бизнес Цзяннани. Здесь регулярно проходили ярмарки вакансий, международные форумы и светские рауты, так что место буквально кишело сливками местного общества.
Припарковав машину, Цинь Юнь выскочил и учтиво распахнул перед Лю Я дверь. Должность водителя обязывала отыгрывать роль на все сто!
Припарковав машину, Цинь Юнь выскочил и учтиво распахнул перед Лю Я дверь. Должность водителя обязывала отыгрывать роль на все сто!
— Слушай, Цюйхуа, ты иди одна, а я тут в тачке посижу, в телефоне порисуюсь.
— Слушай, Цюйхуа, ты иди одна, а я тут в тачке посижу, в телефоне порисуюсь.
Лю Я замялась на секунду, а затем произнесла:
Лю Я замялась на секунду, а затем произнесла:
— Цинь Юнь, пошли со мной.
— Цинь Юнь, пошли со мной.
— Я?! — Цинь Юнь ткнул пальцем себе в грудь и усиленно замахал руками. — Не-не-не, ты же знаешь, я всю эту светскую хренотень терпёть не могу! Все эти умные разговоры, в которых я ни бум-бум... На таких сборищах наверняка нужно разглядывать кучу бумаг и слушать нудные отчеты. Я в школе на математике засыпал, а уж там вообще вырублюсь через две минуты.
— Я?! — Цинь Юнь ткнул пальцем себе в грудь и усиленно замахал руками. — Не-не-не, ты же знаешь, я всю эту светскую хренотень терпёть не могу! Все эти умные разговоры, в которых я ни бум-бум... На таких сборищах наверняка нужно разглядывать кучу бумаг и слушать нудные отчеты. Я в школе на математике засыпал, а уж там вообще вырублюсь через две минуты.
Цинь Юню действительно до тошноты не хотелось лезть в это официальное болото. Куда веселее было позабивать винрейт в mobile legends прямо в салоне машины!
Цинь Юню действительно до тошноты не хотелось лезть в это официальное болото. Куда веселее было позабивать винрейт в mobile legends прямо в салоне машины!
Но Лю Я вцепилась в его рукав:
Но Лю Я вцепилась в его рукав:
— Ничего не знаю! Я сказала — идешь со мной, значит идешь!
— Ничего не знаю! Я сказала — идешь со мной, значит идешь!
И, передразнивая его недавние манеры, она с силой потащила Цинь Юня в сторону главного входа.
И, передразнивая его недавние манеры, она с силой потащила Цинь Юня в сторону главного входа.
*
*
Главный холл первого этажа отеля «Тэнлун» был уставлен изысканными фуршетными столами с десертами, канапе и коллекционным вином. Разумеется, собравшиеся здесь люди пришли сюда вовсе не ради еды.
Главный холл первого этажа отеля «Тэнлун» был уставлен изысканными фуршетными столами с десертами, канапе и коллекционным вином. Разумеется, собравшиеся здесь люди пришли сюда вовсе не ради еды.
Представители десятков перспективных компаний с бокалами шампанского в руках кучковались по интересам, обсуждая последние новости рынка и пытаясь завязать нужные знакомства.
Представители десятков перспективных компаний с бокалами шампанского в руках кучковались по интересам, обсуждая последние новости рынка и пытаясь завязать нужные знакомства.
Однако в самом центре зала находился эпицентр общего внимания. Там стоял статный молодой человек в идеально скроенном костюме. У него была ухоженная кожа, тонкие черты лица и безупречная осанка. Вокруг него сплошным кольцом вились тучные, лоснящиеся от пота топ-менеджеры и владельцы корпораций.
Однако в самом центре зала находился эпицентр общего внимания. Там стоял статный молодой человек в идеально скроенном костюме. У него была ухоженная кожа, тонкие черты лица и безупречная осанка. Вокруг него сплошным кольцом вились тучные, лоснящиеся от пота топ-менеджеры и владельцы корпораций.
— Господин Гу действительно невероятно хорош собой! В таком юном возрасте занять пост управляющего китайским регионом в международном венчурном фонде — это колоссальный успех! Надеемся на ваше покровительство в будущем!
— Господин Гу действительно невероятно хорош собой! В таком юном возрасте занять пост управляющего китайским регионом в международном венчурном фонде — это колоссальный успех! Надеемся на ваше покровительство в будущем!
— Да-да! Мы слышали, господин Гу — выпускник Цзяннаньского университета! Вернуться на родину в качестве топ-менеджера такого гиганта — настоящий подвиг во благо нашего города!
— Да-да! Мы слышали, господин Гу — выпускник Цзяннаньского университета! Вернуться на родину в качестве топ-менеджера такого гиганта — настоящий подвиг во благо нашего города!
— Коллеги, давайте поднимем бокалы за господина Гу!
— Коллеги, давайте поднимем бокалы за господина Гу!
Бизнесмены хором подхватили тост, наперебой рассыпаясь в подобострастных комплиментах. В наши дни заполучить инвестиции от международного фонда было задачей не из легких, вот они и из кожи вон лезли.
Бизнесмены хором подхватили тост, наперебой рассыпаясь в подобострастных комплиментах. В наши дни заполучить инвестиции от международного фонда было задачей не из легких, вот они и из кожи вон лезли.
Сам же Гу Тан, находившийся в центре этого поклонения, лишь слегка улыбался, хотя в глубине его глаз читалось холодное высокомерие. Ему до безумия нравилось это ощущение превосходства, когда влиятельные люди вымаливают его благосклонность.
Сам же Гу Тан, находившийся в центре этого поклонения, лишь слегка улыбался, хотя в глубине его глаз читалось холодное высокомерие. Ему до безумия нравилось это ощущение превосходства, когда влиятельные люди вымаливают его благосклонность.
Гу Тан произнес сдержанным тон:
Гу Тан произнес сдержанным тон:
— Господа, вы мне льстите. Я принял управление китайским регионом всего пару месяцев назад и ещё не успел до конца вникнуть во все проекты. Вы — восходящие звезды местного бизнеса, так что это мне стоит рассчитывать на вашу помощь в поиске перспективных стартапов.
— Господа, вы мне льстите. Я принял управление китайским регионом всего пару месяцев назад и ещё не успел до конца вникнуть во все проекты. Вы — восходящие звезды местного бизнеса, так что это мне стоит рассчитывать на вашу помощь в поиске перспективных стартапов.
От этих слов крупные боссы буквально расплылись в блаженных улыбках:
От этих слов крупные боссы буквально расплылись в блаженных улыбках:
— Господин Гу слишком скромен! Мы с радостью поделимся всей информацией!
— Господин Гу слишком скромен! Мы с радостью поделимся всей информацией!
— Именно так! Спрашивайте о чем угодно!
— Именно так! Спрашивайте о чем угодно!
Гу Тан пригубил вино и как бы между прочим поинтересовался:
Гу Тан пригубил вино и как бы между прочим поинтересовался:
— Кстати... А что вы думаете о компании «Люши Интернет Технолоджи»?
— Кстати... А что вы думаете о компании «Люши Интернет Технолоджи»?
Все присутствующие на секунду опешили. Никто не ожидал, что разговор резко вильнет в сторону фирмы Лю Я.
Все присутствующие на секунду опешили. Никто не ожидал, что разговор резко вильнет в сторону фирмы Лю Я.
— А, это же тот самый громкий стартап Цзяннани! Говорят, их отдел разработок создал какой-то уникальный алгоритм для обучения искусственного интеллекта...
— А, это же тот самый громкий стартап Цзяннани! Говорят, их отдел разработок создал какой-то уникальный алгоритм для обучения искусственного интеллекта...
— Я в айти не силен, но знаю, что у нас в городе пару крупных тузов очень хотели прибрать эту фирму к рукам. Например, тот же господин Чжао.
— Я в айти не силен, но знаю, что у нас в городе пару крупных тузов очень хотели прибрать эту фирму к рукам. Например, тот же господин Чжао.
— Ха, да что там Чжао! Я слышал, на днях сам император подпольного мира Ван Тяньхай отправил несколько сотен бандитов, чтобы прижать хозяйку компании, Лю Я. Но в итоге её спаси какой-то новичок-водитель, который раскидал всю эту орду!
— Ха, да что там Чжао! Я слышал, на днях сам император подпольного мира Ван Тяньхай отправил несколько сотен бандитов, чтобы прижать хозяйку компании, Лю Я. Но в итоге её спаси какой-то новичок-водитель, который раскидал всю эту орду!
Стоило зайти речи о Лю Я, как бизнесмены тут же наперебой начали смаковать пикантные подробности.
Стоило зайти речи о Лю Я, как бизнесмены тут же наперебой начали смаковать пикантные подробности.
Никто из них не заметил, как при упоминании «водителя» лицо Гу Тана мгновенно омрачилось, а взгляд стал ледяным.
Никто из них не заметил, как при упоминании «водителя» лицо Гу Тана мгновенно омрачилось, а взгляд стал ледяным.
И именно в этот момент двери холла распахнулись, и Лю Я буквально затащила Цинь Юня внутрь.
И именно в этот момент двери холла распахнулись, и Лю Я буквально затащила Цинь Юня внутрь.
Цинь Юнь, не успевший позавтракать, при виде уставленных едой столов почувствовал, как его желудок отозвался громким урчанием.
Цинь Юнь, не успевший позавтракать, при виде уставленных едой столов почувствовал, как его желудок отозвался громким урчанием.
— Цюйхуа, ты иди общайся, а я перекушу, а то у меня кишка кишке бьет тревогу!
— Цюйхуа, ты иди общайся, а я перекушу, а то у меня кишка кишке бьет тревогу!
С этими словами Цинь Юнь с горящими глазами сбросил руку девушки, вытащил из-за стола свободный стул, уселся прямо посреди зала и начал наворачивать баварские колбаски и сэндвичи, запивая их дорогостоящим шампанским.
С этими словами Цинь Юнь с горящими глазами сбросил руку девушки, вытащил из-за стола свободный стул, уселся прямо посреди зала и начал наворачивать баварские колбаски и сэндвичи, запивая их дорогостоящим шампанским.
Со стороны это выглядело донельзя аппетитно.
Со стороны это выглядело донельзя аппетитно.
Глядя на то, как он уничтожает элитные закуски словно изголодавшийся волк, Лю Я лишь тяжело вздохнула.
Глядя на то, как он уничтожает элитные закуски словно изголодавшийся волк, Лю Я лишь тяжело вздохнула.
Но не успела она сделать и шага, как заметила, что окруженный толпой Гу Тан вдруг оттолкнул от себя бизнесменов и направился прямо к ней.
Но не успела она сделать и шага, как заметила, что окруженный толпой Гу Тан вдруг оттолкнул от себя бизнесменов и направился прямо к ней.
Остальные боссы, сообразив, к кому идет представитель фонда, переглянулись и с любопытством последовали за ним.
Остальные боссы, сообразив, к кому идет представитель фонда, переглянулись и с любопытством последовали за ним.
— Давно не виделись, Сяо Я, — Гу Тан салютовал ей бокалом.
— Давно не виделись, Сяо Я, — Гу Тан салютовал ей бокалом.
Лю Я напряглась и сухо ответила:
Лю Я напряглась и сухо ответила:
— Да... давненько.
— Да... давненько.
Гу Тан перевел взгляд на Цинь Юня, уплетавшего за обе щеки бутерброды.
Гу Тан перевел взгляд на Цинь Юня, уплетавшего за обе щеки бутерброды.
— А это кто?
— А это кто?
Цинь Юнь с набитым ртом пробормотал:
Цинь Юнь с набитым ртом пробормотал:
— Я её...
— Я её...
Но не успел он договорить, как Лю Я внезапно обняла его за локоть и с лучезарной улыбкой произнесла:
Но не успел он договорить, как Лю Я внезапно обняла его за локоть и с лучезарной улыбкой произнесла:
— Это мой парень — Цинь Юнь!
— Это мой парень — Цинь Юнь!
Цинь Юнь: «Че-е-его-о-о?!»
Цинь Юнь: «Че-е-его-о-о?!»

Комментарии

Загрузка...