Враждебность Шэн Бинсина Цзян Чэня не волновала. Он вернулся в эту семью не ради него.
Ему просто хотелось узнать своих кровных родственников. Он верил, что раз семья Шэн столько лет искала его, значит, они искренне хотят всё исправить.
Он не собирался враждовать с приемным сыном. Но вскоре понял, что всё оказалось гораздо сложнее.
Шэн Бинсин рос в этой семье как единственный наследник и привык считать, что всё состояние Шэнов по праву принадлежит ему. Внезапное появление настоящего сына как раз в год совершеннолетия вызвало у него острую паранойю.
На словах он только и твердил «брат, брат», демонстрируя глубочайшее почтение, а за спиной постоянно плел мелкие, грязные интриги.
Бог бы с ним, но две сестры, Шэн Наньфэн и Шэн Наньюй, раз за разом не разбираясь вставали на сторону Шэн Бинсина. Им всегда казалось, что Цзян Чэнь обижает их любимого младшего брата.
Они постоянно требовали от Цзян Чэня извинений.
Он их просто игнорировал.
Из-за этого сестры невзлюбили его еще сильнее, и их отношение стало откровенно скверным.
Третью сестру, Шэн Наньсюэ, Цзян Чэнь ни разу не видел — вроде бы она училась за границей. Но можно было легко догадаться о её отношении. Вряд ли она сильно отличалась от остальных двух.
Гораздо больше Цзян Чэня озадачивало поведение главы семьи, Шэн Юаньчэна.
Казалось бы, он сам нашел его. Цзян Чэнь — его родная кровь, и тест на отцовство это неопровержимо подтверждал.
Но Шэн Юаньчэн держался с ним отстраненно и холодно. Совсем не так ведет себя отец, нашедший потерянного много лет назад ребенка.
Иногда Цзян Чэню даже казалось, что он раздражает отца.
Вскоре из разговоров с сестрами он начал понимать, в чем дело.
Как-то раз Цзян Чэнь вышел из душа с еще мокрыми волосами и столкнулся в коридоре со старшей сестрой, Шэн Наньфэн.
Та с брезгливой гримасой отшатнулась.
— Держись от меня подальше.
Цзян Чэнь не придал этому значения и просто прошел мимо, направляясь в свою комнату.
Но Шэн Наньфэн вдруг взорвалась:
— Цзян Чэнь! Ты оглох?! Я сказала, держись от меня подальше! Не думай, что раз ты вернулся, то стал полноправным членом семьи! Ты просто необразованная деревенщина! Тебе никогда не сравниться с нашим Бинсином!
Цзян Чэнь остановился. Он не понимал, чем вообще заслужил эту истерику, просто пройдя мимо.
— В чем дело? — холодно спросил он.
— Еще спрашиваешь?! Кто знает, может, на тебе блохи! Боже, мне срочно нужно в душ!
С этими криками Шэн Наньфэн пулей скрылась в своей комнате.
У каждого члена семьи Шэн в спальне была своя ванная комната. У всех, кроме Цзян Чэня.
Впрочем, его это совершенно не волновало.
Стоило Шэн Наньфэн закончить свой неадекватный концерт и уйти, как из соседней двери появился Шэн Бинсин.
— Брат, если хочешь, можешь мыться в моей ванной. Не ходи больше в ту, что для прислуги! Там грязно!
Цзян Чэнь нахмурился.
Действительно, из-за отсутствия личной ванной он пользовался той, что предназначалась для персонала.
Шэн Бинсин нарочно произнес это громко, с нескрываемым превосходством. Намекал, что Цзян Чэнь сам по себе грязный?
Но какая разница, где мыться? Вода везде одинаковая.
В доме его приемных родителей ванная комната была в несколько раз просторнее, чем спальня этого Бинсина, и Цзян Чэнь никогда не делал из этого культа.
Он смерил Шэн Бинсина взглядом. Неужели тот думает, что такие дешевые трюки сойдут за хитрость?
Но Шэн Бинсин не отставал и увязался за ним по лестнице.
— Брат, если тебе что-то понадобится, только скажи, не стесняйся.
Тон был такой, будто Бинсин здесь полноправный хозяин, а Цзян Чэнь — бедный родственник, которого пустили пожить из милости.
Цзян Чэнь уже заметил закономерность: в присутствии других членов семьи Бинсин никогда себе такого не позволял. На людях он всегда оставался кротким, робким и уступчивым.
Цзян Чэня раздражало, когда взрослый парень ведет себя как изнеженная барышня. Но он решил: не нравится — держись подальше. В крайнем случае, можно просто свести общение к минимуму.
Он ошибся. Позже он понял, что негласное соревнование началось в ту секунду, когда он переступил порог этого дома.
Шэн Бинсин из кожи вон лез, чтобы доказать: он во всем превосходит настоящего сына.
Сестры выступали в роли верных защитниц. Они выросли вместе с Бинсином, привыкли опекать его и теперь слепо бросались на его защиту при любом удобном случае.
Отец, Шэн Юаньчэн, вел себя как строгий, но справедливый патриарх. На деле же ни о какой справедливости не шло и речи — в глубине души он полностью поддерживал приемного сына.
И лишь мать, Мэн Ялань, казалось, искренне его любила. Иногда она просто смотрела на Цзян Чэня, и по ее щекам катились слезы.
Только из-за этого Цзян Чэнь, не раз порывавшийся уйти, менял решение. Ладно, подождем еще немного, посмотрим.
Он не ожидал, что Шэн Бинсин и остальные начнут переходить все границы.
Особенно Бинсин, который обожал стравливать всех между собой.
Семья Шэн почему-то вбила себе в голову, что раз Цзян Чэнь рос вдали от столицы, то он по умолчанию хуже Бинсина. Сестры откровенно презирали его «деревенское» происхождение. Они на каждом шагу демонстрировали, насколько крепка их сестринская связь с Бинсином, давая понять, что какому-то выскочке её не разрушить.
После переезда к Шэнам Цзян Чэню пришлось перевестись в другую школу — ту же самую, где учился Шэн Бинсин.
Цзян Чэня это не заботило. Учиться можно везде.
Оба они были в выпускном классе.
Говорили, что Шэн Бинсин стабильно входит в топ-50 лучших учеников параллели. Для Первой средней школы Цзинши — лучшей в городе — это был результат, которым стоило гордиться.
Добавьте к этому статус семьи Шэн, и станет ясно, почему авторитет Бинсина в классе был непререкаем.
Даже классный руководитель порой заискивал перед ним.
Цзян Чэня же перевели в школу под видом «дальнего родственника» семьи.
Было очевидно: хоть его и забрали домой, публично признавать родным сыном не собирались.
Для Шэн Бинсина это стало очередным поводом.
Он раструбил по всему классу, что Цзян Чэнь — бедный родственник из провинции, приехавший жить за чужой счет. Пошли слухи, что он из какой-то глухомани, где людям даже есть нечего, и что он приехал к Шэнам побираться.
Из-за этого одноклассники при каждом удобном случае высмеивали его и пытались задеть.
Цзян Чэня интересовала только учеба. Он не обращал на них внимания.
Поняв, что обычные нападки не работают, Шэн Бинсин решил разыграть заботу.
— Цзян Чэнь, скоро вступительные экзамены. Если что-то не понимаешь — спрашивай. Я могу помогать тебе с уроками хоть круглые сутки!
Цзян Чэнь молча и холодно посмотрел на него.
Шэн Бинсин тут же состроил обиженную мину, а его глаза моментально покраснели.
Именно в эту секунду из дома выходила Шэн Наньфэн.
— Цзян Чэнь, что это значит?! Хватит при любой возможности издеваться над Бинсином! Думаешь, мы будем это терпеть?!
Цзян Чэнь не понимал, что вообще происходит.
— Мне не нужны дополнительные занятия.
Особенно от Шэн Бинсина.
Но Бинсин уже стоял с видом оскорбленной невинности, едва сдерживая слезы. Шэн Наньфэн тут же взорвалась:
— Не нужны занятия?! Да плевать, что ты не учился в своей деревенской школе! Но ты теперь живешь в семье Шэн! Решил и дальше позорить нас своим невежеством?!

Комментарии

Загрузка...