Когда Цзян Цинжуй в пятый раз навестила Дай Бинцы, той только-только сняли повязки с лица.
— Сестрица-полицейский.
Дай Бинцы улыбнулась, после чего почувствовала, как кожа на лице сильно натянулась.
В тот момент, когда Цзян Цинжуй увидела Дай Бинцы, улыбка на её лице застыла.
— Сестрица, сестрица-медсестра говорит, что в больнице нет зеркал, а папа заходил сюда уже дважды и вечно забывает о моей просьбе принести зеркало. Не могли бы вы посмотреть, не вскочили ли у меня на лице прыщи?
Дай Бинцы попыталась дотронуться до щеки, но при каждом движении руки отдавалась боль. Она была замотана с ног до головы, как мумия, не говоря уже о том, чтобы взять в руки телефон.
Цзян Цинжуй вернула на лицо улыбку, поставила цветы на прикроватную тумбочку Дай Бинцы и с предельной сосредоточенностью вгляделась в лицо девушки.
— Ни единого прыщика.
Дай Бинцы наконец успокоилась и улыбнулась ещё радостнее.
— Напугали до смерти, у меня сразу прыщи высыпают, стоит нарушить режим. Последние два дня от боли уснуть не могла и всё боялась, что на лице вскочат прыщи.
Дай Бинцы улыбалась красиво и очень солнечно... если не обращать внимания на шрам, тянувшийся от самого уголка рта до её уха.
*
Ху Цзыань переоделся в робу, и конвоир отвёл его в какую-то комнату.
В помещении находились ещё два человека.
Увидев, что полицейский ушёл, Ху Цзыань швырнул вещи на пол.
— Черт побери, что за дыра, тошнотворно!
Он прислонился к кровати и посмотрел на сидевшего рядом человека, похожего на того, кто занимался медитацией.
— Эй, ты как сюда попал?
Чжан Юй по-прежнему держал глаза закрытыми.
— За убийство.
Услышав это, Ху Цзыань пожал плечами и выпрямился.
— А ты как попал?
Получив вопрос в ответ, Ху Цзыань мгновенно разъярился.
— Я велел двум психам проучить кое-кого, а они чуть человека не убили!
Услышав это, Чжан Юй медленно открыл глаза.
— Кто-нибудь передавал через тебя весточку?
При этих словах Ху Цзыань сразу стал осторожным.
— Ты человек того самого Дун-гэ?
Чжан Юй повернул голову в сторону и, убедившись, что другой человек не слышит, кивнул.
— Он велел передать тебе: сиди спокойно и ни о чем не беспокойся.
Ху Цзыань озадаченно посмотрел на Чжан Юя, продолжая говорить:
— Как думаешь, этот Дун-гэ надёжен? Он нашел меня и заявил, что пара слов спасет меня от тюрьмы. Если бы мой отец не был знаком с людьми из суда, я бы ни за что не стал мараться в чужих поручениях.
Лицо Чжан Юя посинело, губы казались тяжело свинцовыми.
— Если он меня обманет, я...
— Надёжен.
Дрожащим голосом произнес Чжан Юй два слова.
— Он сказал, что вытащит тебя, значит, вытащит.
— Бах-бах!
Стук по железной двери смертельно испугал Ху Цзыаня.
— Двадцать тысяч восемьдесят третий, двадцать тысяч восемьдесят шестой, вы что там делаете?! — строго прикрикнул полицейский, оглядывая обоих.
Ху Цзыань только было раскрыл рот, как увидел, что Чжан Юй лёг на кровать и закрыл глаза.
Дело было закрыто, и Сюй Шу вернулся на своё рабочее место, вновь взявшись за материалы дела о трупе, упавшем с потолка.
Наконец выдалось время изучить всё досконально.
Сюй Шу больше не стал перечитывать показания Чжан Юя, а открыл те тридцать страниц с детализацией звонков из его телефона.
Получив сегодня распечатку звонков Нию Хао, Сюй Шу внезапно вспомнил, что так и не досмотрел до конца телефонные логи Чжан Юя.
Сюй Шу уже просмотрел всю историю вызовов Чжан Юя за полгода, предшествовавшие дню его ареста: все номера были проверены и исключены, ничего подозрительного не обнаружилось. Даже звонок, поступивший Чжан Юю в тот самый день, оказался от сотрудника ворказала высокоскоростных поездов — тот звонил по поводу улаживания проблемы с отсутствием мест во втором классе.
Сюй Шу страница за страницей листал распечатку, пока его палец внезапно не замер на одной строчке.
Он уставился на казавшееся смутно знакомым имя, и сердце его пропустило удар.
Дун-гэ...
Дело происходило в 2017 году — в том самом году, когда Чжан Юй внезапно разбогател.
Глава 30: Стоять на своём до смерти
— Номер двадцать тысяч восемьдесят третий, на допрос!
Чжан Юй онемевшим движением поднялся на ноги, дошел до выхода и только после того, как конвоир надел на него наручники, смог шагнуть за эту железную дверь.
С тех пор как он попал сюда, его допрашивали уже бесчисленное количество раз.
Каждый раз задавали одни и те же вопросы, от которых у него уже развилось глухое раздражение.
Кто бы мог подумать, что на этот раз снаружи его ждет вовсе не незнакомый полицейский, а знакомое лицо.
Сюй Шу поднял взгляд и встретился с Чжан Юем глазами, но тот немедленно отвел взор.
— Опять встретились.
Чжан Юй по-прежнему молчал.
Видя такую реакцию, Сюй Шу мгновенно понял, что собеседник уже догадался о цели его визита, и решил больше не ходить вокруг да около, перейдя сразу к допросу.
— Инвестором, стоящим за караоке-клубом Хуа Юэжун, некто по фамилии Инь, а этот самый босс Инь является акционером корпорации Дунци. — Взгляд острых глаз Сюй Шу сузился, заставив Чжан Юя покрыться испариной. — Я навел справки: председателя правления корпорации Дунци зовут Лю Дун, и в 2017 году вы созванивались с этим председателем.
При звуках имени Лю Дуна в глазах Чжан Юя мелькнуло отчетливое изменение, укрыть которое от следователя было невозможно.
Сюй Шу уперся локтями в стол и подался вперед:
— Мне вот любопытно, как два человека из совершенно разных миров смогли связаться друг с другом и по какой причине?
Чжан Юй тяжело вздохнул, а когда снова поднял голову, на его лице вновь застыло безразличное выражение.
— Товарищ полицейский, кто же сможет так отчетливо помнить события 2017 года? — Чжан Юй откинулся на спинку стула и развел руками. — Но вообще-то я тогда как раз искал работу, так что, может, и звонил этому вашему председателю Лю именно по поводу трудоустройства.
Что за бэкграунд должен быть у человека, чтобы при поиске работы дозвониться напрямую до председателя правления?
— Начиная с того звонка в 2017 году, вам с определенной периодичностью поступали незнакомые вызовы, и все разговоры были очень короткими. — Сюй Шу потратил целую ночь на то, чтобы детально изучить его историю звонков, и закономерно выявил в ней зацепку. — Я перезванивал по этим номерам — все они оказались несуществующими. За исключением одного: вам звонил личный секретарь председателя корпорации Дунци.
Чжан Юй нахмурился.
— Я хотел устроиться в корпорацию Дунци, отправлял им множество резюме, и то, что люди мне ответили, вполне нормально. Это обычные рабочие контакты, я понятия не имею, к чему вы клоните.
Сюй Шу заранее, еще до начала разговора, предполагал услышать подобный ответ.
Судя по всему, реальное положение дел мало отличалось от его догадок.
Вот только... Сюй Шу терзал вопрос: неужели председатель корпорации Дунци каким-то образом замешан в деле о падении трупа с потолка? Если связь действительно существует, то за какую ниточку Лю Дун держит Чжан Юя, заставляя того намертво зажимать зубы и не сметь выдать хоть кого-то еще?
Лишь когда Сюй Шу уже вышел из изолятора временного содержания, он вдруг что-то вспомнил.
— Капитан Сюй?
Сюй Шу поспешно вернулся и как раз столкнулся со Сяо Янем, который направлялся в участок с пачкой документов. Обернувшись и заметив спешащего к нему Сюй Шу, тот сильно удивился.
— Где та партия задержанных за проституцию, которую мы накрыли в Хуа Юэжуне?
— После десяти суток ареста и выплаты штрафа их отпустили.
Всё же опоздал.
Сюй Шу понимал, что это стандартная процедура, но на душе от этого спокойнее не стало.
— Контактные данные и адреса той группы лиц занесены в архив, если капитану Сюю нужно, я могу поднять дела.
*
Когда Сюй Шу вернулся в полицейский участок, солнце уже вовсю палило. В рабочей зоне никого не было — большинство сотрудников ушли обедать в столовую.
— А вот и ты.
Сюй Шу остановился и, повернув голову, увидел Цзян Цинжуй, которая обедала прямо за своим столом.
Цзян Цинжуй сначала улыбалась, но, заметив смертельную усталость на лице Сюй Шу, постепенно сбавила улыбку.
— Ты вчера не выспался? И сегодня тебя весь день не было видно.
Сюй Шу покачал головой.
— Зато ты вернулся очень вовремя. Я как раз думала, что если ты вернешься поздно, еды уже не останется, и прихватила для тебя то, что ты любишь. — Цзян Цинжуй достала контейнер, протянула его Сюй Шу и снова распустила губы в улыбке. — Я взяла понемногу всего, что ты обычно ешь, всё ещё горячее, давай ешь скорее.
Не успел Сюй Шу опомниться, как Цзян Цинжуй сама сунула ему в руки коробку с обедом, а затем молча вернулась на своё место, принявшись изучать документы и одновременно есть ланч-бокс.
Видя, с каким усердием Цзян Цинжуй погрузилась в бумаги, Сюй Шу вспомнил, что в последнее время отдел не был перегружен работой, и им внезапно овладело любопытство — захотелось узнать, что же такое читает Цзян Цинжуй.
Но стоило ему вытянуть шею, как он тут же об этом пожалел.
— Вскрытие?
Услышав вопрос, Цзян Цинжуй кивнула, перевернула страницу и продолжила внимательно вчитываться в текст.
— Надо побольше читать, чтобы совершенствовать навыки вскрытия.
Цзян Цинжуй ответила совершенно непринужденно, но тут до неё дошло, что Сюй Шу, судя по всему, всё ещё стоит перед ней и не уходит. С некоторым смущением она протянула руку, прикрывая ладонью иллюстрацию в книге по судебной медицине, и неловко хихикнула.
Сюй Шу, заметив её маневр, едва заметно вздохнул и невольно улыбнулся, отчего Цзян Цинжуй окончательно растерялась.
Пусть улыбка Сюй Шу была совсем легкой, Цзян Цинжуй никогда прежде не видела, чтобы он радостно улыбался в разгар работы.
За щеками у Цзян Цинжуй всё еще были набиты рисовые комки, из-за чего она казалась похожей на маленького хомячка. Застыв в полном недоумении, она вдруг услышала мысли Сюй Шу: помимо всеобщей славы писаной красавицы, в ней было и нечто невероятно милое.
— Я работаю на местах преступлений уже не первый год, давно привык. Продолжай читать.
Цзян Цинжуй кивнула и уже собиралась продолжить трапезу, как вдруг зазвонил его телефон.
— Я сейчас буду.
Бросив это, Сюй Шу вернул контейнер на стол и резко развернулся, собираясь уходить. Увидев, что он сбросил вызов, Цзян Цинжуй тут же вскочила со своего места.
— Нужно в чем-то помочь?
Сюй Шу уже собирался отрицательно мотнуть головой, но, сделав два шага, замер.
— Ты хорошо умеешь общаться с родителями?
Зачем вдруг понадобилось общаться с родителями?
Не понимая причин, Цзян Цинжуй тем не менее последовала за ним.
И лишь когда они сели в машину, она наконец узнала, чем именно занят Сюй Шу.
— Лю Дун? — Предсказуемо, услышав это имя, Цзян Цинжуй слегка опешила. — Разве он не знаменитый предприниматель нашего города?Если бы этот выдающийся предприниматель нашего города действительно оказался замешан в деле об умышленном убийстве и эта новость просочилась наружу, разразился бы грандиозный скандал, и СМИ тут же набросились бы на них со всех сторон.
Чтобы избежать лишних хлопот, это дело необходимо было расследовать от и до.
Куда мы сейчас направляемся? — услышав, что Сюй Шу уже навещал Чжан Юй, Цзян Цинжуй еще больше растербалась.
К Линь Жу.
Всего получасом ранее Сюй Шу при содействии начальника отряда по борьбе с проституцией Ли Чанфэна и полицейского Сяо Яня успешно раздобыл адрес Линь Жу, но вздохнуть с облегчением Сюй Шу не успел — выяснилось, что адрес фальшивый.
Адреса тех, кто занимается проституцией, обычно непостоянны, — Ли Чанфэн внимательно изучал досье Линь Жу. — Почему мне кажется, что эта Линь Жу кого-то напоминает?
Когда Сюй Шу покидал отдел по борьбе с проституцией, Ли Чанфэн и Сяо Янь все еще ролись в базах данных в поисках человека, похожего на Линь Жу. Только что Сюй Шу как раз и отвечал на звонок Ли Чанфэна.
Настоящее имя Линь Жу — Фу Мэй. Ранее ее уже задерживали за проституцию, после чего она сменила имя. В прошлый раз в деле был указан адрес ее родителей, я только что скинул тебе его.
Глава 31. Фу Мэй
После долгой и тряской дороги машина наконец остановилась перед небольшим двором. Цзян Цинжуй толкнула дверцу и вышла, бледная как полотно, остановившись у обочины и согнувшись пополам, похлопывая себя по груди.
От этой дороги ее только что съеденный обед едва не попробовалáсь наружу.
Цзян Цинжуй вдруг подумала, что решение Сюй Шу не обедать сегодня днем было невероятно мудрым.
Похлопывая себя по груди и пытаясь восстановить дыхание, она еще не успела выпрямиться, как боковым зрение заметила протянутую ей бутылку воды.
Спасибо, — Цзян Цинжуй с усилием открутила крышку, сообразив, что Сюй Шу уже давно ослабил ее заранее. Мысленно отметив про себя, что этот тысячелетний ледник может быть таким заботливым, она жадно сделала большой глоток, силой подавляя подступившую тошноту.
Послушай, — Цзян Цинжуй вытерла уголки рта и снова посмотрела на него, — заявиться вот так к пожилым людям без веских доказательств... тебе не кажется, что это не очень хорошо?
Сюй Шу поднял взгляд на неказистый, обветшалый двор.
Но если мы не пойдем, им действительно больше не к кому обратиться за помощью.
Он бы и сам предпочел, чтобы все его догадки оказались ложными.
Сердце Цзян Цинжуй пропустило удар.
Хорошо.
Здравствуйте, есть кто дома?
Цзян Цинжуй стояла у входа в дворик и тихонько позвала.
Хотя это место и называлось двором, снаружи его окружала лишь хлипкая изгородь, а калитка из плетеных прутьев настолько обветшала, что выглядела перекошенной и, казалось, развалится от малейшего толчка.
Ответа изнутри не последовало, и Цзян Цинжую пришлось встать на цыпочки и окликнуть хозяев чуть громче.
На этот раз из дома кто-то поспешно вышел.
Кто там?
Дверь в жилую комнату отворилась, и на пороге появился седой дедушка. Он даже не успел просунуть руки в рукава, лишь накинув легкую куртку на плечи, и выходя на улицу, зябко съежился от холода.
Подойдя ближе к калитке, старик заметил двух незнакомцев. Он поднял на них глаза, и выражение его лица было одновременно настороженным и напускной строгостью.
Я человек в возрасте, глаза уже не те, ничего толком не разберу. Вы кто такие?
Цзян Цинжуй вовремя озарила лицо улыбкой.
Мы друзья вашей дочери, хотим ее найти. Она оставила нам только этот адрес, — произнесла Цзян Цинжуй, оглядываясь по сторонам с таким видом, будто действительно отчаянно ищет человека. — Она здесь?
Стоило старику услышать это, как его лицо мгновенно переменилось. Нахмурившиеся брови еще глубже избороздили переносицу, а взгляд, устремленный на двоих визитеров, наполнился брезгливостью и подозрением.
Какая еще дочь? Нет у меня никакой дочери!
Сказав это, старик сердито взмахнул рукавом и повернулся к ним спиной.
Мы полиция.
Заметив, что собеседник больше не собирается притворяться, Сюй Шу быстрым движением достал удостоверение.
Само слово полиция подействовало на старика как какое-то заклинание, пригвоздив его к месту. Старик не обернулся и не сделал шагу вперед, продолжая стоять к ним спиной.
Гости не видели выражения его лица и понятия не имели, что у него на уме.
Это наше служебное удостоверение, мы действительно полицейские, — Цзян Цинжуй перехватила его запястье и протянула руку вперед. В своем нетерпении она хотела лишь одного — чтобы старик увидел корочки и понял, что они не мошенники, совершенно упустив из виду едва заметную перемену в поведении спутника.
Спустя долгое время старик повернул голову, бросив на них то ли обреченный, то ли недовольный взгляд, и замахал рукой, направляясь к калитке.
Я человек темный, грамоте не обучен, никаких ваших документов не знаю.
Заходите.
Старик отворил плетеную калитку, пропуская гостей внутрь.
Во дворе царило запустение: на голой желтой земле торчали лишь редкие пучки сорной травы, и больше ничего.
Цзян Цинжуй перевела взгляд на покосившуюся избу. Это была мазанка под глиняной черепицей, штукатурка на стенах потрескалась и обвалилась пластами, так что строение выглядело сущим аварийным жильем.
Толкнув деревянную дверь с дырой в полотне, они вошли внутрь. В комнате было темно и тесно; Цзян Цинжуй даже подумала, что если Сюй Шу выпрямится в полный рост, то непременно ударится головой о потолок.
Кто там?
Из глубины комнаты донесся едва слышный шепот, и только тогда Цзян Цинжуй заметила лежащую на глинобитной лежанке старушку.
Старушка из последних сил приподнялась на локте, пытаясь разглядеть незваных гостей. Ее мутные, затуманенные глаза явно ничего не видели, и она лишь шарила руками перед собой вслепую.
Увидев, что жена пытается встать, старик тут же бросился к ней, успокаивающе укладывая обратно.
Вы не беспокойтесь, мы просто пришли расспросить о кое-каких вещах, — как можно мягче произнесла Цзян Цинжуй, боясь напугать хозяйку.
Старик притащил два маленьких табурета, а сам уселся на постели, не отходя от старушки.
Зачем вы меня обманули? — старик глухо хмыкнул, явно будучи не в духе. — Вы оба с виду приличные люди, с чего бы вам водиться с этой паршивой девчонкой?
Паршивой девчонкой?
Вы имеете в виду Линь... Фу Мэй?
При звуках этого имени лежавшая на кровати старушка внезапно заволновалась и попыталась снова приподняться.
А кто же еще, кроме нее!
Стоило старику заговорить о Линь Жу, как он вспыхнул от гнева. Его прорвало, и он принялся выкладывать гостям всю подноготную Линь Жу с самого детства.
Только теперь они узнали, что Линь Жу изначально не была единственным ребенком в семье. У нее были старший брат и две сестры, но одна из сестер из-за слабого здоровья умерла еще в раннем детстве, брат во время летних каникул отправился купаться на речку и случайно утонул, а другая сестра погибла в той же воде, пытаясь его спасти.
По словам старика, раньше Линь Жу была очень послушной девочкой и даже бросила старшую школу, чтобы пойти работать и хоть как-то помочь семье. Но в один прекрасный день они внезапно узнали, что Линь Жу занимается проституцией.
Какое горе на нашу голову — родить такую мерзавку! — старик тяжело дышал от ярости, тыча пальцем в дверь так, будто за ней стояла сама Линь Жу. — Ладно бы просто позорила нас! Уехала на столько лет, вернулась всего один раз, бросила нас дома, даже не поинтересовалась, как мы живем, ни весточки, ни слова! Кто не знает, подумал бы, что она подохла где-то на чужбине!
И неведомо, во что она вляпалась на стороне, теперь к нам то и дело кто-то заявляется, житья от них нет, дергают стариков в вечном страхе! — старик распалялся все сильнее и со злости грохнул кулаком по деревянному столу так, что у Цзян Цинжуй даже промелькнула мысль, будто стол сейчас развалится на куски. — А эта цаца заявилась, объявила, что уезжает в другое место начинать жизнь с чистого листа, и укатила! Сама лицемерно плакалась, а на деле уехала наслаждаться жизнью, оставив нас с бабкой здесь мучиться! Товарищи полицейские, рассудите сами, разве она не неблагодарная сука?!
Кто-то приходил искать Линь Жу, и после этого она уехала в другое место?
Сюй Шу почувствовал неладное.
После того как Фу Мэй уехала, к вам еще кто-нибудь приходил?
Услышав это, старик на мгновение замолчал, а затем опустил голову и покачал головой.
Товарищи полицейские, неужели Сяо Мэй и вправду натворила что-то противозаконное?
Слабым голосом подала голос лежавшая на кровати старушка, и в ее тоне слышалась безграничная тревога.
Сяо Мэй действительно уехала начать новую жизнь в другом месте, или она пустилась в бега из-за совершенного преступления?
Слова, уже готовые сорваться с языка Цзян Цинжуй, застряли у нее в горле.
Мы не можем разглашать детали дела, но могу сказать вам с полной уверенностью: Сяо Мэй не совершала преступлений, — твердый взгляд Цзян Цинжуй заставил старика немного успокоиться. — Мы пришли лишь для того, чтобы взглянуть, как живет семья Сяо Мэй, не более того.
На этом следы обрывались.
Родители Линь Жу утверждали, что та отправилась на новое место начинать жизнь с нуля, но куда именно она подалась, им не сообщила. У Цзян Цинжуй и Сюй Шу не было возможности продолжать поиски: прежний номер Линь Жу превратился в несуществующий, дозвониться до нее больше не удавалось.
Но неужели на этом все действительно закончилось?
Глава 32. Исцеление человеческих сердец
Три месяца спустя в провинции, расположенной далеко от Хайши, обнаружили человеческий скелет. Череп был серьезно поврежден, кости сожгли, и лишь по результатам остеологической экспертизы удалось установить, что останки принадлежат женщине. Восстановить первоначальный облик погибшей уже не представлялось возможным.
При этом вокруг скелета не оказалось ни единого предмета, который позволил бы установить ее личность. Так человеческая жизнь тихо угасла в этом мире, даже не оставив после себя имени.
Впрочем, все это были лишь отдаленные события.
Они молча ехали всю дорогу от дома родителей Линь Жу обратно в полицейский участок, и атмосфера в машине стояла тяжелая, удушающая.
Цзян Цинжуй исподлобья бросала взгляды на Сюй Шу, чувствуя, что лицо того стало еще ледянее обычного, и молча плотнее запахнула на себе куртку.
Продолжить расследование было невозможно, дело пришлось отложить, и настроение у Сюй Шу было хуже некуда.
Лишь когда Цзян Цинжуй села за свой рабочий стол, гнетущая атмосфера немного рассеялась.
Куда вы пропали с шефом? Полдня вас не могли найти, — к ней подлетел Цзян У. — Только не говорите, что вы без меня на задание смотались?
Цзян Цинжуй молча отстранила Цзян У рукой.

Комментарии

Загрузка...