Когда Чэнь Чэн построила предприятия, требующие большого количества рабочей силы: арсенал, птицеферму, завод по переработке курятины, консервный завод, рудообогатительную и текстильную фабрики, то на базе Ной не осталось безработных.
Когда Чэнь Чэн построила предприятия, требующие большого количества рабочей силы: арсенал, птицеферму, завод по переработке курятины, консервный завод, рудообогатительную и текстильную фабрики, то на базе Ной не осталось безработных.
Благодаря стабильной работе, долгосрочным целям и перспективам многие жители базы успокоились. У них появилась точка опоры, и они больше не слонялись без дела, как раньше.
Благодаря стабильной работе, долгосрочным целям и перспективам многие жители базы успокоились. У них появилась точка опоры, и они больше не слонялись без дела, как раньше.
Обычные люди, которые пока не могли позволить себе покупку боевого костюма, предпочитали объединиться несколькими семьями либо компаниями и купить один комплект в складчину. После участия в зачистке, получив достаточно баллов, они распределяли их поровну. В любом случае увеличение боевой мощи давало абсолютно каждому на базе надежду.
Обычные люди, которые пока не могли позволить себе покупку боевого костюма, предпочитали объединиться несколькими семьями либо компаниями и купить один комплект в складчину. После участия в зачистке, получив достаточно баллов, они распределяли их поровну. В любом случае увеличение боевой мощи давало абсолютно каждому на базе надежду.
Среди пользователей способностей наиболее активно в зачистках на пустоши участвовали команды под предводительством Янь Хунъюй, Си Наня и Чэнь Фэна. Хотя в ходе миссий были жертвы, с помощью универсального лекарства жителям базы Ной удавалось достигать значительного прогресса без больших потерь по сравнению с другими базами.
Среди пользователей способностей наиболее активно в зачистках на пустоши участвовали команды под предводительством Янь Хунъюй, Си Наня и Чэнь Фэна. Хотя в ходе миссий были жертвы, с помощью универсального лекарства жителям базы Ной удавалось достигать значительного прогресса без больших потерь по сравнению с другими базами.
Каждый день, когда Чэнь Чэн заходила в игру, она просматривала журнал записей детеныша.
Каждый день, когда Чэнь Чэн заходила в игру, она просматривала журнал записей детеныша.
[Главный герой встретил Тан Люя].
[Главный герой встретил Тан Люя].
[Главный герой столкнулся со стаей крыс-мутантов].
[Главный герой столкнулся со стаей крыс-мутантов].
[...Стая крыс-мутантов была уничтожена.
[...Стая крыс-мутантов была уничтожена.
Легкое ранение...
Легкое ранение...
Восстановление].
Восстановление].
[Способности главного героя были улучшены].
[Способности главного героя были улучшены].
[Главный герой столкнулся с бандитами].
[Главный герой столкнулся с бандитами].
[Главный герой зачистил логово бандитов и нашел большое количество оружия и боеприпасов. Сохранено].
[Главный герой зачистил логово бандитов и нашел большое количество оружия и боеприпасов. Сохранено].
Каждый раз, заходя в игру, Чэнь Чэн чувствовала, что у детеныша будет очень много историй о его приключениях на пустоши!
Каждый раз, заходя в игру, Чэнь Чэн чувствовала, что у детеныша будет очень много историй о его приключениях на пустоши!
Глядя на журнал записей, Чэнь Чэн ощущала некий зуд и раздражение от того, что игра не позволяла ей понаблюдать за замечательным выступлением детеныша.
Глядя на журнал записей, Чэнь Чэн ощущала некий зуд и раздражение от того, что игра не позволяла ей понаблюдать за замечательным выступлением детеныша.
Детеныш был там совсем один, он валился с ног, но все равно полз дальше, даже не зная, сможет ли он сегодня поесть или переночевать в тепле. У него уже бывали легкие ранения, и на этот раз он опять был ранен...
Детеныш был там совсем один, он валился с ног, но все равно полз дальше, даже не зная, сможет ли он сегодня поесть или переночевать в тепле. У него уже бывали легкие ранения, и на этот раз он опять был ранен...
Если бы детеныш каждый день не отправлял ей снимки, на которых он словно светился от бодрости и энергии, Чэнь Чэн подозревала, что она вовсе не смогла бы больше играть в эту игру.
Если бы детеныш каждый день не отправлял ей снимки, на которых он словно светился от бодрости и энергии, Чэнь Чэн подозревала, что она вовсе не смогла бы больше играть в эту игру.
Она размышляла обо всем этом, когда внезапно завибрировал ее телефон, и на экране появилось сообщение о звонке. Чэнь Чэн посмотрела на незнакомый номер и заподозрила, что это спам, но, поколебавшись немного, она все же подняла трубку:
Она размышляла обо всем этом, когда внезапно завибрировал ее телефон, и на экране появилось сообщение о звонке. Чэнь Чэн посмотрела на незнакомый номер и заподозрила, что это спам, но, поколебавшись немного, она все же подняла трубку:
— Алло?
— Алло?
— Чэнчэн, — из трубки раздался незнакомый старческий голос: — Это Чэнчэн? Я твой дядя.
— Чэнчэн, — из трубки раздался незнакомый старческий голос: — Это Чэнчэн? Я твой дядя.
Чэнь Чэн вздрогнула.
Чэнь Чэн вздрогнула.
Она не ожидала, что ей позвонят родственники со стороны отца. В конце концов, столько лет она сама разбиралась с делами своих родителей, а после совершеннолетия и вовсе покинула свой родной город, отправившись строить свою жизнь самостоятельно. Они ни разу не позвонили ей узнать, как у нее дела, но в то же время и сама Чэнь Чэн не заботилась о поддержании связей с ними.
Она не ожидала, что ей позвонят родственники со стороны отца. В конце концов, столько лет она сама разбиралась с делами своих родителей, а после совершеннолетия и вовсе покинула свой родной город, отправившись строить свою жизнь самостоятельно. Они ни разу не позвонили ей узнать, как у нее дела, но в то же время и сама Чэнь Чэн не заботилась о поддержании связей с ними.
— Дядя? — нерешительно откликнулась она. — Тебе что-то нужно?
— Дядя? — нерешительно откликнулась она. — Тебе что-то нужно?
— Тут такое дело... твой дедушка недавно скончался, и мы надеемся, что ты сможешь приехать на похороны, — голос дяди звучал устало.
— Тут такое дело... твой дедушка недавно скончался, и мы надеемся, что ты сможешь приехать на похороны, — голос дяди звучал устало.
Чэнь Чэн опешила.
Чэнь Чэн опешила.
Раньше она думала, что больше никогда не увидится с родственниками. В конце концов, она была совсем одна в этом мире, и родственные связи, которые никогда не были крепкими, ослабевали с течением времени только больше.
Раньше она думала, что больше никогда не увидится с родственниками. В конце концов, она была совсем одна в этом мире, и родственные связи, которые никогда не были крепкими, ослабевали с течением времени только больше.
Воспоминания об унижении постепенно стирались, но страх и тени прошлого были реальны и никогда не исчезнут полностью.
Воспоминания об унижении постепенно стирались, но страх и тени прошлого были реальны и никогда не исчезнут полностью.
Похороны?
Похороны?
Первый вопрос, который пришел ей в голову, был: уместно ли ей присутствовать на похоронах?
Первый вопрос, который пришел ей в голову, был: уместно ли ей присутствовать на похоронах?
Она – «похоронная звезда»*, стоит ли ей отдавать последние почести почившему?
Она – «похоронная звезда»*, стоит ли ей отдавать последние почести почившему?
П.п.: 丧门星 (sāngménxīng) – букв. похоронная звезда. Фразеологизм, означающий человека, приносящего беды или несчастья.
П.п.: 丧门星 (sāngménxīng) – букв. похоронная звезда. Фразеологизм, означающий человека, приносящего беды или несчастья.
Вдруг мертвый оживет от ее появления?
Вдруг мертвый оживет от ее появления?
Поколебавшись, Чэнь Чэн сказала:
Поколебавшись, Чэнь Чэн сказала:
— Боюсь, это невозможно. Я только недавно приступила к работе и не могу отпроситься в отпуск. Кроме того, дедушка не хотел видеть меня при жизни...
— Боюсь, это невозможно. Я только недавно приступила к работе и не могу отпроситься в отпуск. Кроме того, дедушка не хотел видеть меня при жизни...
— Если тебе сказали прийти, ты придешь, — внезапно сменил тон дядя.
— Если тебе сказали прийти, ты придешь, — внезапно сменил тон дядя.
Чэнь Чэн сделала два глубоких вдоха.
Чэнь Чэн сделала два глубоких вдоха.
Если раньше, когда она была вынуждена жить с ними, ей приходилось терпеть все унижения и подчиняться приказам, то теперь она была независима и не была должна им ни денег, ни услуг. Так почему же она должна проглотить свою гордость?
Если раньше, когда она была вынуждена жить с ними, ей приходилось терпеть все унижения и подчиняться приказам, то теперь она была независима и не была должна им ни денег, ни услуг. Так почему же она должна проглотить свою гордость?
В этот момент Чэнь Чэн была готова отказаться.
В этот момент Чэнь Чэн была готова отказаться.
Услышав безразличное молчание с ее стороны, дядя понял, что ее уже не так легко приструнить, как раньше, и, наконец, немного смягчил тон:
Услышав безразличное молчание с ее стороны, дядя понял, что ее уже не так легко приструнить, как раньше, и, наконец, немного смягчил тон:
— Чэнчэн, даже если ты не имеешь к нам никакого отношения, в конце концов, твой дедушка растил тебя так долго. Теперь, когда он отошел в мир иной, ты представляешь преждевременно почивших...
— Чэнчэн, даже если ты не имеешь к нам никакого отношения, в конце концов, твой дедушка растил тебя так долго. Теперь, когда он отошел в мир иной, ты представляешь преждевременно почивших...
— Я приду, — услышав упоминание своего покойного отца, Чэнь Чэн глубоко вздохнула, но все же неохотно повторила: — Но я не могу взять отпуск, и у меня нет денег, чтобы купить билет на самолет. Мне нужно объяснить ситуацию начальству, чтобы мне дали отпуск...
— Я приду, — услышав упоминание своего покойного отца, Чэнь Чэн глубоко вздохнула, но все же неохотно повторила: — Но я не могу взять отпуск, и у меня нет денег, чтобы купить билет на самолет. Мне нужно объяснить ситуацию начальству, чтобы мне дали отпуск...
Прежде чем она закончила фразу, ее дядя поспешно сказал:
Прежде чем она закончила фразу, ее дядя поспешно сказал:
— Дай мне номер своего банковского счета, и я переведу тебе деньги на билет. Купи его, если хочешь. Но если будешь тянуть, можешь опоздать на похороны старика...
— Дай мне номер своего банковского счета, и я переведу тебе деньги на билет. Купи его, если хочешь. Но если будешь тянуть, можешь опоздать на похороны старика...
Чэнь Чэн молча выслушала его, ответила лаконичным «хорошо» и повесила трубку.
Чэнь Чэн молча выслушала его, ответила лаконичным «хорошо» и повесила трубку.
У нее больше не было настроения играть в игру.
У нее больше не было настроения играть в игру.
Тяжко вздохнув, она отправила реквизиты своего счета на номер, с которого ей позвонили.
Тяжко вздохнув, она отправила реквизиты своего счета на номер, с которого ей позвонили.
Когда Чэнь Чэн увидела, что собеседник почти мгновенно перевел ей больше тысячи юаней на авиабилет и даже прислал информацию, в какой день и каким рейсом ей стоит лететь, ее сердце наполнилось глубокими сомнениями: за подобной вежливостью обычно стоят личные мотивы.
Когда Чэнь Чэн увидела, что собеседник почти мгновенно перевел ей больше тысячи юаней на авиабилет и даже прислал информацию, в какой день и каким рейсом ей стоит лететь, ее сердце наполнилось глубокими сомнениями: за подобной вежливостью обычно стоят личные мотивы.
В дядиной семье никогда никто и пальцем о палец не ударит без собственной выгоды.
В дядиной семье никогда никто и пальцем о палец не ударит без собственной выгоды.
Если для них в этом нет выгоды, тогда почему они безоговорочно потратили на нее столько денег?
Если для них в этом нет выгоды, тогда почему они безоговорочно потратили на нее столько денег?
Это совсем не в их стиле!
Это совсем не в их стиле!
Дедушка скончался...
Дедушка скончался...
Чэнь Чэн внезапно осенило. Она порылась в законах, и у нее промелькнула догадка.
Чэнь Чэн внезапно осенило. Она порылась в законах, и у нее промелькнула догадка.
Да, только такого рода огромная выгода может заставить их временно закрыть глаза на «убытки» и даже смиренно позвать свою племянницу, которую они презирают, обратно в родной город!
Да, только такого рода огромная выгода может заставить их временно закрыть глаза на «убытки» и даже смиренно позвать свою племянницу, которую они презирают, обратно в родной город!
Но что ей следует делать?
Но что ей следует делать?
Если это правда, то сейчас эти люди нуждаются в ней, однако их отношение к ней вряд ли поменялось, ведь они, очевидно, никогда ее не ценили и не уважали.
Если это правда, то сейчас эти люди нуждаются в ней, однако их отношение к ней вряд ли поменялось, ведь они, очевидно, никогда ее не ценили и не уважали.
Так что, когда все вопросы будут улажены, они снова начнут унижать ее, как раньше, не так ли?
Так что, когда все вопросы будут улажены, они снова начнут унижать ее, как раньше, не так ли?
У Чэнь Чэн в голове появились смутные догадки.
У Чэнь Чэн в голове появились смутные догадки.

Комментарии

Загрузка...