— Ли Цзяньго, ты, сукин сын, совсем страх потерял? Увидел мою крестницу и даже словом не обмолвился, когда домой вернулся! Что, решил, раз у моей крестницы родителей не стало, то и защитить её некому?
— А ну, говори как есть! Если не объяснишься вразумительно, сегодня же будешь спать вместе со своим сыном...
Ли Цзяньго, который на работе только и делал, что язвил в адрес Цюй Цзяньцзюня, сейчас ловко уворачивался от порхающей в руках жены метелки из перьев, попутно пытаясь оправдаться.
— Невиноват? Говоришь, невиноват? Скажи, сегодня в вашу часть приходила восьмилетняя девочка? Я тебе так скажу: это и есть Сяо Я, моя крестница. Ну, отвечай, оклеветала я тебя или нет? А?
Ли Линь, только что вышедший из кухни после мытья посуды, с самым серьезным видом кивнул:
— Папа, я помню, как мама говорила, что мою сестренку зовут Сун Я.
Увидев, что сын наносит решающий удар, Ли Цзяньго в отчаянии схватился за голову. Он вдруг вспомнил: жена действительно говорила, что их крестницу зовут Сун Я, просто её два года назад отправили к родственникам в деревню, и связь с ней оборвалась. Но кто же знал, что всё так совпадет...
Что делать? А что тут поделаешь? Признавать вину.
— Жена, я ведь подумал, что это просто совпадение имен, вот и не придал значения. К тому же я уже договорился с Цюй Цзяньцзюнем, завтра ты вместе с его женой сходишь навестить девочку. Раз уж это наша дочка, вы там в отряде разузнайте всё как следует. Никому не позволим нашу девочку в обиду дать.
Сказав это, Ли Цзяньго вдруг осенило. Он с серьезным видом посмотрел на женщин и понизил голос:
— Мы с Цюй Цзяньцзюнем сюда...
Не успел он закончить, как увидел, что обе женщины отрицательно покачали головами. Ли Цзяньго сузил глаза и поспешно добавил:
— Я сейчас же запишу вам адрес девочки, а с остальным пойду к Цюй Цзяньцзюню советоваться.
Он вытащил бумагу и ручку, быстро набросал адрес Сун Я и краткие сведения об их семье:
— Это всё, что я знаю.
Чжай Хунъянь взяла записку, переглянулась с Цзи Хунмэй, а затем выставила Ли Цзяньго за дверь. Тот поправил одежду, бросил Чжай Хунъянь, стоявшей на крыльце:
— Ну, я пошел, а ты поболтай с невесткой.
С этими словами он развернулся и зашагал к дому Цюй Цзяньцзюня.
***
— Старина Цюй, вот такие дела. Мне кажется, наши жены что-то знают...
Цюй Цзяньцзюнь, проводив жену, тоже почувствовал неладное. Прокрутив в голове все события, он пришел к тем же выводам, что и Ли Цзяньго.
— Мы с тобой приехали сюда с разницей в год, и вряд ли это простое кадровое перемещение. Только я не пойму: почему не дают знать нам, а вот жены наши в курсе?
Это было то, над чем Цюй Цзяньцзюнь ломал голову всё это время. В глазах обоих мужчин, в которых проснулась старая закалка, зажегся острый, как у ястреба, блеск. Интуиция подсказывала: их появление в уезде Фуян не было случайностью.
Ли Цзяньго потер ноющие виски и прошептал:
— Я никогда не встречался с самим господином Суном, меня просто перевели сюда два года назад...
Он внезапно замолчал, достал ручку и бумагу, быстро записал даты получения посылок, адресованных Сун Я, и протянул листок Цюй Цзяньцзюню.
— На второй день после моего прибытия пришла первая посылка. Потом они приходили еще несколько раз, а потом был перерыв больше года. И только несколько дней назад пришла новая.
Взглянув на даты, Цюй Цзяньцзюнь мрачно произнес:
— Я приехал как раз после того, как посылки перестали приходить. Сказали, что здесь я нужнее.
Мужчин прошиб холодный пот. Они почуяли неладное и в то же время страстно захотели узнать, что же именно скрывают Цзи Хунмэй и её подруга...
Но ответа они не дождались. В комнату вошел старик Цюй Хунци, протянул им по сигарете и глухо произнес:
— Их смерть не была случайной. Девчонка, похоже, что-то узнала, вот и стала жить отдельно с мальцом. Что будете делать дальше — зависит от того, выпустит она когти или затаится. Я стар, ноги не ходят, могу только дом сторожить. Устал я, пойду спать.
Сказав это, он зевнул и ушел в свою комнату.
Ошеломленные мужчины в полном недоумении переглянулись. Их взгляды говорили сами за себя: их смерть не была случайной?! Черт возьми! Стало быть, девчонка всё знает?!
Нет! Дело слишком серьезное, нужно немедленно обсудить это с женами. Цюй Цзяньцзюнь взял деньги, талоны, и они вместе с Ли Цзяньго покинули дом.
***
В это же время в третьей производственной бригаде Сун Я ворочалась в кровати, не в силах уснуть. Казалось, она забыла сделать что-то важное. Раздраженно сев на постели, она пробормотала:
— Неужели я упустила что-то существенное?
Сколько она ни думала, вспомнить так и не смогла, поэтому просто легла обратно и принялась считать воображаемые пельмени, чтобы уснуть.
Небо начало светлеть, жители деревни один за другим поднимались, чтобы готовить завтрак. Осенняя страда закончилась, общая столовая закрылась, и каждая семья вернулась к привычному укладу. Стоит заметить, что во время посевной и сбора урожая в бригаде всегда кормили сообща: работали вместе, ели вместе, и никто не оставался обделенным. А после страды — каждый сам по себе. Пожалуй, это была единственная светлая сторона жизни в бригаде...
Впрочем, она отвлеклась. Сун Я почесала голову, вышла из дома с темными кругами под глазами, насыпала немного крупы в котел и добавила туда пару яиц.
— Сестренка, я разожгу огонь, — Сун Лин, умывшись, прибежал к ней на своих коротких ножках и забрал у Сун Я щипцы.
— Хорошо, уже почти готово. Позже притуши огонь, будь осторожен. А я пойду нарежу солений.
— Ладно.
Позавтракав, Сун Я взяла у кладовщика мотыгу и отправилась в огород за домом — нужно было вскопать землю и выменять у кого-нибудь семена быстрорастущих овощей. Если через пару месяцев ударят морозы, им с братом будет нечего есть. Что до припасов в пространстве — это её последний козырь, нельзя светить им раньше времени. К тому же она собиралась продолжать копить там еду — осторожность прежде всего.
Сун Лин в этот день не пошел играть с ребятами, а ходил следом за сестрой и собирал выкорчеванные ею сорняки. Брат и сестра работали слаженно.
Фу-ух...
Сун Я выпрямилась, вытерла пот со лба и посмотрела на свои ноющие руки.
Восьмилетнее тело, истощенное недоеданием — это просто катастрофа...
Черт! Нет, так не пойдет! С сегодняшнего вечера нужно начинать тренировки, иначе с таким телом, которое сдует первым же порывом ветра, долго не протянешь.

Комментарии

Загрузка...