Спустя минут пятнадцать Цзи Мо вышел из кухни с маленькой бутылочкой для кормления и, подойдя к Му Яо, протянул её ей.
Спустя минут пятнадцать Цзи Мо вышел из кухни с маленькой бутылочкой для кормления и, подойдя к Му Яо, протянул её ей.
— Держите, профессор Му. Я немного остудил её в холодной воде, температура в самый раз, — тут же принялся хвастаться своими заслугами Цзи Мо.
— Держите, профессор Му. Я немного остудил её в холодной воде, температура в самый раз, — тут же принялся хвастаться своими заслугами Цзи Мо.
— Угу, — Му Яо не спешила забирать бутылочку.
— Угу, — Му Яо не спешила забирать бутылочку.
Вместо этого она аккуратно достала котёнка из лежанки, подошла к креслу и, усевшись, устроила пушистый комочек у себя на коленях. Только после этого она протянула руку. Цзи Мо тут же шагнул ближе и передал ей бутылочку.
Вместо этого она аккуратно достала котёнка из лежанки, подошла к креслу и, усевшись, устроила пушистый комочек у себя на коленях. Только после этого она протянула руку. Цзи Мо тут же шагнул ближе и передал ей бутылочку.
Перехватив бутылочку одной рукой, другой Му Яо осторожно приоткрыла крошечный рот найдёныша и вставила туда соску.
Перехватив бутылочку одной рукой, другой Му Яо осторожно приоткрыла крошечный рот найдёныша и вставила туда соску.
Малыш, изголодавшийся за день, с жадностью вцепился в соску и принялся отчаянно сосать, причмокивая. Но то ли от спешки, то ли от избытка чувств он вдруг поперхнулся. Несколько капель белоснежного молока сорвались с крошечной мордочки прямо на чёрное длинное платье Му Яо.
Малыш, изголодавшийся за день, с жадностью вцепился в соску и принялся отчаянно сосать, причмокивая. Но то ли от спешки, то ли от избытка чувств он вдруг поперхнулся. Несколько капель белоснежного молока сорвались с крошечной мордочки прямо на чёрное длинное платье Му Яо.
Цзи Мо среагировал мгновенно: выудил из коробки на столе пару салфеток и протянул их девушке.
Цзи Мо среагировал мгновенно: выудил из коробки на столе пару салфеток и протянул их девушке.
— Профессор Му, вытрите скорее.
— Профессор Му, вытрите скорее.
Взяв салфетку, Му Яо с поразительной нежностью промокнула испачканную мордочку котёнка и тут же выбросила бумажку в урну. На мокрое пятно на собственном подоле она даже не взглянула, продолжив терпеливо кормить питомца.
Взяв салфетку, Му Яо с поразительной нежностью промокнула испачканную мордочку котёнка и тут же выбросила бумажку в урну. На мокрое пятно на собственном подоле она даже не взглянула, продолжив терпеливо кормить питомца.
Глядя на эту картину, Цзи Мо невольно почувствовал укол зависти к маленькому пушистому наглецу.
Глядя на эту картину, Цзи Мо невольно почувствовал укол зависти к маленькому пушистому наглецу.
«Эх, родись я котёнком, сейчас тоже лежал бы на коленях у прекрасного профессора, мурлыкал себе в усы и пил тёплое молоко»
«Эх, родись я котёнком, сейчас тоже лежал бы на коленях у прекрасного профессора, мурлыкал себе в усы и пил тёплое молоко»
Впервые в жизни парень всерьёз подумал, что быть котом — чертовски заманчивая перспектива.
Впервые в жизни парень всерьёз подумал, что быть котом — чертовски заманчивая перспектива.
«Решено! Отныне я, Цзи Мо, костьми лягу, но стану личным ласковым котёнком профессора Му!»
«Решено! Отныне я, Цзи Мо, костьми лягу, но стану личным ласковым котёнком профессора Му!»
Мысли Цзи Мо унеслись куда-то далеко.
Мысли Цзи Мо унеслись куда-то далеко.
«Му Яо непременно станет идеальной матерью, — мечтательно улыбнулся он. — Ну а я, разумеется, буду безупречным отцом. И у нас обязательно родится очаровательный малыш»
«Му Яо непременно станет идеальной матерью, — мечтательно улыбнулся он. — Ну а я, разумеется, буду безупречным отцом. И у нас обязательно родится очаровательный малыш»
«Нет, какой один? Целая орава!»
«Нет, какой один? Целая орава!»
«С нашей великолепной генетикой было бы настоящим преступлением не обзавестись кучей весёлых карапузов»
«С нашей великолепной генетикой было бы настоящим преступлением не обзавестись кучей весёлых карапузов»
Сладкие грёзы изрядно подняли ему настроение. Стряхнув наваждение, он перевёл взгляд на засыпающего котёнка и предложил:
Сладкие грёзы изрядно подняли ему настроение. Стряхнув наваждение, он перевёл взгляд на засыпающего котёнка и предложил:
— Профессор Му, может, дадим ему имя?
— Профессор Му, может, дадим ему имя?
— Лайфу, — послышался её ровный, прохладный голос.
— Лайфу, — послышался её ровный, прохладный голос.
— Лайфу? Что за Лайфу? — Цзи Мо на мгновение завис.
— Лайфу? Что за Лайфу? — Цзи Мо на мгновение завис.
— Имя.
— Имя.
— Котёнка? Профессор Му, вы хотите назвать его Лайфу?
— Котёнка? Профессор Му, вы хотите назвать его Лайфу?
— Да.
— Да.
—...
—...
«Хоть бы у кого-нибудь из соседей не оказалось пса по кличке Чанвэй, — мысленно взмолился он, вспомнив старую комедию. — А то быть беде»
«Хоть бы у кого-нибудь из соседей не оказалось пса по кличке Чанвэй, — мысленно взмолился он, вспомнив старую комедию. — А то быть беде»
Парень почувствовал, как рушатся его представления о прекрасном. И это — их утончённая, эрудированная и невероятная профессор Му? Какое... величественное, суровое и сокрушительное имя!
Парень почувствовал, как рушатся его представления о прекрасном. И это — их утончённая, эрудированная и невероятная профессор Му? Какое... величественное, суровое и сокрушительное имя!
К слову, Лайфу — кличка, которой обычно нарекают деревенских дворняг. Цзи Мо мысленно выразил пушистому комочке свои глубочайшие соболезнования.
К слову, Лайфу — кличка, которой обычно нарекают деревенских дворняг. Цзи Мо мысленно выразил пушистому комочке свои глубочайшие соболезнования.
«Не повезло бедолаге с приёмной матерью»
«Не повезло бедолаге с приёмной матерью»
«Когда у нас появятся дети, я ни за что не позволю ей выбирать имена, — твёрдо решил он. — У них с моим отцом явно один и тот же альтернативный дар»
«Когда у нас появятся дети, я ни за что не позволю ей выбирать имена, — твёрдо решил он. — У них с моим отцом явно один и тот же альтернативный дар»
Спустя какое-то время «товарищ Лайфу» начал лениво плеваться молоком, наотрез отказываясь продолжать трапезу. Му Яо аккуратно перенесла его обратно в лежанку.
Спустя какое-то время «товарищ Лайфу» начал лениво плеваться молоком, наотрез отказываясь продолжать трапезу. Му Яо аккуратно перенесла его обратно в лежанку.
Следом они обустроили кошачий туалет: насыпали наполнитель в лоток и поставили его неподалёку. Цзи Мо покосился на дремлющего пушистика, размышляя, умеет ли этот мелкий партизан пользоваться благами цивилизации. Если нет, придётся запастись терпением и заняться дрессировкой.
Следом они обустроили кошачий туалет: насыпали наполнитель в лоток и поставили его неподалёку. Цзи Мо покосился на дремлющего пушистика, размышляя, умеет ли этот мелкий партизан пользоваться благами цивилизации. Если нет, придётся запастись терпением и заняться дрессировкой.
Наведя порядок, Цзи Мо вытащил телефон и глянул на экран. Стрелки часов неумолимо приближались к десяти. Если не поторопиться, общежитие закроется, и он останется на улице.
Наведя порядок, Цзи Мо вытащил телефон и глянул на экран. Стрелки часов неумолимо приближались к десяти. Если не поторопиться, общежитие закроется, и он останется на улице.
«В теории я мог бы примоститься на этом диванчике, — с тоской подумал он, покосившись на мягкую обивку. — Но на практике профессор Му, скорее всего, переломает мне все три ноги»
«В теории я мог бы примоститься на этом диванчике, — с тоской подумал он, покосившись на мягкую обивку. — Но на практике профессор Му, скорее всего, переломает мне все три ноги»
Смирившись с неизбежным, он с самым несчастным видом повернулся к девушке:
Смирившись с неизбежным, он с самым несчастным видом повернулся к девушке:
— Профессор Му, мне пора. Иначе ворота в общежитие заперут. Если что-нибудь понадобится — сразу звоните, я примчусь по первому зову.
— Профессор Му, мне пора. Иначе ворота в общежитие заперут. Если что-нибудь понадобится — сразу звоните, я примчусь по первому зову.
— Держи, — ровно произнесла Му Яо и небрежным жестом бросила на стол связку ключей.
— Держи, — ровно произнесла Му Яо и небрежным жестом бросила на стол связку ключей.
Поймав ключи, Цзи Мо замер. На него словно снизошло благословение небес. Это что же получается?
Поймав ключи, Цзи Мо замер. На него словно снизошло благословение небес. Это что же получается?
«Я теперь могу приходить сюда когда захочу? — его сердце затрепетало от восторга. — Смогу здесь оставаться? На этой огромной, невероятно мягкой кровати? Вместе с ней?!»
«Я теперь могу приходить сюда когда захочу? — его сердце затрепетало от восторга. — Смогу здесь оставаться? На этой огромной, невероятно мягкой кровати? Вместе с ней?!»
Сердце парня пустилось вскачь. Изо всех сил стараясь сдержать рвущийся наружу ликующий вопль, он напустил на себя самый невозмутимый вид и спросил:
Сердце парня пустилось вскачь. Изо всех сил стараясь сдержать рвущийся наружу ликующий вопль, он напустил на себя самый невозмутимый вид и спросил:
— Профессор Му, это... зачем?
— Профессор Му, это... зачем?
— Завтра я улетаю в командировку в Штаты. Лайфу остаётся на тебе.
— Завтра я улетаю в командировку в Штаты. Лайфу остаётся на тебе.
Командировка?! Цзи Мо мысленно влепил себе звучную затрещину. Опять он нафантазировал лишнего на пустом месте!
Командировка?! Цзи Мо мысленно влепил себе звучную затрещину. Опять он нафантазировал лишнего на пустом месте!
«Даю зарок: если ещё хоть раз раскатаю губу от её туманных слов — буду последним псом!»
«Даю зарок: если ещё хоть раз раскатаю губу от её туманных слов — буду последним псом!»
— И надолго вы уезжаете, профессор?
— И надолго вы уезжаете, профессор?
— На полмесяца.
— На полмесяца.
Две недели! Теперь понятно, почему в расписании у Му Яо зияла подозрительная пустота. А он-то, наивный, списал всё на технический сбой на университетском сайте.
Две недели! Теперь понятно, почему в расписании у Му Яо зияла подозрительная пустота. А он-то, наивный, списал всё на технический сбой на университетском сайте.
Представив, что целых две недели ему придётся жить без неё, Цзи Мо почувствовал, как внутри всё тоскливо сжалось. Он ведь уже и дня не мог провести без этой женщины!
Представив, что целых две недели ему придётся жить без неё, Цзи Мо почувствовал, как внутри всё тоскливо сжалось. Он ведь уже и дня не мог провести без этой женщины!
«Да, признаю! Я маменькин сынок, точнее — профессорозависимый! И что с того? Стыдно? Позорно? Да пускай! Другие бы душу дьяволу продали за такую зависимость!»
«Да, признаю! Я маменькин сынок, точнее — профессорозависимый! И что с того? Стыдно? Позорно? Да пускай! Другие бы душу дьяволу продали за такую зависимость!»
— Профессор Му, а какая цель поездки?
— Профессор Му, а какая цель поездки?
— Научная конференция.
— Научная конференция.
— Это обязательно?
— Это обязательно?
— Да.
— Да.
— Вы одна летите?
— Вы одна летите?
— Возглавляю делегацию.
— Возглавляю делегацию.
— Что ж... Хорошо. Профессор Му, во сколько завтра вылет?
— Что ж... Хорошо. Профессор Му, во сколько завтра вылет?
— В восемь утра.
— В восемь утра.
Цзи Мо помялся на месте, собираясь с мыслями, а затем тихо спросил:
Цзи Мо помялся на месте, собираясь с мыслями, а затем тихо спросил:
— Тогда... можно мне вас обнять? На прощание. Всего на секунду?
— Тогда... можно мне вас обнять? На прощание. Всего на секунду?
Он затаил дыхание, вглядываясь в её лицо и боясь уловить малейший признак недовольства. Но на лице Му Яо не дрогнул ни один мускул. Она лишь молча смотрела на него своими невероятными, глубокими глазами.
Он затаил дыхание, вглядываясь в её лицо и боясь уловить малейший признак недовольства. Но на лице Му Яо не дрогнул ни один мускул. Она лишь молча смотрела на него своими невероятными, глубокими глазами.
— Пожалуйста? — робко повторил он.
— Пожалуйста? — робко повторил он.
Ответа не последовало.
Ответа не последовало.
Решив, что молчание — знак согласия, Цзи Мо набрался смелости и сделал шаг вперёд. Расправив руки, он осторожно, но крепко прижал к себе её хрупкое, удивительно нежное тело.
Решив, что молчание — знак согласия, Цзи Мо набрался смелости и сделал шаг вперёд. Расправив руки, он осторожно, но крепко прижал к себе её хрупкое, удивительно нежное тело.
Уткнувшись носом в шелковистые волосы, парень вдыхал их едва уловимый, чарующий аромат. Он чувствовал мягкое тепло, исходившее от неё, видел совсем близко изящный изгиб шеи и аккуратное, словно выточенное из белого нефрита ушко... Но сделать следующий шаг так и не решился. Струсил в самый последний момент.
Уткнувшись носом в шелковистые волосы, парень вдыхал их едва уловимый, чарующий аромат. Он чувствовал мягкое тепло, исходившее от неё, видел совсем близко изящный изгиб шеи и аккуратное, словно выточенное из белого нефрита ушко... Но сделать следующий шаг так и не решился. Струсил в самый последний момент.
«Пропал я, — с горькой нежностью подумал он. — По уши втрескался в эту ледяную красавицу»
«Пропал я, — с горькой нежностью подумал он. — По уши втрескался в эту ледяную красавицу»
Прошло немало времени, прежде чем Цзи Мо заставил себя разомкнуть объятия. Сделав пару шагов назад, он преданно заглянул ей в глаза:
Прошло немало времени, прежде чем Цзи Мо заставил себя разомкнуть объятия. Сделав пару шагов назад, он преданно заглянул ей в глаза:
— Берегите себя там, за океаном. А за Лайфу не переживайте, я за ним присмотрю.
— Берегите себя там, за океаном. А за Лайфу не переживайте, я за ним присмотрю.
— Хорошо.
— Хорошо.
— Тогда я пойду, профессор Му.
— Тогда я пойду, профессор Му.
— Иди.
— Иди.
— До встречи.
— До встречи.
— До встречи.
— До встречи.
Цзи Мо развернулся и вышел, тихо прикрыв за собой дверь.
Цзи Мо развернулся и вышел, тихо прикрыв за собой дверь.
***
***
Ресторан «Замок»
Ресторан «Замок»
Тем временем на парковке у ресторана «Замок» разыгрывалась совсем другая сцена.
Тем временем на парковке у ресторана «Замок» разыгрывалась совсем другая сцена.
— Цици, ты уверена, что не перепутала машину? — нерешительно спросил Чу Чжиюань.
— Цици, ты уверена, что не перепутала машину? — нерешительно спросил Чу Чжиюань.
— Исключено! Как я могу не узнать её «Ленд Ровер»? — отрезала Чжоу Цзыци.
— Исключено! Как я могу не узнать её «Ленд Ровер»? — отрезала Чжоу Цзыци.
— Слушай, может, поедем уже? Время к десяти, — Чу Чжиюань замялся, явно теряя терпение.
— Слушай, может, поедем уже? Время к десяти, — Чу Чжиюань замялся, явно теряя терпение.
Сегодня днём во время совместного шопинга они набрали для Цзыци кучу весьма соблазнительных нарядов, и ему не терпелось увидеть их в деле.
Сегодня днём во время совместного шопинга они набрали для Цзыци кучу весьма соблазнительных нарядов, и ему не терпелось увидеть их в деле.
— Нет уж! Пока я лично не поймаю этого паршивца за руку, с места не двинусь! — воинственно заявила Чжоу Цзыци, буравя взглядом лобовое стекло внедорожника.
— Нет уж! Пока я лично не поймаю этого паршивца за руку, с места не двинусь! — воинственно заявила Чжоу Цзыци, буравя взглядом лобовое стекло внедорожника.
— Может, тогда позвонишь ей? Прощупаешь почву?
— Может, тогда позвонишь ей? Прощупаешь почву?
— Ладно... давай попробуем, — она неохотно вытащила смартфон и набрала номер подруги.
— Ладно... давай попробуем, — она неохотно вытащила смартфон и набрала номер подруги.
После нескольких гудков в трубке раздался знакомый голос.
После нескольких гудков в трубке раздался знакомый голос.
— Алло, Яояо? Ты сейчас где?
— Алло, Яояо? Ты сейчас где?
— В своей квартире, при университете.
— В своей квартире, при университете.
«В квартире? Ах ты лиса, врёт и не краснеет!»
«В квартире? Ах ты лиса, врёт и не краснеет!»
— Да-а? А почему тогда я только что видела твою машину в совершенно другом месте?
— Да-а? А почему тогда я только что видела твою машину в совершенно другом месте?
— Отдала другу покататься.
— Отдала другу покататься.
«Ври-ври, больше сочиняй!»
«Ври-ври, больше сочиняй!»
— Серьёзно?
— Серьёзно?
— Да.
— Да.
— Яояо, давай по видеосвязи на минутку наберёмся? Ты же завтра уезжаешь, мы кучу времени не увидимся.
— Яояо, давай по видеосвязи на минутку наберёмся? Ты же завтра уезжаешь, мы кучу времени не увидимся.
— Давай.
— Давай.
Звонок сбросился, и Чжоу Цзыци тут же отправила запрос на видеовызов. Когда экран загорелся и показал лицо подруги, Цзыци остолбенела. На заднем плане отчётливо виднелся знакомый до боли интерьер университетской квартиры Му Яо.
Звонок сбросился, и Чжоу Цзыци тут же отправила запрос на видеовызов. Когда экран загорелся и показал лицо подруги, Цзыци остолбенела. На заднем плане отчётливо виднелся знакомый до боли интерьер университетской квартиры Му Яо.
«Да вы издеваетесь! Моя картина мира только что дала трещину!»
«Да вы издеваетесь! Моя картина мира только что дала трещину!»
— Э-э... Яояо, слушай, у меня тут срочное дело нарисовалось, давай потом поболтаем! — пролепетала Чжоу Цзыци.
— Э-э... Яояо, слушай, у меня тут срочное дело нарисовалось, давай потом поболтаем! — пролепетала Чжоу Цзыци.
Смотреть на безупречное лицо подруги ей сейчас было физически больно — сердце прямо-таки разрывалось от досады.
Смотреть на безупречное лицо подруги ей сейчас было физически больно — сердце прямо-таки разрывалось от досады.
— Хорошо.
— Хорошо.
Вызов завершился. Му Яо неторопливо положила телефон на стол, и на её губах заиграла едва заметная, загадочная улыбка.
Вызов завершился. Му Яо неторопливо положила телефон на стол, и на её губах заиграла едва заметная, загадочная улыбка.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...