Когда последнее блюдо было готово, дворецкий Ли помог отнести его на стол. Цзян Ли разложила рис по пиалам и вышла из кухни.
Когда последнее блюдо было готово, дворецкий Ли помог отнести его на стол. Цзян Ли разложила рис по пиалам и вышла из кухни.
Трое детей уже чинно сидели на своих местах, а Ли замер за спиной Чуаньчуаня, словно натянутая струна. Поставив перед ними еду, хозяйка дома вопросительно взглянула на мужчину:
Трое детей уже чинно сидели на своих местах, а Ли замер за спиной Чуаньчуаня, словно натянутая струна. Поставив перед ними еду, хозяйка дома вопросительно взглянула на мужчину:
— Присаживайтесь и вы, поешьте с нами. Согласитесь, довольно странно, когда один человек стоит и смотрит, как едят другие.
— Присаживайтесь и вы, поешьте с нами. Согласитесь, довольно странно, когда один человек стоит и смотрит, как едят другие.
Дворецкий Ли почувствовал укол неловкости. Он уже раздумывал, не стоит ли ему подождать снаружи, но в этот момент Чуаньчуань поднял на него глаза.
Дворецкий Ли почувствовал укол неловкости. Он уже раздумывал, не стоит ли ему подождать снаружи, но в этот момент Чуаньчуань поднял на него глаза.
— Садись, — скомандовал малыш. Про себя же он подумал, что в следующий раз не возьмет дядю Ли с собой: «Такой глупенький, совсем не слушает прекрасную сестрицу».
— Садись, — скомандовал малыш. Про себя же он подумал, что в следующий раз не возьмет дядю Ли с собой: «Такой глупенький, совсем не слушает прекрасную сестрицу».
Цзян Ли снова ненадолго отлучилась на кухню и вернулась с клубничным молочным коктейлем. Разлитого по стаканам напитка хватило ровно на пятерых. К этому времени дворецкий уже занял свое место.
Цзян Ли снова ненадолго отлучилась на кухню и вернулась с клубничным молочным коктейлем. Разлитого по стаканам напитка хватило ровно на пятерых. К этому времени дворецкий уже занял свое место.
— Вот, попробуйте, это напиток, — сказала она. — Ну, теперь всё. Приятного аппетита!
— Вот, попробуйте, это напиток, — сказала она. — Ну, теперь всё. Приятного аппетита!
— Ура! — Радостно воскликнули дети. — Сестрица Сяо Ли, ты просто чудо!
— Ура! — Радостно воскликнули дети. — Сестрица Сяо Ли, ты просто чудо!
Ли завороженно смотрел на розовый напиток в своем стакане. Густой, насыщенный аромат клубники ударил в нос еще до первого глотка. Теперь он был абсолютно уверен: таинственным владельцем клубники, взорвавшей сеть, была именно эта девушка.
Ли завороженно смотрел на розовый напиток в своем стакане. Густой, насыщенный аромат клубники ударил в нос еще до первого глотка. Теперь он был абсолютно уверен: таинственным владельцем клубники, взорвавшей сеть, была именно эта девушка.
За этим столом все, кроме самой Цзян Ли, впервые пробовали настолько вкусную еду. Семья Цзин не испытывала недостатка в средствах, но деньги в их мире не всегда могли купить желаемое. Чтобы что-то потребить, нужно, чтобы это существовало на рынке.
За этим столом все, кроме самой Цзян Ли, впервые пробовали настолько вкусную еду. Семья Цзин не испытывала недостатка в средствах, но деньги в их мире не всегда могли купить желаемое. Чтобы что-то потребить, нужно, чтобы это существовало на рынке.
Больше всего гостям пришлись по вкусу овощные блюда: обжаренный водный шпинат и томаты с яйцом. Затем в ход пошли жареные улитки. Дворецкий ел с каким-то благоговейным трепетом – неужели овощи в доме госпожи Цзян сохранили свой первозданный, чистый вкус? Он и раньше пробовал шпинат, но тот не шел ни в какое сравнение с этим. Оказалось, что овощи могут обладать столь яркими, индивидуальными гранями, а не быть безвкусной массой!
Больше всего гостям пришлись по вкусу овощные блюда: обжаренный водный шпинат и томаты с яйцом. Затем в ход пошли жареные улитки. Дворецкий ел с каким-то благоговейным трепетом – неужели овощи в доме госпожи Цзян сохранили свой первозданный, чистый вкус? Он и раньше пробовал шпинат, но тот не шел ни в какое сравнение с этим. Оказалось, что овощи могут обладать столь яркими, индивидуальными гранями, а не быть безвкусной массой!
К мясу Ли почти не притронулся. Изначально он планировал ограничиться одной порцией риса, но в итоге съел три, под конец даже полив остатки подливкой от овощей.
К мясу Ли почти не притронулся. Изначально он планировал ограничиться одной порцией риса, но в итоге съел три, под конец даже полив остатки подливкой от овощей.
На обратном пути он довольно поглаживал живот. Стало так тесно, что он решил не ехать на машине сразу. Поскольку Чуаньчуань тоже объелся и сидеть ему было неудобно, Ли предложил пройтись пешком до деревни и вызвать транспорт, когда они устанут. Мальчик охотно согласился.
На обратном пути он довольно поглаживал живот. Стало так тесно, что он решил не ехать на машине сразу. Поскольку Чуаньчуань тоже объелся и сидеть ему было неудобно, Ли предложил пройтись пешком до деревни и вызвать транспорт, когда они устанут. Мальчик охотно согласился.
В руках ребенок сжимал небольшой пакет. В нем лежал водный шпинат, который дворецкий Ли, отбросив всякое стеснение, выпросил у Цзян Ли. Последнее время старая госпожа Цзин была сама не своя – подавленность и тоска не давали ей покоя. Врачи не нашли патологий и посоветовали сменить обстановку. Молодые господа тут же выбрали деревню Цветущих груш. Здесь ей и вправду стало легче, но проблемы с едой остались – она едва притрагивалась к тарелке. Ли надеялся, что эти невероятные овощи вернут ей вкус к жизни.
В руках ребенок сжимал небольшой пакет. В нем лежал водный шпинат, который дворецкий Ли, отбросив всякое стеснение, выпросил у Цзян Ли. Последнее время старая госпожа Цзин была сама не своя – подавленность и тоска не давали ей покоя. Врачи не нашли патологий и посоветовали сменить обстановку. Молодые господа тут же выбрали деревню Цветущих груш. Здесь ей и вправду стало легче, но проблемы с едой остались – она едва притрагивалась к тарелке. Ли надеялся, что эти невероятные овощи вернут ей вкус к жизни.
Чуаньчуань очень любил бабушку. Услышав, что эта «травка» поможет ей съесть побольше риса, он смотрел на сестрицу Сяо Ли такими умоляющими глазами, что та не смогла отказать.
Чуаньчуань очень любил бабушку. Услышав, что эта «травка» поможет ей съесть побольше риса, он смотрел на сестрицу Сяо Ли такими умоляющими глазами, что та не смогла отказать.
— Госпожа Цзян, я заплачу десять тысяч за этот пучок, — предложил тогда дворецкий.
— Госпожа Цзян, я заплачу десять тысяч за этот пучок, — предложил тогда дворецкий.
— Дело не в деньгах, — ответила она. — Я отдаю его только потому, что Чуаньчуань такой заботливый внук.
— Дело не в деньгах, — ответила она. — Я отдаю его только потому, что Чуаньчуань такой заботливый внук.
Спустя десять минут прогулки малыш выдохся.
Спустя десять минут прогулки малыш выдохся.
— Дядя Ли, у Чуаньчуаня ножки больше не ходят.
— Дядя Ли, у Чуаньчуаня ножки больше не ходят.
Дворецкий развернул компактный электрокар и, подхватив мальчика на руки, усадил его на сиденье. Когда они добрались до виллы, госпожа Цзин уже проснулась.
Дворецкий развернул компактный электрокар и, подхватив мальчика на руки, усадил его на сиденье. Когда они добрались до виллы, госпожа Цзин уже проснулась.
— Госпожа, съешьте хоть немного, — уговаривала её прислуга. — Вы маковой росинки во рту не держали полдня.
— Госпожа, съешьте хоть немного, — уговаривала её прислуга. — Вы маковой росинки во рту не держали полдня.
Пожилая женщина лишь отмахнулась.
Пожилая женщина лишь отмахнулась.
— Не хочу, нет аппетита. Позже выпью немного питательного раствора, и хватит.
— Не хочу, нет аппетита. Позже выпью немного питательного раствора, и хватит.
На столе стояли изысканные блюда, доставленные из элитного ресторана, но они её не прельщали. В этот момент в гостиную вбежал Чуаньчуань, размахивая своим пакетом.
На столе стояли изысканные блюда, доставленные из элитного ресторана, но они её не прельщали. В этот момент в гостиную вбежал Чуаньчуань, размахивая своим пакетом.
— Бабушка, бабушка! Чуаньчуань вернулся!
— Бабушка, бабушка! Чуаньчуань вернулся!
Госпожа Цзин тут же преобразилась. На её лице расцвела улыбка, она раскрыла объятия навстречу внуку.
Госпожа Цзин тут же преобразилась. На её лице расцвела улыбка, она раскрыла объятия навстречу внуку.
— Ох, мой золотой! Где же ты пропадал?
— Ох, мой золотой! Где же ты пропадал?
Дворецкий уже доложил ей, что они нашли Цзян Ли и пообедали у неё. Мальчик прижался к бабушке:
Дворецкий уже доложил ей, что они нашли Цзян Ли и пообедали у неё. Мальчик прижался к бабушке:
— Бабушка, бабушка, я нашел прекрасную сестрицу!
— Бабушка, бабушка, я нашел прекрасную сестрицу!
— Умница какой! Бабушка вчера так и не смогла её отыскать.
— Умница какой! Бабушка вчера так и не смогла её отыскать.
— Хи-хи! А еще мы ели очень-очень вкусную еду у неё дома!
— Хи-хи! А еще мы ели очень-очень вкусную еду у неё дома!
Старая дама усадила его рядом с собой на диван.
Старая дама усадила его рядом с собой на диван.
— Вот как? И что же там было вкусного? Расскажи бабушке.
— Вот как? И что же там было вкусного? Расскажи бабушке.
— Было мяско, и овощи, и еще такое мясо, которое надо высасывать! — Наперебой тараторил ребенок. — И «фрукт» с яичком, и еще очень красивое сладкое молочко!
— Было мяско, и овощи, и еще такое мясо, которое надо высасывать! — Наперебой тараторил ребенок. — И «фрукт» с яичком, и еще очень красивое сладкое молочко!
— Ого, как много всего! Ой, посмотрите на этот животик, совсем круглый стал. Тебе не плохо, маленький?
— Ого, как много всего! Ой, посмотрите на этот животик, совсем круглый стал. Тебе не плохо, маленький?
Она обеспокоенно пощупала живот внука и уже хотела велеть принести таблетки для пищеварения.
Она обеспокоенно пощупала живот внука и уже хотела велеть принести таблетки для пищеварения.
— Мне хорошо! Бабушка, я и тебе принес «травку» попробовать.
— Мне хорошо! Бабушка, я и тебе принес «травку» попробовать.
Госпожа Цзин уже заметила пакет. Внутри был водный шпинат – овощ ей знакомый. Дворецкий Ли тут же вставил слово, пояснив, что вкус зелени из дома Цзян Ли разительно отличается от рыночного. Не сомневаясь в словах верного помощника, она кивнула, позволяя ему всё подготовить.
Госпожа Цзин уже заметила пакет. Внутри был водный шпинат – овощ ей знакомый. Дворецкий Ли тут же вставил слово, пояснив, что вкус зелени из дома Цзян Ли разительно отличается от рыночного. Не сомневаясь в словах верного помощника, она кивнула, позволяя ему всё подготовить.
Ли был «золотым» дворецким, а это значило, что он умел всё. Через несколько минут на столе появилась тарелка со свежеобжаренным шпинатом. Госпожа Цзин села к столу, перед ней стояла лишь маленькая пиала, в которую положили совсем немного риса.
Ли был «золотым» дворецким, а это значило, что он умел всё. Через несколько минут на столе появилась тарелка со свежеобжаренным шпинатом. Госпожа Цзин села к столу, перед ней стояла лишь маленькая пиала, в которую положили совсем немного риса.
Другие блюда на столе выглядели помпезно: огромные тарелки, крошечные порции, вычурная подача. Но новая тарелка притягивала взгляд своей простотой. На фарфоре покоилась влажная изумрудная зелень. Стебли шпината, обжаренные до легкой прозрачности, изящно завивались, сохраняя упругость. Тонкий слой масла обволакивал каждый листик, а нежный, чистый аромат обещал свежесть и мягкость.
Другие блюда на столе выглядели помпезно: огромные тарелки, крошечные порции, вычурная подача. Но новая тарелка притягивала взгляд своей простотой. На фарфоре покоилась влажная изумрудная зелень. Стебли шпината, обжаренные до легкой прозрачности, изящно завивались, сохраняя упругость. Тонкий слой масла обволакивал каждый листик, а нежный, чистый аромат обещал свежесть и мягкость.
Сглотнув невольно подступившую слюну, госпожа Цзин поднесла палочки к губам. Стоило мягким листьям коснуться языка, как раскрылась их природная сладость. Стебли оказались нежными, но с приятным хрустом – ни капли жесткости или волокнистости. Рот наполнился тем самым первозданным вкусом свежего шпината.
Сглотнув невольно подступившую слюну, госпожа Цзин поднесла палочки к губам. Стоило мягким листьям коснуться языка, как раскрылась их природная сладость. Стебли оказались нежными, но с приятным хрустом – ни капли жесткости или волокнистости. Рот наполнился тем самым первозданным вкусом свежего шпината.
Легкий, едва уловимый сладковатый привкус оставался на языке даже после того, как она проглотила порцию. Глаза пожилой женщины радостно сверкнули, аппетит проснулся мгновенно. Одним махом она доела весь рис в пиале.
Легкий, едва уловимый сладковатый привкус оставался на языке даже после того, как она проглотила порцию. Глаза пожилой женщины радостно сверкнули, аппетит проснулся мгновенно. Одним махом она доела весь рис в пиале.
— Ли, принеси еще риса.
— Ли, принеси еще риса.
— Сию минуту!
— Сию минуту!
Закусывая водным шпинатом, госпожа Цзин впервые за месяц наелась досыта. Отложив палочки, она приложила ладонь к слегка округлившемуся животу. Оказалось, дело было вовсе не в болезни, а в том, что ей просто не попадалось ничего стоящего. Она негромко рассмеялась, похлопав себя по животу.
Закусывая водным шпинатом, госпожа Цзин впервые за месяц наелась досыта. Отложив палочки, она приложила ладонь к слегка округлившемуся животу. Оказалось, дело было вовсе не в болезни, а в том, что ей просто не попадалось ничего стоящего. Она негромко рассмеялась, похлопав себя по животу.
— Ли, сколько ты заплатил за это?
— Ли, сколько ты заплатил за это?
Дворецкий не стал ничего скрывать. Услышав ответ, госпожа Цзин перевела ему на счет миллион юаней. Ли понял её без слов, но лишь беспомощно развел руками:
Дворецкий не стал ничего скрывать. Услышав ответ, госпожа Цзин перевела ему на счет миллион юаней. Ли понял её без слов, но лишь беспомощно развел руками:
— Госпожа, Цзян Ли предупредила, что у неё пока нет больших посадок. Она не сможет поставлять нам продукты постоянно.
— Госпожа, Цзян Ли предупредила, что у неё пока нет больших посадок. Она не сможет поставлять нам продукты постоянно.
Цзян Ли предвидела такой поворот, поэтому заранее обозначила границы. Старая дама искренне огорчилась.
Цзян Ли предвидела такой поворот, поэтому заранее обозначила границы. Старая дама искренне огорчилась.
— Вот как? А она не сказала, когда сможет? Деньги не имеют значения.
— Вот как? А она не сказала, когда сможет? Деньги не имеют значения.
— Сказала, что через некоторое время, — ответил дворецкий.
— Сказала, что через некоторое время, — ответил дворецкий.
— Ох, какая жалость...
— Ох, какая жалость...
Когда гости разошлись по домам, Цзян Ли закончила уборку и поднялась на второй этаж. Она активировала оптический компьютер. Последнее видео уже набрало пять миллионов лайков, два миллиона комментариев и восемьсот тысяч репостов.
Когда гости разошлись по домам, Цзян Ли закончила уборку и поднялась на второй этаж. Она активировала оптический компьютер. Последнее видео уже набрало пять миллионов лайков, два миллиона комментариев и восемьсот тысяч репостов.
〔 Ого, автор что, подглядывает за нами? Хи-хи, стоило пожаловаться, что одной клубники на семью мало, как она тут же подкинула идею! 〕
〔 Ого, автор что, подглядывает за нами? Хи-хи, стоило пожаловаться, что одной клубники на семью мало, как она тут же подкинула идею! 〕
〔 Что это? Клубничный коктейль? Понюхал через сенсор и расплакался. У меня есть молоко, но нет клубники... У-у-у... 〕
〔 Что это? Клубничный коктейль? Понюхал через сенсор и расплакался. У меня есть молоко, но нет клубники... У-у-у... 〕
〔!! Автор просто гений! Как до такого додуматься? У меня как раз завалялась одна ягода с прошлого раза, теперь я знаю, что с ней делать! Ха-ха! 〕
〔!! Автор просто гений! Как до такого додуматься? У меня как раз завалялась одна ягода с прошлого раза, теперь я знаю, что с ней делать! Ха-ха! 〕
〔 А на одну клубнику можно бахнуть десять бутылок молока? Нас просто много в семье, а я боюсь, что в следующий раз не успею купить. Хочется растянуть удовольствие. 〕
〔 А на одну клубнику можно бахнуть десять бутылок молока? Нас просто много в семье, а я боюсь, что в следующий раз не успею купить. Хочется растянуть удовольствие. 〕
〔 Ответ верхнему: У меня есть идея получше, давай в друзья? Приду к тебе домой, обсудим. 〕
〔 Ответ верхнему: У меня есть идея получше, давай в друзья? Приду к тебе домой, обсудим. 〕
〔 И меня возьмите! 〕
〔 И меня возьмите! 〕

Комментарии

Загрузка...