— Ладно, ладно, не бойся, я всё улажу, заходи внутрь, — Шэнь Жуи поспешно схватила её за руку. Гу Лоси восемнадцать лет жила как избалованная наследница в роскоши, разве могла она тягаться с такой хабалистой домовладелицей?
Гу Лоси убрала её руку и многозначительно произнесла:
— Мам, это можно уладить мирно, если человек адекватный и понимает доводы разума. Но есть же и такие, чьи мозги ещё не эволюционировали до уровня человека, им бесполезно что-то объяснять. С такими нужно действовать их же методами — силой.
От таких прозрачных намёков лицо домовладелицы позеленело.
— Это что за манеры у ребёнка?
Шэнь Жуи тоже попыталась её остановить. Если они съедут, то окажутся на улице. А если ещё и разозлят хозяйку, не навлекут ли они на себя беду?
— Не волнуйся, — Гу Лоси успокаивающе сжала её ладонь, а затем повернулась к домовладелице.
Последние капли тепла исчезли с её лица. Когда она улыбалась, это напоминало ласковое весеннее солнце, но стоило ей стать холодной, как веяло лютой зимней стужей. От неё исходила такая властная аура, свойственная лишь тем, кто привык занимать высокое положение. В одно мгновение она подавила волю оппонента, продемонстрировав истинный характер правителя.
Домовладелица на секунду опешила.
Гу Лоси холодно произнесла:
— Насколько я помню, в договоре аренды не сказано, что жилец обязан съехать, как только заболеет.
Домовладелица нахмурилась:
— Я не говорила, что... но...
— Никаких но. До конца срока аренды остался ещё месяц. Хотите, чтобы мы съехали раньше? Пожалуйста, но тогда выплатите компенсацию за месяц. Нам эти деньги не нужны.
Гу Лоси не давала ей вставить ни слова:
— Можем вызвать полицию и разобраться во всём официально. Заодно устроим скандал — сейчас эпоха интернета, пусть все пользователи сети посмотрят на ваше истинное лицо. Считаете, что наша квартира недостаточно чистая? Ну и отлично, пустующая квартира — самая чистая.
Каждое её слово было твёрдым и обоснованным. Домовладелица остолбенела, не в силах вымолвить ни звука. Шэнь Жуи тоже застыла в изумлении: неужели это та самая капризная и своенравная Лоси, которую она знала?
Но Гу Лоси ещё не закончила. Она обвела взглядом зевак, слегка приподняв уголки глаз в жесте явного презрения:
— Мы живём с мамой, никого не трогаем, меньше всего нам хотелось бы кого-то обременять. Вы все боитесь, а чего именно? А что касается той девушки этажом ниже — она ведь съехала только потому, что её перевели на другую работу, верно?
Домовладелицу трясло от ярости. В июне-июле многие студенты выпускаются, и такие бедные учащиеся охотнее всего снимают дешёвое жильё. Она рассчитывала выгнать этих двоих, чтобы поднять цену на пару сотен юаней! Кто же знал, что Гу Лоси окажется такой острой на язык?
Настроение толпы начало меняться.
— И правда, это уже перебор, откровенная травля.
— Согласен, эта женщина с дочерью выглядят такими несчастными.
Послышался шёпот, направленный уже против домовладелицы. Та скривилась, тихо выругалась про себя и поспешно ретировалась.
...
Шэнь Жуи чувствовала себя очень плохо, приняв лекарство, она тут же провалилась в беспокойный сон. Гу Лоси дождалась, пока мать уснёт, укрыла её одеялом и, постояв у кровати и глубоко задумавшись, вышла в соседнюю комнату.
Эта болезнь требовала долгого лечения. Даже самая совершенная медицина могла лишь замедлить ухудшение состояния, но не исцелить полностью. Единственным выходом было найти Мо Е — только это давало призрачный шанс на спасение.
Гу Лоси взглянула на часы, было ровно двадцать четыре ноль-ноль. Через минуту зазвонил телефон.
— Нашёл? — спросила она, переходя сразу к делу.
— Э-э... — Ли Чуань замялся. — Нет.

Комментарии

Загрузка...