3 января 2016 года. Около четырёх часов дня.
Ким Йевон сидела дома и ждала начала второй части двадцатого эпизода шоу Король певцов в маске.
В силу своего возраста она на самом деле не очень любила смотреть телевизор, предпочитая находить весь интересный контент в интернете.
Но раз уж в этом развлекательном шоу участвовала её любимая кумирша, приходилось вносить свой вклад в телерейтинги.
Телевизор уже был настроен на MBC.
Устроившись на диване, она одновременно ждала начала и переписывалась с подругой в мессенджере.
Йевон: Смотрим в прямом эфире.
Миджу: Иду-иду, я только что голову помыла.
Йевон: Зачем голову мыла, ты собираешься куда-то выходить?
Миджу: Нет, просто потом не придется мыть.
Йевон: Ну ладно...
Миджу: Кстати, я еще сбегаю мусор выбросить.
Йевон: Эй, уже вот-вот начнётся.
Миджу: Телевизор-то включен... Куда спешить, Хивон же не так рано выходит.
Миджу: Тьфу ты, если подумать, мне не очень-то хочется смотреть этот выпуск.
В этом выпуске Сон Хивон, похоже, проиграла.
Хотя никто об этом не спрашивал, и на телевидении не было никаких инсайдов, они, как верные фанаты, знали, что последние две недели Сон Хивон развлекалась на отдыхе.
Вместе с бывшей участницей Цзинь Сюэр и Линь Баоэнь.
Раньше её жизнь была расписана по минутам.
Дом, занятия с преподавателем, спортзал... Раз уж эти две недели она не ходила к наставнику и не готовила новые песни, значит, судя по всему, покинула шоу.
Семь побед подряд — на данный момент это лучший результат на этой передаче, которым можно гордиться.
Девочка тоже особо не пострадала от судебного разбирательства по поводу расторжения контракта, и в последние две недели выглядела вполне счастливой... Хотя она по-прежнему не заводила никаких аккаунтов в соцсетях, узнать об этом можно было только по инстаграму Цзинь Сюэр.
Если подумать, она, кажется, уже очень давно никуда не выбиралась.
Рядом с участницами группы она выглядела действительно очень расслабленной.
Кстати, Цзинь Сюэр и Линь Баоэнь отлично умеют фотографировать, каждая их фотография с Хивон получалась потрясающе красивой.
Подумав об этом, Ким Йевон снова опустила голову и ответила на сообщение.
Йевон: Победа или поражение — это всё равно тщательно подготовленное выступление.
Миджу: Эх... Я просто ворчу, смотреть, конечно, буду внимательно.
Миджу: Сама мысль о том, как она снимет маску, уже вызывает такое предвкушение!
Йевон: Точно! Как подумаю, аж мурашки по коже!
Миджу: Но кто же это всё-таки? Я смотрела прошлый выпуск, вроде не заметила там парня, который был бы настолько силен, чтобы победить Хивон...
В общем и целом все поют неплохо, но так, чтобы западало в душу и с первых нот казалось выдающимся — такого, пожалуй, действительно не было.
Йевон: Я тоже так думаю... Так что надо будет хорошенько всё рассмотреть.
Подождав ещё немного, ровно в половине пятого на экране телевизора началась заставка шоу Король певцов в маске.
Мама Ким Йевон тоже принесла нарезанные фрукты и села на диван рядом с дочерью.
У них были близкие отношения, и мать прекрасно знала об увлечениях дочки.
— Началось? — спросила она. — Сколько раз Хивон уже побеждала?
— Семь раз! — с гордостью ответила Ким Йевон.
— Какую песню она будет петь сегодня?
— Откуда же мне знать, — Ким Йевон взяла протянутое мамой яблоко. — У этого шоу не бывает анонсов.
— Прошлая песня была хороша, — снова заговорила мама Йевон. — Как она называлась?
— Мам... я же говорила тебе на прошлой неделе, Двадцать пять, двадцать один.
Мама Йевон улыбнулась:
— А по мне, так песню из Императрицы Мёнсон она исполнила лучше...
— Это потому, что ты любишь Императрицу Мёнсон... Слишком уж у тебя субъективный подход.
— А что нравится тебе?
— Мне нравится... Heartbreaker.
— Ой, да у тебя тут тоже сплошная субъективность...
Они болтали, одновременно наблюдая за передачей.
На сцене один за другим появлялись певцы.
— Сегодняшние парни очень даже симпатичные, — заметила мама Йевон.
— Хивон всё равно лучше всех, — подперев подбородок рукой и не слишком заинтересованно отвечая, Ким Йевон потянулась за вилкой к яблокам на журнальном столике.
Наряд певца на сцене напоминал сказочного солдата, выглядело довольно мило.
Но стоило ему запеть, как ощущение полностью изменилось.
Песня называлась Мечта пресноводного угря, и его глубокий, сильный голос словно утягивал за собой в морскую пучину.
Ночное море, вокруг сплошная темнота, и от этого веяло какой-то подавленной, глубокой страстью.
— Ох... — невольно кивнула мама Йевон. — Прекрасно поет.
Слушая это, Ким Йевон даже забыла откусить от кусочка яблока в руке.
Услышав это, она поспешно бросила яблоко и схватилась за телефон.
Ли Миджу уже прислала сообщение.
Миджу: Нашла!
Это было именно то, о чем Ким Йевон хотела сказать.
Она нахмурилась.
Йевон: Я даже забыла, что он пел в первом раунде.
Миджу: Прекрасный субботний вечер.
Йевон: А... Точно, тогда это показалось довольно заурядным.
Миджу: В первом раунде все стараются не раскрывать все карты, Хивон тогда ведь тоже так делала.
Миджу: Но эта его вторая песня... У меня возникло то же ощущение, что и при прослушивании второй песни Хивон.
Йевон: Слишком круто поет, да?
Отправляя это сообщение, она скривила губы.
Она признавала чужой талант, но мысль о том, что этот парень — соперник Хивон и что он даже победил её, вызывала сильнейшее раздражение.
Йевон: Так кто он в конце концов?
Миджу: Понятия не имею, на айдола не похоже, но я не особо разбираюсь в певцах-мужчинах.
Йевон: Попозже посмотрю в интернете, наверняка кто-нибудь догадался.
Миджу: Неужели опять темная лошадка, такой же скрытный участник, как наша Хивон?
Йевон: С чего бы столько темных лошадок...
Йевон: Точнее сказать, с чего бы столько Хивон.
Йевон: Наша крошка — уникальна, и точка!
Ситуация, подобная той, что была с Хивон, действительно редкость.
Сменить манеру исполнения по сравнению с айдольскими временами и с помощью безупречной техники управлять многогранностью собственного голоса — и вот так предстать перед публикой в качестве сольной певицы.
Или, может, перейти в вокалисты из рэперов... Разве кто-то мог это угадать.
Так что её случай — это исключение из правил, а не то чтобы вокруг полно таких гениев.
Ли Миджу ненадолго заглянула в сеть и быстро получила ответ.
Миджу: Посмотрела, пишут, что это Ха Хён У.
Йевон: Это еще кто?
Миджу: Рок-певец.
Йевон: Смутно припоминаю, он разве не участвовал в шоу Я — певец?
Миджу: Он самый.
Дело было вовсе не в том, что Ха Хён У был совсем неизвестен, просто эти две подруги действительно мало интересовались певцами.
Однако группа Ха Хён У играла музыку весьма специфического, авторского стиля, держалась очень скромно, и раньше их определенно знал далеко не каждый.
Но после сегодняшнего дня он наверняка станет всеобщим любимцем.
Третья песня, Lazenca, Save Us, позволила ему вовсю продемонстрировать мощь настоящей рок-звезды.
Голос, техника, высокие ноты — всё это приводило в невероятный восток.
— Это кто такой? — вовремя вернулся домой отец Ким Йевон. Сменив обувь, он сразу прошел к дивану и уселся рядом с женой и дочерью, чтобы посмотреть телевизор вместе с ними.
— Ха Хён У, — ответила Ким Йевон.
— О? — удивился отец. — А это еще кто?
Он и впрямь почти не следил за музыкальной индустрией. Разве что в последнее время каждую неделю смотрел Король певцов в маске вместе с дочкой, поднабравшись кое-каких музыкальных познаний.
— Рок-певец, играет в группе, — пояснила Ким Йевон.
Она выглядела несколько разочарованной.
Этот парень, которого на сцене называли Музыкальным командиром, сколько бы ни пел, не мог тронуть её сердце.
Напротив, на душе было очень паршиво.
— То-то же, — отец откусил яблоко и взглянул на дочь. — А твой Демон-пианист шести пальцев уже выступал?
Имя артистки он запомнить не мог, но из-за любви к кино этот псевдоним крепко засекся у него в памяти.
— Еще нет, — ответила Ким Йевон. — Наша Хивон — действующий король певцов, она выступает последней, — тут в её голосе прорезалось раздражение. — Пап, почему ты до сих пор путаешь правила?
— Засранка ты этакая, — беззлобно выругался отец, впрочем, не принимая это близко к сердцу.
Певец на сцене пришелся ему по душе.
— Этот Щелкунчик, — обратился он к жене, — поет просто отменно.
— И то верно, — улыбнулась и кивнула мама Йевон.
Музыкальный командир покорил нынешних зрителей и звездных гостей, покорил её сидевших рядом родителей, и даже Сон Хивон, восседающая на троне короля певцов, когда камеру перевели на нее, вовсю показывала ему поднятые вверх большие пальцы.
Судя по тому, как Ким Йевон знала свою кумиршу, в этот момент та наверняка была искренне покорена и от всего сердца восхищалась отличным выступлением соперника...
Ким Йевон с бесстрастным выражением лица обняла диванную подушку и еще немного попялилась в экран, пока в ее глазах наконец не мелькнул огонек азарта.
На сцену вышла Сон Хивон.
Вероятно, в тон царившей атмосфере новогодних праздников, на ней было традиционное платье-ханбок в красно-белой гамме. Белый верх, красный низ, украшенные узорами из цветов сливы.
Даже румяна на маске выглядели ярче и живописнее, чем обычно.
— Какая прелесть, — похвалила мама Йевон. — Традиционные китайские наряды и впрямь очень красивые.
— Точно! — кивнула Ким Йевон.
Настроение, подпорченное минуту назад, наконец немного улучшилось при появлении Сон Хивон.
Телохранители короля певцов сняли с нее накидку и золотую маску и удалились.
На сцене осталась только Сон Хивон, зазвучало вступление музыкантов.
— О? — стоило прозвучать первым нотам, как все трое в семье Ким выпрямились на диване.
— Ого, эта песня! — покачал головой отец, предаваясь воспоминаниям. — Заставляет вспомнить молодые годы... — он повернулся к жене. — Я ведь тогда столько отстоял в очереди, чтобы купить этот альбом.
Мама Йевон улыбнулась:
— Мой старший брат в то время тоже...
Песня Ким Гон Мо Неверная встреча — пожалуй, без преувеличения можно сказать, что ее знали наизусть все корейцы.
В день выхода этого альбома было продано 2,8 миллиона копий, и этот рекорд в Корее не побит до сих пор.
Все трое сидевших здесь людей, несмотря на разницу в полу, возрасте и музыкальных вкусах, могли с легкостью подпевать в такт ритму.
Ким Йевон не ожидала, что Сон Хивон выберет именно эту песню, но в то же время не была особо удивлена.
Пусть сегодня на ней был столь милый наряд, в каждом ее движении по-прежнему чувствовалась та самая крутая уверенность человека, полностью владеющего сценой.
Отец Ким Йевон пришел в полный восторг.
Поначалу он было возбужденно подпевал, но вскоре был вынужден умолкнуть:
— Эх, эту песню... в молодости я еще успевал за ней.
Быстрый ритм и непрерывный поток слов требовали колоссального объема легких.
А Сон Хивон исполнила всю эту череду строк практически без слышимых вдохов, легко и непринужденно.
И выкрики, и высокие ноты — всё было выполнено на высшем уровне.
Ким Йевон вся загорелась, но Сон Хивон всё равно проиграла.

Комментарии

Загрузка...