Лу Фэн посмотрел на большого чёрного пса на арене и что-то пробормотал себе под нос.
— Малыш Лу, ты о чём? — спросил Ху Цзиньху.
Лу Фэн помедлил и выдавил из себя смешок:
— Да ни о чём.
Ху Цзиньху решил, что парень просто слишком нервничает и оттого бормочет всякую ерунду, поэтому глубокомысленно произнёс:
— Раз уж дошло до такого, остаётся только уповать на судьбу.
Лу Фэн согласно хмыкнул, однако в душе с ним был категорически не согласен. Уповать на судьбу? Лучше уж положиться на самого себя. Чёрт возьми! Я сам буду дистанционно управлять боем большого чёрного пса. Неужели я не справлюсь с этой пятнистой гиеной?
— У-у-у!
Как только пятнистую гиену выпустили из клетки, она издала свой характерный жуткий вой. Зверь не стал медлить и, завидев большого чёрного пса, бросился прямо на него. Сводящий с ума голод не оставлял места для разведки — гиена хотела лишь разорвать добычу на куски и немедленно приступить к трапезе.
— Ого, а это было просто и грубо. Похоже, этот бой закончится, едва начавшись.
— На африканских саваннах только львы могут подавить это чудовище, даже львицы обходят его стороной. Оказавшись здесь, против домашних бойцовых собак, это, без преувеличения, будет избиение младенцев!
Люди на трибунах уже представляли, что произойдёт в следующую секунду. Однако реальность оказалась совсем иной. Большой чёрный пёс ловким прыжком уклонился от атаки гиены. Воспользовавшись тем, что противник по инерции пролетел мимо, он тут же развернулся и вцепился гиене в зад.
Весь зал ахнул.
— Да ладно! Этот пёс что, применил коронный приём гиен — разрыв ануса?
Но это было ещё не всё. Гиена, взвыв от боли, попыталась развернуться и контратаковать, но большой чёрный пёс не стал жадничать. Он мгновенно отскочил, не вступая в лобовое столкновение, и с молниеносной скоростью зашёл противнику в тыл.
И так продолжалось снова и снова. Гиена бросалась — пёс убегал. Гиена замирала — пёс тут же подбегал и начинал досаждать. Он не кусал за другие части тела, только за зад!
Так две собаки носились по арене. Поначалу пятнистая гиена, подстёгиваемая яростью, атаковала весьма свирепо. Но вскоре силы её иссякли. Чтобы сделать гиену более злобной, её морили голодом несколько дней. Цели удалось достичь, но её хвалёная выносливость заметно снизилась. Вскоре гиена выдохлась, перестала нападать и перешла в глухую оборону.
— Боже, мне не показалось? Почему у этого пса боевой опыт богаче, чем у дикой пятнистой гиены?
— Какой хитрый пёс! Начал партизанскую войну, явно собирается до смерти измотать противника.
— Это за гранью разумного! Пёс умнее человека: уклоняется, маневрирует, постоянно атакует!
Все были ошеломлены. В их представлении собачьи бои — это лобовое столкновение, где решают физическая сила и техника. Но действия большого чёрного пса перевернули их представления. Блицкриг, партизанская война, тактика изматывания — всё шло в ход. Пёс методично бил по слабым местам, используя свои сильные стороны против чужих слабостей.
Вскоре зад пятнистой гиены был весь в крови. Ван Саньшуй остолбенел: сигара, которую он только что достал, выпала из рук на пол. Он выпучил глаза и пробормотал:
— Этого... этого не может быть!
Испугался не только он. Ху Цзиньху пребывал в таком же состоянии. Хотя он и дал согласие на бой, он никогда не думал, что в схватке с таким явным перевесом сил пёс сможет переломить ход событий.
Тем временем Лу Фэн довольно улыбнулся. Кажется, моя тактика сработала! Ха-ха-ха. Человек и собака как единое целое — непобедимы.
Приспешник Ван Саньшуя попытался его утешить:
— Босс Ван, не волнуйтесь. Пятнистая гиена всё-таки второй хищник саванны, её не так просто сломить. Как только она придет в себя, псу конец.
Ван Саньшуй молчал, его лицо стало мрачнее тучи. То, что физически гиена сильнее, было бесспорно, но этот пёс... он вёл себя слишком странно, совершенно не по правилам! Бегает, кусает, трусливая тактика. От этого просто зубы сводит!
— Смотрите, гиена бежит! — внезапно закричал кто-то.
Взгляды всех присутствующих устремились на арену. Пятнистая гиена, чья задняя часть тела подверглась жестоким атакам, больше не могла держаться. С жалобным воем она поджала хвост и бросилась к краю арены.
Всё произошло так быстро, что многие даже не успели среагировать. От начала атаки гиены до её позорного бегства прошло всего три минуты. Пятнистая гиена слишком крупная и неповоротливая по сравнению с псом. Если бы перед ней была обычная собака, та вряд ли смогла бы даже прокусить её шкуру — ведь этот зверь способен выдержать укус льва.
Но гиене не повезло столкнуться с таким уникумом, как большой чёрный пёс. Мало того, что он невероятно быстр, так ещё и атакующая мощь на максимуме! А главное — он сражался не один. В тени за всем наблюдал Лу Фэн, направляя его тактически через ментальную связь.
Шутка ли! За пять тысяч лет человеческой истории накопилось бесчисленное множество примеров победы слабого над сильным. Лу Фэн, будучи человеком, мог с закрытыми глазами придумать десятки хитроумных стратегий. Гиена, какой бы сильной она ни была, оставалась лишь диким зверем. Когда пёс начал использовать её же коронные приёмы, она окончательно утратила преимущество.
— Добивай! Убей его! — холодно скомандовал Лу Фэн.
Большой чёрный пёс вихрем бросился на гиену. И снова — атака в зад!
Раз! Два! Три!
Судя по его неистовому напору, он решил окончательно закрепить за собой титул главного хирурга-проктолога.
Вскоре пятнистая гиена с воплем рухнула на землю и испустила дух. Эта кровавая сцена потрясла зрителей, у многих от ужаса волосы встали дыбом. Зал погрузился в мёртвую тишину. Все затаили дыхание, не в силах поверить в увиденное.
Прошло много времени, прежде чем кто-то подал голос:
— Всё?
Кто-то рядом тихо ответил:
— Да, всё. Пёс победил...
Затем взорвался шквал криков и шума.
— О боже, если бы не видел своими глазами, ни за что бы не поверил, что собака способна убить гиену!
— Это полное интеллектуальное доминирование. Даже такая хитрая тварь, как гиена, не справилась с этим псом. Думаю, окажись я на месте гиены, меня ждала бы та же участь!
— Это был самый захватывающий собачий бой, который я когда-либо видел. Столкновение ума и силы.
Ху Цзиньху тоже был ошеломлён. Он пришёл в себя, только когда кто-то окликнул его по имени.
— Ха-ха-ха! Чудо, нет, это настоящее божественное вмешательство! — Ху Цзиньху обнял стоявшего рядом Лу Фэна, схватил его за лицо и с размаху чмокнул в лоб. — Братец Лу, я тебя просто обожаю! Твой пёс — это не просто бойцовая собака, он даже круче небесной гончей Эрлана!
Лу Фэн, пребывая в шоке от такого «поцелуя», лишь неловко улыбнулся:
— Просто повезло.
— Вздор! — взревел Ху Цзиньху. — Даже если бы они дрались десять тысяч раз, мой пёс каждый раз разрывал бы эту гиену!
Внезапно Лу Фэн почувствовал, как по спине пробежал холодок. На него смотрели два ледяных глаза. Обернувшись, он встретился взглядом с Ван Саньшуем. Тот смотрел на него с такой ненавистью, будто готов был проглотить живьём.
Лу Фэн вздрогнул. Чёрт возьми, только выскочил из логова волка, как угодил в пасть тигра! Он-то помог Ху Цзиньху, но при этом насмерть рассорился с таким влиятельным человеком, как Ван Саньшуй.
— Ну что, Ван Саньшуй, теперь тебе есть что сказать? — Ху Цзиньху, долго копивший обиду, тут же сменил тон и перешёл в наступление. — Тридцать лет на востоке, тридцать лет на западе — не прошло и тридцати минут, как ты всё проиграл! Ха-ха-ха, ну что, где твоя спесь? Покажи ещё хоть раз!
Лицо Ван Саньшуя дёрнулось. Этот тип умел терпеть, и, несмотря на кипевшую внутри ярость, он с улыбкой сжал кулаки и поклонился:
— Старина Ху, поздравляю! Желаю процветания и успехов в делах.
Ху Цзиньху презрительно фыркнул:
— Хочешь плакать — плачь, нечего передо мной притворяться.
Ван Саньшуй поджал губы и, не разозлившись, ответил:
— Старина Ху, желаю тебе, чтобы каждый год был как этот!
В этих словах сквозил зловещий подтекст. Сказав это, Ван Саньшуй развернулся и ушёл вместе со своими людьми, напоследок ещё раз бросив взгляд на Лу Фэна.
Сердце Лу Фэна ушло в пятки. Ху Цзиньху, заметив его беспокойство, обнял его за плечо:
— Братец Лу, ты мой главный герой сегодня. Отныне ты мой названый брат. Кто посмеет тебя тронуть — тот бросает вызов мне, пощады не будет!
Услышав это, Лу Фэн немного успокоился.
***
Вилла Ху Цзиньху.
— Босс Ху, с вашим дого всё в порядке. Пару дней отдыха, и он полностью восстановится, — сказал Лу Фэн, заканчивая процедуру и поднимаясь с места.
Дого лежал на полу, из нескольких точек на его теле торчали серебряные иглы. На вид пёс был ещё слаб, но болезненные симптомы исчезли, и к нему начала возвращаться бодрость.
Ху Цзиньху был поражён:
— Братец Лу, ты снова открыл мне глаза! Впервые вижу, чтобы кому-то делали иглоукалывание!
Лу Фэн скромно ответил:
— Пустяки, не стоит упоминания.
— Пустяки? Эффект мгновенный, техника мастерская! Честно говоря, я ещё не встречал ветеринара круче тебя.
— Босс Ху, вы мне льстите!
Ху Цзиньху серьёзно заметил:
— Даже если я буду расхваливать тебя до небес, это будет лишь правдой. Ли Хайшэн по сравнению с тобой — просто ничто!
Лу Фэн усмехнулся про себя. У меня есть наследие великого врача, а этот идиот Ли Хайшэн, кроме как позориться, ничего не умеет.
— Братец Лу, сегодня я обязан тебе всем. Если бы не ты и твоя собака, я бы разорился! — Ху Цзиньху помрачнел. — Я ведь хотел купить твоего пса за сто тысяч. Теперь понимаю, что он стоит не сто тысяч, а миллионы! И хорошо, что ты не продал, иначе я бы упустил такой шанс.
С этими словами он достал банковскую карту и вложил её в руку Лу Фэна.
— Босс Ху, это...
— Здесь миллион. Мой скромный подарок, не отказывайся.
Лу Фэн испугался и хотел вернуть карту:
— Нельзя, не возьму!
Ху Цзиньху нахмурился и притворно рассердился:
— Братец Лу, если не примешь — значит, не уважаешь меня! Я ведь обижусь!
Видя, что отказаться не получится, Лу Фэн смущённо спрятал карту в карман, а в душе ликовал. Чёрт возьми! Разбогател! Миллион за раз — это быстрее, чем грабить банк!
— Госпожа, вы вернулись? — раздался голос слуги, и вскоре на лестнице послышались шаги.
В комнату вошла молодая женщина, с ног до головы в люксовых брендах, увешанная драгоценностями. На вид ей было лет двадцать четыре-двадцать пять, но из-за яркого макияжа она выглядела вызывающе.
Ху Цзиньху тут же бросился к ней:
— Дорогая, ты вернулась!
Женщина мельком взглянула на мужа, перевела холодный взгляд на Лу Фэна и равнодушно спросила:
— Кто это?
— Дорогая, позволь представить, это мой новый друг, братец Лу, — радостно проговорил Ху Цзиньху. — Он мой спаситель! Благодаря ему я сегодня победил Ван Саньшуя и получил два проекта стоимостью полмиллиарда.
— Понятно, — ответила женщина холодно. Несмотря на хорошие новости, на её лице не дрогнул ни один мускул. Она даже слегка нахмурилась. — Старина Ху, почему ты снова притащил в дом собаку? — она с отвращением указала на дого в углу.
Ху Цзиньху неловко рассмеялся:
— Ой, забыл! Собака заболела, я привел её, чтобы братец Лу посмотрел. Не волнуйся, сейчас уберу.
Женщина холодно бросила:
— Живо всё убери. Я поехала в сад за сыном.
Она развернулась и ушла. Ху Цзиньху крикнул вслед:
— Помощь нужна?
— Нет!
Ху Цзиньху вытер нос и неловко сказал Лу Фэну:
— Братец Лу, не обращай внимания, у жены такой характер.
— Всё в порядке, — ответил Лу Фэн. Он был удивлён: неужели суровый босс Ху — подкаблучник? — Ваша супруга очень молода.
При упоминании жены в глазах Ху Цзиньху появилось обожание:
— Мы поженились, когда ей было восемнадцать, а мне уже пятьдесят шесть. Все говорят, что старый бык жуёт молодую траву, ха-ха.
Лу Фэн ничуть не удивился, наоборот, даже позавидовал. Ху Цзиньху — влиятельный человек, один из самых уважаемых в городе. Естественно, для него найти молодую жену — обычное дело.
— Босс Ху, вы, должно быть, очень любите супругу.
Ху Цзиньху помрачнел и тихо произнёс:
— Если бы не она, наш род прервался бы. Видишь, я молюсь каждый день, чтобы отблагодарить бодхисаттву Гуаньинь. — Он указал на статую богини на стене. — Братец Лу, не смейся, но раньше, когда я дрался на улицах, я получил травму, из-за которой не мог иметь детей. Моя мать постоянно пилила меня, что нет ничего хуже отсутствия наследника. К счастью, пять лет назад я встретил жену, и она родила мне сына!
Ху Цзиньху светился счастьем, показывая на семейное фото на полке:
— Смотри, это мой сын, ему четыре года. Красавец, правда?
Лу Фэн всё понял. Неудивительно, что такой человек, как Ху Цзиньху, так боится свою молодую жену — поздний ребёнок, всё ради него.
Присмотревшись к Ху Цзиньху, Лу Фэн вдруг замер. В голове прозвучал голос: повреждение почек из-за травмы. Травма более чем тридцатилетней давности, наследников быть не может. Болезнь неизлечима.
Проще говоря: сперматозоиды мертвы, зачать ребёнка невозможно, и это состояние длится уже тридцать лет!
Лу Фэн расширил глаза. Если травма была тридцать лет назад, то откуда взялся сын? Глядя на Ху Цзиньху, он теперь чувствовал не зависть, а жалость. Кажется, на голове босса Ху уже давно зеленеет трава.
Но Лу Фэн промолчал. Видя, с каким счастьем тот говорит о жене и сыне, он не мог разбить его иллюзии.
Вдруг Ху Цзиньху спросил:
— Кстати, братец Лу, почему мои собаки отравились? Сначала я думал, что они просто заболели, но Ли Хайшэн не смог их вылечить. А ты сказал, что это яд.
Лу Фэн помедлил и спросил:
— Босс Ху, вы хотите знать правду?
Ху Цзиньху рявкнул:
— Конечно! Хочу знать, кто посмел играть со мной в такие игры!
— Хорошо, я спрошу, — ответил Лу Фэн.
— Спросишь?

Комментарии

Загрузка...