— Хорошо, адвокат Гу.
Гу Сяо повесил трубку и вышел наружу.
Рао Цичжи бросилась за ним следом: — Адвокат Гу, помедлите.
Услышав это, Гу Сяо остановился, обернулся и спросил: — Мисс Рао, вы что-то хотели?
Рао Цичжи тыльной стороной ладони провела по ране на лбу. Было немного больно, и она слегка поморщилась: — Не желает ли адвокат Гу составить мне компанию и съездить в больницу?
— Благодарю мисс Рао за сегодняшнюю помощь, из-за которой вы еще и пострадали. Если в будущем у мисс Рао возникнут какие-то трудности, я, разумеется, приложу все усилия, чтобы помочь.
— Прошу прощения, но сейчас у меня срочные дела, я никак не могу поехать с мисс Рао в больницу. Можете попросить своего помощника сопроводить вас. Все расходы на лечение полностью за мой счёт.
В глазах Рао Цичжи мгновенно вспыхнул свет: — Куда вы направляетесь, адвокат Гу? Позвольте моему помощнику подвезти вас.
— Не нужно, спасибо.
Договорив, Гу Сяо сел в такси.
Рао Цичжи осталась стоять на месте, касаясь раны на лбу — на самом деле, совсем не больно.
Она смотрела, как такси постепенно удаляется и наконец скрывается из виду, и при этом мило улыбалась.
— Госпожа Рао, вы в порядке? Давайте я отвезу вас в больницу.
Чжэн Минхуа, который всё это время ждал у входа в полицейский участок, увидев Рао Цичжи, тут же распахнул дверцу и бросился к ней.
Рао Цичжи бросила на него косой взгляд: — Хватит пустых слов, поехали быстрее.
Чжэн Минхуа спросил: — Госпожа Рао, куда мы направляемся?
— В больницу.
Он открыл дверцу автомобиля, приветствуя свою госпожу: — Слушаюсь, садитесь.
Больница Таньчэн.
В палате отделения скорой помощи лежал человек — тот самый мужчина в серой толстовке, который ранее заявил в полицию, что его избили. Его звали Фэй Чжунхуа.
Фан Юэтао только в первый день вышла на работу в больницу Таньчэн, и сразу же столкнулась с пациентом с такими тяжелыми травмами.
Они были заняты несколько часов, собрав консилиум из нескольких отделений: кардиологии, неврологии, нейрохирургии, травматологии и даже стоматологии.
Она тоже лично приступила к делу, осмотрев и пролечив пациента. Провозившись добрую половину дня, они наконец закончили.
Заведующий отделением скорой помощи Лю вытер пот: — Выражаю благодарность заместителю главного врача Фан за ее труд, а также всем врачам, участвовавшим в консилиуме. Состояние пациента временно стабилизировалось, спасибо всем.
Несколько врачей ответили практически в один голос: — Не за что, это наш долг.
Заведующий Лю сказал: — Давайте все сначала пойдут отдохнуть, а я пока побуду здесь.
— Хорошо, тогда заведующему Лю придется немного потрудиться и последить за всем, а я пойду.
— Хорошо.
— Заведующий Лю, я тоже пойду.
— Мгм.
......
Фан Юэтао вышла из палаты и остановила Дуань Тиншэня: — Доктор Дуань, уделите мне минутку, нужно поговорить.
Разве Дуань Тиншэнь не провел без сна всю прошлую ночь? Он жутко хотел спать, и когда всё наконец закончилось, его первой мыслью было пойти завалиться в постель.
— Чего тебе надо? Достопочтенный замглаврача Фан! — Голос прозвучал приглушенно из-за дикой усталости и еще одного обстоятельства — она была заместителем главного врача.
— Иди за мной. — Фан Юэтао зашла в пустую палату и втащила за собой Дуань Тиншэня.
Оказавшись внутри, Дуань Тиншэнь оттолкнул ее: — Ты чего удумала? Угощать отказываешься, подарки не принимаешь, замглаврача Фан, имей совесть, прекрати меня хватать и тянуть.
Фан Юэтао посмотрела на него с абсолютно бесстрастным выражением лица: — Доктор-актеришка Дуань, хорош ломать комедию!
Он смертельно устал: — Что случилось? Говори быстрее, мне нужно идти сменять смену и спать. Прошлой ночью Гу Сяо из-за своих выходок лишил меня сна.
Фан Юэтао вовсе не удивилась: — Он и тебя вчера искал?
Дуань Тиншэню не терпелось прибить Гу Сяо сковородкой: — Среди ночи посреди беса позвонил с какой-то ерундой, потребовал полюбоваться луной, да еще и прислал курьера! Часа в три ночи притащил мне целую коробку добра, передай мое почтение всей его родне!
Фан Юэтао усмехнулась: — Совсем не похоже на то, на что способен Гу Сяо. Чем же ты ему насолил?
Дуань Тиншэнь был доведен до крайнего отчаяния: — Да откуда я знаю?! Я ему и светильники покупал, и лично их устанавливал, разве что в подарочную ленту себя не завернул и не преподнес на блюдечке, а он всё равно решил меня подставить, бессердечный гад.
Фан Юэтао: — Даже если бы завернулся и преподнес, он бы тебя не взял. У него есть любимая девушка.
— Ты что-то знаешь? — Дуань Тиншэню показалось, что он снова может поживиться сплетнями, и сонливость вмиг улетучилась.
Фан Юэтао улыбнулась: — О его делах я не смею болтать попусту, связываться с ним себе дороже.
Дуань Тиншэнь снова сник: — Тогда зачем ты меня притащила?
Фан Юэтао плотно закрыла дверь палаты и только тогда произвела: — Ты только что осматривал пациента, не заметил ничего странного?
Дуань Тиншэнь от природы отличался беспечностью: — Нет. А что там странного?
— Я обнаружила, что его ребра сломаны весьма любопытным образом, — очень серьезно анализировала Фан Юэтао. — Степень перелома ребер такова, что их можно идеально сопоставить обратно.
Дуань Тиншэнь не понял: — В смысле?
Фан Юэтао пришла к выводу: — Мне кажется, тот, кто наносил удары, должен разбираться в медицине, причем быть в этом деле мастером.
Дуань Тиншэнь зевнул и скептически отмахнулся: — Какая тебе разница, разбирается он в медицине или нет? Мы всего лишь врачи, наша задача — лечить людей и спасать жизни. Быть врачом и так тяжело, а расследованием пусть полиция занимается, я пошел домой спать.
С этими словами он вышел.
В его жилах течет волчья кровь
Вернемся к Рао Цичжи. В этот самый момент она тоже находилась в больнице Таньчэн.
Хирург как раз обрабатывал ей рану. Она закрыла глаза и за всё время не произнесла ни слова, зато сидевший рядом назойливый мужик по имени Чжэн без устали зудел над ухом.
Чжэн-муха: — Доктор, с ней всё в порядке?
Доктор: — Ничего страшного, обычная царапина, пару дней отдыха — и заживет.
Чжэн-муха: — Доктор, а шрам останется? Вы уж постарайтесь как следует обработать, ни в коем случае нельзя, чтобы остался шрам!
Доктор: — Избегайте острой пищи в ближайшие дни, и шрама не будет.
Чжэн-муха: — О, доктор, а когда нам приходить на повторный осмотр?
Доктор: — Эм, ну понимаете, это обычная поверхностная травма, как только заживет — всё, повторный осмотр не нужен.
Чжэн-муха: — Доктор, делайте всё чуточку аккуратнее, пациентке больно.
Доктор с каменным лицом беспомощно кивнул: — Хорошо.
Чжэн-муха: — О, доктор, а что это за мазь вы ей мажете?
Этот доктор обладал завидным терпением. Он посмотрел на тюбик в руке, тяжело вздохнул с видом человека, потерявшего смысл жизни: — Это —
— Чжэн Минхуа!
Рао Цичжи от этого гудежа уже разболелась голова, и она оборвала эту муху.
Чжэн Минхуа тут же вытянулся по струнке: — Госпожа Рао!
— Ты даже не знаешь, что это за мазь? Зря ты столько лет штаны протирал!
Чжэн Минхуа, впустую отработавший четыре года, мгновенно притих и замолк, боясь пикнуть.
Разве корпорация Рао не фармацевтическое предприятие?
Девяносто процентов больниц Таньчэн используют лекарства исключительно от корпорации Рао.
После перевязки, по дороге обратно, Чжэн Минхуа всё же продолжал усердно напоминать своей начальнице:
— Госпожа Рао, вы же помните, что говорил доктор? В ближайшие дни нужно есть поменьше специй и соли, иначе на ране останется шрам.
Рао Цичжи лишь пренебрежительно хмыкнула, достала из сумочки зеркальце и посмотрелась в него, разглядывая рану на лбу: — Ну и пусть останется, и что с того?
— А? — Чжэн Минхуа не понял. Разве для любой девушки самое дорогое и заветное — это отсутствие шрамов на теле? Тем более на лбу, разве это не повод для еще большей тревоги?
Рао Цичжи посмотрела в зеркало и усмехнулась: — Хм~
Если останется шрам, будет даже лучше. Тогда адвокат Гу вечно будет помнить, как она спасла его ценой собственной красоты.
Ничего не понимающий Чжэн Минхуа почесал в затылке.
Вернемся в полицейский участок Таньчэн, к сотруднику Лю Сяцзюню, которого капитан У заставил бегать в качестве наказания.
Приказ — закон, и он с величайшим усердием намотал вокруг участка десять кругов. После пробежки он лишь слегка запыхался, а в остальном чувствовал себя совершенно нормально. Не зря он занимался единоборствами, физическая подготовка у него была что надо.
— Докладываю капитану У, десять кругов завершены.
Капитан У, по имени У Сюэи, закинув ногу за ногу, сидел в кресле, лузгал семечки и просматривал документы.
Услышав голос Лю Сяцзюня, У Сюэи бросил на него взгляд: — После пробежки полегчало?
Лю Сяцзюнь принял строгую стойку смирно: — Докладываю капитану У, полегчало! (Хотя на деле ему было ни капли не легко).
У Сюэи: — Тогда вали сюда.
— Есть.
Лю Сяцзюнь подбежал к У Сюэи.
— Докладываю капитану У, у меня есть вопрос.
— Какой еще вопрос?
На лице Лю Сяцзюня застыло крайнее недоумение. Вопрос не давал ему покоя с того самого момента, как его отправили бегать: он крутился в голове круг за кругом, и даже после десяти забегов он так и не понял, в чем дело.
— Капитан У, а кто этот Гу Сяо такой? Почему вы вели себя с ним как шелковая собачка?
Последнюю фразу он с трудом сдержал и оставил при себе.
У Сюэи оттолкнул в сторону бумаги, бросил на подчиненного пренебрежительный взгляд.
— Слыхал про семью Гу из Ичэна?
Лю Сяцзюнь покачал головой.
Тогда У Сюэи принялся просвещать его: — Старейшина семьи Гу из Ичэна, Гу Шилянь, в молодости промышлял криминалом, под его началом ходила банда отморозков, готовых ради него в огонь и в воду. Позже он завязал с грязными делами и честно ушел в бизнес.
— Всего за несколько лет он взлетел и стал богатейшим человеком Ичэна. Больше половины налогов налоговой службы Ичэна ежегодно поступает от семьи Гу.
— Тот, кто прошел через криминал, даже встав на путь истинный, в глубине души сохраняет волчью кровь. Среди членов семьи Гу нет ни одного безобидного человека.
— Гу Сяо — третий сын Гу Шиляня. Хотя он считается наименее любимым в семье, именно с ним связываться опаснее всего.
Лю Сяцзюнь слушал очень внимательно и почесал затылок: — Почему с ним опаснее всего связываться?
У Сюэи усмехнулся: — Потому что он адвокат.
Лю Сяцзюнь все равно не понял и покачал головой: — Не понимаю.
У Сюэи не стал вдаваться в долгие объяснения — ну что поделать, молод еще, нужно набираться опыта: — Со временем поймешь. Запомни: без крайней необходимости не лезь на рожон к Гу Сяо. Если хочешь прижать его к ногтю, нужны абсолютно железные доказательства, девяноста процентов не хватит.
Лю Сяцзюнь пробормотал: — Есть.
Бывший бандит, завязавший с криминалом, в глубине души всё равно остается волком, который в любой момент может сорваться и взбеситься.
Совсем как наркоман, бросивший колоться, но способный в любую секунду снова сорваться.
Дети семьи Гу выросли в такой обстановке, и какими ценностями и взглядами на жизнь их напичкали с пеленок, можно догадаться, даже не напрягая извилины.
Уж с кем-кого, а с обычными бандюганами У Сюэи не боялся связываться, он опасался лишь одного — бандитов с дипломом о высшем образовании.
А этот Гу Сяо мало того что был с образованием, так еще и в совершенстве знал законы.
Вспомнив кое-что, Лю Сяцзюнь спросил: — А что делать с четой Чжу Цуйхуа?
У Сюэи подумал, поскреб в ухе и ответил: — Пусть посидят здесь еще пару дней.
Раз уж они насолили Гу Сяо, он считал, что для них самих будет безопаснее пересидеть в полицейском участке.
— Есть. — Младший лейтенант Лю уже собрался выйти.
— Подожди.
Лю Сяцзюнь остановился: — Капитан У, есть еще поручения?
У Сюэи уставился на бумаги на столе и спросил: — По утреннему делу, где избили Фэй Чжунхуа, подозреваемого нашли?
Лю Сяцзюнь покачал головой: — Весь Таньчэн перерыли вдоль и поперек. Правда, обнаружили нескольких парней в черных ветровках и бейсболках, но Фэй Чжунхуа посмотрел фотографии и сказал, что это не они.
У Сюэи презрительно хмыкнул: — Хм! А прятаться умеет! Посмотрим, сколько ты сможешь скрываться.
-
Спустя полчаса Гу Сяо прибыл к ветеринарной клинике Цинхэ, где у входа его уже ждал Чжан Пин.
Гу Сяо вышел из машины, и Чжан Пин тут же бросился к нему: — Адвокат Гу, вы в порядке?
Гу Сяо ничего не ответил и направился прямо в клинику.
Чжан Пин услужливо заискивал позади: — ...
Мужа госпожи Чжу, мистера Чжао, на месте не оказалось, в клинике хлопотала одна Ли Синьсинь.
Увидев вошедшего красивого мужчину, Ли Синьсинь уставилась на него так, будто злобная дворняга увидела элитный собачий корм, и замерла на месте.
— Здравствуйте, чем могу помочь? — ее язык даже немного заплетался.
Взгляд Гу Сяо упал на полку за спиной Ли Синьсинь: — Покупаю собачий корм.
Ли Синьсинь была чрезвычайно вежлива — в конце концов, на красивого мужчину любая девушка непрочь поглазеть лишний раз: — Скажите, а какой породы ваш любимец?
— Золотистый ретривер, — небрежно бросил Гу Сяо. — Будьте добры, подберите лучший корм. Тот, что он ест в последнее время, вызывает у него небольшое несварение.
Ли Синьсинь поинтересовалась: — А какой марки корм он ест сейчас?
Взгляд Гу Сяо остался неподвижным, на лице не дрогнул ни один мускул: — Не разглядел.
Ну что ж, если мужчина хорош собой, ничего страшного, если у него плоховато со зрением.
— Тогда я рекомендую вам попробовать эту марку, — Ли Синьсинь развернулась, присела на корточки и потянулась за упаковкой со второй полки. — Пару дней назад у нас была клиентка, она тоже держит ретривера, и ее собака просто обожает этот корм.
Воспользовавшись тем, что она присела, Гу Сяо оглянулся на стоявшего у входа Чжан Пина. Тот с полуслова понял намек и молнией шмыгнул в одну из комнат у входа.
Ли Синьсинь нашла корм, поднялась и протянула пачку Гу Сяо: — Вот этот, импортная марка. Можете взять маленькую пачку на пробу, и если вашей собаке понравится, в следующий раз возьмете большую, мы даже можем оформить доставку на дом.
Гу Сяо взял корм и слегка кивнул: — Спасибо, сколько с меня?
— Двести три юаня.
Вообще-то эта пачка стоила ровно двести, но она специально прибавила три юаня от себя.
— У вас WeChat или Alipay, сэр?
Специально для того, чтобы у него не оказалось мелких наличных и пришлось платить исключительно через мессенджеры.
Гу Сяо с пачкой корма в руках устроился на стоявшем рядом стуле, закинув ногу на ногу: — Секунду, я попрошу друга рассчитаться позже.
Провальная попытка познакомиться.
Ли Синьсинь: — ......
Оглавление
Доброе утро~
054: Тайна ветеринарной клиники
Прошло около пяти минут, в течение которых Ли Синьсинь тайком украдкой пялилась на красавца-мужчину перед ней.
Из той самой подсобной комнаты наконец вышел Чжан Пин.
Ли Синьсинь с первого взгляда заметила выходящего постороннего человека и в панике заорала: — Ты кто такой?! Когда ты успел туда зайти?!
Досказав фразу, она схватила стоящую рядом швабру и бросилась на Чжан Пина.
Видя, что в его сторону летит швабра, Чжан Пин перехватил ее на лету: — Барышня, успокойтесь. Позже вы еще благодарить меня будете.
Ли Синьсинь отчаянно вырывалась: — Благодарить тебя за дерьмо?! Ворюга поганый, я сейчас же заявляю в полицию!
Гу Сяо поднялся со стула и подошел к Чжан Пину: — Что-нибудь нашел?
Чжан Пин отбросил руку Ли Синьсинь, поправил костюм и с глубоким уважением доложил: — Да, этот хмырь по фамилии Чжао и впрямь с гнильцой.
Ли Синьсинь уставилась на обоих мужчин, а в ее голове пролетели бесчисленные ряды молний: — Вы что, сообщники?!
Гу Сяо холодно и отстраненно бросил: — Я же говорил барышне, что мой друг подойдет расплатиться.
Мало того что вор, так еще и такой симпатичный!
И что теперь делать? Почему-то ей вдруг расхотелось вызывать полицию.
Чжан Пин одарил девушку легким взглядом, полным сочувствия: — Мисс, за вами шпионят!
— Что? — Ли Синьсинь опешила.
— Ваш босс установил в раздевалке скрытую камеру.
Чжан Пин искренне считал эту девчушку изрядно пожалеть: ее бессовестно используют, а она еще и радуется.
— Не может быть!
Тогда Чжан Пин провел их в гардеробную. Внутри стоял ноутбук, который обычно запирали на замок, но Чжан Пин только что с легкостью взломал его.
Ли Синьсинь подошла ближе, все еще находясь в состоянии стуроподобного торможения: — Вы что, вломились в компьютер доктора Чжао?! Вы вообще что творите?!
Чжан Пин понял, что эту девицу уже не спасти: — Послушайте, барышня, вы можете сосредоточиться и мыслить в том же направлении, что и мы?
Гу Сяо подошел к столу, кликнул на папку с файлами на компьютере — сплошные видеозаписи.
Он наугад ткнул в самое свежее видео, датированное сегодняшним днем.
На экране мелькнула сама Ли Синьсинь, переодевающаяся в раздевалке.
Увидев это, Ли Синьсинь зажала рот руками, рухнула задом на пол и в паническом ужасе затряслась всем телом.
— А-а-а! —
— Как такое возможно?!
Гу Сяо чуть продвинул полоску прогрессии назад. В кадре появилась спина другой женщины, которая стояла спиной к объективу, сбрасывая мокрую одежду.
Освещение на видео было тусклым, и разобрать, кто именно скрывался внутри, не представлялось возможным.
Он бросил взгляд на таймкод записи — было около 7 с лишним часов утра.
Заметив, что Гу Сяо в упор вглядывается в экран монитора, Чжан Пин подступил ближе с ехидной ухмылочкой: — Ого, а я и не знал, что адвокат Гу предпочитает такое!
Гу Сяо с громким хлопком захлопнул ноутбук, не позволив помощнику разглядеть дальнейшее, а его лицо излучало невыносимую, подавляющую властность: — Пошел вон.
Чжан Пин сглотнул слюну. В очередной раз не уловив ход мысли своего шефа, он с кислым видом удалился.
Спустя две минуты Гу Сяо вышел из раздевки и отдал распоряжение Чжан Пину: — Вызывай полицию, все улики передай им.
— Слушаюсь, адвокат Гу.
После этого фокуса тот хмырь по фамилии Чжао сто раз подумает, прежде чем снова соваться к ним в контору с разборками.
Гу Сяо подхватил оставленный на стуле пакет с кормом, дошел до выхода, но вдруг обернулся и бросил оставшейся в комнате девушке: — Корм этой марки, но заверните самую большую упаковку.
Затем перевел взгляд на спутника: — Чжан Пин, плати.
Чжан Пин: — ?
Время ли сейчас покупать собачий корм?!
Главное — с каких пор адвокат Гу завел собаку?!
Чжан Пин вернулся в раздевалку, достал телефон и набрал номер экстренных служб.
Глядя на собранные улики, он странно нахмурился: почему-то на компьютере не хватало одного видеофайла.
Приглядевшись еще раз, он убедился окончательно — пропала именно сегодняшняя запись.
Как так? Неужели... неужели адвокат Гу ее удалил?
Но зачем ему стирать улики? Это же прямая улика!
Тем временем Гу Сяо, прихватив здоровенный мешок корма, сел в машину и уехал.
А Чжан Пин остался в ветеринарной клинике дожидаться полицию.
— Девушка, ну мы же не специально пялились на эти записи, честно говоря, — Чжан Пин искренне сочувствовал ревущей белугой Ли Синьсинь. — Кхе-кхе, понимаете, это была вынужденная мера.
Услышав это, Ли Синьсинь разревелась еще пуще.
Чжан Пин принялся утешать ее: — Сама посуди: твой босс-извращенец сам накликал беду, раз перешел дорогу моему боссу, который еще больший извращенец.
Ли Синьсинь продолжала заливаться слезами.
Спустя десять минут прибыл наряд полиции.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...