Глава: Призрак Коксона.
[Амакуса] [Срочно] Амакуса возвращается в Южную Корею.
...Отказался комментировать, связано ли его возвращение с просьбой корейского правительства...
Это происходило как раз в то время, когда в Корее бушевали споры из-за интервью Амакусы Кадзуки: «Я буду ждать одобрения своего гражданства».
Перед зданием гильдии Хёнак.
Гуру, выбравшись из машины, покачала головой, глядя на няню, которая как раз намеревалась снять с багажника её велосипед.
— Гув больше не будет кататься на велосыпеде в компании.
Лицо Гуру надулось, превратившись в сплошную обиженную гримасу, когда она это сказала.
Няня, сдерживая смех, мягко обхватила ладонями её пухлые щёчки.
— Гуру. Тебя снова остановили?
Кивок, ещё кивок.
— Ох, малышка. Понимаю. Значит, теперь ты больше не хочешь кататься на велосипеде?
Когда няня заговорила с такой лаской, лицо Гуру помрачнело, и она принялась бормотать, выплёскивая своё разочарование.
— Двадцать киломэтров — это слишком медлэнно... Дэни Оппа и Сэви Оппа сказали, что не хотят ехать с Гув, потому что Гув тупичка и ползёт как черепаха. Только Папочка всё время говолит, что это дохрена быстро.
— Эти оппы такие вредины. Они должны оставаться с нашей Гуру.
Гуру свирепо прищурилась и воинственно заявила.
— Папочка сам плохой. Двадцать киломэтров — это плохо. Папочка дазе сам не ездзит со скоростью двадцат киломэтров.
— И то верно. Папочка у нас плохой.
— Агась.
Выпустив пар, Гуру получила лёгкий шлепок по мягкому месту — няня подгоняла её.
— Ты же говорила, что сегодня встречаешься с Саббу? Он, наверное, уже ждёт, так что давай поторопимся внутрь.
— Ой, тосно!
Прошло немало времени с тех пор, как она видела Саббу — с самого его отъезда в Японию из-за проблем с гражданством.
Гуру широко и ярко улыбнулась.
Теперь, когда он решил получить гражданство, всё изменилось — ей больше не придётся жестоко бросать Саббу.
«Гув в самом деле не придётся становиться злой Гув».
Стоило ей вприпрыжку вбечь в вращающиеся двери здания Хёнак, как от стойки регистрации донеслись жизнерадостные голоса.
— Гуру-Гуру!
— Ты сегодня рано ушла из садика?
— Привееет! Агась. Гув сегодня не занимайца балетом.
— Ой, наша малышка даже ходит на балет!
— В следующий раз покажешь нам, да?
— Угусь!
Гуру гордо кивнула.
Наслаждаясь нежными похлопываниями старших сестёр, которые умилялись её прелести...
Вдруг.
Её взгляд скользнул в сторону коридора у лифтов.
Одна из стен была полностью стеклянной, открывая отличный вид на сад, окружавший здание...
— Чэловек?
Макушка чьей-то черноволосой головы едва виднелась среди садовых кустарников.
Кто-то, присев на корточки,тёр глаза и медленно поднимался — судя по всему, бездомный.
Гуру склонила голову набок, всматриваясь сквозь стекло.
Возле главных ворот порой околачивались нищие, но эти волосы — как ни посмотри — были чистыми, ни капли не сальными и не спутанными.
«Новый уличный дядя?»
Когда няня помахала на прощание и ушла, Гуру быстрыми шажками шмыгнула следом за ней.
Стараясь не попадаться никому на глаза, она обошла здание вокруг в поисках нового уличного дяди.
Перед ней предстал человек, которого она совсем не ожидала увидеть.
В этот момент Юрим читал книгу по воспитанию детей — а именно главу под названием «Почему ребёнок подбирает вещи с земли?».
В книге говорилось, что это естественная часть детского развития и познания мира. Родителям советовали всячески поддерживать любопытство и исследовательский зуд ребёнка, а также стараться понять его интересы и ход мыслей.
Проблема заключалась в том, что... Его дочь, конечно же, снова подобрала что-то странное. Словно она телепатически прочла эту главу и тут же бросилась проводить «полевые исследования».
Дело было даже не в скорости обучения — просто методы её применения казались слишком уж оперативными.
— И всё же, так ведь нельзя, верно?
Юрим лениво перевёл взгляд — и мужчина, которого Гуру «подобрала», испуганно ахнул.
— Госпожа Гуру.
— Агась.
— Я всё понимаю: любопытство, тяга к исследованиям и всё такое... Но можно ли обойтись без притаскивания домой бродяг? Папочка, знаешь ли, не готов усыновлять чувака, который жил на улице.
— Не бродяга!
— Я-я Продюсер Хван Ынчхоль!
Гуру и мистер Хван выпалили это одновременно.
— Продюсер?
— Д-да.
Значит, бывший продюсер?
С чего бы взрослому мужчине с нормальной работой околачиваться за чужой компанией словно бомж?
Сегодня утром Юрим заметил какого-то парня, околачивающегося перед зданием. Стоило им встретиться взглядами, как тот сиганул за угол, что показалось странным даже тогда.
Хм. Когда Юрим сузил глаза, Хван Ынчхоль тут же отвёл взгляд и нервно заерзал.
Однозначно в чём-то виноват.
— Ага. Он бродяга.
Джурим уже собирался мягко объяснить Гуру, что человека, который живёт на улице, называют «бродягой», как вдруг...
Бах!
Дверь в кабинет главы гильдии распахнулась.
— Он-чан! А Гуру-чан... Аэ?
Это был Казуки.
Он просиял при виде Гуру, но замер, заметив Хван Ынчхоля.
— Продюсер-сан! Вы уже пришли меня встретить? В Корее всё та-а-к быстро~.
— Охотник Амакуса? Почему ты здесь...?!
Продюсер Хван потрясённо уставился на Казуки.
Между тем Джурим прищурился, переводя взгляд на всех троих: продюсера Хвана, его дочь и новоприбывшего Казуки.
Бывший продюсер-бродяга, подобравшая его дочь и иностранец прямо с самолёта?
Всё это не имело никакого смысла.
Джурим прижал пальцы к виску и поднял взгляд.
— Может кто-нибудь нормально это объяснить?
Шурх. С обеих рук ему вежливо протянули визитку.
Джурим взял её и прочитал имя.
[Продюсер НТВ Хван Ынчхоль]
— Мы коротко пересекались, когда я приходил на то интервью. Вы, может, не помните, но я был продюсером «Супермаркета для всего мира», а ещё «Семейной жизни по-галактически» — шоу, в котором Уджу недавно снималась и за которое получила награду...
— А.
Джурим вспомнил шоу, которое смотрел Гуру, потому что там появлялась Уджу.
Критикам нравилось, как там раскрывались разнообразные семейные истории благодаря остроумной подаче, а рейтинги были просто заоблачными.
— Я знаю. Дети говорили, что вы производите впечатление. Я Он Джурим из гильдии Хьёнак.
Лицо продюсера Хвана тут же озарила улыбка.
— Ох, детишки говорят обо мне?
— Говорили. Но скажите: что такой впечатляющий продюсер делал сегодня у входа в наше здание?
— А... Эм...
Продюсер Хван тут же замер и сглотнул.
По мере того как молчание затягивалось, Джурим перевёл взгляд на Казуки.
— А ты? Откуда ты знаешь местного бродягу нашей компании?
— Б-бродягу...?!
Критический удар. Продюсер Хван вздрогнул, он скривился от боли.
Но Казуки лишь лучезарно улыбнулся и ответил.
— Когда я яньше приезжал в Корею, тут были всякие политические штучки, помнишь? Ну, они говорили, что я не могу приехать без ваготной прицины. Поэтомы я забронировал шоу с продюсором Хваном.
Когда Казуки только планировал поездку в Корею, Япония пыталась его остановить из-за нарастающей дипломатической напряжённости.
Если бы они отпустили его, это подало бы неверный сигнал: мол, Япония позволяет охотнику С-ранга работать в стране-сопернице.
Разумеется, помешать ему по-настоящему они не могли. Поэтому пошли на компромисс: он приедет ради уже запланированного развлекательного шоу. Таково было официальное оправдание.
— И массовое производство мечей «Цуруги» первой серии Амакусы тоже было частью сделки?
— Агась.
— И каков же теперь план?
— Ммм, что-нибудь придумаем.
Казуки сердечно рассмеялся.
«Это ни капли не успокаивает...»
С охотником уровня Казуки за любые его действия приходилось расплачиваться дополнительными хлопотами.
А теперь, когда он ещё и получил гражданство, проблем станет только больше.
Не то чтобы Джурину было до этого дело... Но от того, как вёл себя Казуки, казалось, будто крошечного ребёнка оставили без присмотра у бурной реки.
Стоило ему собраться с мыслями...
Продюсер Хван заговорил, низко кланяясь.
— Предложение поступило вдруг, и график был плотным, но поймите — не каждый день удаётся поработать с охотником Амакусой. Я должен был это устроить, чего бы мне это ни стоило.
Затем он тяжело вздохнул.
— Но стоило всё спланировать, как разразился скандал с гражданством... Я так боялся, что всё сорвётся. Какое счастье, что в итоге всё разрешилось.
Он ужасно боялся, что Казуки снова застрянет в Японии и шоу рухнет. То, что группа Доан разобралась с беспорядком вокруг того инцидента — за это он не мог не быть благодарен, как кореец и как продюсер.
— Я понял твою связь с Казуки. Но при чём тут Гуру?
— А.
Столкнувшись с прямым вопросом, продюсер Хван моргнул и выпрямился.
Кхм. КХМ. — Глава гильдии Он!
И тут вдруг он опустился на колени.
— О-о-о, — восхищённо буркнул Казуки, явно заинтригованный.
— Причина, по которой я ночевал перед вашей компанией... Заключалась в том, чтобы попросить об одном одолжении.
Он перешагнул через собственное унижение и ночевал на крыльце ради всего одной фразы. Каким бы страшным ни был Он Джурим, отступать теперь было некуда.
— Вы позволите мне поработать с вашей дочерью?! Я беру на себя полную ответственность за то, что это никогда не станет для неё бременем!
Какого чёрта он вообще собрался брать на себя?!
Джурим посмотрел на стоящего на коленях мужчину средних лет так, словно тот был каким-то букашкой.

Комментарии

Загрузка...