Мефисто крепко сжал обе ладони Гуру и заговорил снова, словно желая подчеркнуть свои слова.
— Джи-ру. В эту эпоху тебя не существует, поэтому я создал для тебя временную личину. Прости, это лучшее, что я мог сделать. Иначе тебя бы просто стерли.
Услышав его спешные слова, Гуру встревоженно нахмурилась.
— Ни чу-чу не понимю.
В ответ Мефисто прижался лбом ко лбу девочки.
Стоило им соприкоснуться лбами, как слова, которые он хотел донести, прямо хлынули в её разум.
Смысл того, что говорил Мефисто, отпечатался прямо в её мыслях.
«Шесть лет назад?!»
Они перенеслись в прошлое, на шесть лет назад.
Но поскольку шесть лет назад Гуру ещё даже не родилась, по меркам этого мира она казалась вдруг появившейся из ниоткуда нарушительницей.
Когда законы мира пригрозили стереть её, Мефисто вмешался.
Ради Гуру, которой не существовало в прошлом, он подделал новую личность.
И ради этого растратил все свои силы.
— Мы должны вернуться, как только я восстановлю силы. Иначе...
Словно обессилев, Мефисто не договорил и вновь обратился маленьким цыплёнком.
Гуру прижала мирно спящего Мефисто к груди и почти бессознательно оглянулась.
Судя по знаниям, переданным Мефисто, это была исследовательская лаборатория, где проводились определенные эксперименты, — и Гуру была одной из подопытных.
Через стеклянные стены она видела детские ручонки.
Запертые в комнатках шириной с пиен, дети смотрели на неё через стекло.
Без единого выражения. Без малейшего намека на эмоции.
На небольшой стене рядом со стеклом висели таблички.
Джи-р01, Джи-р02, Джи-р03... Вплоть до Джи-р20.
Имена примерно двадцати детей.
Все двадцать пар глаз, уставившихся на Гуру, отливали коралловым цветом.
«Слашно!»
Весь пушок на её теле встал дыбом.
Пряча Мефисто в объятиях, Гуру задрожала, а её губы мелко тряслись.
«Чт... Что тепеть делать Гуу?»
Глава – Сиделка из прошлого.
Хлоя Хан сидела на унитазе и свирепо смотрела на тест на беременность.
Две полоски. Как бы она ни щурилась, это были несомненно две четкие полоски.
А это значило беременность.
— Ха...
Вздох, который она так долго сдерживала, наконец вырвался наружу.
Невероятно. Всего после одной пьяной ночи? Неужели её удача и правда настолько паршивая?
Она швырнула тест в мусорное ведро и вышла вымыть руки.
Затем, глядя в зеркало, коснулась лица под темными кругами и с желтоватой кожей.
Лица жалкой женщины, которая не могла позаботиться даже о собственном теле, тем более ребенке.
Вывод напрашивался сам собой.
Если не брать в расчет её личные причины не заводить детей, как исследователь она ни за что не стала бы вынашивать ребенка этого человека. Так что и рассказывать ему было незачем.
Она только укрепилась в своем решении и вышла из ванной, как вдруг...
[— Сиси и вот ты где. Я тебя повсюду ищу.]
[— ...Билл?]
Ее ждало испытание куда худшее.
Бросив взгляд на ребенка, которого привел Билл, Хлоя скрестила руки на груди и тяжело вздохнула, глядя в потолок.
Беда не приходит одна. Неприятности никогда не случаются поодиночке.
[— Слышал и Двойной Нуль снова попытался сбежать.]
[— Да. Это уже четвертый... Нет, пятый раз.]
[— Я всё понимаю, но зачем приводить его ко мне? Ты же знаешь, исследования Компании не по моей части.]
Хлоя резко оборвала его, свирепо глядя на Билла, державшего Двойного Нуля за руку.
Билл, глава корейско-американского совместного проекта «Дикая местность», лишь мягко улыбнулся.
[— Какая ты холодная, Сиси.]
[— Не называй меня Сиси.]
Он звал её так только тогда, когда хотел заставить сделать какую-нибудь гадость.
Хлоя нарочно повысила голос.
Но Билл, ничуть не смутившись, продолжил.
[— Ты сама это говорила. Раз подопытные — дети, уровень их привязанности может стать значимой переменной в исследовании.]
[— Я... Могла сказать что-то в таком духе...]
Зачем он заговорил об этом сейчас? Взгляд Хлои ускользнул в сторону.
Когда у успешных образцов, которым внедрил силу Она Ичжо, притупились эмоции и наконец они превратились в идиотов, она бросила одну фразу.
Мол, возможно, именно отсутствие эмоционального отклика приводит к слабоумию, и стоит попробовать заполнить этот пробел через эмоциональный обмен.
Она и не думала делать это сама.
К тому же лаборатория раскололась на две фракции. Хлоя работала напрямую на правительство и занималась Он Ичжо, а не делами Корпорации.
Эксперименты над детьми должны были проводить исследователи Корпорации.
— Я очень ценю твою гипотезу. Вот почему я даю тебе шанс помочь с этим исследованием.
[«...Что это за ерунда, черт возьми?»]
— Ха-ха! Давай, поздоровайся.
Билл похлопал Двухнулевого по спине.
— Привэээт...
Тот, кого звали Джи-р00 (по прозвищу Двухнулевой), прижал руку к животу и вежливо поклонился.
Крошечный, милый голосок.
Судя по рефлексивному приветствию, ребёнка подготовили заранее.
Бледный мальчик со светлыми волосами поднял голову. Огромные бледно-коралловые глаза уставились на Хлою.
В этих глазах явно читался детский испуг.
Его светлые волосы пугающе походили на её собственные.
Хлоя раздраженно запустила пальцы в собственные светлые волосы.
Она никогда не хотела видеть подопытного Корпорации вблизи.
Она выросла в трущобах, но экспериментировать над детьми — это казалось ей чересчур даже для неё.
Однако Билл, ничуть не смущенный ее кислым выражением лица, продолжил.
— Он свободно говорит по-корейски. Идеально для тебя, не правда ли?
Идеально, как же. И что с того, что я наполовину кореянка? Я всё ещё американка.
Хлоя проглотила злость, горячей волной поднявшуюся в груди.
Она прекрасно понимала, что выплевывать гнев — только пугать ребенка, а на Билла это всё равно не подействует.
Так что ей оставалось лишь присесть на корточки.
Джи-р00.
Первый подопытный Корпорации.
Ему пересадили Он Ичжо, но поскольку имплант так и не прижился до конца, он оказался самым слабым из всех.
Теперь, когда успешных подопытных стало намного больше, она слышала, будто от него намерены избавиться.
Должно быть, это их последний эксперимент перед ликвидацией. Ради остальных испытуемых.
До этих пор исследователи терпели неудачу за неудачей при любых попытках.
Из-за этого поползли слухи, будто Корпорация тайком перешла к экспериментам над эмбрионами.
Хотя кто знает, станет ли Башня ждать человечество, пока вырастут эти эмбрионы.
«Может, просто отказаться».
Пока Хлоя сомневалась, ребенок смотрел на нее с наивным выражением лица.
Понимал ли он, что эти безжалостные взрослые творят с ним? Не потому ли он то и дело пытался сбежать?
Горло сдавило, от бессилия не хватало воздуха.
И тогда ее охватил безрассудный порыв. Ей захотелось увидеть, как этот ребенок улыбается.
Поэтому вместо отказа на предложение Билла с ее губ сорвалось.
— Ты любишь замороженные макароны?
Мимолетная прихоть.
Ребенок перевел взгляд, словно пытаясь понять смысл ее слов.
— А как насчет замороженной пиццы? Жить без нее не могу. Сунул в микроволновку — и лучше ничего на свете нет.
Несмотря на ее громкое заявление о замороженной пицце, в воздухе повисло неловкое молчание.
Черт побери, какой к черту эмоциональный обмен.
Когда она взглянула на Билла в поисках лазейки, крошечная мягкая рудичка вдруг коснулась ее ладони.
Ребенок протянул руку и крепко сжал ее пальцы.
— Д-да... Люблю.
Он неловко улыбнулся.
Нет, ей захотелось, чтобы он улыбнулся куда шире.
Хлоя откинула волосы назад и крепко сжала его ладошку.
Это была маленькая, мягкая ручка, которая целиком уместилась на ее ладони.
Уводя ребенка за собой, она вдруг оглянулась.
— Билл, почему ты на самом деле оставляешь его со мной? Потому что я женщина?
— Ты похожа на него. Люди склонны испытывать привязанность к тем, кто на них похож.
Хлоя опустила взгляд на ребенка.
На его чистое, наивное лицо.
— Ты ведь тоже это видишь?
Хлоя ничего не ответила.

Комментарии

Загрузка...