Обе стороны замерли в безмолвном противостоянии.
Гуманоидные формы жизни, стоящие на земле, с хищным видом взирали вверх, но в атаку не переходили.
Это в полной мере подтверждало верность суждения Му Цзин: существа, которым для передвижения необходимо опираться на все четыре конечности, как правило, плохие прыгуны. Если только они внезапно не превратятся в гекконов, высота восьмого этажа останется для них непреодолимой преградой.
Сама Му Цзин могла бы воспользоваться преимуществом высоты и нанести внезапный удар, но она не стала этого делать.
Зацикливаться на локальной стычке — задача для младшего офицерского состава, а не для уровня Му Цзин.
Она бросила взгляд в ту сторону, откуда прибыла эта группа, сопоставила увиденное с данными о двух других точках на своем терминале и моментально решила, что делать дальше.
Вместо того чтобы спускаться вниз, она выбрала иной путь, используя крыши зданий разной высоты как воздушную магистраль. В конце концов, на ней были боевые ботинки, а при ее навыках управления никакой разницы между бегом по земле и по крышам не было.
Внизу существа, уже сбившиеся в кучу, задрали головы, провожая ее взглядом. Они выглядели озадаченно и глуповато, не понимая, какие действия предпринять.
Как только фигура Му Цзин скрылась из виду, существа дружно развернулись и вернулись к прежней траектории движения, словно ничего не произошло, и продолжили карабкаться в сторону съемочной площадки.
***
На съемочной площадке шла подготовка к следующей сцене, но в какой-то момент все прекратили работу, почувствовав исходящую сверху угрозу.
В царившем вокруг недоумении и тревоге только один человек выглядел настолько восторженным, что резко выделялся на общем фоне. Майэрдэн радостно хлопал Цинь Чжаня по плечу. Он был искренне счастлив, настолько, что потерял бдительность:
— Кто сегодня отвечает за массовку и грим? Эффект просто потрясающий, отличная работа!
Главные герои были хороши, актерская игра — на высоте, и даже массовка выкладывалась по полной. Майэрдэн, сияя от восторга, уже видел, как золотая статуэтка, символ высшей награды индустрии, манит его к себе.
Цинь Чжань не обратил внимания на ноющее от ударов плечо. Оглядев приближающуюся толпу, он с бессилием подумал: оказывается, режиссер называет нашествие зомби отличной работой.
Майэрдэн по праву считался одним из лучших режиссеров в мире, но его единственной бедой было то, что, кроме кино, он не замечал решительно ничего.
Даже когда смерть уже дышала в затылок.
Цинь Чжань понизил голос и напомнил ему:
— Это не просто отличная работа, нас сейчас здесь раздавят.
— Что? — Майэрдэн, совершенно не понимая ситуации, не расслышал его и машинально выкрикнул вопрос. Громкость своего голоса он не проконтролировал, и пронзительный звук разорвал ночную тишину.
И правда, почему воздух вдруг стал таким неподвижным?
Словно фильм поставили на паузу.
Как бы Майэрдэн ни был поглощен своим делом, он понял, что что-то не так. Он тоже огляделся:
— Почему они все лежат на земле и не двигаются? Кажется, они нас окружают? — он не пытался подражать Цинь Чжаню, просто в этой звенящей тишине любой громкий звук звучал пугающе.
Но теперь, когда пришло время вести себя тише, было уже поздно.
Крик, который Майэрдэн невольно издал секунду назад, послужил своего рода командой для всех присутствующих. Существа синхронно повернули головы в одну сторону... Ради того, чтобы сфокусировать взгляд на цели, некоторые из них вывернули шеи под таким неестественным углом, что становилось страшно: не хрустнут ли позвонки от чрезмерного усилия?
— Они... — Майэрдэн сглотнул, его голос дрожал, — кажется, пялятся на меня.
Цинь Чжань подумал, что слово кажется здесь явно лишнее.
Но чтобы не провоцировать режиссера на новый крик, он лишь слегка нажал ему на плечо, призывая к спокойствию.
Многие, включая Цинь Чжаня, осознавали, что сейчас установилось шаткое равновесие. Хотя никто не понимал, почему незваные гости окружили их, но не нападают, все искренне надеялись, что это противостояние продлится хотя бы до рассвета.
В конце концов, смотреть друг на друга и взаимно восхищаться — тоже неплохо.
Цинь Чжань, судя по всему, мыслил в том же ключе, что и его девушка. Он незаметно подозвал одного из сотрудников и тихо спросил, куда делись фанаты. Узнав, что все посторонние покинули площадку, Цинь Чжань с облегчением выдохнул. Угроза оставалась, но хотя бы никто из посторонних не будет путаться под ногами.
Затем Цинь Чжань велел сотруднику пересчитать членов съемочной группы и убедиться, что все находятся в поле зрения, чтобы никто не остался в одиночестве... Если кто-то все же отбился от группы, нужно найти способ передать ему, чтобы он нашел безопасное место и спрятался.
Съемочная группа была полностью готова к затяжной обороне, но проблема заключалась в том, что у этих существ не было ни капли актерской дисциплины.
Тишину нарушил пронзительный крик.
Он был настолько ужасающим, словно полоснул по натянутым нервам людей. Сердца забились в бешеном ритме, а в ушах зашумела кровь.
Когда сердцебиение немного утихло, люди запоздало осознали: постойте, с чего бы это вдруг такой крик?
Кто кричал?
Все стали оглядываться и обнаружили коллегу из отдела декораций, который забился в угол.
Его позиция была идеальной: хоть он и находился поодаль от остальных, но там как раз был закуток, образованный декорациями. Спрятавшись там, можно было оставаться незамеченным, даже если бы здесь разразилась настоящая война вампиров.
Но кто мог подумать, что его так легко вычислят эти существа?
Все издалека наблюдали за ним — точнее, за черной тенью, навалившейся ему на спину.
Тень впилась в его шею, в точности повторяя позу вампира из кино.
Почувствовав на себе взгляды, тень слегка приподняла веки и одарила присутствующих полным ненависти взглядом.
Все инстинктивно сглотнули.
Только Майэрдэн, выпавший из реальности, пробормотал:
— А эта сцена почему-то кажется мне знакомой?
Знакомой? Все на площадке привыкли следовать за режиссером, и после его слов начали припоминать...
Подумав немного, они пришли к выводу, что сцена действительно до боли знакомая.
И все дружно перевели взгляды на Цинь Чжаня.
На самом деле Цинь Чжань вспомнил, в чем дело, раньше всех — ведь он сам участвовал в этой сцене всего полчаса назад.
Сюжет был до банальности прост: героиня, пытаясь сбежать от безумно влюбленного в нее героя, в ночь Кровавой луны попадает в лапы обезумевшего вампира и получает укус. Герой вовремя появляется, спасает красавицу, и этот момент становится ключевым в их отношениях...
Ситуация неловко зависла.
Цинь Чжань не выдержал:
— Чего вы все на меня уставились? Надеетесь, что я повторю сцену спасения?
Люди прислушались к своим желаниям.
А ведь, в сущности, почему бы и нет?
Все три ключевых персонажа для сцены спасения на месте.
Цинь Чжань — это Цинь Чжань, грим он еще не смыл, тут и говорить нечего.
Вампир заменен на гуманоидное существо, внешний вид и актерская игра на уровне, даже реалистичнее, чем в кино.
Единственное, что было не так — это спасенный. Вместо хрупкой красавицы — здоровенный мужик. Не то чтобы это было совсем уж невыносимо, но волосы на его руках портили всю эстетику кадра.
Кажется... все-таки не получится.
Поскольку они работали вместе уже давно, Цинь Чжань мельком взглянул на коллег и понял, что их мысли унесло куда-то в Северный Ледовитый океан. В такое время они еще думают о киноэстетике? Разве сейчас не важнее сложность спасения?
Цинь Чжань посмотрел на существо, которое вгрызалось в человека, и на его бесчисленных сородичей. Трусит он или нет — знал только он сам, но проблема была в том, что он не был вампирским аристократом из сценария. Как спасти человека в таких условиях?
Возможно, заметив суету, а возможно, просто насытившись кровью, существо слегка приподняло голову, и из-под спутанных прядей волос на них уставились кроваво-красные глаза.
Съемочная группа была потрясена.
Вот это и есть настоящий вампирский взгляд!
По сравнению с этим их гримеры выглядели просто жалко, их мастерство и рядом не стояло! Впрочем, неужели у этой твари глаза — это натуральный цвет? Никакие современные технологии не дадут такого реалистичного эффекта!
Цинь Чжань встретился с этим взглядом, словно его пронзили шилом.
Нельзя больше тянуть... Цинь Чжань принял решение. Будь это настоящий монстр или просто сумасшедший, если подождать еще немного, декоратор точно отправится на тот свет.
Цинь Чжань посмотрел на свои пальцы с накладными ногтями для спецэффектов. Выглядели они устрашающе, но на деле были хрупкими, как сухое печенье, и толку от них не было.
Тогда он огляделся и заметил на земле несколько металлических трубок — части каких-то декораций. Он выбрал одну подходящей длины, собираясь идти напролом...
В ухе внезапно возник легкий шум — входящий вызов.
Только искусственный интеллект мог сохранять вежливость в такой момент:
— Доброй ночи, сэр. Прошу прощения, что отвлекаю вас, когда вы заняты.
— Кайса? — Цинь Чжань был приятно удивлен.
— Это я. Генерал временно предоставил мне право на прямой вызов, — ИИ, как всегда, был предусмотрителен и объяснил причину своего появления в канале связи, прежде чем его об этом спросили.
Затем он добавил:
— Согласно моему анализу, вы намереваетесь спасти заложника. С вашего позволения замечу, что силы слишком неравны, и эта задача вам не по плечу. Если позволите, я возьму это на себя.
— Позволяю, позволяю, позволяю! — трижды повторил Цинь Чжань. Хотя он не видел Кайсу, но знал, что невидимый ИИ куда надежнее, чем он сам, застывший на месте вместе со всеми коллегами.
— Секунду, — бросил Кайса.
Точность ИИ проявилась во всей красе: сказано секунду — значит, никаких проволочек. Едва стих его голос, как он уже возник рядом с Цинь Чжанем, бережно поддерживая потерявшего сознание заложника.
А существо по ту сторону, все еще сохранявшее позу с жертвой в руках, выглядело крайне озадаченным, глядя на внезапно опустевшие лапы.

Комментарии

Загрузка...